Неделя чудес

Час назад Гермес Аверин и Кузя приехали в семейное поместье отпраздновать новый год. На крыльце их встретили Василь с женой и радостными детьми, что мгновенно накинулись на не менее радостного Кузю. Ровно на секунду улыбка на лице колдуна превратилась в ласковую, но тут же обратно сделалась сдержанной. Пройдя в дом, гости первым делом оценили висящие на дверях бордовые банты, окна, украшенные бумажными снежинками и гирляндами, а главное — высокую нарядную ёлку в столовой. Зелёные ветви, обмотанные разноцветными гирляндами, выглядели невероятно. Огоньки отливали бликами на стеклянных игрушках; на верхушке ёлки красовалась алая звезда. Неделю назад Василь поручил Анонимусу украсить дом, и тот как всегда справился с задачей «на ура». В воздухе витал аромат салатов, мандаринов и приготовленной в духовке курицы. Все уселись за стол, кроме Веры и Миши, показывавших Кузе самодельную бумажную гирлянду и новогодние подарки, среди которых было множество интересных игрушек. После слов матери о том, что уже пора садиться за стол, они заняли места рядом с дивом и продолжили болтать без умолку. Легко находя с детьми общий язык и сам будучи ребенком, див любил Веру и Мишу, любил их рассказы и внимание, что они ему уделяли. От шуток и необычных приказ Кузи ребятня звонко смеялась, хватаясь за животы. Иногда парню влетало от Анонимуса, но настроение ни у кого не портилось; они могли препираться, но не сильно, все было в шутку, по крайне мере со стороны Кузи. Минут десять назад Любава позвала к себе младших, и Кузя остался один. За столом ещё сидели Мария с сестрой и пара гостей — близких друзей семьи. Возле них с важным видом суетился Анонимус. Братья Аверины стояли возле окна и беседовали. Сначала могло показаться, будто Кузя любовался многочисленными гирляндами на окнах. Те и вправду выглядели волшебно, но заворожённый взгляд был направлен не на них, а на аккуратно причесанные каштановые волосы, длинные пальцы, небрежно держащие в руках стакан с вишнёвым компотом, карие глаза, смотрящие на собеседника, но не на Кузю. По крайней мере не тогда, когда тот сам на него смотрел. Но все же эти глаза украдкой поглядывали на дива, например когда Василь отвлекался на жену или малышню, когда сам Гермес делал вид, что ищет кого-то в толпе. Взгляды были короткими, их не хватало, чтобы вдоволь наглядеться на Кузю. На такого красивого, жизнерадостного Кузю, иногда улыбавшегося, реже задумчивого. Не важно где, не важно в каком настроении, он был прекрасен всегда. Спустя продолжительное время их взгляды наконец встретились. В тот миг они сделались мягче, добрее. В глазах дива отражались огни, яркие и разноцветные. Кузя широко улыбнулся, а Аверин слабо кивнул, тоже приподняв уголки губ.