Fall in love again, again

Чишия не любит запоминать лишнюю информацию, а уж тем более, «лишних» людей. Зачем, если те все равно рано или поздно умрут на одной из игр, и от этого мало смысла? Но день, игру и арену, где они впервые встретились он помнил отчетливо, от чего уголки губ сами собой растягивались в ухмылке, заставляя Куину лишний раз покоситься на него с подозрением.

***

Солнце медленно зашло за горизонт, а это означало, что ему пора выдвигаться на новую игру. Виза истекает сегодня, да и скука уже почти выполнила предназначение лазеров с неба. Садясь в машину вместе с другими членами «Пляжа», к которым его определили, он мысленно надеялся, что в этот раз ему выпадет стоящая карта, например, бубны. Возможно, даже недостающая. Чишия всегда примечал все важные детали, если это было нужно для победы в разных играх. Неважно, какая была масть и сложность, именно в играх бубен он по-настоящему наслаждался процессом. Командные игры были не по душе из-за того, что приходилось втираться в доверие, лишь бы его не прикончили в первых же раундах из-за его странного взгляда, о котором ему часто лепечет Куина, или жуткой отстраненности вперемешку с холодным спокойствием. Многие, кто встречал его на своём пути, отзывались о нём простым и лаконичным выражением всей его внешней натуры — «псих». Умереть подобной смертью было бы неприятно. После игр в червы всегда болела голова, однако те, как и бубны, не уступали в его глазах «любимым» мастям. Читать людей несложно, особенно когда они сами будто нарочито в пылу страха выдают себя с потрохами. А игры в пики он и вовсе не переносил. Физическая активность не была его сильной стороной. Да и стрелять лишний раз ему не хотелось: руки потом болят. Неприятно. И вот он уже заходит на арену вместе со своими компаньонами, переступая порог какого-то подобия общежития, сразу же примечая около десяти или одиннадцати собравшихся игроков. Взгляд медленно прошёлся по всем фигурам, считывая нервные движения каждого, и он решил остановиться у ближайшей стены, лениво облокотившись на неё. Бедолаги, некоторые всё ещё не подозревают, что их ждёт. Это видно по их лицам. От этой мысли подобие улыбки само собой появляется на лице, и присутствующие, буравившие его взглядом, начинают шептаться нарочито громко. Когда двое его других «коллег» заняли места неподалёку от общего скопления, изредка переговариваясь, он хмыкнул, прикидывая, кто из них умрёт быстрее. Лениво обведя всех взглядом ещё раз, он всё-таки не находит в собравшихся ничего интересного и успевает разочароваться: достойных соперников днём с огнём не сыщешь. Скучно. Взгляд медленно скользит по каждому силуэту, изучая, пытаясь понять, насколько быстро умрет тот или иной игрок, дабы отвлечь себя от всепоглощающей скуки. Пара подростков, четыре женщины, пятеро мужчин, включая его и других членов Пляжной секты. Он примечает в дальнем углу фигуру, чьё лицо было скрыто капюшоном толстовки, но виднелись длинные черные волосы. Девушка, значит. Почему-то он упустил её из виду. Непримечательная, невзрачная, стоящая в стороне от всей кучи. Секунда интереса зародилась в груди, но сразу же затухла, ведь такие всегда умирают почти что в первые минуты игры, не успев даже понять, что именно они должны делать. Скольких он таких повстречал, и всё равно итог один и тот же.

РЕГИСТРАЦИЯ ОКОНЧЕНА!

КОЛИЧЕСТВО ИГРОКОВ — 12

СЛОЖНОСТЬ — ТРОЙКА ПИК

— Вот досада, — вздыхает Чишия, снова не словив удачу на игру полюбившейся масти. — Ч-что это значит? — задаёт вопрос одна из женщин, прижимая к себе свою сумку. Чишия скучающе обводит её взглядом, незаметно даже для себя возвращаясь на миг к той девушке в углу. — Придётся побегать, — отвечает мужчина, то вращая между пальцев, то подбрасывая в воздух монетку, стоя рядом со своим «другом». Чишия лениво переводит на него взгляд. Амбалы, что приехали с ним, вели себя чересчур уверенно, видимо думая, что раз он с ними, так им всё по плечу. Хотя так оно и было. Только вот по плечу будет ему, а они вряд ли выживут. Кто знает. — Что? — спрашивает уже какой-то пацан, нервно сжимая телефон в руке. Однако никто ему не отвечает, пока механический голос из телефона продолжает объяснять правила.

