Почувствуй пламя на коже

      — Это не магия, — твёрдо повторяет Ламбо скептически настроенной троице.       Не сказать, что он не рад тому, что его Пламя так хорошо сработало против преследующего их монстра. Было бы ложью сказать, что Ламбо не нервничал по поводу того, как пребывание в совершенно другом мире отразиться на его Пламени Грозы. Поначалу он избегал его использования именно по этой причине; ну, и ещё потому, что здесь его, по идее, быть не должно. Возможно, Ламбо мог бы замаскировать его под магию, но Тёмное Зеркало практически перед всеми разрушило эту возможность, раскрыв у него отсутствие магии.       Ну и пофиг. Неважно. Ламбо остаётся радоваться тому, что он всё ещё может использовать Пламя Грозы.       — Окей, тогда что это? — спрашивает Эйс, подняв бровь.       — Да, и почему ты не использовал его раньше? — спрашивает Грим.       Дьюс ничего не говорит, но любопытство буквально распирает его изнутри, что ясно даёт понять: Ламбо не уйдёт от разговора, оставив их без ответов. Он мрачно задаётся вопросом, не попадет ли он в неприятности за нарушение мафиозных секретов в другом мире.       (Вероятно, нет, но всё же.)       (Ему влом вдаваться в подробности и объяснять правила пользования «Пламенем Посмертной Воли» перед людьми, с которыми знаком меньше суток. Да и какой в этом смысл?)       — Семейная тайна, — говорит Ламбо, пожимая плечами. — Я могу это делать, моя семья тоже может, и это всё, что вы от меня услышите.       Технически, это даже нельзя назвать ложью; хотя он сомневается, что Эйс, Дьюс или Грим ощущают разницу между семьёй и Семьёй.       — В общем, — продолжает он, — Мы получили то, что хотели, так? Смысл здесь оставаться? Я устал и хочу спать.       Ламбо спокойно разворачивается и медленно уходит. Он ждёт, высчитывая секунду, две, три...       — Нет, ты не можешь просто так бросить нас и свалить! Подожди! — Эйс вскакивает и следует за ним.       Спустя пару томительных мгновений Дьюс и Грим бросаются вслед за ним и Эйсом, и четверо подростков препираются всю дорогу обратно в Колледж Ночных Воронов, втайне испытывая ободрение от того, что им удалось заполучить то, за чем они изначально явились сюда. К счастью, тему необъяснимого пламени Ламбо спускают на тормозах, и он самодовольно отмечает это как успешный отвлекающий манёвр.       (Вот вам, глупые Реборн и Хаято! Он может действовать тонко, когда хочет!)

***

      К огромному удивлению, Ламбо каким-то образом оказывается зачисленным в Колледж Ночного Ворона в качестве студента. Технически, он студент наполовину, а Грим — его вторая половина, потому что у него нет собственной магии, но всё же он зачислен.       (Эйс пытается поправить Кроули, когда тот делает объявление, но тут же замолкает, как только Ламбо бросает на него свой самый убийственный взгляд, а Дьюс резко бьёт локтем поддых.)       Хотя Ламбо, как ни странно, не очень-то хочет ходить в школу, это все равно лучше, чем быть уборщиком, поэтому он не жалуется, когда его заставляют посещать уроки, которые ему мало чем помогут. Магическая школа должна быть, по крайней мере, интереснее обычной, плюс это снижает вероятность того, что Кроули просто вышвырнет его, если решит, что Ламбо — не его проблема. Ламбо ходит на занятия как хороший мальчик, проводит время в основном с Эйсом, Дьюсом и Гримом и старается не думать о том, что сейчас чувствуют дома.       Но не всегда всё идёт гладко. В моменты, когда внимание не занято уроками, словами Эйса или Дьюса или попытками заставить Грима выполнять свою работу, мысли Ламбо неизбежно возвращаются к его семье. К другим Хранителям Десятого поколения Вонголы, Фууте и И-Пин, и к Тсуне. Что они, должно быть, думают о его внезапном исчезновении? Ламбо очутился в искажённой Стране Чудес прямо посреди переговоров с другой Семьёй и отлично понимал, как это выглядело со стороны Тсуны и остальных. Их мысли тотчас переключатся на худший сценарий, и Вонгола обрушит всю свою мощь на куда меньшую Семью в отместку за Ламбо, одним махом сводя на нет смысл переговоров.       Но и тогда они нигде не смогут его найти, как бы усердно ни искали и к кому бы ни обращались за помощью. Потому что Ламбо буквально вынужден учиться в школе в альтернативной вселенной.       Даже если бы им каким-то образом удалось узнать его местонахождение, как бы они смогли добраться до него?       Подобные мысли наводнили голову множеством ужасных исходов событий, о которых Ламбо совершенно не желал задумываться. Ему просто придётся потрудиться самому, чтобы изучить путешествия через зеркала, врата и магию в Стране Чудес, если он хочет чего-то добиться. Ведь Кроули с его заверением, что он действительно отыщет способ отправить его обратно, не внушал никакого доверия.       Поэтому, как только у него появлятся такая возможность, Ламбо отправляется именно туда, где сможет найти ответы: в библиотеку. Там ведь должно быть хоть что-то полезное, правда?

