Инерция поломки

Они ели в придорожной закусочной где-то в Вирджинии, в месте, которое пахло пережаренным маслом и дешевым моющим средством. Клэр сидела напротив них, всё еще в том самом дорогом платье, которое теперь казалось нелепым маскарадом. Она методично обдирала лак с ногтей, глядя в окно на заправочные огни. — Куда мы едем, Питер? — спросила она, не оборачиваясь. Голос её звучал глухо, лишенный той звонкой ярости, что была на кухне. Это была усталость металла. Питер помешивал кофе. Он не спал больше суток, и под его глазами залегли тени, похожие на кровоподтеки. — У Анджелы есть дом в Вермонте. О нем мало кто знает. Там горы, лес... и никакой прессы. Нам нужно время, чтобы просто... отдышаться. Габриэль, сидевший сбоку, к еде не прикоснулся. Он изучал солонку, переворачивая её в пальцах с той механической точностью, которая всегда выдавала в нем часовщика. Его присутствие за столом ощущалось как тяжелый грозовой фронт. — Отдышаться, — повторила Клэр, наконец посмотрев на него. — Ты думаешь, это возможно? После того, как я прыгнула? После того, как он... — она запнулась, не желая произносить имя, — после того, как всё это стало правдой для всех? — Мир переварит это, Клэр, — подал голос Габриэль. Его голос был ровным, лишенным интонаций, но в нем чувствовалась пугающая глубина. — У людей короткая память на чудеса и длинная — на ужасы. Скоро они найдут себе новую мишень. А пока нам нужно исчезнуть. — Ты говоришь так, будто у тебя есть план, — Клэр скрестила руки на груди. — У меня есть опыт, — Сайлар (или всё же Габриэль, сейчас это было трудно разобрать) поднял на неё глаза. — Я провел годы, будучи тенью. Я знаю, как не оставлять следов. Питер слишком добр для этого, а ты слишком... яркая. Вам обоим нужно научиться тишине.