Неузнанная

Витя и Космос зашли в ресторан поздно вечером — шумно, с ленивым смехом, будто за плечами не было ни дел, ни проблем. Просто выдохнуть. Выпить. Может, подцепить кого-нибудь на ночь — без лишних разговоров и обязательств. В зале играла приглушённая музыка, свет был тёплым, вязким, скользил по стеклу и полированному дереву. Девушки за столиками бросали быстрые взгляды — оценивающие, заинтересованные. Космос что-то рассказывал, ухмыляясь, уже на ходу выбирая взглядом потенциальную добычу. — Ну что, — хмыкнул он, — Вон туда, в випку? Они уже почти дошли, когда Витя вдруг остановился. Резко. Будто кто-то дёрнул его за невидимую нить. У барной стойки сидела она. Маленькая фигура, чуть ссутуленная, будто устала держать спину прямо. Волосы распущены, бокал в руке — почти пустой. Она смотрела не на людей, не на бармена — куда-то внутрь себя. И в этом взгляде было слишком много тишины для шумного вечера. Витя узнал её сразу. Ева. Две Недели. Всего две прошло с того дня в офисе, а ощущение было такое, будто времени прошло куда больше. Или наоборот — будто всё это случилось только вчера. Он невольно задержал дыхание. Космос прошёл пару шагов вперёд и только потом понял, что друга рядом нет. Обернулся, проследил за его взглядом и тихо присвистнул. — Ты идёшь или как? Витя не ответил сразу. Он смотрел на неё, не отрываясь, словно боялся, что если моргнёт — она исчезнет. Внутри что-то глухо сжалось, неприятно, почти болезненно. — Ты иди, — наконец сказал он, не глядя на Космоса. — Я потом подойду. Космос прищурился, хотел что-то добавить, но передумал. Только усмехнулся уголком рта: — Понял. Он ушёл, растворился в шуме и огнях, а Витя остался стоять, будто ресторан сузился до одной точки — до барной стойки и женщины за ней. Ева сделала глоток, чуть поморщилась и поставила бокал. На секунду её плечи дрогнули — едва заметно, но Витя уловил. Не страх. Не слабость. Усталость. Та самая, которую не спрячешь ни под макияжем, ни под холодным взглядом. «Она не сбежала», — мелькнуло у него в голове. «И не сломалась». И это почему-то задело сильнее всего. Витя медленно выдохнул, провёл рукой по затылку и сделал шаг вперёд — к бару. Не спеша. Без привычной ухмылки. Сейчас ему было важно не напугать её снова. Ева почувствовала движение рядом ещё до того, как кто-то сел. Воздух будто изменился — стал плотнее, тяжелее. Она мельком бросила взгляд в сторону и сразу отвернулась. — Я не разрешала садиться рядом со мной, — сказала она с раздражением, не скрывая холод. — Неужели ты до сих пор не поняла, — Витя усмехнулся, лениво разваливаясь на стуле, — Что я вообще не спрашиваю разрешения. Он махнул бармену, не отрывая от неё взгляда: — Виски. Ева сжала губы. Она чувствовала его слишком близко: запах сигарет, кожи, уверенности — всё то, что она ненавидела и почему-то ощущала слишком остро. — Ты чего на работу не вышла? — спросил он уже другим тоном. Жёстким. — К вам? — она усмехнулась. — Ну уж нет. Витя медленно повернулся к ней всем корпусом. В его взгляде исчезла лень — осталась только холодная концентрация. — Ты ведь не глупая, Ева. И сама прекрасно понимаешь, в каком ты сейчас положении. Она промолчала. Слова были лишними — он говорил правду, и это злило сильнее всего. — Твой Артур сбежал, — продолжил Витя спокойно. — Как подлый трус. А тебе нужны люди, за чьей спиной можно стоять. Или ты правда думаешь, что кроме нас у твоего братца врагов больше нет? Ева напряглась. В груди неприятно кольнуло. Она повернулась к нему и прищурилась, прикрывая усмешкой тревогу. — И что… «плечо защиты» это ты? Витя усмехнулся. Не дерзко — уверенно. — Я. Она фыркнула, отвела взгляд, обвела глазами зал — приглушённый свет, смех, женские силуэты. — Чего ты вообще сел рядом со мной? Вон, смотри, сколько девочек красивых… в платьицах.  