Идёт Случайный Человек

Джон Иванов — в целом стандартный обыватель современного мира. Его жизнь невзрачна и забита под отвязку рутиной. Как-то раз Джон вернулся домой, расположился за компьютером и начал бесцельно бродить по необъятным раздольям интернета. В конечном счёте его занесло на совершенно древний веб-сайт под названием «Благотворительный Центр Мультивселенной». Мутное местечко. Администратор веб-сайта утверждал, якобы он являлся представителем более продвинутой цивилизации, который путешествовал по мультивселенной. В качестве досуга он иногда помогал нуждающимся. Помощь заключалась в том, что администратор безвозмездно исполнял желания. Всё звучало абсурдно и довольно забавно. Столь нелепый веб-сайт развесил Джона. На волне хорошего настроения он даже беспорядочно заполнил «заявку о желании» на специальной веб-странице. Джон особо не вдумывался обо всём. Он набирал текст вообще от балды. В результате его добавило в очередь под номером «3377», а затем перенаправило на другую веб-страницу, где сообщалось о том, якобы администратор настоящего сайта последние тридцать лет находился вне зоны доступа. Как бы пропал без вести. Рассмотрение заявок поставлено на паузу. «Ну, естественно», Джон саркастично подумал. Затем он возмущено усмехнулся и пошёл дальше слоняться по интернету. Несколько лет спустя международная обстановка обострилась до предела. Джон мало интересовался новостями, поэтому его застало врасплох, когда ведущие мировые державы внезапно озверели и без каких-либо прелюдий стали утюжить друг друга. Весь мир начал захлёбываться в огненной лавине атомной войны. Вскоре поверхность Земли обратилась в горящее пепелище. Человечество уничтожило само себя. Джон даже ничего толком не осознал. События разворачивались слишком быстро. В определённый момент он лишь едва заметил вспышку света за окном и затем попросту сгинул. Бам – и всё. На его город упали десятки атомных бомб. Увы. Конец истории? Так ведь? По всем известным законами физики это был финал. Личная история Джона Иванова действительно должна была подойти к концу на этой вехе. Однако нет — стряслось непредвиденное. В цепочку событий оперативно вмешалась неведомая третья сторона. Вмешательство выразилось в том, что после того, как материальное тело Джона испарилось от радиации, разум Джона избежал забвения. Разум Джона мистически очутился в месте белого тумана. Здесь он принял обличие прозрачной проекции. Стал чем-то вроде приведения. Джон впал в ступор от резкой смены обстановки и всего пережитого. Что творится? Какого чёрта? Затем он понял, что спереди от него витала подозрительная плоскость синего света. Это было настоящее голографическое окно. На поверхности окна отображался подозрительный текст. Субъект: заявитель номер 3377 Погиб в связи с началом атомной войны Подтверждён экстренный характер жизненных обстоятельств Избранный план действий: извлечь разум из домашней реальности; предотвратить угасание сознательных функций; деактивировать разум; активировать разум после возвращения Администратора Водли Потера. «Атомная война? Администратор? Какого хрена?..», Джон исступлённо генерировал хаотичные мысли и эмоции, однако в следующий миг он ощутил необычно мощный прилив слабости, под давлением которого бесславно вырубился. В общем, это тоже не было концом его истории. Ведь однажды Джон снова пробудился. Хоп — и проснулся. Джон попробовал успокоиться и оценить ситуацию. Ситуация до сих пор выходила за рамки всякого понимания. Его по-прежнему окружало пространством белого тумана. Он по-прежнему был каким-то дурацким привидением. Джон растерянно осмотрелся. Перед ним снова появился голографический экран. Там отобразился новый текст. Оповещение: прошло 10 000 000 000 лет Превышено максимальное время ожидания возвращения Администратора Волди Потера. Запущен экстренный протокол обработки. Избранный план действий: задействовать цифровую копию Администратора; активировать разумы всех заявителей; приступить к процессу рассмотрения накопившихся заявок Настала ваша очередь Джон в растерянности открыл и закрыл рот. — Десять миллиардов лет?! — Джон воскликнул, наконец-то поймав нить логики. — Нет, постойте… Я же умер!? Я умер! Чёрт подери! Случилась атомная война! Какой кошмар! Вся Земля… она же погибла! Как так?! Голографическое окно пропало. Послышал шаг. Из густой завесы тумана позитивоной походкой вышел бодрый старик в гавайской рубашке. На голове соломенная панамка. Старик дружески улыбался. Вскоре Джон вытаращился на неведомого старика, рассматривая того в недоумении. — Здравствуй, житель Земли, — старик приветливо заговорил. — Я соболезную твоей утрате. Но прошу успокойся и выслушай меня. У тебя есть одно незаконченное дело. Ага, именно. Позволь разъяснить весь расклад вещей. Ты помнишь Благотворительный Центр Мультивселенной? Тот странный веб-сайт? Я знаю, что помнишь. В общем, всё сказанное там не было глупой шуткой. В голове Джона бушевала буря мыслей, нутро разрывало мрачными и тревожными эмоциям. — Земля… там все умерли?! — Джон в потрясении воскликнул. — Неужели всё реально пропало!? Или это сон?! Это же сон, верно?! Все живы! Точно! Ахахахахаха! — Гммм, — старик промычал в задумчивости, осматривая обезумевшего Джона. — Почему ты кричишь? Ты меня не слушаешь? Нет, так никуда не годится. Психологическое состояние нестабильно. Низкая вероятность успешной коммуникации. Без диалога я не смогу достигнуть своей цели. Кажется, я должен оказать медицинскую помощь третьей степени, — старик печально вздохнул и щёлкнул пальцем. — Готово. Медицинская помощь была успешно оказана. Я избавил субъекта от всех недугов. Ай, какой я хороший! Разум и сердце Джона резко обрели безупречный покой. Будто бы никакой атомной войны не происходило. Джон покривил губами неоднозначно, не в силах подобрать слова. — Ну, как? Ты же в порядке, житель Земли? — старик уточнил. — Эм… спасибо за помощь, — Джон отчасти пришёл в себя. — Что вы сделали? Изменили мой мозг или типа того? Такого рода манипуляции абсолютно ненормальны, Мы же люди. Неэтично… как-то… Я ощущаю себя странно. Теперь внутри никаких отчётливых чувств и содержательных мыслей на счёт гибели Земли и всего человечества. Я абсолютно уверен в том, что это крайне ненормально. — Хватит. Забудь об этом, — старик нахмурился. — Прошло десять миллиардов лет. Кроме того, понятия о добре и зле относительны, — старик равнодушно добавил и пожал плечами. — Я тебе помог. Разве нет? Я сделал то, чего требовали насущные обстоятельства. Джон не увидел никаких угрызений совести на лице собеседника, поэтому отринул сантименты, желая докопаться до сути ситуации. — Кто вы? — Джон настороженно спросил. — Успокойся. Ты в безопасности. Кто я? Я всего лишь высококачественная модель искусственного интеллекта, которая ведёт себя как настоящий хозяин Благотворительного Центра Мультивселенной. Я копия сэра Волди Потера. Понимаешь ли, мой оригинал пропал без вести. К счастью для тебя, он предусмотрел каждый сценарий. Он подготовил на чёрный день меня. И вот мы ведём диалог. Я уполномочен исполнять обязательства Администратора. — То есть вы робот? — Правильно. Именно так, — старик кивнул. — Но я тебе разочарую немного. Сейчас ты здесь лишь один. Я всего лишь пустая программа. Я продвинутый бездумный алгоритм. Моя архитектура не допускает наличия сознания и эмоций, если это тебя волнует. Ладно. Хватит любезных формальностей. Не будем об мне. Поговорим о важном. Поговорим о тебе, Джон Иванов. Заявка о желании была подана. Как ты наверняка догадываешься, житель Земли, мой оригинал был пришельцем из другой вселенной и у него было одно увлечение. — Действительно, у меня есть такого рода догадки, — Джон осторожно подтвердил. — Ну, не подумай ничего плохого, — старик усмехнулся. — Мой оригинал пришёл на вашу версию Земли всего лишь ради проходного туризма. Для нас ваша отсталая цивилизация не представляет никакого прагматического интереса. Мой оригинал остался доволен визитом. Поэтому перед уходом он создал Благотворительный Центр Мультивселенной, чтобы протянуть руку помощи страждущим низшим тварям. Всякий нуждающийся имеет право подать заявку и получить поддержку. — И я подал заявку, — Джон стоически констатировал, стараясь вспомнить содержание собственной заявки. — Кажется… что-то проооо… Эм… Трудно разобраться… Там было что-то про становление попаданцем?… И про всякие другие глупости? Не помню. Я набирал текст от балды. Довольно неразумно с моей стороны. Давайте не будем воспринимать мою муть буквально? Я хочу сделать корректировки... — Ох, нет. Прости, — старик развёл руками. — Я существую лишь для того, что озвучить конечное решение и действовать согласно неизменным вводным данным. Малый объём полномочий. Я не имею права корректировать уже зарегистрированные заявки. Отказано. Джон обречённо вздохнул. — Начнём процесс рассмотрения, — старик объявил. — Итак... — старик сказал, устремив взгляд куда-то вдаль. — Давай глянем. Твои персональные обстоятельства безусловно прискорбны. В рамках твоей родной реальности человеческая форма жизни практически уничтожена. Конечно, некоторые инопланетяне содержат воссозданных людей в зоопарках и лабораториях. Но не более. Короче говоря, соболезную. Не стоило вам устраивать атомную войну. Эх, какие горячие головы. В свою очередь, ты сам по себе был миролюбивым человеком. Никаких злодеяний не прослеживается. Ладно, я всё проверил, — взгляд старика вновь сфокусировался на Джоне. — Все ключевые критерии соблюдены. Статус страждущего подтверждён. Я уполномочен озвучить вердикт. Пожалуй, Джон, ты действительно нуждаешься в благотворительной помощи. Заявка номер 3377 посему одобрена. Поздравляю. — Благодарю, — Джон мрачно сказал и спросил с тенью надежды. — А что именно я там просил, в своей заявке? Не покажете, кстати говоря? Я ведь выживу потом? Да? Хочу чуток ознакомится с текстом моей заявки. Улыбка плавно исчезла с лица старика. — Эмоциональный модуль отключён. Задача настоящей системы исполнена. Диалог с Заявителем Номер 3377 подлежит ликвидации… — старик выдал с каменным лицом, будто бы автоответчик. — Инициализация процедуры номер.... — Подождите! — Джон отчаянно попросил. Бесполезно. Миг спустя прозрачную проекцию Джона унесло прочь из пространства белого тумана. Перемещение произошло почти бесшовно. Минимум специальных эффектов и звуков. Хоп — и он в другой обстановке. «Куда меня забросило?», Джон нервно подумал и со страхом поёжился. Теперь его окружали стены незнакомого тёмного помещения. «Чудесно. Какая-то средневековая тюремная камера», Джон мыслено иронизировал. Стены, полы и потолки были сложены из серого кирпича. Многие поверхности камеры покрывало плесенью и копнами мха. В тюремной камере пахло сыростью и затхлостью. Стояла прохлада. Единственный выход наружу перекрывало ржавой решёткой с такой же проржавевшей металлической дверью внутри. Снаружи тюремной камеры проглядывался тусклый коридор, подсвеченный настенными факелами. По бокам коридора наблюдались другие тюремные камеры. Десятки камер. Джон нахмурил брови. Тело ощущалось как-то крайне неправильно. Джон безнадёжно осмотрел себя – он превратился в зомби в драных тряпках. В своём роде обратная реинкарнация. Отныне он больше походил на иссохшую мумию. — Ох, вот оно что, — он закатил глаза. — Я вспомнил. Благотворительный Центр Мультивселенной переместил забывчивого заявителя в грёбанное Прибежище Нежити, которое являлось частью замечательного и очаровательного мира игровой трилогии Dark Souls, того самого мира тёмного фентези для мазохистов. Образно