already my hero

— каччан! изуку догоняет его, ступающего на дорогу территории академии UA, и изумлённо глядит на друга. — ты тоже здесь?! ты последнее время совсем отстранился и ничего мне не рассказывал. я видел только один раз, как ты усердно занимался на набережной с каким-то человеком, но так и не решился к вам подойти... я не знал, что ты тоже будешь поступать в UA! — мидория обидчиво постукивает по нему кулачками, явно замечая нарощенные мышцы под одеждой и удивляясь ещё крепче. — ты так изменился! кацуки только хмыкает, но приветливо, коротко улыбается другу. он взволнован, но это волнение — приятное. он сам достиг того, кем являлся сейчас. сам схватился руками за реальность, поверить в которую годами ранее он бы никогда не смог. — эй, а это случаем не мидория изуку? — доносится до парней чей-то негромкий голос из поступающей толпы. — это тот, которого грязевой монстр держал около года назад? — как много вы помните! я и забыл об этом случае... — но и правда, это же он... крутяк! изуку крайне смущённо вертит головой по сторонам и в итоге, покрасневший, опускает лицо вниз, глупо улыбаясь от неловкости происходящего. — смотри не зазвездись, — хмыкает ему на ухо бакуго и продолжает идти вперёд. его никто не запомнил с того происшествия, и лёгкий укол обиды и ревности ранит сердце. они проходят в специальный зал, где им поведают о первом вступительном экзамене. — ...итак, ближе к сути! вам предстоит сразиться с тремя видами разных роботов. за повержение каждого начисляются очки, количество очков определяется в зависимости от силы робота. и, предвкушая вопрос протянутой руки абитуриента номер 7111, да-да, тебя, мальчуган, — заискивающе произносит сущий мик, указывая рукой на парня в очках, — отвечаю: четвёртый робот, указанный в распечатках перед вами, называется нулевым, и сражаться с ним бессмысленно, вы тупо помрёте! от них нужно бежать без оглядки, и очки они не дают! всё ясно?! — он ладонью подгибает ухо, направляя в сторону "будущих" студентов. в ответ раздаётся изумительная тишина. — исчерпывающий ответ! — верещит герой, весь подрагивая от возбуждения. — тогда, за дело! выйдите за ваши пределы! плюс... УЛЬТРА-А-А! кацуки раздражённо косится в сторону парочки парней, которые перешёптываются о том, что это всё выглядит как простая игра. — тц! — да, может, это и напоминает структуру игры, если опираться на систему начисления очков, но так снисходительно относиться к этому испытанию просто непростительно. сидящий рядом изуку перестаёт сиять звездой, воодушевлённый тем, что видит сущего мика в живую, и переводит вопросительный взгляд на бакуго. — в чём дело, каччан? — эти придурки не понимают важности экзамена. отсеятся при первой же возможности, — фыркает парень. — ну да, — задумчиво соглашается мидория. — ты никогда не был таким серьёзным, как сейчас, каччан, — улыбается он тихо, со скрытым восхищением смотря на друга. — разумеется, я серьёзен, как никогда! — кацуки сжимает кулаки и поднимается с места. — у нас разные локации. испытание нельзя проходить с друзьями, — кивает он на распечатки. — ага. удачи тебе, каччан! — и тебе, изуку. они расходятся по своим местам: изуку в испытательный центр В, кацуки — в А. вставая перед высоченной дверью, бакуго стискивает руки в кулаки, от нетерпения облизываясь. брови сводятся, и он крепко сглатывает вязкую слюну. раздаётся громкий грохот и вопль сущего мика, знаменующие начало. и кацуки настроен пройти на новый следующий этап совершенно серьёзно. двери раскрываются, и толпа абитуриентов, не дожидаясь никаких больше сигналов, бросается в бег. бакуго срывается с места вместе с ними также без каких-либо промедлений. сразу же перед ними появляются первые роботы, играющие злодеев, и кацуки воспринимает их самым решительным образом. он вырывается вперёд; ноги привыкли нести его со всей мощностью, за все эти месяцы они успели прокачаться до достойного уровня — но он не успевает. кто-то с сильной причудой, кажется, отвердевания врезается в полёте кулаком в железную