ИГРА: «ПРЯТКИ»

ПРАВИЛА: ПРЯЧЬТЕСЬ!

ЗАДАЧА: ВЫЖИТЬ ДО КОНЦА ДВУХ РАУНДОВ, КАЖДЫЙ ИЗ КОТОРЫХ ДЛИТСЯ ПО 20 МИНУТ.

МЕЖДУ РАУНДАМИ БУДЕТ ПЕРЕРЫВ 5 МИНУТ, ДАБЫ ИГРОКИ СМОГЛИ ПЕРЕЙТИ В ДРУГОЕ УКРЫТИЕ.

В ОДНОМ УКРЫТИИ МОЖЕТ НАХОДИТЬСЯ ТОЛЬКО 1 ЧЕЛОВЕК! В ВАШЕМ РАСПОРЯЖЕНИИ 10 ОТКРЫТЫХ КОМНАТ.

ЕСЛИ ВАС НАХОДЯТ — ИГРА ДЛЯ ВАС ОКОНЧЕНА.

— Это что, шутка какая-то? — усмехается девушка в платье, надувая пузырь из жвачки и громко чавкая. Некультурно. Механический женский голос заканчивает объявлять правила, и толпа начинает гудеть, перешептываться, обсуждать. Как предсказуемо. Парень оставался стоять у стены, скрестив руки на груди, наблюдая за формирующимся хаосом. Лица, полные непонимания, страха, отчаяния. Целая палитра эмоций, словно на холсте у художника. Но Чишия не тратит время на пустые разговоры. Он осматривает помещение, оценивая потенциальные укрытия, пути отступления, возможные ловушки. Его взгляд останавливается на пожарной лестнице в конце коридора. Неплохо, но слишком очевидно. Даже очень. Хотя вполне приемлемо. Его взгляд снова цепляется за непримечательную фигуру девушки в кофте. Она не участвует в общей гамме. Стоит в стороне, прислонившись к колонне, буравит взглядом свой телефон, перечитывая правила. Из-за капюшона и копны чёрных волос он не может рассмотреть её лицо или хотя бы поймать взгляд. Чишия в последний раз подмечает для себя, что она, как и многие здесь, не жилец. Времени совсем не остается, как раздается первый сигнал о скором начале первого этапа. Все сорвались с места, будто по команде, разбегаясь в разные стороны. Кто-то рванул к лестнице, кто-то принялся дергать ручки закрытых дверей, надеясь, что хоть одна окажется открытой. Паника нарастала, как и азарт. — Какие все нервные, — тянет парень, так и не вытаскивая рук из карманов. Чишия не спешил. Он медленно оттолкнулся от стены и направился в противоположную от основного потока сторону, плывя против течения. Если хочешь выжить, не стоит полагаться на кого-то. Невольно его взгляд цепляется за девушку в кофте, что тоже наконец сдвинулась с места. Что ж, нужно отдать ей должное, она смогла привлечь его внимание чуть ли не четыре раза за несколько минут его нахождения здесь. Её движения были плавными и бесшумными, словно она растворялась в тенях. Он больше не был уверен, что увидит её вновь, но какое это имело значение? В играх выживает сильнейший. Или хотя бы тот, кто додумается не орать при виде очередного трупа и не выдаст свое местоположение. «Что ж. Это будет забавно»