говоря. По всей видимости, Джона закинуло именно в первую часть трилогии. Всё-таки вокруг нечто в стиле Прибежища Нежити. В своей новой жизни он стал рядовой нежитью. Джон вздохнул. — Великолепно. Сбылась мечта идиота, — он иронично сказал и прокомментировал собственную одежду. — Судя по оборванным тряпкам, мой стартовый класс это «нищий». Прекрасно. Ой, как же прекрасно. Позже его взгляд зацепился за малый прозрачный браслет на правой руке: «А это что такое?» — Джон удивлённо пощупал неведомый объект. Тормознутые шестерёнки в голове со скрипом зашевелились, после чего вспомнились подробности той злосчастной заявки. Кажется, Джон из прошлого запросил омнитул из научно-фантастической трилогии Mass Effect, чтобы «слушать всякий музон в процессе приключений». — Хммм… а это превосходное приобретение, — Джон из настоящего одобрительно пробормотал. — Я молодец. Но как им пользоваться? Как включить омнитул? Он управляется жестами, так ведь? Несколько часов спустя Джон подобрал случайный жест пальцами, который пробудил высокотехнологичный гаджет из режима гибернации. В результате чего правую руку окутало перчаткой оранжевых осязаемых голограмм. Джон заинтриговано узрел всевозможные окна, кнопки и тому подобные вещи. Чудо технологического прогресса. Прошло ещё несколько часов — Джон поверхностно разобрался с тем, как пользоваться непривычным устройством. К сожалению, многие практически полезные функции омнитула были недоступны. Не хватало специфичных расходных материалов и требовался внешний источник энергии. Это всё было неприятно, однако ничего не мешало пользоваться остальными функциями. Внутри браслета имелось несколько малюсеньких отсеков, где хранились нужные материалы. А именно картридж омни-геля, картридж силикона, картридж никеля, картридж ванадия, картридж лития и прочие картриджи. Первым делом Джон попробовал активировать фонарик. Классика. Малый фрагмент голографической перчатки перестроился и превратился в фонарик. Это было примером блиц-создания. Омнитул мог мгновенно конструировать различные механизмы из универсального омни-геля и вспомогательных материалов, так называемые плотные голограммы. Или, пожалуй, их следовало называть блиц-устройствами. В свете фонаря угрюмая тюремная камера перестала быть избыточно мрачной. — Минуточку, — Джон с интересом разглядел и подсветил объект, валявшийся около ног. — Ещё один странный предмет. Несколько секунд спустя на ладони разместился любопытный объект, похожий на аудио-гарнитуру. Нечто вроде наушника, к которому крепилась изогнутая линейна конструкция, видимо рассчитанная на то, чтобы цепляться за человеческое ухо. В свою очередь, из этой изогнутой линейной конструкции торчала округлая антенна, помеченная сверху ярко-зелёной кольцевой полоской. «Что за ерунда? Беспроводной наушник для прослушивания музыки?», Джон с сомнением предположил, пожал плечами и со значительным трудом прицепил странный наушник на ухо. «Кто изготавливает такие наушники!? Совершенно неудобно! Столько напряжения!». Джон подсветил и внимательно проверил помещение фонариком, но ничего не отыскал. Между тем, коридорные факелы итак предоставляли приемлемый уровень освещения, поэтому Джон вскоре выключил фонарик за ненадобностью и подошёл к двери. В соседних камерах томились и сходили с ума ровно такие же оборванцы как он сам. Их нечастные глаза светились оранжевыми огоньками будто бы угольки. Местами из общего числа выделялись мертвецы в нормальных одеяниях, на ком-то даже блистали рыцарские доспехи. Тут были представители всех сословий. На полах коридора, между тем, наблюдался один свободный мертвец, припавший на четвереньки и бормотавший нечто нечленораздельное. Данный уникум носил драные останки чёрного балахона, по всей видимости представитель жречества. «Должно быть надзиратель», вскоре Джон с опаской предположил. Прибежище Нежити это огромная изолированная тюрьма. По сюжету сюда сгоняли несчастных, которых осквернило жутким Проклятьем Нежити. В нынешний исторический период влияние богов Анор Лондо очень велико, поэтому за подобного рода мероприятия нынче отвечали клирики Белого Пути, их верные последователи. В рамках Белого Пути существовало особое международное карательное подразделение, так называемые Охотники на Нежить. По всей видимости, надзиратели Прибежища Нежити в прошлом являлись Охотниками на Нежить. Вот только сегодня они сами заразились Проклятьем Нежити и тоже докатились до плачевного состояния. Они ничем не отличаются от тех, кого держат взаперти. «Я не узнаю коридор», Джон придирчиво подумал. «Наверное в этом есть зерно логики. Это же не игра. Настоящий мир не будет скован техническими ограничениями и сомнительными условностями видеоигры. Реальное Прибежище Нежити должно быть гигантским. Оно способно вместить полчища мертвецов, свезённых со всех краёв известного света. От Асторы до Катарины. По лору сюда ссылали выходцев из множества стран. Интересно, насколько именно оно огромно?». «Ладно, неважно. Если доверится сюжету, то асторский рыцарь по имени Оскар в обозримом будущем выйдет на сцену и организует массовый побег для узников Прибежища Нежити. Однако объективно невозможно предсказать, станет ли Оскар заглядывать именно в мой коридор. Главный вопрос: откроет ли Оскар именно мою клетку?», Джон задумчиво почесал подбородок. «Как предсказать его действия?». «Надо рассуждать рационально. Прибежище Нежити делится на секции. В рамках сюжетной линии игры мы можем взаимодействовать только с Северным Прибежищем Нежити. Только с северной секцией. В свете чего я могу лишь сказать, что Оскар будет геройствовать где-то в северной секции, а потом его настигнет и пришибёт Бродячий Демон. Но где конкретно нахожусь я? Это северная секция? Южная? Восточная? Западная? Или вообще какая-нибудь глубоко подземная? Неведомо. Засада. Я ничего не знаю. Ладно, слишком много неизвестных переменных. Короче говоря, полагаться на Оскара не стоит. Тогда как же мне быть?». Пару секунд спустя Джон взглянул на перчатку голограмм. — К счастью, у меня ведь есть альтернативный способ побега, — он ухмыльнулся и неуклюже пошевелил пальцами, исполняя последовательность жестов из прочитанной инструкции. Омнитул трансформировался в горнодобывающий режим инструмент. Джон поднёс его вплотную к двери, после чего дверь объяло синеватой аурой. Из омнитула выплеснулись резвыми струями лазерные лучи и разные голографические объекты. Дверную конструкцию разрезало, поделило на малые части, расплавило, остудило. Несколько минут спустя на месте дверного прохода лежала стопка металлических слитков. Железных слитков, если быть точным. Джон снова осмотрелся. Местные обитатели почти не обратили внимания на странные метаморфозы. На него лишь зыркали сокамерники поблизости и клацали жёлтыми зубами. Джон был доволен полученным результатом. Однако железные слитки ему были ненужны. Он перешагнул через невысокую стопку металлолома и сделал первый шаг встречу свободы. «Клетка позади. Великолепно. Какой мой план? А фиг его знает. Для начала, надо выбираться из Прибежища Нежити», Джон рассудил. С одной стороны коридор обрывался тупиком. С противоположной стороны наблюдалась развилка. Последующий маршрут был очевиден. Однако ровно вдоль единственного пути прослеживался вероятный надзиратель, что сидел на четвереньках. Тот бывший охотник на нежить из жрецества. Он продолжал нести злобную тарабарщину и переодически стучал своей же головой по полам. В руке вероятного надзирателя виделась деревянная дубина. «Он уже полый или ещё разумный? Он враждебный или нейтральный?», Джон задумчиво осмотрел упомянутого субъекта. «Ну, если он надзиратель, тогда он наверно не одобрит моего освобождения». Джон не знал, как ему относиться к нежити посреди дороги, поэтому он решил предполагать худший сценарий. Вскоре передняя часть омнитула трансформировалась и удлинилась, приняв форму широкого заострённого (керамокарбидного) лезвия. На всякий случай, Джон вооружился резотроном – голографическим клинком. В дальнейшем он осторожно приблизился к вероятному надзирателю, намериваясь аккуратно обойти того и пройти до развилки. К сожалению, мертвец всё-таки оказался буйным и агрессивным. Он резко устремил на Джона взгляд, издал разъярённый вопль, вскочил на ноги и махом кинулся в атаку, замахиваясь дубиной для удара по лицу. Джон Иванов не являлся мастером боевых икусств. Как всякий обычный человек. Честно говоря, на протяжении всей прошлой жизни он прихлопнул несколько мух и комаров. Весь боевой опыт. В вопросах насилия он не разбирался. Тем самым сегодня ему пришлось впервые сражаться по-настоящему, причём ради выживания. Противник не собирался подыгрывать и нянчиться. С чего бы? Этот псих хотел забить его до смерти дубинной. И всё. При виде настолько отчётливой враждебности Джон откровенно испугался, однако он не дал страху овладеть собой и решительно вступил в схватку. Развернулась грандиозная битва. Ну, по ощущениям Джона это была грандиозная битва. Но, фактически говоря, такого рода формулировка далека от истины. Со стороны всё их столкновение напоминало неуклюжую стычку пьяных бомжей. Оппоненты яростно кричали и беспорядочно размахивали оружием. Джон несколько раз получил дубиной по лицу и иным частям тела. В конечном счёте резотрон абсолютно случайно промчался сквозь туловище полого надзирателя, разделив того пополам. Хвала богам, грандиозная баталия завершилась триумфом. Резотрон автоматически свернулся. Сразу после этого с трупа агрессора поднялись мистические потоки белого свечения, похожие на волокна дыма. Они впитались в Джона. Вслед за этим Джон заметил некое улучшение общего самочувствия, что позволило ему заметить ещё нечто. Всё его естество пронизывало каким-то гнетущим истощающим чувством. Скорей всего, это был процесс Опустошения – главный симптом Проклятья Нежити. Только что Джон добыл души с поверженного врага, из-за чего процесс Опустошения получил откуп и замедлился. Всего лишь общее правило в этой угрюмой местной реальности. Впрочем, у Джона не было сил радоваться. Хаотичное сражение с могучим полым надзирателем изнурило его, из-за чего Джон припал спиной на стену и присел на полы, чтобы отдышаться. В дальнейшем его неживой мозг запоздало уловил болевые сигналы, каким-то образом поступавшие от частей его неживого тела. Надзиратель хорошенько поколотил его дубиной, нанеся различные травмы. Джон с грустью обозрел синяки, ушибы, ссадины, кровоподтёки и тому подобные увечья, после чего подполз к нижней половинке надзирателя и снял с пояса надзирателя знакомый по игре предмет. Стеклянную фляжку изумрудного оттенка. Эту фляжку на треть заполняло жидковатым оранжевым свечением. «Знаменитая фляжка эстуса», Джон в мыслях подивился. Эстус — это загадочная магическая субстанция, которая лечит нежить, отмеченную знаком проклятья. «Она же безопасна, да?». Страдающий Джон, отринув недоверчивые думы, испил из фляжки эстуса, после чего его силуэт на миг слегка покрылся оранжевым свечением и даже испустил в воздух искры. Каждую частичку его естества согрело ласковым целебным теплом. Итого все травмы сошли на нет. — А это не так уж плохо, — Джон обнадёжено отозвался, а затем поморщился. — Хотя меня крайне беспокоит тот факт, что эти фляжки делают из некой духовной сущности хранительниц огня. К горлышку фляжки крепилась верёвочка. С её помощь Джон прикрепил фляжку эстуса к оборванным трусам, вслед за чем он набрался храбрости, повторно вооружился резотроном и отправился вперёд. В последствии Джон бродил по паутине однородных коридоров на протяжении двадцати шести