***

      Ламбо сгребает последнюю стопку книг на столе и бегло просматривает найденные материалы. В душе он сетует на отсутствие гениев, создающих машины времени, или сверхмощных магических артефактов типо Три-Ни-Сетте, которые могли бы вернуть его домой, но тем не менее садится и тянется к ближайшей книге. Исследование само себя не сделает.       Прошло чуть больше пятнадцати минут с хвостиком, а у Ламбо уже опускаются руки и возникает желание пойти искать ближайшую подушку, чтобы от души проораться в неё.       Каждая. Книга. Которую. Он читал. Либо бесполезна, либо непонятна! Окей, может, всё и не будет так легко, Ламбо и не рассчитывал, но всё же. Он даже не знал, с чего начать. Чёрт, да он понятия не имеет, как его вообще сюда занесло!       Ох, вся эта «ответственность» — сплошной ужас. У Ламбо даже не было никакой поддержки, на которую он мог бы рассчитывать, как обычно.       — Ну, либо это, либо ничего… — ворчливо бормочет Ламбо, беря в руки другую книгу.       — Прошу прощения.       Он поднимает взгляд в сторону источника голоса и видит стоящего у стола рыжеволосого парня с церемонии, скрестившего руки на груди.       — Мне нужна эта книга, — заявляет рыжий, указывая на одну из стопки на столе Ламбо. — Ты уже закончил?       Прежде чем Ламбо успевает ответить, тот внимательно приглядывается к собеседнику и хмурится.       — А, это ты. Тот, кто сорвал церемонию.       — Меня притащили сюда против моей воли. Церемонию сорвал Грим. — мгновенно отбривает Ламбо.       Рыжеволосый мальчик наклоняет голову, и его хмурое выражение лица становится еще более мрачным.       — Против твоей воли? Это как? — допытывается он.