ВЫ ПОБЕДИЛИ. ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Игра заканчивается, а вот людей из всей кучи осталось лишь четверо, включая его самого. Двое умерли чуть ли не в первые минуты игры, стоило «ведущему» выйти на охоту, выдав тем самым ещё троих, ведь те были слишком напуганы, чтобы сдерживать возгласы ужаса. Чишия не удивился. Подобный исход был вполне ожидаем. Паника — худший советчик, а страх — лучший союзник для смерти. Он провёл первые двадцать минут, затаившись в кладовке с инвентарём для уборки, предусмотрительно подперев дверь шваброй. Слишком просто, чтобы привлечь внимание охотника, и достаточно безопасно, чтобы не стать первой жертвой. Однако выстрелы, раздававшиеся совсем близко, едва заставляли его вздрагивать и сжимать в кармане своей кофты разряженный шокер, который он сделал из старого MP3-плеера. Хочется ударить себя по лбу за такую оплошность, но он не двигается до тех пор, пока не услышит сигнал о прекращении раунда. За время своего перехода в новое укрытие он видит всего лишь нескольких игроков, сумевших пережить первый раунд. Двумя из них были участники «Пляжа», другие же — перепуганные люди. Одна девушка рыдала чуть ли не навзрыд, умоляя пощадить их. Кажется, это была та девушка со жвачкой. Что ж, зато теперь она не раздражает его уши этим ужасным чавканьем. Обойма из пистолета и то приятнее будет. Пережить второй раунд удается так же удачно. Напряжение нарастало с каждой секундой, и он чувствовал, как его разум становится острее, готовый к любому повороту событий. Но сигнал о завершении заключительного раунда снимает всякое, возникшее на долю секунды, волнение, принося небольшую волну удовлетворения. Он опять пережил игру. Какое счастье. Руки снова упрятаны в карманы, будто ничего и не было. Чишия идет на выход, осматривается. Проходит мимо трупа «охотника», едва задерживая на нем взгляд дольше, чем на двадцать секунд. На трупы неизвестных ему людей вообще не смотрит. Мягко говоря, ему все равно. Он покидает арену вместе с тремя игроками, и одним из них оказывается эта девушка. И Шунтаро почти удивлен. Её движения остаются такими же плавными, и кровь на одежде почему-то его, видимо, как и её, вовсе не смущает. Ей, видимо, сильно повезло, никак иначе. Но он не успевает рассмотреть её как следует, так как она скрывается за зданием общежития, и тут его окликают. — Ты едешь или тебя тут оставить? — спрашивает уцелевший член «Пляжа», почти что волоча за собой едва живого товарища, у которого, похоже, прострелена нога и предплечье. Чишия возвращается в реальность, не видя смысла и дальше думать о той девчонке. Вряд ли они как-нибудь еще увидятся, но кто знает. Судьба-злодейка весьма не настроена их щадить.

***

С той игры прошло почти две недели. С тех пор он не видел её и даже не вспоминал, лишь раз подумав о том, что её труп, возможно, разлагается на какой-то арене. Однако его брови почти подлетают вверх от искреннего удивления, когда она заходит на арену. Её движения не потеряли ни капли плавности, и он почти наслаждается тем, как она аккуратно берет телефон со стола и снова уходит в дальний угол комнаты, не желая с кем-либо контактировать. Мысль, неожиданно посетившая его, заставляет уголки губ медленно растянуться в слабой, едва заметной ухмылке. Точно. Ей же как-то удалось прожить больше тех трех дней после их первой совместной игры. Значит, ей пришлось сыграть еще минимум два раза, а то и больше. Она или очень везучая, или же ей попадались только те карты, где уровень сложности был ниже пяти. Чишия склоняется ко второму варианту. Лица, к сожалению, ему снова не удается рассмотреть. Всё скрывает капюшон уже другой кофты, более обтягивающей её тело, которое было, как подметил Чишия, весьма подтянутым. Он не отрывает от неё взгляда, пытаясь уловить хоть малейшую деталь, которая могла бы пролить свет на её личность. Но она снова стоит подальше ото всех, неясно зачем скрываясь. И все же он не может отвести взгляда. «Как интересно». Одета она была очень закрыто. Лицо всегда скрывал капюшон кофты, а остальное тело было плотно укрыто под широкими потрепанными джинсами и громоздкими ботинками. Ни цепочек, ни каких-либо других побрякушек, которые могли бы помешать в тех же играх пик. Значит, она более-менее имеет представление о том, как здесь все устроено. Возможно, он её недооценил. Но это легко проверить.

РЕГИСТРАЦИЯ ЗАКРЫТА!

ИГРА НАЧИНАЕТСЯ

Отвлекается он только тогда, когда голос оповещает об окончании регистрации, и начинает объяснять правила.

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА ИГРУ!

СЛОЖНОСТЬ — ПЯТЕРКА БУБЕН

КОЛИЧЕСТВО ИГРОКОВ — 6

ИГРА — «СУНДУЧКИ»

ЗАДАЧА — СОБРАТЬ КАК МОЖНО БОЛЬШЕ «СУНДУЧКОВ» ЗА 1 ЧАС

Чишия, словно кот, объевшийся сметаны, ухмыляется, слушая правила игры, понимая, что никогда раньше не играл в подобное. Но так будет даже интереснее. Наконец-то бубны.

