Инерция поломки

Напряжение в квартире было таким, что, казалось, от одного только дуновения ветра или неосторожного дребезжания оконной рамы всё могло разлететься вдребезги. Клэр осторожно попыталась подняться со стула на маленькой кухне Питера, но ноги не слушались. Она замерла в полупозиции, чувствуя, как правое бедро колотит неуправляемая судорога. Это была не физическая боль — её тело заживало мгновенно — это был чистый, первобытный ужас, застрявший в мышцах. Она попыталась прижать ладонь к колену, чтобы унять тряску, но в какой-то момент просто сдалась. Колено задело стол. Стакан с водой качнулся, замер на мгновение и опрокинулся. Прозрачная лужа медленно поползла к краю столешницы, капая на линолеум, но Клэр не обратила на это внимания. Всё её существо было приковано к человеку напротив. Она начала шепотом, почти шипя, но голос быстро сорвался на крик. Сдерживать это безумие больше не было сил. — ТЫ УБИЛ МОЕГО БИОЛОГИЧЕСКОГО ОТЦА! Его брата! — Клэр резко взмахнула левой рукой в сторону Питера. Питер стоял, вжавшись спиной в столешницу слева от раковины. Он выглядел так, будто мечтал просочиться сквозь стену или вовсе исчезнуть из этой реальности. — Ты! — она снова ткнула пальцем в мужчину напротив. — Ты преследовал меня как маньяк. Кем ты и являешься! ТЫ ВСКРЫЛ МНЕ ЧЕРЕП! Я была в сознании! И если бы не мои силы, я была бы сейчас мертва! И после всего этого ты имеешь наглость сидеть тут, на кухне человека, брата которого ты зверски прикончил, и изображать, что изменился?! Как. Ты. Смеешь. Клэр пылала яростью. Она не понимала, как оказалась в этой точке. После ужасной ночи на Карнавале, после прыжка, который навсегда изменил мир «особенных», она пришла к единственному человеку, которому доверяла — к Питеру. И обнаружила у него на кухне Сайлара. Сайлара, который спокойно пил кофе, будто это было самое обыденное утро в их проклятых жизнях. Сайлар молчал. Он выдержал её взгляд, не шелохнувшись. В глубине души он был с ней согласен. Он и сам не до конца понимал, почему он всё ещё здесь, а не где-нибудь в тени, на пути к старым привычкам. Клэр тяжело задышала и перевела взгляд на Питера. — Питер. Скажи что-нибудь! — её голос дрогнул от отчаяния. — Почему он у тебя дома? Что происходит?! Скажи, что я сплю, иначе я решу, что сошла с ума! Она закрыла лицо ладонями. Питер перевел взгляд с племянницы на Сайлара. Лицо Сайлара на мгновение дернулось. Уголок губы сложился в подобие насмешки, но Питер, видевший его в ментальной тюрьме годами, знал: это не издевка. Это была горькая, почти трагическая ухмылка признания. — Да, Питер, скажи что-нибудь, — подал голос Сайлар. Его взгляд, устремленный на Питера, был требовательным и странно печальным. — Потому что... — он небрежно указал на Клэр, — я пока не вижу, в чем она не права.