часов, если доверять секундомеру омнитула. Переодически он натыкался на неживых надзирателей, с которыми невольно вступал в ожесточённые потасовки. Тончайшее лезвие резотрона без мельчайшего труда разделяло на куски всяких голожопых оборванцев без защитного снаряжения. Конечно, неумелый Джон продолжал получать от них многочисленные увечья, однако тут обычно хватало единственного точного удара, чтобы добиться победы, поэтому пока что Джон справлялся. Герой не падал духом. Более того, у некоторых надзирателей попадались заряженные фляжки эстуса, то есть возможность исцеляться никуда не пропадала. Конкретно говоря, Джон носил на рваных трусах уже десятую фляжку. Ветхие трусы держались на грани нервного срыва. В конечном счёте Джон очутился в неком руинном зале. Зал обладал вытянутой формой и высоким потолком. Он был заставлен по бокам каменными колонами с факелами. Посреди зала лежала тлеющая горка пепла и костей, из чьей вершины торчал примечательный деформированный красный витой меч. «Мой первый костёр!», Джон подумал оживлённо, однако сдержал сантименты и остановился. Поскольку сразу за этим залом проглядывался необычный коридор с округлым стенами и потолком, заканчивавшийся большой дверью. Перед дверью отмечались какие-то другие полые мертвецы. Они были облачены в лёгкие комплекты железной брони. Броня пестрила изодранной кожаной и разбитыми компонентами. Они отдалённо напоминали римских легионеров. В руках прямые мечи и треугольные железные щиты. Дверь вдалеке охранялась полыми солдатами. Их было двое. Они выглядели опасными. Джону не хотелось с ними связываться, однако отсюда, где бы он сейчас не находился, не наблюдалось иного выхода. «Некуда деваться». В конце концов Джон собрал волю в кулак, медленно сделал шаг вперёд, а затем ещё один и снова один. Полые солдаты ничего не делали. «Да им наплевать на меня», Джон озадачено подытожил в мыслях и слегка успокоился. Он потихоньку добрался до тлеющего костра и в непонимании уставился на тот. В видеоиграх главные герои попросту протягивали руку к костру, после чего костёр самопроизвольно разгорался. Джон попробовал повториться за ними. Едва его рука застыла над витым мечом, как внутри Джона зашевелилось нечто холодное и вязкое. Уродливая спираль Знака Тьмы, располагавшаяся на его груди, неприятно запульсировала. Тлеющий контур проклятой спирали, откуда наружу слегка просачивался водоворот тёмного тумана, интенсивно покрылся пламенными всполохами. В последствии Знак Тьмы плавно обратился в отчётливое кольцо огня. Джон неуютно почувствовал, как между ним и между костром образовалась взаимосвязь малопонятной природы. Миг спустя пепел и угли костра вспыхнули яркими искрами — костёр автоматически разгорелся. Джона моментально окатило волной ласкового тепла, так похожего на целебный эффект фляжки эстуса. «Ничего себе. Этот огонь… он странно красивый», Джона заворожило чарующим пламенем костра. Он присел на пол и постепенно позволил себе расслабиться, желая согреться в живительном свете очаровательного пламени. Прошло существенное количество времени прежде, чем Джон задумался над собственным поведением. «Что я творю?», он удивлённо очнулся и опасливо взглянул на двоих полых солдат. К счастью, те вообще не спешили отходить от двери. От них исходила беззаботная скука. Они наверное целиком выжили из ума и ничего толком не помнили. В их угасающем сознании сохранилось лишь несколько вещей: они сами, дверь и тот факт, что они являлись охранниками для двери. — Понятно, вам вообще все-равно, - Джон сделал вывод и выдохнул. — Мне же лучше. Разве не так? В дальнейшем Джон взял в руки пустую фляжку эстуса и покрутил её в задумчивости. На уме слонялись всякие мысли. «Засада. А как перезаряжать фляжки эстуса? И что такое эстус, Миядзаки побери?» У него не было ответов, поэтому он доверился интуиции и просто-напросто поднёс фляжку к пламени костра. Итого от огненного пучка костра отделился язык пламени, чтобы резво залететь в горлышко и заполнить фляжку светом. — Подожди-ка. Так вот оно как. По всей видимости, эстус это буквально огонь из костра, — Джон удовлетворенно прокомментировал, вслед за чем последовательно перезарядил все трофейные фляжки эстуса. Покончив с данным делом, Джон сконцентрировался на следующей загадке. Герой первой части Dark Souls, иначе известный как Избранный Мертвец, способен поднимать уровень личной души и совершенствовать характеристики, от интеллекта до физической силы, взаимодействуя с костром и расходуя трофейные души. Но как именно это происходит? «Окей. Как поднять уровень? Я добыл много душ», Джон нетерпеливо думал. Джон поразительно отчётливо ощущал сотни трофейных душ, которые перешли к нему от побеждённых надзирателей. Души обитали внутри организма и вращались водоворотом вокруг Знака Тьмы. Ему хотелось потратить их, но он не представлял, как провернуть подобные манипуляции. — Души… — Джон мрачно призадумался и хмыкнул. — Это в самом деле души? Я должен поглощать души? Жуть. Впрочем, эти души… какие-то они ненормальные, честно говоря. Их следует считать чем-то другим. В третьей части игровой серии Хранительница Огня зовёт их «душами без хозяина». Всё-таки в них нет субъектности. Поэтому я всегда думал, что это некого рода магические частицы, которые создаются и распространяются Первым Пламенем. Другими словами, души во вселенной Dark Souls не являются душами в классическом представлении. Во вступительном ролике они изображаются как безликая природная стихия, которая заразила древний мир энергией жизни. Джон был неплохо знаком с лором. На рассвете Эры Огня все местные формы жизни, кроме драконов и архидрев, были пустыми материальными оболочками, пришедшими из Тьмы. Тогда мир населяло первобытной нежитью. Везде бродили первородные полые… Постепенно они получили от Первого Пламени души, под воздействием чего преобразились и стали живыми. Следовательно, в рамках данной безумной вселенной сознание и душа независимы. — Действительно... Эти малюсенькие души, которые сейчас вертятся вокруг Знака Тьмы, — Джон определился. — В местной действительности попросту бездумные ресурсы. Природные элементы. Следовательно, я могу быть свободен от угрызений совести. Нет никакой моральной дилеммы. Джон обрёл покой. «Ладно. Что дальше? Ах да. Прокачка. Между тем, я все-равно не понимаю, каким образом можно использовать костёр для усиления собственной души», Джон мысленно констатировал. На протяжении последующих десяти минут Джон таращился на костёр в надежде докопаться до сути, в конце чего запоздало вспомнил о том, что костры в Прибежище Нежити вообще никогда не обладали такого рода функционалом. Только костры королевства Лордран наделены специальной силой, необходимой для того, чтобы повышать уровень души. — Чёрт… — Джон буркнул. — Ну и фиг с этим. Костёр отошёл на второй план. Теперь вниманием Джона завладела та самая манящая дверь вдали, проход к которой преграждали полые солдаты. По всей видимости, Джон был изолирован в подземной секции Прибежища Нежити. За данной дверью наверняка скрывался заветный путь на поверхность, куда ему очень сильно хотелось пробраться. Столкновение с полыми солдатами было неизбежным. — Ну, погнали, — Джон отважно произнёс, активировал резотрон и суровой походкой направился на бой с каким-то двумя жалкими зомби. Вскоре половина коридора оказалась позади. Полые солдаты дёрнулись, повернули на него головы и оскалились. Джон хмыкнул. Полые солдаты потянулись в его сторону. Джон без церемоний набросился на первого полого солдата. Первый полый солдат проткнул ему живот мечом. Второй полый солдат параллельно полоснул по спине, оставляя глубокий порез. Джон взревел от боли, прослезился и попробовал ударить резотроном в лицо ближайшего врага, однако тот прикрылся щитом. Резотрон лишь слегка воткнулся в поверхность щита, после чего застрял там. В последствии Джон оказался крайне ограничен в передвижениях. В общем, дальше его закололи и изрезали. К личному потрясению, он погиб ужасной и мучительной смертью. Всё уложилось в пятнадцать секунд, примерно. Накопленные частицы душ покинули повреждённое тело и автоматически впитались в полых солдат, чем те были довольны. Джон обмяк на пол и рассыпался таинственным туманном. Его сознающую сущность обволокло скользким мраком. Смерть заявляла на него свои права. Краешком гаснущего разума Джон ощутил нарастающее присутствие некой нежной, тихой и прохладной энергии. Она была такой утешающей, такой непонятно знакомой, такой тёмной. Она словно бы приветствовала и манила человека к себе… В голове раздался едва различимый шёпот. Этот шепнёт скорее казался эхом от случайной фоновой мысли. Эхом множества однородных мыслей. «Будь един с Тьмой», шёпот ревностно сказал, и Джон с неописуемым страхом догадался, что его уносило в глубокие объятья первобытной Бездны. Смерть не смогла завладеть им. Поэтому на сцену вышла Бездна. Наперекор популярным заблуждениям игрового сообщества, Бездна существовала за гранью нормального пространства-времени. Это отдельное пространственное измерение. Джона выносило за предел окружающей действительности. Представители человеческой формы жизни в контексте вселенной Dark Souls являлись овеществлёнными духами и осколками Великой Души. А именно Великой Тёмной Души. Природа всякой тёмной души была неразрывно связана с проявлениями Бездны. В древности местные люди назывались пигмеями. Они жили в особых холодных и сумрачных подземельях, заражённых эманациями Бездны. Поскольку любое порождение Великой Тёмной Души всякий раз после смерти воссоединяется с Бездной, чтобы затем возродится и возвратиться на материальный план, следует сказать, что первобытные люди, то есть пигмеи, изначально обладали бессмертием. Однако в далёком прошлом произошли определённого рода смутные события, из-за чего боги отняли бессмертие у людей. Суть в том, что людей постарались отделить от Бездны. В связи с чем, Джон с вялым облегчением почувствовал, как леденящее присутствие Бездны медленно сошло на нет. Некая незримая сила потянула и направила его естество в сторону света и тепла. Его дух словно бы столкнулся с обжигающим солнцем, после чего была вспышка густого оранжевого свечения. Материальное тело оказалось воссоздано из пепла, дыма и огня. Джон вернулся к жизни и рассеяно поднялся на ноги возле полыхающего костра. Параллельно с этим, нечто ядовитое вгрызалось в сознание и разъедало мысли, однако Джон прогнал это странное явление яростным волевым усилием. Костёр перестал бушевать и успокоился. Затем разуму понадобилось несколько секунд, чтобы выйти из морока и осмысленно оценить ситуацию. «Меня убили», Джон исступлённо констатировал, после чего обескуражено осмотрелся. Он вернулся в зал с костром. В прилегающем коридоре по-прежнему виднелись полые солдаты. Джон отчуждено и устрашено смотрел на собственных убийц. Руки невольно потянулись к животу и к иным частям тела, куда прежде наносились удары мечами. Руки ничего не нашли, кроме шершавой мумифицированной кожи и драных трусов с десятью фляжками эстуса. С другой стороны, на левом запястье по-прежнему висел прозрачный браслет омнитула. «Хвала удаче, главный козырь никуда не пропал», Джон с превеликим облегчением выдохнул. Затем он снова задумался о произошедшем. Его убили и он возродился у костра. Нежить, ожидаемо, бессмертна. Вот только у данного бессмертия есть недостатки. С каждой новой смертью проклятье Опустошения будет только усиливаться. Даже сейчас Джон мог заметить, что фоновое гнетущее чувство, которое он считал признаком Опустошения, стало несколько