***

      Тсуна считает себя добрым, терпеливым человеком, тем, кто придерживается определённых принципов и правил, границ, которые никогда не переступит.       Большинству людей он запомнился именно таким. Они склонны считать Тсуну бесхарактерным, наивным и легко поддающимся влиянию ребёнком, который позволяет собственной Семье помыкать собой. Однако эти же люди часто забывают, что такой человек никогда бы не выстоял против тех, с кем ему пришлось столкнуться в подростковые годы. Нет, доброта – не всё, что есть в Десятом Вонголе. Он также тот человек, за которым последовал Мукуро, тот, к кому прислушивался Хибари. Тот, кто мог шаг за шагом вернуть Вонголу к её истокам, наплевав на мнение окружающих. У него свой собственный подход, и если мафии это не нравится, им не следовало делать Саваду Тсунаеши наследником Вонголы.       После всего, что ему пришлось пережить, Тсуна считает, что имеет право слегка перебарщивать с опекой тех, кто ему дорог. Он тревожный человек – ничего не может с собой поделать. Это его врождённая черта, унаследованная со времен «никчёмной» юности и доведённая до совершенства гиперинтуицией. Тсуна беспокоится обо всех, даже о тех, кому это обычно не нужно, таких как Реборн, Мукуро или Хибари. (Признаться, большую часть времени это происходит потому что он больше беспокоится, что они могут натворить, чем о том, что сделают с ними. Но всё же). Учитывая всё это, людям действительно следует перестать недооценивать, на что он готов пойти, чтобы защитить самого уязвимого члена своей семьи.       Так что да. Тсуна — хороший человек. Тсуна — добрый человек.       Тсуна сожжёт кого-нибудь дотла, если сейчас же не выяснит, где находится его самый младший Хранитель.       У его ног всхлипывает мужчина.       Он улыбается. Сладко и мягко.       — Вы ведь понимаете, синьор… Как вас, ещё раз? Хаято?       — Росси, — послушно подсказывает Хаято, стоя справа от Тсуны.       — Вы понимаете, что мне от вас нужно, синьор Росси? — говорит Цуна, потирая ладони. — Всего лишь список тех, с кем вы сотрудничали в вашем малюсеньком наркобизнесе.       Он наблюдает, как глаза мужчины расширяются.       — И не забудьте рассказать в подробностях, что ваша Семья планировала сделать с моим Хранителем Грозы. О, вы удивлены. Неужели вы думали, что это сойдет вам с рук?       Безвольно лежащий на полу мужчина пытается все отрицать, мотая головой. Тсуна уже знает, о чём тот думает: воспользоваться сочувствием Десятого Вонголы и разыграть невинную жертвой.       — Мы ничего... мы не планировали… ничего...       Улыбка Тсуны становится острой, как лезвие.       — Правда? Значит, те сообщения о пропажи детей не имеют к вам никакого отношения? Не смешите меня, синьор Росси. Ваши люди выхватывали беспомощных детей с улиц, использовали их как подопытных крыс для испытания новых наркотиков и думали, что вы сможете обманом втянуть в это Вонголу. Это был довольно амбициозный план, признаю. Но, сеньор Росси, вы совершили одну решающую ошибку: вы выбрали своей целью одного из моих Хранителей.       Мужчина, опустив голову, совсем обмяк. Затем, в отчаянной попытке вырваться, он резко бросился вверх, заставляя избитое тело двигаться, нацеливаясь прямо в босса Вонголы. Тсуна не утруждает себя ни малейшим движением, — гиперинтуиция безмолвствует, — а его Хранитель Урагана сбивает мужчину обратно на пол, для верности наступив ему на руку.       Несчастный стонет, прижимая к себе травмированную кисть, пока Тсуна вздыхает.       — Я, и правда, хотел разобраться по-хорошему, но вы не оставили мне выбора, синьор Росси. Поскольку вы не желаете сотрудничать, мне придётся вытянуть из вас ответы долгим путём.       Услышав это, мужчина издал короткий, хриплый смешок.       — Вонгола, ты не мучаешь людей. Ты слишком мягкотелый, жалкий ублюдок.       Глаза Хаято опасно прищуриваются, и он делает шаг вперёд.       — Следи за языком, когда обращаешься к моему боссу, ты…       — Не надо, Хаято. Он прав, — просит Тсуна, поднимая руку. — Я не мучаю людей.       — Но..!       Мужчина снова смеется, в этот раз более торжествующе. Однако его улыбка длится недолго и исчезает с лица в тот момент, как он слышит следующие слова из уст Тсуны.       — Но мой Туман — другое дело. Эй, Мукуро!       В следующие несколько секунд воздух покрывается рябью, и рядом с Тсуной появляется старший из двух его Туманов.       — Да?       Цуна одаривает его мягкой, теплой и снисходительной улыбкой, глаза ее сияют янтарным светом.       — Я же упоминал, что настала твоя очередь, так? Прошу тебя, не переусердствуй, нам еще нужно выяснить у него местонахождение Ламбо.