ПРАВИЛА ИГРЫ:

КАЖДЫЙ ИГРОК ПОЛУЧАЕТ ПО 4 КАРТЫ. ИГРОКИ ПООЧЕРЕДНО ЗАДАЮТ ДРУГ ДРУГУ ВОПРОСЫ О НАЛИЧИИ ОПРЕДЕЛЕННОЙ КАРТЫ.

ПЕРВЫЙ ВОПРОС — О ДОСТОИНСТВЕ КАРТЫ. ВТОРОЙ ВОПРОС — О КОЛИЧЕСТВЕ ДАННЫХ КАРТ. ТРЕТИЙ ВОПРОС — О МАСТИ. ЕСЛИ ОТВЕТОМ НА ВОПРОС ЯВЛЯЕТСЯ «НЕТ», ТО СПРОСИВШИЙ БЕРЕТ КАРТУ ИЗ КОЛОДЫ, И ХОД ПЕРЕХОДИТ К СЛЕДУЮЩЕМУ ИГРОКУ ПО ЧАСОВОЙ СТРЕЛКЕ.

ЕСЛИ ВЫ УГАДЫВАЕТЕ ВСЕ ТРИ ПУНКТА, ТО ЗАБИРАЕТЕ КАРТЫ СЕБЕ. ТАКИМ ОБРАЗОМ, ВЫ ДОЛЖНЫ СОБРАТЬ КАК МОЖНО БОЛЬШЕ КАРТ ОДНОГО ДОСТОИНСТВА, НО РАЗНЫХ МАСТЕЙ.

ИГРА ЗАКОНЧИТСЯ ТОГДА, КОГДА В КОЛОДЕ НЕ ОСТАНЕТСЯ КАРТ.

— Звучит легко, — комментирует женщина рядом с ним, и ему почти хочется рассмеяться. Они ещё не знают условий победы, а уже делают выводы о лёгкости игры. Это всегда остаётся их главной ошибкой. Тем временем механический голос продолжил, наконец приоткрыв занавес той тайны, которой и не было.

ВЫИГРАЮТ ТЕ ИГРОКИ, У КОТОРЫХ БУДЕТ БОЛЬШЕ ВСЕГО СУНДУЧКОВ.

КОЛИЧЕСТВО ПОБЕДИТЕЛЕЙ НЕ ОГРАНИЧЕНО.

Получать то, что хочешь, весьма приятно. Взгляд снова возвращается к той девушке. Почему-то его мало что интересовало в данный момент, кроме желания увидеть её реакцию. Желание увидеть хоть что-то на её лице, когда им озвучивали правила игры, медленно оседало в груди. Что угодно: страх, отчаяние, может быть, радость от того, что наконец-то выпала удачная карта. Но оно тут же пропало, когда единственное, что он увидел, — ничего. Она даже не дрогнула. Руки, как у большинства присутствующих, не дрожат. Она не шепчет мантры, умоляя о пощаде, не задает глупых вопросов, лишь прячет телефон, когда тот замолкает, и ждет. Он думает о том, что, если она выживет, то в будущем может быть весьма полезна. Нужно убедиться в своих доводах. Он не видел её лица, но был уверен, что она чувствует его взгляд. Его невозможно было не чувствовать, по крайней мере, так говорила ему Куина. Надо сказать ей, чтобы перестала говорить ему о том, как жутко он порой себя ведет. Становится неинтересно. Сложность не кажется запредельной, скорее, парень опасается погрузиться в пучину тоски. Он проходил игры и пострашнее. Впрочем, это место словно создано для того, чтобы испытывать терпение и проверять на прочность. Он окидывает взглядом остальных игроков. Страх — привычный спутник этих игр, он читается почти в каждом взгляде, в каждом движении. Кто-то пытается скрыть дрожь в коленях, кто-то судорожно сжимает кулаки, стараясь казаться увереннее. Кто-то бесконечное количество раз спрашивает, за что ему это всё досталось, моля прощения у Господа, обвиняя других во всех своих бедах. Чишия же сохраняет привычное хладнокровие, когда из телефона доносится механический голос с просьбой пройти в дальний зал для проведения игры. Двери старого казино отворились перед ними, впуская в обитель азарта и скорой гибели минимум четверых или даже пятерых. Полумрак, пропитанный запахом старых денег и дешевого алкоголя, обволакивал с первых шагов. Первое что замечает Чишия, стоит им зайти в главное помещение для проведения игры, это стол круглой формы и ровно шесть стульев. В следующую секунду над каждым из них один за другим загораются телевизоры, освещая темное помещение тусклым светом. Первой за стол села она, закинув ногу на ногу. Вот она и попалась. Хмыкнув, Чишия направился к столу, выбрав место прямо напротив неё. Теперь он мог видеть её лицо. Игра ещё не началась, а он уже чувствовал себя победителем в своей маленькой игре. В полумраке её черты казались тонкими, отточенными, словно высеченными из мрамора. Над бровью растянулся шрам, не сильно заметный, но явный. Последствия одной из предыдущих игр, подумал он. Она смотрит только на свои руки перед собой, не желая встречаться с кем-либо взглядом, особенно с ним. Он чувствует напряжение, исходящее от её тела, стоило ему только сесть на это место. Неужели ей некомфортно сидеть напротив него? Вроде бы повода он не давал. Наконец её взгляд медленно поднимается, отрываясь от пристального рассматривания своих ладоней. Чёрные как смоль глаза смотрели прямо на него, выражая лёгкое недовольство. Упс, попался. Лениво выудив из своих глубоких карманов одну руку, Чишия помахал ею, довольно улыбаясь уголками губ. Девушка настороженно сдвинула брови, тут же отводя от него взгляд и начиная рассматривать других прибывших игроков. «Как грубо» Когда все удостоились сесть на свои места, игра началась. В центре лежала колода, над каждым игроком висел телевизор с обратным отсчетом и числом «0». Видимо, это будет количество сундуков, которое они соберут. «Интересно, какое у неё будет выражение лица, когда начнёт проигрывать», — думает Шунтаро, откинувшись на спинку стула, полностью расслабившись. Увидеть на её лице хоть какую-то эмоцию почему-то стало для него маленькой целью, к которой он шёл. Как бы он ни забылся в этом желании.

