Крылья огня: потерянная наследница

— Цунами. Морекрылка подняла голову, встречаясь взглядом с матерью. В пасти слабо трепыхалась рыба — похоже, дожидалась пира она ещё живой. Вкуснятина! — Пригласи их к столу, — продолжила Коралл, обнажая концы клыков в улыбке, и указала носом на сиблингов. Морекрылочка задрала голову, не веря своим ушам. Пригласить их к королевскому столу? После того, как мама ясно показывала, что они ей не особо нравятся? — Да-да, твоих названных сиблингов. Должна же я познакомиться с ними поближе? Тем более, если скоро один из них станет моим советником, — она искоса посмотрела на Звёздолёта, что даже не отвлёкся от сосредоточенного разгрызания крабовых ножек. Цунами кивнула, раскусывая рыбу на две части. Два глотка, и можно идти! Пир был в самом разгаре. Драконы ели, ворчали тихие разговоры между собой, пахня довольством и спокойствием. Ну а кто не будет рад еде и возможности пообщаться? Цунами как раз обошла стол с посольством грязекрылов, что делили между собой особо огромный шмат мяса — просто ухватив его с разных сторон пастями и раскусив посредине, а потом весело обнажив клыки друг другу. Тут недалеко, за столом степенно вкушающих небокрылов, что вальяжно раскинули свои большие крылья, был и стол сиблингов. Цунами подошла к моменту, где Глин сосредоточенно обнюхивал большой мясной кусок. — Что такое? — спросила она, наблюдая за тем, как он попробовал его своим языком и теперь явно анализировал его запах. — Незнакомое мясо, с призапахом водорослей. А что, если оно плохо повлияет на остальных? Я-то его переварю, как и Солнышко, а вот Слава и Уголёк ничего кроме дичи с гор, и недавно рыбы, и не ели. — Не думаю, что мама подавала бы в пиру для надводников то, что им повредило бы, — ответила Цунами, приоткрыв концы клыков в улыбке. — Пойдём, вас всех приглашают к королевскому столу. — Прям… туда? К твоей… маме? — встрепенулся Глин. — Да, к моей маме, — вздохнула морекрылка. — Да, я понимаю, это может быть странно… — Это же прекрасно! — радостно отозвалась Солнышко. — А то видела её только раз, и то, это была только короткая встреча… — Поплыли… то есть, пошли, — не смогла удержаться от новой улыбки Цунами. Сестра всегда умела вызвать радость даже просто своим присутствием, и она искренне желала, чтобы этот оптимизм сохранялся с нею всегда. — Нас ждут. Они всей ватагой подошли к королевскому столу, склоняя морды в приветствии, и Коралл приглашающе махнула мордой. Глин краем крыла прикрыл Уголька — тот явно робел от того, что такая персона обратила на них своё внимание, и так они и расселись за столом, за которым явно стало тесновато от такого количество драконов за ним. Сначала они просто ели вместе — чета Коралловых с дочерьми и сиблинги. Цунами смотрела на мать, а последняя смотрела на разноплеменных драконов, что просто продолжали есть, как они это делали всегда. Правда, Солнышко, как всегда наевшаяся первой, явно уже начала больше смотреть вокруг, чем есть. Наконец, Коралл, что-то отметив про себя, начала первой: — Что ж, приветствую вас, Дракончики предназначения. Оные невольно приподняли головы. Это звучало гордо! — Расскажите мне о себе, — улыбнулась она. — Я хочу знать, как моя дочка росла вместе с вами. — Родились на землях Медночешуйных. Всю жизнь считали себя их частью, а они считали нас своей. Кречет о нас заботилась, хотя остальная часть семьи узнала о нас только через год, а увидела вживую и того позже, — начал рассказывать Глин. — То есть, вы не знали, что ваши яйца украдены? Или это они так только с моей дочерью обошлись? — Коралл пахнула лёгким возмущением. — Знали, — кивнул Глин. — Нам рассказали об этом где-то через год-два. Но… в общем-то нам было всё равно. Мы с самого яйца видели Кречет, она нас кормила и заботилась. Она была нашим всем, нашей мамой. Звёздолёт вдруг улыбнулся кончиками клыков, но быстро спрятал их обратно. Неужели у кого-то была смешная мысль? Но Коралл пахла отнюдь не весельем, а возмущением, да и остальные тоже весёлыми