Неузнанная

Было около двух часов дня, когда Ева припарковала машину возле офиса. Двигатель заглох, в салоне на секунду повисла тишина. День выдался тяжёлый — бумаги, звонки, переговоры. Она устала, но внутри было то самое привычное рабочее спокойствие: всё под контролем, все вопросы решены. Ева потянулась за сумкой — и вдруг замерла. На парковке, чуть дальше, стояла знакомая машина. Слишком знакомая. — Странно… — пробормотала она себе под нос. Артур. Её брат. Насколько ей не изменяла память, он ещё утром говорил, что в два часа у него встреча в банке. Причём важная — «на весь день, Ев, не жди». Она нахмурилась, вскинула брови, задержала взгляд на машине. Что-то не сходилось. Ева вышла из автомобиля, захлопнула дверь и уверенным шагом направилась к входу в офис. Каблуки чётко отбивали ритм — ровный, собранный, как и она сама. Охранник у входа даже не поднялся — только кивнул: — Добрый день, Ева Виньеаминовна. — Добрый, — коротко ответила она. Здесь её знали. Юрист фирмы «Курс Инвест». И сестра начальника офиса. Поднявшись на второй этаж, Ева сразу заметила Люду — секретаршу. Та сидела за стойкой, лениво крутя карандаш между пальцами, глядя куда-то в пустоту. Вид у неё был нервный, сосредоточенный не на работе. — Привет, — сказала Ева, подходя ближе. Люда вздрогнула, словно её выдернули из мыслей. — Ой… Ева Виньеаминовна, здравствуйте. Эва положила сумку на стойку, чуть наклонилась к ней и спокойно спросила: — Люд, а Артур что… не уехал? Люда оглянулась по сторонам — будто проверяя, не слышит ли кто — потом вылезла из-за стойки и заговорила шёпотом, почти заговорщически: — К нему трое пришли. Ева медленно выпрямилась. — Трое? — Да… — Люда кивнула. — Сначала закрылись в кабинете. Потом один вышел и сказал, что у Артура совещание. И всё… сидят уже почти час. Она сглотнула и добавила тише: — Минут десять назад Артур кричал. Прямо орал. Ева на секунду задумалась. Лицо осталось спокойным, но внутри что-то неприятно кольнуло. — Кто они? — спросила она ровно. Люда пожала плечами: — Я их вообще первый раз вижу. Мутные какие-то… — она понизила голос ещё сильнее. — Больше на бандитов смахивают. И… — Люда наклонилась ближе, почти шепча, — Одного из них, по-моему, Артур знает. Ева медленно выдохнула. Теперь всё становилось ещё менее приятным. — Понятно, — сказала она наконец. Голос был спокойный. Слишком спокойный. Она посмотрела Люде прямо в глаза: — Ты можешь быть на сегодня свободна. Люда растерялась: — А как же… телефон, документы, если кто придёт… — Иди, Люда, — уже строже повторила Ева. — Я разберусь. Секретарша кивнула, быстро собрала сумку и, бросив тревожный взгляд в сторону кабинета Артура, поспешно ушла. Ева осталась одна. Она медленно повернулась лицом к закрытой двери кабинета брата. Из-за неё не доносилось ни звука. Тишина была слишком плотной. Опасной. Ева поправила плечо пиджака, сжала ручку сумки и твёрдо шагнула вперёд. Что бы там ни происходило — это касалось её семьи. А значит, мимо она не пройдёт. Она вошла без стука — резко, как входят только те, кто имеет на это право. Дверь ударилась о стену, и разговор в кабинете оборвался. Все трое незнакомцев одновременно повернули головы. Артур сидел за столом — взъерошенный, с помятым воротом рубашки, галстук сбит набок. Лицо серое, глаза бегают. Он явно был на грани — не просто нервничал, его давили. Увидев сестру, он вздрогнул, будто его поймали за чем-то постыдным и опасным. Напротив него — темноволосый парень, спокойный, собранный. Они играли в нарды, но фишки давно уже лежали без движения. Игра была только фоном. Второй — в спортивной куртке — сидел прямо на столе Артура, по-хозяйски, в позе султана, расставив ноги. Уверенный, наглый, будто кабинет давно его. Третий — развалился на диване. Ноги закинул на низкий столик, в руке бутылка с коньяком — явно из личного бара Артура. Вторая рука с сигаретой. Дым лениво тянулся к потолку. И вот он показался Еве смутно знакомым. Это ощущение кольнуло — но сейчас было не до воспоминаний. Ева закрыла дверь за собой медленно. В кабинете стало тихо. — Артур, — ровно сказала она. — Что здесь происходит? Брат дёрнулся, хотел встать. — Ева, я… — начал он, запинаясь. Но парень со стола соскочил одним движением и жёстко усадил Артура обратно, надавив ему на плечо. — Сиди, Артурка, — усмехнулся он. Артур вздрогнул и замолчал. Ева медленно перевела на него взгляд. Холодный. Прямой. Без истерик. Без страха. Парень подошёл ближе, рассматривая её — не раздевая взглядом, а оценивая с любопытством.  — А вы, мадам, кто будете? — спросил он спокойно. Ева усмехнулась, спокойно оглядела всех и ответила с легкой улыбкой: — Не ваше дело. Она обвела взглядом всех троих и продолжила более настойчиво: — Я повторяю свой вопрос. Что. Здесь. Происходит. Тот, что на диване, затянулся сигаретой и медленно, откровенно прошёлся по ней взглядом — сверху вниз. Не скрывая интереса. Ева почувствовала его взгляд, холодный и наглый, и внутренне напряглась. И тут поднялся темноволосый — тот, что играл в нарды. Встал спокойно, уверенно, без резких движений. Подошёл на шаг. — Александр Белов, — представился он и протянул руку. — Я с друзьями пришел к Артуру с выгодным предложением. Ева не пожала руку, лишь слегка вскинула брови и усмехнулась: — Вот как, — протянула она. — И? Саша спокойно убрал руку. — Мы хотим, чтобы Артур взял нас в дело. И нашего юриста подключил.  Ева тихо рассмеялась, коротко, почти беззвучно. — Да-а-а… — протянула она и повернулась к брату. — А своего юриста ты куда денешь, Артур? Артур дрожащим голосом шепнул ей: — Ева… Уходи. Я потом всё объясню. Она даже не повернулась к нему. — Нет, Артур, — спокойно сказала она. — Я останусь. Потому что, если ты не забыл, я пока что юрист этой фирмы. Она шагнула к столу, но остановилась перед парнем на диване и строго сказала: — Ноги убери со стола! Это итальянский стол. Тот ухмыльнулся, но ноги не убрал и взгляд не отвёл. — Да уж… — протянул он. — Встретил бы тебя на улице не узнал бы, Лапшина. Похорошела. Даже очень.  Ева замерла на секунду. И тут всё встало на место. Она повернулась к нему медленно, внимательно вгляделась — и усмехнулась уже иначе. Узнавая. Тот самый — уверенный, наглый, с ленивой ухмылкой, будто весь мир ему уже должен. — Пчёлкин? — переспросила она. — Надо же… В костюме ты совсем другой человек. В кабинете повисло напряжение — густое, как дым от его сигареты. Витя медленно убрал ноги со столика, не отводя от неё глаз. Сделал это нарочито неторопливо — будто проверял, кто здесь главный. — А ты, Лапшина, — усмехнулся он, — Как была с характером, так и осталась. Только теперь, гляжу, статус вырос.  Саша кашлянул, прерывая этот обмен взглядами. — Так, — сказал он ровно, но с нажимом. — Давайте без лирики. Он посмотрел на Еву уже внимательнее, оценивая не внешность а ум. — Насколько я понимаю, вы и есть юрист Артура. — Именно, — Ева положила сумку на край стола и скрестила руки. — И пока я здесь, любые «выгодные предложения» проходят через меня. — она бросила короткий взгляд на брата. — Особенно те, от которых у него руки трясутся. Артур сглотнул. Лоб у него блестел от пота. Парень в спортивной куртке — Валера — усмехнулся и снова уселся на стол, болтая ногой. — Сестричка у тебя, Артурка, с характером. — Это плохо или хорошо? — сухо спросила Ева. — Это… интересно, — вмешался Саша. — он отошёл от Евы и сел напротив Артура, опираясь локтями о стол. — Смотри, как мы видим ситуацию. У Артура есть фирма, деньги, легальный бизнес. У нас возможности, связи и защита. Он сделал паузу. — Мы предлагаем партнёрство. — Вы предлагаете использовать фирму как ширму, — отрезала Ева. — И втянуть её в криминал. В кабинете повисла тишина. Даже дым от сигареты Вити будто застыл. — Громкое слово, — спокойно сказал Саша. — Мы предпочитаем «серую зону». Ева молча выслушала Белова до конца. Не перебивала, не спорила — только слегка склонила голову набок, будто взвешивала каждое слово. Когда он закончил, в кабинете повисла пауза. Та самая — плотная, неприятная, в которой слышно, как кто-то нервно сглатывает. Ева усмехнулась. Не зло — холодно. И перевела взгляд на брата, хотя говорила уже Саше. Этот приём был намеренным. — Ну что ж, Александр, — ровно сказала она, подчёркнуто вежливо. — Пусть ваш юрист завтра приходит. Посмотрим, что за предложение, что за схемы и… что да как. Артур поднял на неё глаза — в них мелькнуло удивление, даже злость. Он явно не ожидал, что она возьмёт разговор под контроль так быстро. Витя, развалившийся на диване, усмехнулся краешком губ. Он наблюдал за ней всё это время — молча, внимательно. И сейчас, глядя на неё, невольно подумал: «Да-а-а… изменилась. Выросла. Очки сбросила. Косички