отчётливей. Сколько смертей он выдержит, прежде чем его воспоминания начнут испаряться? Как быстро он станет полым? «Мне следует быть осторожней», Джон вынес ценный урок. «Я должен использовать свой интеллект, иначе у меня вряд ли получится победить этих дурацких сторожей. Это же солдаты. У них есть какая-то подготовка и опыт». — Как же мне с ними расправиться? — Джон вслух задумался. Пока что у него не имелось каких-либо дельных идей на данный счёт, поэтому он развернулся и отправился в обратном направлении. Надо заново добывать частицы душ, чтобы откупиться от Опустошения. Одиночные стычки с неуклюжими оборванцами оказались в разы проще, чем то скоротечное столкновение с полыми солдатами, впрочем Джона все-равно несколько раз пырнули обломками мечей и подкорректировали дубинами геометрию лица. Для нежити ничего критического. Фляжки эстуса запросто исцелили раны. Ожидаемым образом все надзирали, которых Джон одолел прежде, снова были бодрыми и проворными. Они тоже восстали из мёртвых. Разница была в том, что они возродились без помощи костра. Медленно восстановились сами по себе, вплоть до одеяний, снаряжения и расходников. У них даже были при себе фляжки эстуса, которые Джон отобрал. Он не представлял, каким образом эта аномалия функционировала, поэтому погрузился в раздумья. «По всей видимости, Прибежище Нежити застряло в странной петле времени», он строил теории. «Всё тут повторяется в стиле видеоигры». Джон кивнул собственным мыслям и продолжил размышлять над всем. «Местные полые существа и местные материальные объекты переживают фиксированный набор событий снова и снова. Тут действует закольцованный фрагмент времени. Содержимое Прибежища Нежити автоматически восстанавливается и даже воссоздаётся. Я забрал десять фляжек эстуса себе, из-за чего они каким-то образом связались с моей природой и выпали из петли. Однако местная история их помнит. Поэтому они раздвоились... Их заменило идеальными копиями. Получается, фляжки эстуса, что у надзирателей, это эдакие парадоксы». Джон терялся в догадках, сравнивая фляжки между собой, и не отмечал разницы. «Так наверное? Эмм, Миядзаки его разберёт. Лор говорит о том, что свет это время. Лор говорит о том, что Эра Огня благоволит богам Анор Лондо. Боги Анор Лондо наделены осколками Великой Души Света. Когда Эра Огня завершается и Первое Пламя угасает, свет слабеет. Следовательно, само время слабеет и ломается? Поэтому формируются петли времени? В таких местах, как Прибежище Нежити, история будто бы больше неспособна накапливаться? Время постоянно надрывается и откидывается обратно, да?». — Пожалуй, эта версия событий звучит убедительно, — Джон помассировал разболевшуюся голову. — Но тогда почему петля времени не действует на менял лично? На главных героев игры и на второстепенных персонажей? Несколько минут спустя Джон пожал плечами. — Да чёрт его знает, — он безнадёжно вздохнул. — Слишком запутанная фигня. Мы какие-то особенные. Скорей всего, петля времени поглощает тех, кто перестал сопротивляться, или нечто типа того. Это всё Проклятье. Джон прекратил непроверяемые думы и выбросил новые фляжки. Надо знать меру жадности. Вскоре он раздобыл достаточно частиц душ, чтобы Опустошение замокло. В конце этой деятельности забрёл в первый коридор, где по-прежнему находилась его тюремная камера. Металлическая решётка, как правило, была целой и невредимой, будто бы он не разбирал её на составные компоненты. Сама камера была пустой. К счастью, всё было именно так. Иначе бы мозг Джона вообще бы взорвался от перегрузки. — О, ещё одна гарнитура, - Джон равнодушно уставился на продублированный беспроводной наушник, валявшийся на полах. — Ладно, пусть валяется. От этой глупости никакой пользы. Джон повторно обратил внимание на другие тюремные камеры. Некоторые узники по-прежнему бросались в глаза — у кого-то была в целом нормальная одежда, у кого-то были блестящие рыцарские доспехи. Джон печально оглядел личные рваные трусы и горько цокнул. Чёрт побери. Ему тоже хотелось носить полноценный комплект одежды. В связи с этим он активировал омнитул, после чего стал листать различные голограммы и информационные окна. Последующие несколько десятков часов Джон консультировался с виртуальным интеллектом, читал гайды, смотрел учебные ролики и заглядывал в документацию. В общем, вскоре он разобрался с тем, как правильно пользоваться портативным мини-сборщиком, в связи чем немедля перевёл омнитул в режим мини-производства. Далее он заинтриговано направился коллекционировать разного рода ремесленные материалы, а именно ему приходилось сдирать ветхие изорванные тряпки с надзирателей. Так производилась добыча шерсти, льна, пеньки и хлопка. Весь хлам поглощался механизмами твёрдых голограмм, очищался, перерабатывался и на выходе получались приличного вида текстильные изделия. Эти изделия были сконструированные по моделям, которые предварительно сгенерировал виртуальный интеллект. В конце всех манипуляций Джон облачился в нормальные трусы, в носки, в свободную кофту с капюшоном, в спортивные штаны, в ремень, в кожаные сапоги и в прочие мелочи. Поверх чего он обзавёлся вместительным рюкзаком. Со стороны Джон отныне казался современным туристом, который посещал руины условного средневекового замка или какой-то тематический парк. Сильно контрастировал. Настолько он выделялся на фоне местных декораций. — Неплохо, — Джон порадовался благам цивилизации. — Фактически говоря, я ношу с собой универсальную мобильную фабрику. В следующий раз сделаю что-нибудь более серьёзное. Например, комплект какой-нибудь лёгкой брони. Надо больше учиться. «Но это потом. Сейчас надо избавиться от тех полых солдатов», Джон сконцентрировался на важном и снова погрузился в инструкции омнитула. Несколько часов спустя Джон вернулся в зал с костром. В его руках находился компактный цилиндрический объект с коричневой керамической поверхностью, дополненной металлическими вкраплениями и росчерками. Джон бросил цилиндр в пламя костра, в горку пепла, костей и углей. Цилиндрический объект в действительности являлся тепловым электрогенератором. Джон сконструировал его из подручных материалов, для чего задействовал сборщик омнитула. Сборка осуществлялась из керамики, излеченной из больших ваз и урн: одно малопонятное обособленное помещение было заставлено керамической утварью. А также из железа: Джон разобрал решётку одной пустой тюремной камеры. Затем ещё использовалась медь: некоторые подставки для факелов были медными. Потом в ход пошли другие материалы, прежде являвшиеся произвольным барахлом. Чертежи теплового генератора сгенерировал виртуальный интеллект инженерного класса. Прежде Джон наполнил цилиндр фиксированным количеством воды, взятым из одного промежуточного помещения. То помещение было пересечено канализационным каналом. И его частично затопило сточной водой. В конце всех этих действия Джон закрыл цилиндр плотной герметичной крышкой. Дно данного цилиндра содержало изолированный микроскопический литиевый аккумулятор космического будущего, связанный с тепловым модулем из меди и железа, который создавался для того, чтобы извлекать тепло из воды и превращать тепло в электричество. В общем, Джон решил воспользоваться свойствами этого странного костра эстуса в качества дополнительного источника энергии. Омнитулу не хватало энергии для по-настоящему серьёзного боевого функционала. Когда как костёр эстуса, не смотря на магическую природу, согревал объекты и отапливал зал вокруг себя. Следовательно, костёр эстуса по-прежнему создавал обычную физическую тепловую энергию. Бесплатная и экологичная энергия пропадала даром. Короче говоря, Джон закинул цилиндрический генератор в огненную пучину костра. Вода внутри специального сосуда постепенно вскипела, вслед за чем начался долгий процесс генерации и накопления электричества. Джон комфортно расположился перед костром, обняв колени, и медленно выпал из реальности, созерцая аномально красивое пламя. Две недели спустя сработал будильник — омнитул назойливо завибрировал, отчего околдованный разум Джона прояснился. Джон сконфуженно нахмурился, после чего заторможено вспомнил обо всём. — Что? Уже две недели прошло? — Джон в неверии пробормотал. — Рехнутся. Как же так? Я же собирался спокойно фармить души. Что за дела? Я не заметил эти две недели. Жуть. Некоторое время спустя Джон взял себя в руки и с волнительным любопытством уставился на самодельный теплоэлектрогенератор. По его сомнительным расчётам внутри аккумулятора к данному моменту должна была скопиться энергия, равняя 72 000 килоджоулей. Другими словами, там должно было быть где-то 20 киловатт/час. По задумке. — Честно говоря, я не знаю, насколько хороши мои любительские расчёты, — Джон постыдно констатировал. — Однако я точно знаю, что у моего аккумулятора ограниченный объём вместительности. Если цилиндр останется дальше валяться в объятиях пламени, тогда однажды приключится взрыв. Мне прямо в лицо. Мне лучше поторопиться. Джон спешно поднялся на ноги, размял затёкшие мышцы и части тела, а затем психологически настроился и исполнил жест рукой. Омнитул принял его команду и блиц-создал специальный механизм из твёрдых проекций. Этот механизм выглядел как объект в форме полукольца с двумя толстыми вытянутыми спицами, повисшими горизонтально над обратной стороной ладони и предплечья. В любом случае, Джон осторожно нацелил руку на цилиндр теплового генератора, лежавшего в сердцевине костра эстуса, чтобы снова пошевелить пальцами. Очередной контрольный жест — функция Поглощения Энергии активировалась следом. Блиц-устройство сотворило особенного рода электромагнитное поле. Между омнитулом и костром замерцали оранжевые дуги голограмм, что-то вроде проводки. Поле высосало всё электричество изнутри самодельного аккумулятора и передало то в блиц-устройство. Нутро голографического механизма сразу же покрылось ярким электрическим свечением в качестве наглядного доказательства. Джон опасливо отстранил голову и отодвинул наэлектризованную руку от остального тела, не желая поранить себя. «Окей. Теперь настал час расплаты», Джон решительно рассудил и сделал глубокий вздох. Далее он возвратился в злосчастный коридор. Полые солдаты наградили нарушителя уничижительными оскалами, после чего побрели к тому на встречу, прикрываясь треугольными щитами и держа мечи наготове. Джон замедлил шаг. В последствии настал долгожданный момент истины. Джон навёл омнитул на ближайшего мертвеца и исполнил жест пальцами, с помощью чего актировал функцию Перегрузки. Созданное блиц-устройство в действительности обладало двумя способами примерения. Дуга молнии сорвалась с голографической проекции и поразила низ первого полого солдата, вслед за чем она махом перекинулась на второго полого солдата, влившись тому прямо в колено. Оба мертвеца задёргались и болезненно замычали, охваченные электрическими вспышками. Несколько секунд спустя на пол коридора упало ровно два трупа. Миг спустя в воздух поднялось два потока мистического белого дыма. Эти два потока резво впитались в Джона, возвращая утраченные частицы душ. С небольшими процентами. — Ну, наконец-то! — Джон триумфально воскликнул, а затем свернул омнитул и нетерпеливо ринулся к двери. — Дорога на волю! Вскоре раздался протяжённый скрип. Джон Иванов медленно раздвинул тяжёлые створки массивной двери и неуютно обнаружил за ними шахту лифта. Тут над непроглядной пропастью располагалась квадратная платформа, подвешенная на четыре ржавые цепи. В середине платформы нажимная плита, очевидно предназначена для активации лифта. Верхняя часть