Он посмотрел туда же, кивнул. — И в трусиках. Ева закатила глаза. — Ты неисправим. — А ты? — вдруг спросил он, с азартом, который невозможно было не заметить. — Что я? — устало отозвалась она. Он наклонился чуть ближе, его голос стал ниже: — В трусиках? Ева медленно поднялась. Сделала шаг к нему. Он почувствовал её запах — тёплый, глубокий, неуловимый. Она наклонилась так близко, что между ними остался лишь воздух. Её губы едва коснулись его уха. — А я… — прошептала она, делая паузу нарочно, — Без. Витя сглотнул. На мгновение потерял контроль над взглядом — он скользнул вниз, по её ногам. Сердце ударило сильнее, чем он ожидал. Это его взбесило. Ева выпрямилась, словно ничего не произошло. Взяла сумку и направилась к выходу. — Этот оплатит, — бросила она бармену, не оборачиваясь. — Завтра жду на работе, — крикнул Витя ей вслед. Она не ответила. Он смотрел, как она уходит, пока дверь не закрылась за её спиной. И только тогда понял: это была не победа. Это было начало. Витя ещё долго сидел у барной стойки, не спеша допивая виски. Лёд в стакане тихо стукался о стекло. Взгляд всё ещё был прикован к двери, за которой исчезла Ева. Ушла красиво. Не оглянулась. «Умная. Злая. Раненая,» — отметил он про себя. И усмехнулся. — Придёшь… — тихо сказал он, скорее себе, чем в пустоту. — Завтра придёшь. Уверенность в этом сидела где-то глубоко, под рёбрами. Тяжёлая, спокойная, как знание, а не как надежда. Хотя ещё пару дней назад всё было не так однозначно. Он невольно вспомнил офис. Три дня назад. «Тогда Космос носился по кабинету, как зверь в клетке. Курил одну за другой, стряхивал пепел мимо пепельницы. — Белый, так нельзя, — бурчал он. — Мы без юриста как без рук. Всё висит. Саша сидел за столом, расслабленный, почти ленивый. Смотрел в окно, будто его это не касалось. — Мне нужен конкретный человек, — сказал он спокойно. — Другого не будет. Космос фыркнул: — Опять она? — Она, — подтвердил Саша. — Девка с мозгами. Не боится. Таких мало. Валера откинулся на спинку стула: — Сань, да сколько ждать-то? Две недели прошло. Две. Она нас послать решила. Саша затянулся, выдохнул дым и перевёл взгляд на Витю: — А ты что скажешь, Пчела? Космос хмыкнул, даже не дав Вите открыть рот: — А чё его спрашивать? Он же на неё запал. Ему любая причина сгодится, лишь бы она рядом была. Витя резко повернулся: — Кос, следи за языком. — Да ладно, — ухмыльнулся тот. — По глазам всё видно. — Ни в кого я не втюрился, — отрезал Витя. Жёстко. — Не выдумывай. Пауза повисла плотная.  