машину и та с треском рушится наземь. бакуго с обидой фыркает, а победитель довольно выкрикивает: "есть! первое очко! кто следующий?!". заряжаясь его энергией, остальные ребята тоже не медлят и рвутся в бой, пробегая по маршруту и натыкаясь на новых импровизированных злодеев. и вот один крупный оказывается перед кацуки. вокруг не находится сейчас смельчаков кинуться на него, и бакуго быстро решает, даже не осматриваясь: "он мой". ускоряя шаг навстречу роботу, он решительно выпрыгивает на него, как ему кажется, активируя причуду, вкладывая всю силу в замах правой руки. как вдруг перед носом пролетает какая-то темнокожая девчушка, швыряющая в робота предмет, сразу напоминающий кацуки гранату. — осторожно! — девушка уверенно отталкивает его лёгким ударом ладони в грудь и грациозно делает кувырок в воздухе, приземляясь на землю. а у бакуго, шлёпающегося на задницу, перед глазами взрывается вся эта оживлённая груда металла. — плюс три очка! или не три?.. — она не то лукаво, не то задумчиво прикладывает палец к губам. — запуталась! — и очаровательно улыбается, пока кацуки взрывается от злости. — да ты издеваешься! — рявкает он. — ну прости. тут надо действовать быстро! — соотай ая. причуда — скорописный узор. может на невероятной скорости рисовать и воплощать нарисованное в реальность. за счёт высокой скорости может показаться, что недостатков в способности нет, однако необходимо точное понимание того, что изображаешь, и только одним рисунком, конечно, не ограничишься. это полноценные чертежи. весьма занимательно, но требует глубоких познаний для сотворения, соответственно предметы ограничены, только если она не гений, — комментирует сотриголова, лениво сидя у экранов. — это крутецкая причуда, сотриголова! она пригодится во многих спасательных и разведывательных операциях, — отвечает вечно воодушевлённый сущий мик. забинтованный герой только пожимает плечами. — бакуго кацуки, — продолжает он. — причуда — усиление. может, соответственно, усилять удары, увеличивать свои физические способности. пока так и не проявил себя. скукота, — герой пропадает в спальном мешке. — это ты — скукота! смотри лучше дальше! наоравшись на ускользнувшую прочь девушку, кацуки мчится дальше, нарываясь на нового робота. "уж теперь точно — мой!" — мысленно рыкает он и порывается на искусственного, хотя лично для него самого настоящего врага. и, наконец-то, удача оказывается на его стороне. он замахивается для удара, мысленно быстро сосредотачивая всю волю в кулаке, чувствуя, как тот наполняется, как кажется, бесконечной энергией, и направляет его в сторону робота. их движения просты и предсказуемы, потому преимущество явно за абитуриентами, проблема лишь в том, чтобы успеть и опередить остальных. заряженный один за всех, кулак с силой впечатывается в морду робота, и та заходится искрами, слетая с плеч и повисая на сверкающих проводках. — есть! — орёт бакуго довольно, и резко, пронзительно руку, а за ней и всё тело пробивает острой, противной болью. он моментально хватается за локоть, приземляясь на колени, и зажмуривает глаза от адской боли. чёрт, чёрт возьми, что это за фигня?! он поражённо смотрит на свою покалеченную кисть, мигом опухшую практически до локтя, и мерзкое осознание пронзает всё его существо: ею он ещё не скоро воспользуется. а об экзамене ей и подавно стоит забыть. но не ему. не ему, чёрт возьми, после всего, через что он успел пройти! но разве у всемогущего так же отнимались руки при его ударах? совсем нет. неужели, перегнул с силой? или тренировок было недостаточно и тело ещё не готово принять один за всех? нет, сейчас не время об этом думать. у него всё ещё есть вторая рука. и две ноги, вообще-то. с ними он как-нибудь справится. иначе и быть не может — ведь для чего тогда он столько готовился и тренировался? неужели, всё ещё ни на что не способен? ему срочно необходимо было доказать обратное. бакуго кацуки поступит. поступит и... внезапно раздаётся особенно шумный, резкий грохот, и кацуки поворачивает голову в сторону орущей