не были… — Значит, вы даже не искали своих родителей… — проговорила она, склоняя голову, а потом посмотрев на свою Цунами. Последняя смотрела на всё это, едва ли не открыв пасть. Вопросы по теме, текущие один за другим, цепляющиеся друг к другу как пучки водорослей. Она вдруг поняла, что мамы есть много сторон. И сейчас она видела как раз ту, за которую её и выбрали королевой — умение говорить и спрашивать, причём правильных драконов. Например Глина, который дракон простой и выдаст как на духу всё, что не несёт непосредственной опасности его сиблингам, по его мнению. — Ну… нам было хорошо и с ней. Плюс, за пределами семейного пространства рыскали воины Пурпур. Мама настолько боялась её, что мы не смели улетать далеко от гнезда, как и показываться даже членам своей семьи! — Что ж… я рада, что она хоть и сотрудничала с ворами детей, но постаралась воспитать вас как могла, — Коралл немного даже отвращением запахла, ясно показывая общее отношение к Кречет, отчего Цунами осталось только вздохнуть. Видимо, двух мам никак не примирить… — А я хотела сказать вам одну новость, — тем временем продолжила она. — То, что вы хотите назначить Звёздолёта советником? — ответила Слава, показывая концы клыков в лёгкой усмешке. — Да, — ответила Коралл с кивком, и вдруг до неё дошло. — Как вы… — Я же сказал вам — я вижу будущее, — ответил Звёздолёт сбоку. — Он ещё вчера рассказал нам, как всё будет, когда улетал к вам! — тут же воскеликнула радостная Солнышко. — И чтобы мы обязательно ответили так, и тем самым подтвердили, что он и правда видит будущее! — Хитро, — Коралл с клыкастой улыбкой. — Ну что ж, это и правда хорошее подтверждение. Как минимум того, что у тебя хороший аналитический ум и планирование, не характерные для дракончика шести лет от роду, что до этого сидел в пещере и дальше пары часов лёту от неё не улетал. — И поэтому легче поверить, что я и правда имею способности, нежели предположить, что только из свитков научился тому, как думают и действуют драконы, и научился на основе этого строить хребты планов? — с лёгкой улыбкой ответил Звёздолёт, явно прочитав её мысли. — Именно! Но ум ты явно заработал сам. Увидеть и применить увиденное — это две разные вещи, и последним ты владеешь хорошо. Ночекрыл только склонил голову, молча приняв похвалу. — Ну и раз ты у нас самый настоящий провидец, — тем временем продолжила Коралл. — Что же нас ждёт в ближайшем будущем? — Разговор с Ожог. Не прямо сейчас, конечно, — тут же продолжил он, видя, как его сиблинги подобрались. — Где-то через четверть часа. Но готовьтесь. — Что ж… у меня есть несколько вопросов для неё, — хищно улыбнулась королева. *** И правда, не прошло и полчаса, как к столу гибкой и мягкой, будто ступая на воду, походкой направилась пескокрылка. Сама Ожог, королева прибрежной части королевства, подходила к их столу, за которым всё ещё сидели все сиблинги. — Приветствую, королева, — начала она, подойдя со стороны самой Коралл, и оглянула всех цепким взглядом. Её клыки были обнажены в лёгкой благожелательной улыбке, но Цунами ею не обманывалась. Всё-таки, Ожог считалась самой хитрой из сестёр не просто так. — Мои поздравления тебе по поводу возвращения дочери. Надеюсь, похитители получили по заслугам. — Да попробуй доберись до них, — проворчала Коралл. — Ласт сюда никогда не покажется, как и те, кто вообще руководил по операции по краже яиц. — Что ж. Думаю, когда мы победим, с этим будет куда легче разобраться, — не убирая этой своей улыбки, ответила Ожог, подгибая задние лапы и садясь. — Кстати о победе… одна птичка мне напела, что ночекрылы заключили с тобой отдельный договор, где ты даришь им полустров Когтя, а они закрывают глаза на некоторые… неудобства. Например, что морекрылы должны получить песчаные пляжи королевства в совместное пользование, о чём был составлен заверенный ими договор между пескокрылами и морекрылами. Ожог вздохнула, чуть дрогнув хвостом: — Уверяю тебя, кто бы ни был твой источник, он врёт напропалую. Ты же