Потом всё же посмотрел на Сашу и добавил уже спокойнее: — Я тоже начинаю сомневаться, что она придёт. Саша смотрел внимательно, оценивающе. — Придёт, — сказал он наконец. — Такие не убегают навсегда. Им просто нужно время понять, что выбора нет.» А сегодня — вот она. Живая. Дерзкая. Колючая. И эта фраза… «А я — без». От неё внутри что-то щёлкнуло. Не похоть — азарт. Опасный, вязкий. Витя допил виски, поставил стакан на стойку и достал кошелёк. Бросил бармену несколько купюр, даже не считая. — Сдачи не надо, — бросил коротко. «Я могу позволить себе оплатить вино своей женщины,» — мелькнула мысль. Мог позволить себе гораздо больше. «Она ещё думает, что не моя,» — усмехнулся он про себя и тихо, почти ласково, сказал себе под нос: — Рыбка сама приплыла к рыбаку. Поднялся, одёрнул пиджак и направился к вип-столикам, где уже ждал Космос. Отдых — так отдых. А то, что одна женщина сумела за пару минут взбудоражить ему кровь сильнее любого виски, — это уже отдельный разговор. И этот разговор у них ещё впереди. Ева ещё несколько минут сидела в машине у ресторана, не включая зажигание. Фары редких машин скользили по лобовому стеклу, музыка из зала доносилась приглушённо, будто из другой жизни. Она смотрела прямо перед собой, но не видела ничего. «Зачем я вообще сюда приперлась…» Руки дрожали — не сильно, но достаточно, чтобы она это заметила. Она сжала руль, будто он мог удержать её в настоящем, не дать скатиться обратно туда, где слишком много воспоминаний и слишком мало опоры. И, как назло, память сама подкинула ей картинку. Неделя назад. «Артур тогда пришёл без звонка. Просто открыл дверь её квартиры своим ключом — как делал это всегда, будто всё ещё имел право. — Я уезжаю, — сказал он с порога. Быстро. Слишком быстро. — Мне нужно залечь на дно. За границу. Ева стояла у кухонного окна, курила. Дым медленно поднимался к потолку. Она даже не обернулась сразу. — А я? — спросила спокойно, выдыхая дым. Артур замер. Потом пожал плечами. — А что ты? — сказал он почти растерянно. — Ты… дальше сама как-нибудь. Она усмехнулась. Медленно повернулась. — Вот как, — тихо сказала она. — То есть ты спасаться, а я… как хочешь? Артур подошёл ближе, заговорил уже увереннее, будто нашёл оправдание: — Белый же тебе предложил. Работать на них. Вот и иди. Это ж вариант. Что-то внутри неё тогда хрустнуло. Не громко. Окончательно. — Вот как ты заговорил, братец, — сказала она холодно. — Значит, когда всё хорошо, мы семья. А как запахло жареным, каждый за себя? Он попытался что-то возразить, но она уже не слушала. — Пошёл вон из моей квартиры, — сказала она жёстко. — Прямо сейчас. Артур удивился. По-настоящему. — Ева, ты чего… — Вон, — повторила она. — И знаешь что? — она подошла ближе, посмотрела ему прямо в глаза. — Надеюсь, ты там сгниёшь. Где-нибудь. В одиночку. Он покачал головой, пробормотал что-то про неблагодарность и ушёл. С тех пор она его не видела.» Ева резко моргнула, возвращаясь в настоящее. В машине было душно. Она вытерла ладонью лоб. — Чёрт… — выдохнула она. Сегодня она и сама не понимала, зачем поехала в этот ресторан. Искала ответы? Подсказку? Решение? Хотела убедить себя, что всё ещё контролирует ситуацию? А получила — Витю Пчёлкина. С его взглядом. С его голосом. С этим чёртовым спокойствием, за которым всегда скрывается опасность. «И зачем я вообще вошла в его игру… Зачем сказала это слово…» Она скривилась. Это вырвалось само. Не планировалось. Просто — вспышка. Защита. Нападение. Всё сразу. Ева тряхнула головой, будто могла вытряхнуть из мыслей его усмешку, его уверенность, его «завтра жду». — Не дождёшься, — прошептала она, хотя сама не была в этом уверена. Она завела двигатель. Машина тихо зарычала, как зверь, готовый сорваться с места. Ева ещё раз посмотрела в сторону ресторана — и резко включила передачу. Она уехала, оставляя позади свет, музыку и человека, который