и убегающей толпы. — это нулевой! — валим! — чувак, ты слушал? бессмысленно с ним сражаться! уходи! — там кто-то застрял!.. — вали-и-и! бакуго замирает на мгновение, вслушиваясь во все эти многочисленные голоса и внимательно заостряясь на одной единственной фразе. затем он фокусирует взгляд на обломках и — не замечает, как ноги уже сами несут его вперёд. он не слышит толкающих его прочь осуждающих голосов, он не чувствует боли от столкнувшейся с чьим-то чужим плечом сломанной руки — он просто мчится в блядское вперёд, как полоумный, как потерявший рассудок. но он его не терял. он был уверен, что всё, чёрт вас всех дери, делает правильно. он мчится спасать человека. он делает то, что подобает настоящему герою, сам того ещё не до конца осознавая. в груде обломков от кем-то раскрошенного робота застряла та самая девушка, что недавно отняла у него очки. бакуго шипит, не особо-то желая именно ей помогать, но геройство в нём орёт куда интенсивнее. быстро подбираясь к девушке, он хватается за железную пластину, накрывшую спину темнокожей, и, пока нулевой ещё не подоспел, всеми силами, но не используя причуды, пытается разгребсти завал. он занимался подобным девять месяцев. он не мог облажать сейчас. — совсем с ума сошёл? мне не нужна твоя помощь! и нулевой совсем близко! — страх потеряла?! помощь ей не нужна! да пошла бы ты нахуй! — не сдерживается кацуки и одной левой под сердитый рык на адреналине отпихивает на удивление весьма тяжёлую пластину прочь. девушка скрепляет зубы, слабо простанывая в попытке пошевелиться. бакуго замечает, что одну ногу ей хорошенько так отдавило. — чёрт! нулевой подбирается всё ближе и ближе к ним. кацуки подхватывает девушку за талию, сквозь зубы берясь и больной рукой, и под сдавленный крик откидывает в сторону, надеясь, что так будет хоть немного безопаснее для неё. бежать им уже явно не предоставляется возможности. размашисто дыша, осознавая, что это не принесёт ему совсем никаких баллов, бакуго, понимая, что иного выхода уже нет, если он хочет спастись сам и спасти другого человека, принимает то же положение, что занимал всемогущий во время высокого прыжка для полёта. и он бессознательно активирует причуду в ногах, резво взмывая в воздух. обе конечности мигом пробивает уже знакомая боль, но кацуки плевать, он забивает на неё, концентрируя всю мощь в левом кулаке. и замахивается для нового удара. разгневанный на ситуацию, потерявшийся в мыслях о том, что он вообще творит, и точно ли это было верно предпринятое решение, он мысленно кричит великую фразу всемогущего "детройтский погром!" и со всей силы мажет по груди наступающего робота. нулевой с треском отлетает — как, впрочем, отлетает в противоположную сторону и сам бакуго. и на этом его силы окончательно иссякают. он обнаруживает себя в бесконтрольном полёте и понимает, что близится его конец. ведь больше использовать нечего — все конечности переломаны и смешно болтаются в воздухе, словно тряпки, а поймать его с такой высоты точно никто не сообразит, а если и сообразит, то всё равно не решится. и кацуки тупо летит, обдумывая, что он сделал не так. по крайней мере, он спас чью-то жизнь — а, значит, и свою прожил не так уж и зря... только больно, больно, чёрт побери, и обидно, что он так подставил всемогущего. и самого себя. в первую очередь, он подставил самого себя. ведь так никуда и не продвинулся. он даже вступительный экзамен не пережил — какой из него был бы герой? и изуку — он подвёл и его тоже. ведь тот уже считал его героем, а кацуки... кацуки не справился с возложенной на него ответственностью. он с погромом проиграл. и тут внезапно, вырывая из предсмертных мыслей, когда кажется, что конец совсем близко, спина касается чего-то упругого, достаточно твёрдого и тёплого, явно живого. он обнаруживает себя в капкане огромной вытянутой руки, ринувшейся его ловить, и благодарность с облегчением читается в его коротком взгляде, брошенном на спасшего его жизнь вероятно будущего ученика. его осторожно опускают на землю, и кацуки