ИГРА НАЧАЛАСЬ! ИГРОКИ, НАБЕРИТЕ 4 КАРТЫ ИЗ КОЛОДЫ НАПРОТИВ

Чишия наблюдал за тем, как никто не решался взять карты первым, начать этот повторяющийся круг смертей. И обычно сверху всегда были самые худшие карты. Каждый сидел словно в прострации, не веря, что это происходит именно с ними. Такими темпами время выйдет, а они даже партию не начнут. Такими темпами он скорее умрет от скуки, чем от пробитой лазером головы. Парень тяжело вздыхает и уже хочет потянуться, чтобы взять карты первым, но эта девушка снова удивляет его: её рука сразу хватает 4 карты. Остальные игроки, словно очнувшись от ступора, последовали её примеру. На экране над каждым начался обратный отсчет.

Время пошло.

Чишия мельком взглянул на свои карты. Ничего особенного: пара двоек, валет червей и дама треф. Стандартный набор для начала игры, где важна не столько удача, сколько умение просчитывать ходы противника и запоминать каждый ход. — И… кто же первый? — спрашивает женщина, с трясущимися руками сжимая свою колоду. Чишия лениво окидывает её взглядом. В глазах, как и у многих здесь, плещется смесь страха и отчаянной надежды. «Это будет слишком просто». Однако вопрос весьма хороший. Тот, кто будет ходить первым, может лишиться замечательной возможности собрать себе хоть какую-то карту, если на первый же вопрос ему ответят отрицательно. А ещё он, вероятнее всего, выдаст то, какие у него карты, отдав возможность забрать их у него с самого начала. Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь тихим тиканьем таймера над головами игроков. Чишия внутренне усмехнулся. Паника отлично сковывает действия, лишая людей здравого смысла. Он перевел взгляд на девушку напротив. Та, казалось, была абсолютно спокойна, бережно держа карты перед собой. Ни единого признака волнения. Это даже начинало его раздражать. — Есть восьмерки? Вопрос повис в воздухе, заставляя всех замереть. Чишия даже не сразу осознал, что вопрос прозвучал прямо напротив него. И что его сказала именно она. Голос, словно звон колокольчика, разрезал эту гнетущую тишину отчаяния, наконец начав первый раунд. Даже не дрогнул. Не было ни единого намека на то, что она была напугана или испытывала хоть малейшее сомнение. Нет, в её глазах, устремлённых прямо в лицо противнику, читалась лишь холодная, расчётливая уверенность. Девушка с чёрными глазами обратилась к той самой женщине, которая едва осмыслила её вопрос, пристально рассматривая свои карты. По разочарованному взгляду он понял, что ей повезло с первым вопросом. Однако это не значило, что ей повезет ещё два раза. — Д-да… — ответила женщина, сжимая свои карты всё сильнее. Теперь нужно отгадать количество. Здесь есть несколько ходов. Если на руках у этой девушки есть хотя бы одна восьмерка, значит, ей нужно ещё три, чтобы собрать сундук. Значит, ей нужно спросить одну или сглупить и спросить две карты. Вероятность, что их будет больше чем одна при наличии всего четырех карт у каждого, слишком мала. Риск пропустить первый ход весьма высок. Это забавляет. — Две? Всё-таки сглупила. Женщина счастливо улыбнулась, и с её губ сорвался вздох облегчения и короткое «нет». Чишия медленно перевёл на девушку свой взгляд. Она не казалась огорчённой или разочарованной. Она просто потянулась к колоде, аккуратно вытягивая из неё карту. Её движения оставались плавными, а лицо — непроницаемым. Когда же очередь дошла до него, ему повезло получить «да» на все три вопроса, и вот у него