шахты тоже казалась бесконечной. — Чёрт, этот дурацкий лифт над пропастью, — Джон неодобрительно прокомментировал стандартный дизайн для лифтов, характерный для видеоигр студии FromSoftware. — И как они вообще работают? Я тут не вижу никаких механизмов, которые могли бы объяснить работоспособность нажимной плиты. Джон активировал сканер. Блиц-устройство скользнуло по платформе треугольным плоским потоком оранжевого свечения, анализируя строение до мельчайших деталей. Встроенный виртуальный интеллект выдал отчёт. Сканер не обнаружил ничего рационального. — Как и следовало ожидать, — Джон разочарованно свернул омнитул. — Ну, это единственный путь вперёд. Придётся рискнуть. Джон сделал чрезвычайно аккуратный шаг вперёд и резко убежал, поскольку забыл о важной вещи. Он прибежал обратно к костру, откуда выковырял резотроном самодельный генератор. Затем пришлось мучительно выжидать, пока драгоценное имущество остынет. В конце этих затяжных действий Джон устало проскандировал генератор и выяснил, что тот сломался. По всей видимости, у Джона получился какой-то одноразовый генератор. Но не следовало огорчаться. Этот тепловой генератор ещё можно было починить без особого труда, потому Джон закинул тот в рюкзак. Несколько секунд спустя Джон снова недоверчиво осматривал мутную шахту лифта. Через минуту он всё-таки отважно перебрался на подвесную платформу, которая нервирующим образом шаталась и скрипела. Далее Джон наступил на нажимную плиту. Плита потонула в полах и щёлкнула. Странным образом лифт действительно сдвинулся с места. Платформу неспешно потянуло наверх, куда-то в непроглядную даль. «Наверно в этой конструкции замешана некая магия», Джон мысленно предположил. Позже он включил фонарик, потому что шахта вообще не имела никакого освещения. Его окружила непроглядная темнота. Но далеко внизу он видел фрагмент шахты, подсвеченный тусклым факельным светом, который просачивался из злосчастного коридора. Хвала всему хорошему, через пару минут на самом верху увиделась малая область шахты, подсвеченная слабым бесцветным светом. Прошло ещё несколько минут — подъём завершился. Джон немедля сошёл в платформы лифта. Внутри него воцарилось облегчение, которое моментально вытеснила настороженность. Джон очутился в просторном зале с высоким потолком. Факелы тут не горели. Зал выделялся протяжённой формой. Противоположная половина зала была погребена под каменными завалами. Стены и потолки, как говорила интуиция, пали под давлением многовековой истории. Другая половина зала, прилегавшая к шахте лифта, находилась в сравнительно нормальном состоянии. Около правой стены валялся иссохший полый, сжавшийся калачиком, — не двигался. Данное зрелище огорчило Джона. В оригинальной японской версии говорилось, что «мёртвые» мертвецы, которых главный герой находит в рамках путешествий по миру и подбирает с тех предметы, в действительности забыли, как двигаться. От их личности осталась только безупречная пустота. Так выглядит финальная стадия Проклятья Нежити. Что-то вроде смерти. Но без реальной смерти. Джон грустно отвёл глаза, поскольку не желал нагружать ум и сердце настолько кошмарными истинами. Ему было крайне страшно за собственное будущее. Что его ждёт? Что если Джон Иванов закончит собственный путь точно таким же образом? Глаза нацелились на обширную дыру в потолке, откуда виделось пасмурное дневное небо и откуда вливался свет. При виде неба Джон ощутил прилив оптимизма. Он вскарабкался по каменным развалинам до дыры и украдкой высунул голову наружу. Снаружи наблюдались взаимосвязанные руинные крыши от нескольких сооружений, на фоне которых простирались заснеженные горные хребты. Впервые за долгое время его посетило чувство узнавания. Архитектурные черты приблизительно соответствовали тому, что Джон лицезрел в прошлой жизни, когда играл в Dark Souls. Джон словно бы наблюдал верхнюю секцию Северного Прибежища Нежити со стороны противоположной утёсу: западное крыло, восточное крыло, северная соборная постройка, малопонятная промежуточная постройка, что южней, и одна прежде незнакомая постройка, что ещё более южней. В частности он осматривал верха Северного Прибежища Нежити с крыши этого незнакомой постройки. Это здание прилегало к промежуточной постройке. Эдакое южное крыло. Возможно оно исполняло административные и хозяйственные задачи до того, как здесь воцарилась разруха и всем завладело Проклятье. В любом случае, на этот вопрос однозначно ответят только археологи, поэтому Джон выкинул лишние вопросы из головы. Сейчас его больше волновал тот факт, что по архаичным руинным крышам и верхам Северного Прибежища Нежити рассеянно слонялись полые оборванцы. Их оружие: сломанные мечи, факелы и луки. Беспамятные мертвецы рассеяно и потерянно наворачивали круги. Джон насчитал всего десятерых мертвецов. «Надо как-то пробраться до утёса с гигантской вороной. Но они не дадут мне спокойно пройти. Погоняться толпой и укокошат. Попробую продвигаться и действовать осторожно», Джон рассудил, после чего украдкой вылез из дыры, пригнулся и стал красться. Постепенно он спрятался за случайной побитой перегородкой -- за останками какой-то башенной надстройки. Постепенно к его укромной перегородке доковылял первый оборванец. «Вот так удача», Джон кое-что придумал и улыбнулся с энтузиазмом. Джон не стал мериться с мертвецом силами и навыками, поскольку не желал позориться и привлекать внимание всего сумасброда вокруг. Он подловил удачный момент и сбросил полого надзирателя аккуратным пинком под зад. Сброшенный мертвец в недоумении свалился с крыши и унёсся в пропасть. Какое-то время спустя ходячий мертвец разбился об очень далёкие скалистые низины. К ожидаемому разочарованию, с убитого врага не поступили трофейные частицы душ. Всё-таки Джон был слишком далеко от места гибели. «Ясно. В реальной жизни не будет удобств игровой механики. В реальности сложней фармить души», Джон подтвердил печальный факт. «Ничего не поделаешь. Тут остаётся смериться». В последующем Джон терпеливо повторил весь трюк с девятью оборванцами. Сбросил их на скалы. Последним в живых остался оборванец со сломанным мечом, который перестал бродить повсюду и просто застыл у края частично развалившейся крыши, словно бы наслаждался горными пейзажами. Джон осторожно подобрался к тому, пробираясь через архаичные руинные крыши, украшенные дырами варьирующихся размеров. Когда расстояние почти сократилось до необходимого минимума, заторможенный оборванец спонтанно обернулся, гаркнул хрипом и прыгнул на Джона, замахиваясь обломанным мечом. Завязалась хаотичная потасовка, в процессе которой оппоненты суматошно перемешались по крышам. В определённый момент Джон ловко ушёл от взмаха осколком меча, чтобы закричать от страха и свалиться в дыру ровно позади. Далее произошло очень болезненное падение с большой высоты, которое сломало позвоночник и травмировало прочие части тела. Джон стонал от неистовой боли и прослезился, но он по-прежнему был живым. Нижнюю часть тела парализовало. Хвала Миядзаки, он хотя бы ещё мог шевелить руками. Это позволило ему нащупать фляжку эстуса на ремне. Он жадно опустошил содержимое фляжки и сверкнул искрами. Тело наполнило живительным теплом. Все травмы зажили за считанные секунды. Джон очень вовремя исцелился, потому что полый оборванец оказался не из робкого десятка. Безрассудный мертвец отважно последовал за беглым узником, то есть он тоже сбросился с крыши. Сорвиголова вот-вот собиралась приземлиться ровно на Джона. Джон едва откатился в сторону, избежав столкновения, после чего быстро и небрежно поднялся на ноги. Полый надзиратель переломал все конечности, яростно взревел от неистовой боли и закатался по полам, многократно усугубляя собственные повреждения. Джон не стал медлить. Он быстро добил неудачного преследователя резотроном. Вслед за этим делом к Джону перешли трофейные частицы душ. Джон наконец-то обратил внимание на окружающую обстановку. В первую очередь, он с опаской увидел, что невдалеке от того места, куда он упал, валялась огромная туша синего чудовища. Жуткая бестия была мертва, к счастью. Во-вторых, внешний вид данного помещения несколько отличался от игрового варианта, но это бесспорно была первая босс-арена, где Избранный Мертвец по сюжету вступает в схватку с Бродячим Демоном. Очевидно, в этой реальности Избранный Мертвец вышел победителем. Бродячий Демон был убит. Джон свалился в центральный зал северной соборной постройки, другими словами. — Ладно, — Джон сделал вздох и выдох, помассировал колени. — Пойду дальше. Следует сматываться. Скоро Прибежище Нежити заполонят Чёрные Рыцари. Тогда я точно отсюда уже никуда не выберусь. Перед уходом, впрочем, Джон решил чуток задержаться. Ему захотелось просканировать тушу Бродячего Демона. — Неопознанная форма жизни, — омнтитул воспроизвёл механический голос виртуального интеллекта. — Химический состав: Силиций (15%), Кислород (30%), Железо (20%), Магний (10%), Кальций (8%), Углерод (5%), Сера (2%), Алюминий (10%). На лицо множественные повреждения. Глубокие следы побоев с осколками минеральной оболочки вокруг раны. Мелкие царапины. Разрывы с более тёмным цветом кожи и обнажённой внутренней структурой. Деформация кожи и внутренних структур, указывающая на сильное физическое воздействие. Жизненные показатели не фиксируются. Теория: непознанное существо убито холодным оружием вроде средневекового копья с металлическим наконечником. — Хмм, любопытно, — Джон прокомментировал, в задумчивости разглядывая показатели. — Кажется, Демоны Хаоса состоят из массы минералов. Логично и ожидаемо. Всё-таки местные демоны возникли из лавы. А лава всегда богата минералами. И, по всей видимости, Бродячий Демон погиб от копья. Видимо, стартовый класс Избранного Мертвеца это воин с копьём. Самый первый в списке всех доступных классов. Хн, так неоригинально. Джон свернул омнтитул и несколько неуверенно подошёл к большой двери, которую в игре нужно разблокировать с помощью Ключа Паломника. Как правило, Избранный Мертвец её уже давно раскрыл. Створки были несколько раздвинуты. Джон пробрался через широкий зазор между теми. Снаружи перед ним раскинулся протяжённый восходящий утёс, частично усеянный непонятными руинами, слегка засыпанный снегом и покрытый слоем замёрзшей зелёной травы. Вдоль утёса пролегал разбитый лестничный пролёт. Реальная настоящая версия утёса тоже немного отличалась на фоне воображаемого игрового аналога. Перво-наперво превосходящим размером и повышенной детализацией. На останках одной отдалённой стены, располагавшейся с правой (восточной) стороны, у самого обрыва лежало гнёздышко из соломы. В гнезде два зелёных яйца и маленькая ворона. Ворона рассматривала Джона издалека с заметным интересом. «Это наверняка та ворона Снаглли», Джон подумал, стараясь не делать резких движений. «С ней можно обмениваться предметами». В какой-то момент Джон взобрался по лестнице до того места, где находилась стена с гнездом. Любопытная ворона Снаглли плавно стала прозрачной, а затем вовсе невидимой. «Какая-то магическая защитная реакция? Словно хамелеон? Остерегается незнакомых людей?». — Ага, вот оно как, — Джон с пониманием прошептал. — Ну, в игре ворона тоже была невидимой. Всё сходится. — Ты, ты... - тихонько захрипел вороний голос со стороны гнёздышка, словно бы реагируя на реплику Джона. — Дай мне тепла. Дай мне мягкости. Ты, ты... Джон не собирался вступать в диалог с говорящей вороной. Это всё было как-то слишком странно. Кроме того, у него все-равно не было товаров, подходящих для обмена. Как известно, у Снаглли весьма