бессмысленно упирается глазами в небо, наконец сдаваясь чувству боли в ногах и руках. — очки засчитаны, — объявляет вдруг голос сущего мика, — поздравляю с окончанием вступительного экзамена! это конец, да-да, вы не ослышались! сейчас вы пройдёте через необходимую медицинскую помощь и... — сука! — вырывается из бакуго раздосадованно, он дальше и не слушает. конечно, не так он представлял себе этот день. не полностью поверженным физически и разбитым морально, лежащим на земле без возможности нормально пошевелиться и самостоятельно встать. его даже боялись обступить и спросить, в порядке ли он, но кацуки это и не было нужно. меньше всего хотелось сейчас внимания к нему, такому жалкому и всё проигравшему. мечта сгорела до тла в одно мгновение, оставив за собой только горький пепел, всё ещё жгущий обидой и злостью грудь. три заработанных очка не приведут его ни к чему, как бы хорошо он ни написал тестовую часть экзамена. — так-так-так, славно поработали, мальчики и девочки. держите конфетки. и ты тоже возьми. ох, а тут у нас... — на его лицо падает тень, и перед носом замирает лицо какой-то старушки. — бедный мальчик. страдаешь от собственной причуды? — вы ещё кто? — бакуго недовольно морщится от лекарственного запаха, исходящего от старушки. — это же оживляющая девочка!.. — доносится со стороны, и кацуки ведёт бровью. что-то знакомое. — я тебя подлечу, но больше бы тебе, конечно, так с собой не поступать, — улыбается героиня и вытягивает губы для поцелуя в лоб. бакуго чуть не заливается густой краской от злости и смущения. однако сильная боль в конечностях потихоньку снижается, и он вспоминает о том, как изуку рассказывал про причуду оживляющей девочки. видимо, это и было её действие, оказанное теперь на нём самом. хоть боль и отступила, твёрдо встать на ноги у него пока не выходит. его переносят на носилки и передвигают в медпункт академии. обширный и пахнущий лёгкой прохладой и лекарствами. там перебинтовывают руки и ноги и просят недолго отлежаться, пока всё ещё действует причуда героини. а потом отпускают домой — всего забинтованного и не менее раздосадованного. кацуки думает, что всё благополучно просрал. баллов за письменную часть ему точно не хватит, хотя он в ней абсолютно уверен, было бы нелогичным оценивать её в большей степени важности, нежели практическую. а практическую он объективно завалил. слишком мало очков он заработал, учитывая, что ребята вокруг орали двузначные числа собственных. трёх явно было недостаточно. чёрт... всё пропало. ещё и всемогущий не выходил на связь, чтобы хоть как-то его подбодрить. или наоборот выставить полным идиотом и непригодным учеником, во что бакуго, конечно, куда больше верил. хотя он даже не уверен, что смог бы после всего смотреть герою в глаза так же гордо, как делал в течение девяти прошедших месяцев. он вновь стал беспомощным. нет, всегда таким был. с самого начала. нельзя было верить словам о том, что он может стать героем, не стоило обворовывать всемогущего и во времени, и в причуде. тот наверняка нашёл бы себе преемника куда более достойного, чем кацуки — эта бесполезная, беспричудная омега, какой он всегда и был. бакуго на автомате продолжает тренировки от нечего делать, дожидаясь очевидных для него результатов решения академии по поводу его зачисления. он, поборов гордость, отправляет одно единственное сообщение всемогущему, коротко в нём извиняясь, и, откладывая телефон, продолжает отжиматься, качать пресс, приседать, подтягиваться, бегать, тягать гантели — делать всё в привычном, рутинном ритме, хоть как-то отвлекающем от съедающих мыслей. и вот, спустя неделю, наконец, приходит письмо из академии. — кацуки, забери своё письмо! — зовёт его мать, размахивая конвертом, и кацуки заторможенно спускается по лестнице, не с первого раза забирая письмо из рук, ведь мицуки так сразу его не отдаёт. — не знаю, что с тобой последнее время, но ты хотя бы попытался. я рада. ты молодец, — мать хмурится, но говорит искренне и поддерживающе чуть улыбается, вручая сыну