уже был собран один сундук. Над его головой появилась цифра «1», приближая его к победе. А счёт на таймере показывал уже 45 минут из всего часа. Игра начала набирать обороты, и теперь в воздухе висела смесь напряжения и азарта. Каждый игрок жаждал сорвать куш, собрать необходимые комбинации карт, чтобы выжить и продолжить игру. Следующие ходы пролетели в мгновение ока. Чишия с легкостью перехватывал инициативу, просчитывал действия соперников и ловко манипулировал своими картами, собирая нужные комбинации ещё до того, как у него вообще оказывались эти карты. Он уже собрал второй сундук, что только усиливало его скуку. Лишь наблюдая за игроком напротив, его уголки губ едва подрагивали, а брови поднимались вверх при её очередном неудачном вопросе о номинале или количестве карт. Девушка напротив продолжала удивлять своей хладнокровностью. Она не поддавалась панике, не совершала необдуманных действий, а методично собирала информацию о картах своих оппонентов. Однако это все еще было весьма глупо. «Она не кажется той, кто будет так безрассудно тратить время только на то, чтобы узнать, у кого какие карты, при этом, возможно, выдавая свои», — рассуждал Чишия, едва сдерживая рвущийся смешок. — «Стратегия интересная, но в этом случае провальная». Разочарование в его ранних доводах о её интеллекте почти достигает пика. Но тут, спустя круг, над её головой наконец раздается щелчок, и «0» сменяется сначала на «1», а потом и на «2». Шунтаро почти не верит, но тут же осознаёт, что происходит. «А это уже интересно». Тем временем остальные игроки хаотично мечутся от одного вопроса к другому, совершают ошибки и теряют драгоценное время, получая отрицательный ответ на одни и те же вопросы. У кого-то дважды спросили про одну и ту же карту, хотя он уже отвечал, что ее нет. Страх сковывает их движения, заставляя принимать неверные решения. Чишия лениво обводит всех взглядом, не видя в этой картине ничего интересного. Похоже, все как всегда умрут. Женщина, которой задали первый вопрос, с каждой минутой все больше теряет надежду. Она нервно комкает карты в руках, бормочет что-то себе под нос и совершает одну ошибку за другой. Её игра напоминает хаотичное метание в поисках спасения, но спасения нет. Она обречена. Время почти на исходе, а у неё, как и у других, не собрано еще ни одного сундука. Напряжение в казино нарастает с каждой минутой. Таймер неумолимо отсчитывает время, приближая неизбежный финал. Остается всего десять минут. Игроки отчаянно пытаются собрать как можно больше сундуков, но удача улыбается далеко не всем. — У Вас есть десятки? — задает незнакомка напротив вопрос, и женщина кивает. — Две? Чишия улыбается. Каждый раз одно и то же. Но женщина кивает. — Черви и бубны. С трясущимися руками та отдает ей свои карты. Десятки моментально перекочевывают к сопернице, а над её головой вспыхивает «3». Чишия хмыкает, откидываясь на спинку стула. Игра перестает быть томной. Ход остаётся за ней. — Короли? Мужчина, сидевший рядом с Чишией, кивает, и парень замечает, как трясутся его руки. — Один. Угадала. — Бубен. Мимо. Мужчина облегченно вздыхает, и ход переходит к нему. Чишия замечает, как взгляд девушки напротив становится более сосредоточенным. Она явно что-то задумала. Мужчина тем временем задает вопрос ему, тут же терпя поражение. Над головой Чишии загорается уже цифра «5». Ход остается за ним, и он доходит до девушки. Почему-то приятный трепет отозвался в