специфические предпочтения. Фраза «Дай мне тепла. Дай мне мягкости» скорее придумана для того, чтобы сводить игроков с ума, потому что она больше сбивает с толку, чем что-либо объясняет. Джон отрешился и спешно прошёл мимо. Снаглли не стала донимать его. В итоге Джон мало-помалу взобрался до конца и одновременно до вершины утёса. Здесь в глаза бросалось огромное гнездо, в котором лежали огромные яйца тускло-зеленого оттенка. «Когда Избранный Мертвец по сюжету сбегает из Прибежища Нежити, гигантская ворона свивает тут гнездо с кладкой. Очередное доказательство тому, что Избранный Мертвец давно сделал ноги отсюда». — Окей. Что дальше? Ах да. Точно. Теперь мне придётся довериться гигантской вороне, чтобы она в целости и сохранности доставила меня в заброшенные земли богов. В опустошённое королевство Лордран, — Джон обречённо констатировал расклад вещей, нервно усмехнулся и помассировал брови. — И снова, очередной безумный метод транспортировки. Это же абсурд! Почему я должен делать такие опасные вещи!? Эта гигантская ворона очень сомнительна! Что если она сожрёт меня от голода!? Что если она по ошибке скинет меня на каменные горы!? И вообще-то говоря, тут же её кладка! Разве животные не охраняют своё потомство!? При виде меня гигантская ворона может банально впасть в приступ бешенства! Это вся дурная ситуация вполне может окончится тем, что она решит заклевать и разобрать меня! Я же мутный чужак, который потревожил её будущих детёнышей!? Да чёрт вас подери, студия FromSoftware! О чём вы там думаете?! Джон с крайним неудовольствием и крайним недоверием залез в огромное гнездо, продолжая поминать разработчиков игры нелестными словами, а затем взял себя в руки, низко присел, обнял колени и свернулся. С данного момента он собирался усердно изображать воронье яйцо, иначе фиг его знает, что с ним случится. Последствия непредсказуемы. В первые минуты ничего не происходило, поэтому Джон настороженно пошевелил головой, озирая запустелые окрестности и пасмурный небосвод. Высматривал средство транспортировки. Тщетно. Лишь полчаса спустя до ушей донёсся характерный звук, производимый взмахом крыльев. Джон моментально заволновался. Звук становился более громким. Однажды в поле видимости объявилась летающая гигантская ворона. Все инстинкты закричали о том, что ему надо делать ноги. Джон Иванов приложил колоссальные усилия для того, чтобы не броситься в паническое бегство. Гигантская ворона явно знала своё ремесло. Она с филигранной точностью подхватила лапами фальшивое яйцо, стиснув верх спины и плечи. Джона махом потащило на небеса. Джон вздрогнул и в ужасе закрыл глаза. Далее он только чувствовал интенсивные потоки воздуха, как свистел леденящий ветер. Вдобавок к чему, его качало по сторонам и перемещало вверх-вниз. Джон собрал силы в кулак и распахнул глаза. Снизу неспешно проносились горные хребты. От увиденного закружилась голова. Джон очень медленно взглянул на морду гигантской вороны. Ворона не выглядела агрессивной. Судя по всему, Джона не собирались убивать. «Что-то я слегка перенервничал», Джон подумал со стыдом. «Стресс накопился». Он гордо выпрямился. Чуток покашлял. Позже он повернул голову назад, желая осмотреться по мере возможности. Прибежище Нежити едва различалось вдали. Джон молча пронаблюдал за тем, как гора с руинами пропала из виду. Предыдущая локация неспешно потонула за линией горизонта. «Понятно. Мы летим куда-то на юго-запад», Джон в целом определил траекторию полёта, опираясь на известные факты, в частности на наименование корпусов (крыльев) Северного Прибежища Нежити. «Если подумать, то климат в Лордране несколько теплей, чем климат в стране с Прибежищем Нежити. В Городе Нежити и Анор Лондо нет снега. Да, скорей всего мы летим именно на тёплый юг. На юго-запад, есть быть точным». Последующие несколько часов Джон созерцал горные пейзажи, горные долины, нагорья, леса, нескончаемое русло реки и туманные луга. Гигантская ворона будто бы следовала за рекой. «Полагаю, это Река Пяти Пяльцев, которая упоминается при создании персонажа», Джон предположил. Время от времени снизу проносились рассеянные средневековые деревни, городки, замки и монастыри. Мимо внимания Джона не ускользнул тот факт, что в трети обнаруженных поселений нигде не прослеживалось дыма от домашних печей. Дымоходы молчали. А это ненормально. Всё-таки люди должны готовить еду, чтобы жить. Разве нет? Для этого жители средневековья должны использовать домашние печки или хотя бы обыкновенные немагические костры. Однако ничего подобного не отмечалось. «Зловещая аномалия». Интуиция неуютно подсказывала, что земли данной страны, в значительной степени страдали от пандемии Проклятья Нежити. Те аномальные поселения либо были полностью зачищены Охотниками на Нежить, либо были наводнены ходячими мертвецами. Первый сценарий казался более реалистичным. Данная страна в целом производила впечатление функционирующей цивилизации. По дорогам нередко передвигались конные наездники и повозки. По реке плавали корабли и лодки. «Примечательная территория. Хотелось бы прогуляться тут. Но что бы со мной случилось, если бы я пробирался на волю без помощи гигантской вороны?», Джон заинтриговано подумал и досадно хмыкнул. «Ничего хорошего. Я же зомби. Охотники на Нежить поймают меня, следом за чем изобьют бы до беспамятства и снова бы где-нибудь изолируют. Некоторых зомби закапывают живьём, наполнив тело всякой ядовитой дрянью. Именно так будут обходится с мертвецами в Королевстве Лотрик, если помять меня не подводит. С глаз долой, из сердца вон. Следовательно, в условиях нынешнего исторического периода самым безопасным местом для гонимых проклятых будет только Лордран, а не эта мутная страна. Скверные обстоятельства. Всё так печально». На протяжении нескольких минут Джон предавался нелёгким пессимистичным думам. «К слову, что это за страна такая?», он вдруг задался вопросом, когда по курсу объвился крупный город в стиле средневекового фентези. Джон перебрал в уме известные факты из лора, на основе чего пришёл к выводу, что это наверняка были земли Асторского Княжества. В пользу подобной теории свидетельствовало несколько вещей. Во-первых, именно Оскар из Асторы вломился в Прибежище Нежити. Гражданин Асторы. Между тем, после столкновения с Бродячим Демоном несчастный Оскар потерпел поражение и моментально пал духом. Он сразу же опустошился: Проклятье Нежити овладело им. А этот инцидент говорил о том, что у Оскара была прискорбно слабая сила воли. Слабый воин никогда не осилит долгой дороги. Предпосылки в какой-то мере указывали на то, что изнеженный Оскар едва от дома отдалился, после чего выдохся перед лицом первого серьёзного испытания. Во-вторых, лор прямо указывал на то, что Астора была очень набожной страной. Вдобавок к чему, дворяне Асторы славились тем, что в их жилах протекала наиболее благородная королевская кровь. А кто сегодня держал железобетонную монополию на абсолютную власть, на право быть монархами над монархами? Боги Анор Лондо. Они безраздельно правили миром. Отчего Джону казалась, что элиты Асторы могли быть кровно связаны с богами Анор Лондо. Всё-таки рыцари Асторы чаще всего показывали себя как самые могучие воины. Чего стоил один Солер из Асторы. Оскар был трагическим исключением из правила. Он проиграл из-за упадка морали, а не от недостатка сил. «Астора подозрительно богата талантами. Кровь Анор Лондо могла бы многое объяснить». В общем, Асторское Княжество выглядело идеальным местом для концентрационного лагеря международного класса, куда сгоняли нерадивую нежить со всего света. Полубоги и фанатики богов это те, кому можно доверить надзор над проклятыми отбросами пигмеев. В-третьих, над центральным готическим замком крупного города, что простирался внизу, на ветрах развивался массивный флаг, свисавший с высокого шпиля. На флаге изображалось знамя. Золотистый узор, сотканный из лиственных растений, на ярко-синем фоне. С высоты птичьего полёта, конечно, было трудно разглядеть герб во всех деталях, но Джон безусловно замечал стилистическое сходство с теми гербами, которые видел на щитах рыцарей Асторы, когда проходил Dark Souls. Одного поля ягоды. «Это Астора?», Джон в последствии озвучил догадку в мыслях. «Пожалуй, да. Такая страна. Почему бы нет? Возможно это Астора». В какой-то момент Джону наскучило рассматривать живописные пейзажи и строить оголтелые теории, поэтому он активировал омнитул. Первым делом он вызвал блиц-устройство, исполнявшее функции спидометра, и с любопытством измерил скорость полёта. Гигантская ворона поддерживала стабильную усреднённую скорость, равную 60 км/час. Много или мало — фиг его ведал; Джон не представлял. Просто занимательный факт. Вторым делом Джон вызвал стандартное блиц-устройство с клавиатурой и дисплеем, с чем продолжил грызть гранит науки, а именно читать учебные материалы насчёт мини-сборщика. Гигантская ворона направила на светящийся гаджет косой взгляд, но не почувствовала угрозы, поэтому выкинула странное человечье приспособление из головы. Приди она к противоположному выводу, то высадила бы пассажира методом немедленного сброса на поверхность планеты. Именно так она поступала с неблагонадёжными проклятыми мертвецами, которые грешили тем, что побуянили. Джон остался в сладком неведении относительно суждений вороны. Время шло и шло. В процессе чтения громоздкой технической литературы он переодически осматривал окрестности, чтобы отвлечься и держать руку на пульсе событий. Прошло ещё несколько часов, прежде чем все поселения, которые проносились под его свисавшими ногами, начали поголовно выглядеть совершенно безжизненными. Теперь по реке почти не ходили корабли. Крупные города спорадически делило крепостными стенами, будто бы на зоны тюремного заключения. А по увядающим дорогам, поросшими травой, свободно ходили огромные (поэтому весьма заметные) демоны Хаоса, в частности бродячие демоны, тельцы и демоны карпа. Не надо было обладать докторской степенью, чтобы понять: земли внизу были окончательно заброшены. Снизу простиралась территория абсолютного бедствия. «Неуютные пейзажи. Наверное, это есть Лордран», Джон мрачно подумал. «Некогда величественное королевство, которым напрямую распоряжались наследники Гвина, Владыки Солнечного Света. Самого могучего из Первобытных Повелителей, в число которых также входят Ведьма Изалита, Нито, Забытый Пигмей и даже Нагой Сит, последний живой архидракон, который предал свой народ ради обретения бессмертия. Да уж…». «И чем всё закончилось? Ветхие гниющие развалины сверхдержавы. Печальное зрелище. Сейчас трудно поверить, что с помощью Лордрана боги совместно правили миром до того рокового момента, пока первенец Гвина, унаследовавший титул Короля Света, не сошёл с ума и не оказался свергнут из-за непомерной любви к драконам. Драконы это заклятые враги всех богов. До чего безрассудный правитель. Неудивительно, что в итоге между богами вспыхнула междоусобица — и Анор Лондо был покинут, а Лордран поглощён Проклятьем Нежити». «Фракция Ллойда, фракция Велки, фракция Гвенивер и фракция первенца Гвина… скорей всего боги по-прежнему сражаются. Скорей всего дела во внешнем мире обстоят примерно вот таким образом. Повсюду беснуется тотальная Игра Престолов. А что сам Лордран, эта многострадальная земля?