запечатанный багровой печатью ответ академии. кацуки никак это не комментирует, только чуть напрягается, ожидая от матери подвоха. запираясь в своей комнате, он плюхается на живот на кровать и ещё с минуту просто гипнотизирует письмо в на секунду дрогнувших руках. а потом, наконец, решается и открывает с осторожностью, словно на него оттуда сейчас выпрыгнет самый опасный злодей, что его непременно уничтожит. по ощущениям его грядущий провал примерно так и чувствовался. отдирая печать, он разворачивает конверт, и из него выпрыгивает круглое приплюснутое устройство, а над ним мигом загорается экранчик. бакуго хмыкает: что ж, меньшего от академии UA он и не ожидал. но сразу после глаза лезут на лоб от удивления: ведь на экране появляется сам всемогущий. — я здесь — теперь от лица академии UA! прости, копался в разных бумажках и не мог встретиться раньше. на самом деле, я приехал в этот город, чтобы стать преподавателем в UA. как тебе такая новость? — герой коротко смеётся, и ему жестами, попадающими в кадр, намекают, что пора закругляться. — в таком случае перехожу к сути. несмотря на практически самые высокие баллы за письменную часть, практическую ты, конечно, завалил. потому ты не прошёл. кацуки знал. он и так знал это. можно было не повторять, он ревностно вбивал себе эту фразу в голову на протяжении всей недели. он всё знал, но... но как же это было больно вновь понять, услышать, признать. всемогущий помолчал, а затем продолжил. — а ещё должен сказать, что я тот ещё остряк. посмотри-ка на это видео. кацуки шумно вдыхает и задерживает дыхание, поднимая до этого опущенную голову на экран. он совершенно сбит с толку. на экране появляется та самая девушка, к которой он зачем-то — он знал, зачем — прыгнул в последние минуты экзамена. она сурово облизывает пересохшие губы и уверенно произносит: — извините, не могли бы вы кое-что сделать? это не для меня, а для того парня. ну, знаете, взлохмоченный такой, взгляд острый, свирепый, решительный, роста со мной одного. ну грубый такой! но он спас меня от того нулевого. потому не могли бы вы передать ему часть моих очков? я всё же сама украла у него парочку, так что считаю, это будет справедливо, если я поделюсь. кажется, ему туго пришлось. — вот сучка, — ухмыляется кацуки, широко улыбаясь. непонятное чувство стягивает нутро, но отчего-то он ощущает себя счастливым, хотя обычно разнёс бы всё к чертям, ведь такие подачки он больше всего терпеть не мог. тем временем на экране девушку берёт за плечо сущий мик. — твоя доброта похвальна, малышка, но поделиться очками мы никак не можем. однако в этом и нет необходимости. бакуго замирает, хмурясь и настораживаясь. что это ещё значит? в груди клокочет неясное возбуждение, покалывающее на кончиках пальцев. всемогущий останавливает запись и вновь начинает говорить. — конечно, экзамен не был так прост. очки засчитывались не только за поражение злодеев своей причудой. мы — геройский факультет и не могли пройти мимо тех, кто совершает правильные поступки, спасая других! бакуго кацуки — три очка за повержение, шестьдесят очков за спасение! соотай ая — двадцать восемь очков за повержение, двадцать четыре очка за спасение! оба прошли, — лучезарно улыбается герой своей привычной улыбкой во весь рот. кацуки вздрагивает нижней губой, стягивая руками одеяло под собой и сползая в позу ребёнка, утыкаясь лицом в комок одеяла. он не верит. дыхание сбивается, и он плотно стискивает зубы — или уже само одеяло между ними. слёзы полного, безумного счастья вырываются из глаз, и он зажмуривает их как можно крепче. он не верит. боже. теперь он точно в него уверовал, да простит он его за все свершённые грехи. — поздравляю, юный бакуго. добро пожаловать в твою геройскую академию.

***

— эти двое... — проговаривает сотриголова хмуро, предвещая лично для себя неладное. — меньше всех очков за повержение наших злодеев, и больше всех — за спасение, — энергично улыбается сущий мик. — в этом году будут интересные ребятки, — ухмыляется полночь, облизываясь.