глубине души. — У тебя есть тройки? Она кивает. Даже не удосужилась одарить его взглядом. Он почти что расстроен. Но всё-таки смысл игры в том, чтобы выиграть. А умирать от такой скуки было выше его сил. — Одна, не так ли? Снова кивок. Что ж, это будет слишком просто. — Трефы. Карта переходит к нему, а над головой загорается цифра «6». С особой внимательностью замечает, что руки её до сих пор оставались в состоянии покоя. Остается всего пять минут до завершения игры, и Чишия уже чувствует, что ему единственному удастся встать из-за этого стола. Паника и напряжение медленно наполняют воздух, сгущаясь. Ход переходит дальше и довольно быстро доходит до девушки. И Чишия, уже не сильно заинтересованный в игре, откинулся на спинку стула, дожидаясь, когда девчонка снова оступится и задаст глупый вопрос, а он в очередной раз останется единственным выжившим. Однако его привлекла одна странная деталь. «Она что, улыбается?» Да. Это было так. Едва заметная улыбка дрогнула на её губах, а взгляд медленно перешёл к женщине, сидевшей между ней и мужчиной. С её губ срываются вопросы, один за другим она получала на них положительные ответы. Чишия почти не замечает, как та доходит и до него, забрав валета, собрав четвёртый сундук. Остаётся всего несколько минут до окончания игры, и вот цифра над её головой уже показывает «5». Ещё сундук, и она сможет выжить. «Неужели и вправду сможет?» Чишия приподнял бровь, наблюдая за разворачивающимся представлением. Он просчитал все возможные варианты, видел, как девушка даже не вздыхала, когда отдавала свои карты в руки других. Даже тень страха не проскользнула на её лице, когда время поджимало и неминуемая гибель была близка. И вот, наконец, спустя почти час этой игры она решила показать истинные эмоции и мотивы. «Так значит, ты…» Именно. Она явно задумывала это всё с самого начала. Искала, узнавала, дала шанс другим взять нужные ей карты в руки, иногда даже вытягивая их из колоды, лишь добирая недостающие у других. Давала слепую надежду на то, что она неопытная и у них у всех есть маленький шанс обыграть её. Но в последний момент она выпустила когти, царапая и оставляя неприятные полосы на душе. Забирала надежду вместе с нужными картами. Приятная волна едва ощутимых мурашек пробежалась по коже под слоем толстовки, но выражение лица осталось прежним: холодная расчетливость вперемешку с немым восхищением. Напряжение достигло пика, когда ход снова перешел к Чишии. Время неумолимо таяло, и каждая секунда ощущалась как удар хлыста. Он взглянул на карты в своей руке, затем на лицо девушки. Спокойная, едва заметная улыбка все еще играла на ее губах, но в глазах появилась сталь. Она больше не была похожа на глупую девчонку. Что ж, это многое усложняло. И всё-таки… Такой ценный игрок был нужен «Пляжу». Шляпнику она должна была понравиться. Ведь она уже не раз смогла привлечь внимание самого Чишии. Он уже принял решение. Сбросил ненужную карту, выжидая. Пусть другие терзают себя сомнениями и страхом. Он будет наблюдать и анализировать, пока не увидит ясную картину. Остается всего пару секунд до конца. Все игроки уже не верят в свою победу, и лишь она спокойно задает последние вопросы женщине, которая была готова зарыться в истерике. — Дамы. Женщина кивнула, заливаясь слезами. Девушка даже не дрогнула. — Одна. И это червы. Карта переходит к ней, и вот, как и у него, у неё совсем не остается карт, а над головой появляется цифра «6».