свои расплела. И не просто красивая стала — опасная.» Такая, с которой лучше не играть. Ева тем временем продолжила, уже строже, отсекая всякую фамильярность: — Если на этом всё, господа, — она обвела их взглядом, — Я попрошу вас покинуть кабинет и офис. Дальше в рабочем порядке. Саша коротко кивнул. Без лишних слов. Он понял — надавить не выйдет. — Пойдём, — бросил он друзьям. Валера первым спрыгнул со стола, лениво потянулся и направился к выходу. Витя шёл последним. Уже у двери он остановился, обернулся и посмотрел на неё — открыто, с той самой ленивой ухмылкой, которая в детстве её бесила. — Надеюсь, мы не прощаемся, — сказал он, негромко, будто между прочим. Ева мельком взглянула на него — всего на секунду. Взгляд был холодный, ровный, без тени эмоций. И тут же отвела глаза, будто его и не было. Этого хватило. Витя усмехнулся шире — уже для себя — и вышел, закрыв за собой дверь. Как только за дверью стихли шаги и гул голосов растворился в коридоре, Артур резко вскочил с кресла. — Ты вообще понимаешь, что ты сейчас сделала?! — сорвался он, повышая голос. — Ты какого чёрта согласилась на этого юриста?! Зачем он нам нужен, а?! Ева медленно, без суеты, достала из сумки пачку сигарет. Руки у неё не дрожали. Она закурила, затянулась и только потом повернулась к брату. — Успокойся, — сказала она ровно, выпуская дым. — Завтра их «юрист» придёт. А наши ребята ему вежливо покажут дорогу. Артур замер на секунду, потом на лице появилась улыбка — нервная, но уже с облегчением. — Чёрт… — выдохнул он. — Ты голова, Ева. Как я сам до этого не додумался? Она чуть усмехнулась, без самодовольства  скорее устало. — Мне нужно было, чтобы они ушли, — просто сказала она. — И ушли спокойно. Потом её взгляд стал жёстче. — А теперь объясни мне, — она затянулась ещё раз, — зачем ты вообще их впустил? Артур опустился обратно в кресло, провёл рукой по лицу. — Да я сам не понял, как это вышло… Я уже собирался уходить, честно. А тут этот… — он поморщился, — Витя. С предложением. Говорит уверенно, спокойно, будто всё уже решено. Ева ничего не ответила. Она подошла к окну и остановилась. Внизу, у входа в офис, стояли те самые трое. Курили, смеялись, о чём-то оживлённо переговаривались, будто только что не давили человека в его же кабинете. Она смотрела на них холодно, сквозь стекло. «Пчёлкин…» — фыркнула про себя. «Какой же ты был и каким остался.» Она прекрасно заметила, как он смотрел на неё. Слишком внимательно. Слишком долго. Не как на юриста, не как на сестру Артура — как на женщину. «Бабник», — мысленно отрезала она. «Думал, не замечу, как ты меня глазами раздеваешь?» Ева сделала последнюю затяжку и потушила сигарету. — Больше таких гостей без меня не принимаешь, — сказала она, не оборачиваясь. — Никогда. Артур молча кивнул. Он впервые за весь день действительно почувствовал: пока Ева здесь — он не один. Артур уже тянулся к телефону, пальцы дрожали от остаточного адреналина. — Надо Володе набрать, — буркнул он, отводя взгляд. — Пусть в курсе будет. Каверин такие вещи любит держать под контролем. Ева хмыкнула, не оборачиваясь от окна. — Нам вообще не нужен этот Каверин, — холодно сказала она. — Чем больше людей в курсе, тем больше проблем. — Ты не понимаешь, — Артур уже набирал номер. — Это не те люди, с которыми можно играть в тишину. Белов не дурак. И Пчёлкин… — он запнулся. — Он вообще опасный. Ева прищурилась, глядя вниз. Троица всё ещё стояла у машин. Дым от сигарет стелился в воздухе, Витя что-то говорил, жестикулируя, Валера смеялся, Саша слушал молча. Спокойно. Слишком спокойно. — Опасный, говоришь… — тихо повторила она. — В детстве он был просто наглым идиотом. Артур бросил на неё быстрый взгляд. — Времена меняются. — К сожалению, — сухо ответила она. — Тот самый мальчик, который считал нормальным смеяться над девочкой в очках. — она затушила сигарету резким движением, будто ставила точку. — Только теперь он вырос. И, судя по всему, решил, что весь мир по-прежнему его двор. Артур наконец дозвонился, отошёл в сторону, понизил голос. Ева осталась у окна одна. Она чувствовала — эта встреча не была случайной. Слишком уж внимательно Пчёлкин смотрел. Не как на чужую. Как на ту, кого узнал. И запомнил. Внизу Витя вдруг поднял голову — будто почувствовал взгляд. Их глаза встретились на долю секунды. Ева первой отвернулась.