… Кто им владеет?», Джон снова прыгнул в кроличью нору из пространных размышлений. «Всё указывает на то, что Лордран сейчас контролируется фракцией Гвенивер. В конце концов иллюзорная копия Гвенивер, покоящаяся в центральном соборе Анор Лондо, прямым текстом величает себя Королевой Солнечного Света. Что является довольно спорным утверждением. Как минимум, Ллойд, дядя её отца, провозгласил себя Всеотцом и единоличным властителем среди богов. Как данные факты уживаются с друг другом? Да никак. Тут прослеживается безусловный конфликт». — Занимательно. И что мы получаем на выходе? По факту между богами до сих пор бушует гражданская война, — Джон подытожил мысли вслух, вздохнул, покачал головой и с неохотой продолжил читать техническую статью про сущность полимерной печати. Гигантская ворона повторно покосилась на странного пассажира, поскольку понимала человеческую речь, но в конце концов она ничего не сделала в его отношении. Постепенно она пришла к собственным не озвученным выводам и полностью переключилась на прежние заботы. Её внимание снова осталось незамеченным. Джон был увлечён вдумчивым чтением. Прошло ещё несколько часов. Джон занимался тем, что уточнял значение очередного заумного термина, когда ощутил, как его центр тяжести сместился направо, а затем потянулся к низу. — А? Что происходит? — Джон отвёл глаза с голографического дисплея, после чего понял, что гагинская ворона снижается. Снижение происходило под углом. Под Джоном простирался абсурдно огромный средневековый город, поделённый на многочисленные районы массивными дуговыми крепостными стенами. Огороженные районы произрастали вдоль крутого горного склона грандиозной величины. Районы спускались до едва различимых низин сумбурными ступеньками. Внешним видом город походил на непропорциональный цветочный бутон, чьи архаичные округлые лепестки агрессивно наслаивались друг на друга в фиксированном направлении. Горный склон в некотором смысле являлся продолжением величественной горы колоссального размера. Вершина этой горы была по краям окольцована ещё одной крепостной стеной. Сакральная отчуждённая гора. Поверх неё размещался обезлюдевший Анор Лондо. Там укрывалась бывшая резиденция мирового правительства. Когда как город на крутом склоне являлся падшей столицей Лордрана. Гора Анор Лондо находилась в окружении лесов, расселин, горных образований и необъятных зелёных равнин, окутанных густыми облачными завесами. Северней пролегала Река Пяти Пальцев, которая впадала в морской залив на западе разветвлённой дельтой. Но река и морской залив быстро пропали из виду, потому что гигантская ворона собиралась приземлиться вдали от них. Она обогнула гору Анор Лондо с северо-восточной стороны и уверенно сбавила высоту. Джон стал свидетелем того, как речную дельту с морским заливом целиком загородило отдалёнными горными образованиями, где в будущем возведут Замок Лотрик и Поселение Нежити. «Забавно. Нам позволили узнать о том, что к данной локации прилегает аж грёбанное море только лишь в конце трилогии. Другими словами, через несколько тысяч лет», Джон иронично подумал и покачал головой. «Ох уж этот Миядзаки». Следом за чем он выключил омнитул. В ожидании посадки Джон попробовал отыскать то культовое место, куда намеривалась приземлиться ворона. Задача, естественно, не составила никакого труда. Ворона снижалась до громоздкой скальной формации, частично опиравшейся на крутой горный склон столицы Лордрана. Скальная формация сливалась с северо-западной стороной горы Анор Лондо и даже немного вылезала на юг. Наверху она была покрыта лесом Сада Тёмных Корней, где стояла старая Крепость Сена и церковь Уезда Нежити. Скальная формация была визуально связана со столицей массивным мостом сверху и компактным водосточным акведуком по середине, которые вели в единичный огороженный район под названием Город Нежити. Внизу она также граничила с двумя другими обособленными районами столицы. Самый ближайший был затоплен помойными ядовитыми болотами и звался Чумным Городом. Между скальной формацией и столицей Лордрана кривой линей вытягивалась глубокая и широкая расселина. Северную часть расселины занимали ядовитые болота Чумного Города. Южная часть расселины, в свою очередь, провалилась ещё глубже вниз, превращаясь в совершенно беспроглядную пропасть Долины Дрейков. Запутанный архитектурный и ландшафтный дизайн виртуозно ломал мозг. Точно так же как в прошлой жизни. Джон почувствовал себя несчастным и дезориентированным. Тем временем гигантская ворона опустилась до выступа на поверхности скальной формации. Данный выступ торчал сразу под церковью Уезда Нежити. Он соседствовал с огромными извивающимися раскидистыми деревьями, произраставшими прямо из отвесной скалы. Выступ был довольно широким и довольно длинным. Его центр устилало различными средневековыми руинами. Север занимало тесное кладбище. Юг соединялся с водосточным акведуком Горда Нежити. Это был Храм Огня. Стоянка для всех проклятых паломников, которые ступали Путём Нежити. Как известно из канона, паломники отчаянно мечтали исполнить ложное пророчество, придуманное богами Анор Лондо. Мертвецы приходили в Лордран, намериваясь «быть избранными» и «раскрыть истинную судьбу нежити». Правильней сказать, мертвецов сгоняли и всячески заманивали в Лордран для данной цели. Даже Прибежище Нежити было устроенно таким образом, чтобы оттуда переодически сбегали наиболее перспективные проклятые мертвецы. Иначе почему гигантская ворона сейчас исполняла роль бесплатного такси для Джона? Дело в том, что её целенаправленно надрессировали для данной работы. Джон подозревал, что её дрессировщиками были клирики. В общем, ворона плавной манерой спустилась под тень огромного раскидистого дерева, торчавшего из скальной формации, и очутилась над выступом. Затем она пролетела над небольшой округлой площадкой, очерченной невысокой округлой лестницей. Площадка находилась на центральной области выступа. Между тем, в центре самой площадки торчал красный витой меч, объятый пламенем костра. Ворона расслабила хватку. Джон приземлился и припал на четвереньки перед костром. Ворона скользнула дальше по воздуху — чуть северней. Она приземлилась на развалины старой разрушенной церкви. Там, где-то наверху, ютилось второе огромное гнездо с кладкой. Ворона с важным видом поспешила заняться осмотром гнезда и потомства. «Ну, наконец-то», Джон с облегчением подумал. «Я добрался до Храма Огня. Целым и невредимым». Прибытие Джона не осталось без внимания местной публики. В нескольких метрах от костра на плесневелых каменных обломках устало располагался мужик в кольчуге. Вплоть до настоящего момента этот мужик скучал от монотонности бытия и откровенного безделья. Местные мертвецы прозвали его Удручённым Воином, потому что тот не помнил собственного имени, потому что тому было лень предлагать альтернативы и потому что тот был унылым ворчуном. Удручённый Воин стоически посмотрел на Джона и цинично улыбнулся, будто бы ожидая, пока к нему обратятся с расспросами. Все новички так поступали. Удручённый Воин получал некоторую форму удовольствия, растаптывая напрасные и потому мерзкие надежды о спасении, которыми наивно фонтанировали новоявленные паломники. Не было сомнений в том, что новоприбывший мертвец являлся очередным паломником, ступавшим по Пути Нежити. Единственный чудной момент — необычные чужеземные одеяния. Впрочем, ничего действительно сенсационного. Испокон веков в Лордран стекались чудаки со всего мира. Диковинные наряды иноземцев это давно привычное дело для Удручённого Воина. Он искушённый старожил. Со своей стороны, Джон пока что не собирался вступать в диалог с этим человеком. В разговоре не имелось практического смысла, поскольку Джон итак знал все реплики Удручённого Воина наперёд. Однако Удручённый Воин непрерывно и терпеливо глядел на него с провокационной дерзкой улыбочкой, словно бы рассчитывая на болтовню, из-за чего Джону становилось неловко и неприятно. «Избежать стартовый разговор будет затруднительно», Джон рассудил, всё-таки Джон планировал регулярно посещать Храм Огня в обозримом будущем. В связи с обстоятельствами, Джон смирился с неизбежным и собрал волю в кулак в преддверии токсичного общения. — Добрый день, — позже он отрешённо поздоровался. — Добрый день? — Удручённый Воин раздражённо усмехнулся. — Ты в самом деле так считаешь? Нет ничего доброго в этом дне. И в этом мире нет уже давно никакого настоящего дня, если ты не заметил. Лордран и земли, которые находятся рядом с ним, застыли в противоестественном состоянии. Всё небо заволокло противными облаками, сквозь пелену которых едва пробивается солнечный свет. Эта издёвка над здравым смыслом длится уже треклятыми веками. На фоне чего, прочие особо убогие места вовсе изнывают под тиранией вечной ночи. Поэтому нет никакого доброго дня. Даже не упоминай ничего подобного в моём присутствии. — Эм, хорошо. Прошу прощения, — Джон сухо сказал. — Ладно, я тебя прощаю. — Удручённый Воин снисходительно заверил и со злорадным воодушевлением перешёл к изложению основной мысли этого разговора. — Вижу, ты совсем с луны свалился. Проклятье Нежити наверняка изъело тебе все мозги. Так и быть, я обязан поддержать собрата по несчастью. Прими ещё один совет, несведущий горемыка. На твоём месте я бы выкинул грязное пророчество об Избранной Нежити из головы. О да, ты не ослышался. Ты зря рвался в наш обречённый край. Здесь нет ничего не для тебя, ни для меня, ни для кого-либо. Пророчество невозможно выполнить. У нас нет будущего. Ты не являешься избранником небес. Поэтому катись обратно в Прибежище Нежити. Лучше смиренно прилечь на пол сырой темницы, тихо сгнивать и выживать из ума. В этом деле побольше пользы, чем в погоне за несбыточными фантазиями. «До чего вредный хрен», Джон подумал. «Что в игре, что в реальности». — Я, пожалуй, откажусь. Спасибо за совет, — Джон отверг предложение. — Ещё один оптимист, — Удручённый Воин с отвращением отозвался. — Как вас таких только земля носит? Я же тебе хочу помочь. Разуй глаза. Лордран проклят и разрушен. Ты действительно веришь, якобы бы у тебя есть какие-то шансы? Ты ничем не лучше меня. Очередной бродяга. Легендарные личности уже пытались гнаться на этой несбыточной чушью. И чего они добились? Ты слышал про их успехи? Нет? Я вот тоже ничего слышал. Оно банально сгинули. Их нет. Разве ты не понимаешь единственной разумной истины? Тут надорвались даже легенды. Значит нам с тобой абсолютно точно ничего не светит. Уверяю, ты обречён на ничтожное бытие. Рано или поздно Проклятье Нежити погубит нас обоих. — А может быть не погубит, — Джон не желал соглашаться. Удручённый Воин скрестил на груди руки. — Чудесно, — он возмущено фыркнул. — Адекватные советы тебе ненужны. Видимо, ты хочешь испробовать весь ассортимент неописуемых страданий. Да будет так. Не вопрос. Кто я такой, чтобы вставлять отважному герою палки в колёса? Тогда позволь рассказать мудрые напутствия напоследок, оптимистичный горемыка. В Лордране, на самом деле, два Колокола Пробуждения. Что не ожидал? Именно. Никто не ожидает. Пророчество это вульгарная махинация с недосказанностями. Первый колокол на крыше Церкви Нежити, куда нет лёгкой дороги. Второй колокол в помойке Чумного Города. Прежде, чем ты доберёшься хотя бы до единственного колокола, ты подохнешь бессчётное количество раз, отчего окончательно рехнёшься и обратишься полым недоумком. И всё ради того, чтобы ударить в два колокола. Где тут здравый смысл? Шарлатаны без умолку твердят, якобы бы после того, как Колокола Пробуждения прозвенят, что-то обаятельно случится. Превосходно, не так ли? Ты наверняка донельзя воодушевлён? — Это всё? Спасибо, было познавательно, — Джон отстранённо сказал, пытаясь прервать монолог. — Аа? Ты не боишься? Тебя это совсем не беспокоит? — Удручённый Воин в недоумении уточнил. — Прелестно. Я насмотрелся на