прекрасно знаешь, их парламент официально провозгласил нейтралитет, и даже если отдельные семьи будут интриговать, племя в целом не получает ничего от наших распрей. — То есть, прямо всё враньё? — возвратила ей улыбку Коралл. — Мой источник прямиком из их племени, он знает их так же хорошо, как дракайна внутренности жертвы. — Всё до последней буквы! — ответила пескокрылка. — Наш договор скреплён, и ему ничего не угрожает — и нет никаких договорённостей с ночекрылами, нарушающих его. Я думаю, что твой ночекрыл попросту из тех немногих их семей, кто хочет втянуть остальное племя в войну и получить свой кусок пирога, и потому сталкивает нас лбами, чтобы обвинить своих. Цунами скрывала улыбку, смотря, как Ожог пытается оправдаться, и подозревала, что её мама и брат так же наслаждаются этим. — Давай лучше поговорим о чём-то более реальном. Например, о тех дракончиках, которых ты так привечаешь, что пригласила их к столу, — тем временем продолжала пескокрылка. — А что с ними не так? — заинтерсованно склонила голову набок Коралл. — Ты же знаешь, кто они? — Ну допустим. Дракончики пророчества, которые, согласно оному, остановят войну. — Именно! Ты же понимаешь, что Когти Мира их взрастили, а значит, они инструменты в их когтях? — И что они могут, кроме как украсть яйца и не казать носу из пещер всё это время? — усмехнулась Коралл. — Да не скажи! Они же каким-то образом добыли яйцо ночекрыла! Ты представляешь, какой властью они должны обладать, чтобы хотя бы украсть его с их острова? — и видя, что морекрылка призадумалась, усилила напор. — Скорее всего, они подосланы к тебе, чтобы разбить наш союз, и тем самым дать выиграть Поджог. — Они разве не за мир и прекращение грызни? — задумчиво склонила голову набок Коралл. — Зачем им поддерживать одну кандидатку, когда они вроде как за немедленный мир на текущих условиях? — Потому, что она имеет симпатии большинства семей пескокрылов! У Когтей Мира нет альянса семей, что мог бы вставить достаточно количество воинов, даже против проигрывающей Прожог — так что они, не имея возможности по-настоящему диктовать условия, а не просто декларировать их, попросту сговорились с нею! — И откуда у тебя такие сведения? — недоверчиво спросила Коралл. — Оттуда же, откуда у тебя про мои намерения нарушить договор и союза с ночекрылами, дорогая, — широко улыбнулась Ожог. — Я конечно всё понимаю, — вдруг подала голос Слава, — но Когти Мира не крали яйцо ночекрылов. Его принёс один из них. Причём не кто-то там, а сам Завтравидец, он же по совместительству автор пророчества о нас. Так что, не надо приписывать им сил, которыми они не владеют. — Привет, дождекрылочка, — перевела внимание на неё Ожог. — А откуда ты это знаешь? — Мама рассказала, — пожала крыльями Слава. — Под мамой ты имеешь в виду ту, кто вас растила из краденых яиц? — дождекрылка нехотя кивнула. — Думаешь, это не её сказки для маленьких наивных драконят? Она могла рассказать тебе что угодно. — Во-первых, она рассказала не только ей, а всем нам, — вступила в разговор Цунами. — А во-вторых, мне она почему-то рассказала правду о том, что я выкрадена из королевской кладки, а не скормила удобную ложь. — Наверное потому, что вы всё равно не могли от неё никуда деться, — снова улыбнулась пескокрылка. — Так что можно сказать и правду. — Что и требовалось доказать, — торжествующе мигнула золотым Слава. Вопреки ожиданиям Цунами, Ожог потребовалось буквально несколько мгновений, чтобы восстановиться: — Что ж, ума у вас не занимать! Когти Мира хорошо научили вас, что доказывает, что они драконы очень умные… — И тем не менее, они не смогли украсть яйцо ночекрыла. Они его получили, причём не от последнего дракона их племени, — снова вернула разговор в русло Слава, на мгновенье пыхнув оранжевым на оборках. — А значит, у них нет какой-то большой власти. Так что мы никакие не инструменты по ссоре королев, чтобы победила Прожог. — Ладно, твоя взяла. Но это может означать, что, например, сами ночекрылы хотят её победы, и