слишком быстро начал занимать слишком много места в её жизни. Было около десяти утра. Кабинет ещё пах ночным табаком и крепким кофе. Парни расселись как обычно: Саша у стола, спокойный и собранный; Космос развалился в кресле, покручивая зажигалку; Валера листал бумаги, время от времени бурча что-то себе под нос. Обсуждали новое дело — жирное, перспективное, из тех, что либо делают кассу, либо ломают хребты. И тут — каблуки. Чёткие. Уверенные. Не суетливые. — Это не Люда, — первым бросил Космос, даже не поднимая головы. — У Люды шаг мягче, — хмыкнул Валера. Они одновременно посмотрели в сторону открытых дверей. По коридору шла Ева. Не торопясь. Спина прямая. Плечи расправлены. Ни тени сомнения — по крайней мере, снаружи. Она остановилась у ресепшена, наклонилась к Люде, что-то сказала вполголоса. Люда кивнула, явно нервничая, а Ева — нет. Ни жеста лишнего. Саша усмехнулся и медленно откинулся на спинку кресла. — Я же говорил, — спокойно произнёс он. — Придёт. Витя уже поднялся. Парни переглянулись, ухмыльнулись — каждый по-своему — и покачали головами. — Ну всё, — протянул Космос. — Пчела пошёл. Витя вышел в коридор и остановился напротив Евы. Посмотрел сверху вниз, привычно, с напором. — Ты опоздала, — сказал он сухо. Ева лениво перевела на него взгляд. Ни тени растерянности. Ни намёка на вчерашний вечер. — Мой рабочий день начинается в десять, — спокойно ответила она. — Если бы вы, начальник, — она намеренно выделила слово, — Читали контракт внимательнее, то знали бы это. Уголок его губ дёрнулся. Он усмехнулся. — Смело, — тихо бросил он. В этот момент из кабинета вышел Саша. — Она права, Пчела, — сказал он ровно. — С десяти. Потом посмотрел на Еву внимательнее, почти с уважением. — Рад, что ты выбрала правильный вариант. — Я выбрала единственно возможный, — холодно ответила она. — Полагаю, мне нужно подписать новый контракт. — Разумеется. — Но сначала я его изучу. Саша развёл руками, будто речь шла о чём-то само собой разумеющемся. — Да ради бога. Он сделал приглашающий жест в сторону кабинета. — Проходи. Ева пошла первой. Парни — следом. Витя задержался на долю секунды. Его взгляд машинально скользнул по её ногам — чёткий шаг, строгая юбка, уверенность в каждом движении. Она была одета идеально. Слишком. — Эй, — Саша шутливо хлопнул его по плечу. — Не туда смотришь, Пчела. Витя хмыкнул, не оправдываясь. — Куда надо, туда и смотрю. Дверь кабинета закрылась. А вместе с ней — началась новая партия, в которой никто ещё не знал, кто выйдет победителем. Кабинет был наполнен дымом и тяжёлым запахом кофе. Окно приоткрыто, но толку от этого — ноль. На столе Саши валялись папки, пепельница была забита окурками, рядом — мобильник и ключи от машины. Здесь решались дела, после которых кто-то богател, а кто-то исчезал. Ева сидела напротив, ровно, спокойно, закинув ногу на ногу. Контракт лежал перед ней, она читала не спеша, как будто время работало только на неё. Иногда задерживалась на строчке, иногда чуть приподнимала бровь, будто видела знакомый подвох. Космос не выдержал. — Слышь, — усмехнулся он, стряхивая пепел на пол, — ты серьёзно каждую букву проверяешь? Думаешь, мы тебя тут кинуть решили? Ева даже не подняла глаз от бумаги. — Я думаю, — ровно ответила она, — Что привычка читать договоры экономит время, нервы и иногда… жизнь. Чего и тебе желаю. Космос резко повернулся. — Я не понял. Валера прыснул со