Время вышло.

ИГРА ОКОНЧЕНА. ПОЗДРАВЛЯЕМ!

С неба посыпались лазеры, растворяя в прах тех, кому не посчастливилось встретиться с ними в игре, и чьи карточки не сложились в счастливую комбинацию. Их лица застыли в выражении ужаса и отчаяния. Чишия лишь слегка прищурился, наблюдая за представлением. Он видел это уже не раз и каждый раз не испытывал ничего. Ни сочувствия, ни страха, ни скорби, ни облегчения от очередной выигранной игры. Но сейчас все было по-другому. Сейчас он испытал что-то вроде удовлетворения от подтверждения собственной правоты. Девушка сидела неподвижно, словно каменная статуя, наблюдая за тем, как тела проигравших падают со стульев, ударяясь об пол с глухим стуком. В ее глазах не было ни триумфа, ни сожаления, лишь холодная отрешенность. Улыбка давно пропала с лица, оставив место лишь безразличию, или… парень не понял, что это была за эмоция. Или не хотел понимать. Чишия наблюдал за ней пристально. Что-то его зацепило, и теперь он понимал что. В первой же их игре он принял ее за слабачку, причислив к группе «умрут в первые же минуты», но та выжила в игре пики, а после, очевидно, и еще в нескольких играх. Кажется, он нашел достойного противника. И ему это нравится. Шунтаро продолжает наблюдать, пока она не встает со своего места и, торопливо шагая, не уходит из зала, скрываясь за дверью, где он уже не мог ее видеть. Смешок срывается с его губ, и он повторяет ее действия, следуя за ней. По пути он хватает карту, сразу пряча ее в карман кофты. Неторопливо выходит из здания, даже не оборачиваясь. Выйдя на свежий воздух, он не надеется, что сможет поймать ее до очередного исчезновения, и поэтому сразу замечает ее сидящей на ступеньках у входа. Она просто смотрит вдаль, видимо, не веря в то, что снова выжила ценой жизни других. В этом месте такие мысли — обычное дело. Шунтаро стоит отрешенно, пряча руки в карманах. Тишина давит на уши, нарушаемая лишь отдаленным гулом города-призрака. Чишия чувствовал себя в своей стихии, но эта напряженность, исходящая от нее, ему медленно начинала надоедать. Остановившись в нескольких шагах, он спокойно произнес: — Интересная игра, не правда ли? Особенно концовка. Девушка вздрогнула, обернувшись к нему. О, наконец он видит эмоции. В ее взгляде все еще читалась отстраненность, но теперь к ней примешалось любопытство. — Должен признать, это было… неплохо, — произнес он, смотря куда-то вдаль призрачного города, а после медленно перевел на неё свой взгляд. — Ты хорошо умеешь играть. — Мы уже виделись? — тихо спросила она, словно боясь нарушить хрупкое равновесие момента. Чишия слегка улыбнулся, довольный тем, что его заметили. Значит, и в прошлый раз тоже. Он кивнул. Девушка усмехнулась, отворачиваясь от него. — Тогда ты уже все просчитал, — вздохнула она, теребя края своей кофты. — С самого начала знал, что произойдет. — Просчитал? Скорее, наблюдал. Анализировал. Выжидал, — он медленно перечислял слова, спускаясь на ступеньку ниже. На последнем слове он уже стоял перед ней, продолжая возвышаться. — Использовал. Он замолчал, внимательно глядя ей в глаза. В них мелькнула тень, но она тут же взяла себя в руки. «Использовал». Слово прозвучало как обвинение, хотя оба знали, что в этом мире каждый использует каждого. Она не была исключением. Она уже хотела съязвить, как парень с пепельными волосами продолжил, вводя ее в замешательство. — Но ты… Ты была самой интересной переменной в этом уравнении. Совсем не ожидал, что ты, такая тихая и незаметная, окажешься такой… живучей. Её взгляд стал острее, словно лезвие. Она подняла голову, встречаясь с его пронзительным взглядом. В её глазах мелькнуло что-то похожее на вызов. — Это комплимент? — в голосе прозвучала ирония, но он уловил в ней и нотки усталости: усталости от игр, от выживания, от необходимости постоянно просчитывать не только каждый свой шаг, но и шаг оппонента. Чишия пожал плечами. — Просто констатация факта. Большинство здесь ломаются под давлением, становятся пешками в чужой игре. Ты же, наоборот, адаптируешься. Это впечатляет. — Я просто делаю все, чтобы выжить, — ответила она, и в её голосе не было ни тени хвастовства. Чишия кивнул, довольно улыбаясь. Ему определённо нравился ход её мыслей. Такие нужны «Пляжу». Но не сейчас. Он развернулся, ощущая жгучую карту в своем кармане, и пошел прочь, напоследок кинув ей: — До скорой встречи. А сам обещал себе, что в следующий раз он так просто не уйдёт. Игра закончилась, но для него она только начиналась. По крайней мере, будет на кого посмотреть, а не умирать здесь от скуки.