направили вас… — задумчиво проговорила Ожог, и встала обратно на лапы. — Знаете, мне нужно обсудить вскрывшиеся факты с главами наших семей. Так что, на какое-то время я вас покину, — она одним плавным движением развернулась, и отправилась обратно за свой стол, где сидели остальные пескокрылы. — О луны, она просто невыносима, — подвела итог Слава, когда Ожог наконец отошла достаточно далеко от королевского стола. — Что ж, вот вы и посмотрели на неё. Что думаете? — хитро смотря, спросила Коралл. — Манипулятор, — склонил голову Звёздолёт, складывая свой характерный для морекрыла гребень (на что Цунами готова была смотреть вечно). — Пыталась увести разговор в другое русло. Хорошо, что у нас есть Слава! — последняя от похвалы на мгновенье пыхнула гордым фиолетовым. — Ожидаемо объявила всё враньём, — сказала она. — И да, мастерски пыталась перевести тему. Сама чуть не попалась. — Ну а что вы, как дракончики судьбы, предполагаете с ней сделать? — с хитринкой спросила Коралл. — Не дружить с нею. Не дать ей победить — подал голос Звёздолёт. — Будущее с её вариантом довольно… мрачное. Она будет манипулировать всеми к своей выгоде, и под её руководством постоянно будут стычки семей, которые она сама и будет устраивать, чтобы никто не думал покушаться на её власть. Сами понимаете, когда ты думаешь о том, что твой сосед охотиться на делянке, что ты считаешь только своею, объединиться с ним, чтобы вместе выразить недоверие королеве, довольно сложно. Особенно если будут убитые в таких драках… — И как вы собираетесь противостоять ей? — Ясное дело, что мы не может встать и надавать ей по морде, — усмехнулся Звёздолёт. — Но мы можем лишить её союзников. Без союзников ни неё, ни у Прожог, нет ни шанса противостоять Поджог, которая имеет симпатии большинства семей пескокрылов. — Ну насчёт надавать по морде… С Пурпур же сработало, — Слава хищно обнажила свои длинные клыки. — Так что в крайнем случае можно подумать и о таком. — Это было на нашей территории, и от неё все откровенно устали, — со вздохом напомнил Звёздолёт. — Не думаю, что это сошло бы нам с лап, если бы это был кто-то с последователями, как одна из пескокрыльих королев. — О, яд дождекрылов? — заинтересованно посмотрела на оную Коралл. — Вот как это произошло! Конечно, убивать заснувшего нечестно… но будем честны, Пурпур, тиранически пытаясь править единолично, не была драконом чести. Так что, думаю, простительно. На несколько мгновений установилась тишина. Слава не спешила рассказывать, что её яд может не только усыплять, а другие не спешили рассказывать за неё, раз она не хочет, понимая, что незнание может быть хорошим преимуществом. И когда Солнышко, не в силах долго держать как тайну, так и повисшую тишину, кажется была готова всё рассказать, Коралл снова продолжила: — Что ж, дракончики пророчества. Ваша удача, что многие семьи устали от войны. — Прям… многие? — подал голос Глин, до этого просто молча евший. — Это… радует. — Прям многие. Как вы думаете, почему Рубин решила, что первым же её указом будет выход из союза? Наверное потому, что война длится уже двадцать лет, и всем она надоела. Когда заключались союзы, все надеялись, что пескокрылы перегрызуться максимум за год и определятся с выбором, а не что это будет тянуться столько, что уже два поколения дракончиков стали совершеннолетними! И они не знают ничего, кроме того, что семьи только грызуться и грызуться, что соседи то ли друзья, то ли враги, то ли тайные друзья, но официально враги… — Значит, наша задача становится только легче, — усмехнулась Слава. — Да, — кивнула Коралл. — И знаете, что это означает? Естественно, никто не знал, и все морды смотрели на неё с вопросом. — То, что я тоже собираюсь из неё выйти. Вы, дракончики, дали мне в лапы довольно неплохой повод для этого. Не самый лучший, конечно, но думаю, сойдёт, — драконица привстала из-за стола. — Осталось обсудить его с другими матриархами, так как дела, касающиеся отношений с другими племенами, в одиночку не решаются.