смеху. — Она говорит, чтобы ты тоже иногда читал, — пояснил он. — Не только деньги считать. Парни засмеялись. Все — кроме Космоса. — А зачем? — зло бросил он. — Сейчас главное бабки. Он демонстративно достал пистолет, проверил магазин и, будто между делом, положил руку на стол, направив ствол в сторону Евы. — Вот это, — сказал он, — И есть главное. В кабинете стало тише. Даже часы на стене будто замедлились. Ева лениво скользнула по оружию взглядом — и тут же вернулась к контракту. Ни вздрагивания. Ни ускоренного дыхания. Ничего. Будто перед ней лежала не бумага, а привычная работа, а перед лицом — не ствол. Она умела держать себя. За эту ночь она собрала себя по кускам: страх, истерики, воспоминания — всё было аккуратно спрятано куда-то глубоко, под холодную деловитость. Валера ухмыльнулся, Саша затянулся сигаретой, наблюдая из-под полуприкрытых век. Витя всё это время молчал. Он смотрел только на неё. На то, как ровно она дышит. Как держит спину. Как будто не в логове бандитов сидит, а в дорогом офисе на деловой встрече. Саша наконец подал голос: — Ну что, Ева. Подходит? Она отложила контракт и подняла взгляд. Прошлась глазами по всем — кроме Вити. Его будто не существовало. — Вполне, — сказала она Саше. — Зарплата… — она усмехнулась, — Это попытка купить мою лояльность? Саша улыбнулся краем губ. — Такие ценные люди, как ты, стоят дорого. Ева улыбнулась. Впервые — по-настоящему, без колкости. — Думаю, мы сработаемся. Она взяла ручку и подписала договор. Без колебаний. Витя отметил это про себя. Она не сомневалась. Она уже всё решила раньше. Саша тут же протянул ей ещё три папки. — Тогда давай по-настоящему работать. Ева достала из сумки очки, надела их, и кабинет словно сменил тон. Теперь перед ними сидел не человек с прошлым, а профессионал. Холодный, точный.  Витя усмехнулся краем губ. Парни наблюдали молча, настороженно — будто ждали подвоха. Но Ева не играла, когда дело касалось работы. Здесь она была безупречной. Она читала быстро, но внимательно. Листала, делала пометки карандашом, иногда хмыкала. — Эти два нормальные, — сказала она, отодвигая папки в сторону Саши. — Риски минимальные. Саша забрал их, не задавая вопросов. — А этот? — кивнул он на последний. Ева посмотрела сначала на него, потом — на Витю. Их взгляды встретились всего на секунду. — Это твоё дело, — сказала она. — Но я бы не советовала связываться с этими людьми. Она встала, взяла сумку и, уже выходя из кабинета, бросила через плечо: — В остальном договор составлен грамотно. Дверь закрылась. Парни ещё несколько секунд смотрели ей вслед. Саша взял отложенный договор и начал внимательно читать. — Белый, ты что, серьёзно будешь её слушать? — хмыкнул Космос. Саша не поднял головы. — Да, — ответил он спокойно. — Именно поэтому мне нужна была только она. Он передал договор Вите. — Пчела, — сказал он Вите, — По этому стоп. Витя кивнул, не задавая вопросов. Валера почесал затылок: — А если она нас сама потом сдаст? Витя ответил спокойно, даже не думая: — Не сдаст. — С чего ты так уверен? — прищурился Космос. Витя посмотрел на закрывающуюся дверь её кабинета. — Потому что она не из тех, кто играет. Она либо с тобой, либо против. А сейчас она с нами. Саша усмехнулся и хлопнул папкой по столу. — Вот именно. Витя остался стоять, прислушиваясь к удаляющимся шагам её каблуков. Она пришла. Вошла сама. И теперь игра начиналась по-настоящему.