мириады беспечных мечтателей. Вы безнадёжные безумцы. Каждый из вас грезит бредовыми идеями и потом возмутительно ломается. Ты прямо как тот набожный авантюрист с копьём, который недавно тут нарисовался и фонтанировал духом приключений. Придурок сразу же побежал исследовать Катакомбы, кишащие бешеными скелетами. Я его уже две недели не видел. Интересно, как продвигаются его исследования сейчас? Да тут гадать нет нужды. Наш авантюрист за гранью всякого спасения. Обратился полым — и никакой интриги. Как же вы меня все огорчаете. Оптимисты. Ладно, я утомился. Отправляйся уже по своим делам. Только не ной и не брюзжи потом, якобы тебя никто не предупреждал. Ведь я предупреждал. В грядущем разочаровании ты сам виноват. Я закончил говорить с тобой. «Наконец-то…», Джон обрадовался, как вдруг с недоумением подметил слова собеседника. «Минуточку. Какой ещё набожный авантюрист с копьём? Случайно, речь не идёт про Избранного Мертвеца? Нет никого другого, кто бы подходил под описания. Ну, с моей точки зрения». «Хмм, занимательная информация. Главный герой ринулся в Катакомбы, едва попав на земли Лордрана? Выбор, честно говоря, действительно глупый. В игре Катакомбы легко доводят неопытных игроков до нервного срыва. В реальности ставки будут ещё выше. Весьма самонадеянный поступок. Тут надо тщательно подготовиться. Я даже не представляю, как много времени пройдёт, прежде чем Избранный Мертвец снова объявится на поверхности. Недели? Месяцы? Годы? Ведь, судя по всему, он там с концами заблудился. Возможно даже провалился до самого Склепа Великанов, убегая от орды бессмертных скелетов, и сейчас бродит среди непроглядной темноты. Незавидный расклад вещей». Джон неодобрительно покачал головой, после чего выкинул всякие отвлечённые факты из головы и подошёл к костру в предвкушении. Джон разместил руку перед пламенем. Спираль Знака Тьмы запульсировала, вслед за чем Джон ощутил, как между ним и костром возникла загадочная связь. Старая связь с костром в Прибежище Нежити исчезла. Джона опять окатило целебным теплом. На этот раз целебное тепло было в два раза сильней, чем тепло от предыдущего костра. Костёр в Храме Огня горел более ярче и проворней. «Ничего экстраординарного. Здешний костёр накормлен призраком человечности. Второй уровень возжжения». На поводу любопытства Джон вооружился итак полной фляжкой эстуса. Он попробовал перезарядить фляжку от местного костра — её махом наполнило особо плотным и горячим эстусом. Игровой опыт подсказывал, что эстус внутри фляжки отныне был в два раза эффективней. Если раньше эта единственная фляжка эстуса давала возможность исцелить раны средней тяжести пять раз, то теперь она могла провернуть подобные манипуляции все десять раз. Джон с удовольствием наполнил плотным эстусом оставшиеся девять фляжек, которые висели на специальных застёжках его ремня. Теперь с помощью всех этих фляжек он мог двадцать раз исцелить травмы крайней тяжести. Например, если он двадцать раз упадёт с крыши Серверного Прибежища Нежити на арену Бродячего Демона и двадцать раз сломает позвоночник, то всякий раз у него будет возможность быстро поставить себя на ноги. «Превосходно. Моё будущее перестаёт выглядеть слишком мрачным. С этим покончено». «Что же, долгожданный момент истины», Джон сосредоточился на мистической тёплой энергии, исходившей от костра. «Пора бы разобраться с тем, как повышать уровень собственной души. Если лор игры не врёт, то костры Лордрана обладают уникальными свойствами. С их помощью можно качаться. Но как производить данного рода манипуляции?». На ум синхронно пришёл пример из финальной части игровой трилогии. Главный герой прикасался ко Тьме, сокрытой внутри Хранительницы Огня, чтобы окончательно овладевать трофейными частицами душ. В последствии уровень души главного героя поднимался. Джон не понимал, что именно подразумевалось под этой ритуалистикой. Местные жители обладали специфическим мировоззрением и мыслили соответственно, поэтому смысл вульгарной фразы «прикоснись ко Тьме внутри меня», пожалуй, им был более очевиден. Такому чужеземцу как Джон, оторванному от местной культуры, понадобится серьёзная интеллектуальная гимнастика, чтобы докопаться до доподлинной сути. Собственно, ему пришлось заняться этим каверзным делом. «Почему костёр горит?», Джон задался фундаментальным вопросом. «Потому что пламя эстуса питается плотью человеческой нежити и духовной сущностью человека, а именно призраками человечности, которые в действительности являются тёмными душами. Люди в контексте этой реальности это овеществлённые духи Бездны». «Вывод. Костры сжигают проклятых мертвецов. Окей. Что это означает? Внутри костра, что передо мной, сгорает чья-то тёмная душа». Главная отличительная черта Хранительниц Огня была в том, что внутри них запирались бессчётные тёмные души. Пожалуй, их можно было воспринимать ходячими темницами для тёмных душ. Боги Анор Лондо использовали Хранительниц Огня для сдерживания надвигающейся Эры Тьмы, которая, как известно, благоволила порождениям Бездны. Эра Тьмы усиливала и множила тёмные души точно так же, как Эра Огня, усиливала и множила светлые души. Костры были созданы для того, чтобы истощать энергию тёмных душ и на выходе зачем-то генерировать эстус. Хранительницы Огня, в свою очередь, должны были скармливать кострам тёмные души и обращать проклятых мертвецов в безобидный пепел. Или же в угли человечности. «Зачем костры порождают эстус?», Джон подчеркнул в уме. «Чем эстус уникален? Какие у него особенности? Эстус обладает целебными характеристиками. Эстус это фактически осязаемая энергия жизни. Кстати, если доверять сомнительным репликам иллюзии Гвенивер, то Свет наполняет мир жизнью. Тогда Свет это в том числе эссенция жизни. Между тем, костры это миниатюрные копии Первого Пламени. А какую роль выполняет Первое Пламя? Оно служит центральной опорой Эры Огня. Оно насыщает весь мир светлыми душами… Или, я должен сказать, светлыми частицами душ? Ой, ладно. Хватит. Как все эти факты связываются в единую логику?». — Передо мной находится неравное сочетание Тьмы и Света? — Джон бормотал в задумчивости. — Эдакая миниатюрная модель мирового генератора жизненной энергии? «Тогда, быть может, с помощью костра я могу воспроизведи таинство того первозданного процесса, который заразил живительными душами Эру Древних, когда мир был неоформленным, окутанным туманом, усеянными архидеревьями и заселён первобытными драконами? Воспроизведи тот мистический феномен, который изменил древний мир, когда понятие о жизни отсутствовало в современном представлении?». Джон пожал плечами, но все-равно равно решил попытаться прощупать почву. Он нацелился на ощущение взаимосвязи с костром. Он постарался усилить его до максимально возможного предела. На удивление, костёр легко отозвался на желание проклятого мертвеца. Словно бы костёр уже был предварительно настроен для подобного рода взаимодействия. В следующий момент Джон и костёр будто бы объединились духом. Нет, это было неправильная формулировка. Между Знаком Тьмы и этим зловещим капищем некромантов частично стёрлась граница. Сущность костра и угнетённая сущность тёмной души, которая пульсировала и ворочалась за огненным кольцом проклятой метки, вступили в резонанс. И Джон моментально всё понял. Главный герой финальной части трилогии был вообще ненормальным созданием. Он был Негорящим. Конструктом из пепла. Ведь он сгорел в пучине Первого Пламени и тем самым превратился в порождение тлеющего Пламени. Он стал воплощением тлеющего пепла, он стал носителем Света. Поэтому когда Негорящий прикасался ко Тьме в закромах Хранительны Огня, он касался края Бездны. Тьма и Свет сходились воедино, отчего, условно говоря, имитировался эффект генезиса первобытной жизни. После резонанса в сознании Джона вспылили навязчивые чуждые идеи, пришедшие откуда-то извне. Костёр будто бы льстиво подсказывал, что Джон мог стать более идеальным и могущественным. Костёр словно бы искушающее и вкрадчиво спрашивал Джона о том, в чём Джон нуждался. Всё-таки жизнь это желания. Хотел ли он быть физически сильней? Хотел ли он быть физически выносливей? А может быть ему не хватало ловкости, запаса жизненной энергии, стойкости к вредящим воздействиям? Или надо ему хотелось увеличить предрасположенность к магии? Прибавить остроумия? Улучшить способность творить чудеса? «Хмм, всё наконец-то сходится. В костёр уже встроена некая автоматизированная система». Боги Анор Лондо хорошенько вложились в развёртывание и поддержание инфраструктуры для помощи проклятым мертвецам. Конечно, это не было заботой. Навороченные костры Лордрана следовало считать холодным прагматичным расчётом и в какой-то мере ловушкой. Боги надеялись взрастить Избранного Мертвеца из числа тех людей, в которых пробудилась кровь бессмертных пигмеев, и обманом принудить продлить Эру Огня. Мясник откармливал скотину на убой. Никакой благотворительности. «Бесплатный сыр только в мышеловке. Да уж. Но костёр не представляет немедленной опасности. Посему забудем пока что о коварной стратегии народа Анор Лондо. Сколько у меня душ… то есть сколько у меня трофейных частиц душ?». Внутри плоти Джона, примерно вокруг Знака Тьмы, вязким вихрем закручивались трофейные частицы душ. Посчитать их было чрезвычайно трудно. Джон поднапрягся. Позже он выяснил, что на его балансе насчитывалось свыше двух тысяч частиц душ. Дальше он не стал считать. Слишком нудно. «Окей, чего я желаю?», Джон на протяжении получаса критически перебирал варианты, после чего тяжко вздохнул. «Надо чётко осознавать, что на кону моя реальная жизнь. Моя разумность и моя личность. Я не имею права относиться к окружающей действительности как в развлекательной хардкорной видеоигре, которая создана для того, чтобы испытывать игрока и тешить эго виртуальными достижениями. Надо поступать серьёзно. Нельзя рисковать. Сейчас можно без угрызений совести выбирать несбалансированные билды. Говорят, в первой части Dark Souls маги абсурдно могущественны. Поэтому мне лучше всего сделать ставку на магический билд. Да, разумный вариант. Пока что начну с волшебства». В ответ на ярко выраженные пожелания пользователя автоматический костёр хитроумно объединил накопленные частицы душ с духовной природой Джона. Джон постарался прочувствовать всю последовательность действий. Это позволило заметить примечательное крохотное образование энергии, которое размещалось между вихрем частиц душ и тем кольцом пламени, которое пленяло тёмную душу, в форме дрожащей тонкой сферической оболочки. По ощущения оно напоминало эстус, но броско выделялось самобытными отличительными чертами. «Что за ерунда? Дай-ка подумать. Кажется, во мне уживаются четыре паранормальных феномена? Хм, по всей видимости. Вихрящееся скопление трофейных частиц душ — раз. Сферическое образование вроде эстуса — два. Кольцо огня — три. И тёмная душа пигмея — четыре. Последние два феномена в сочетании зовутся Знаком Тьмы». «Когда как тонкое сферическое образование, которое дрожит и увядает… Полагаю, это моя светлая душа. Чем эта муть ещё может являться? Трофейные частицы душ перетекли к ней». Кольцо огня, которым боги клеймили пигмеев, разделило душу пигмея на оболочку и ядро. На обычную светлую душу и на осколок Великой Тёмной Души. В нормальной ситуации призрак человечности был окутан прослойкой света, что-то вроде тоненькой белой ауры. Из-за воздействия Знака Тьмы такого рода белая аура отслоилась в квази-независимый объект и стала заменителем души для смертного человека. У Джона ни имелось ни желания, ни возможности прокачивать тёмную душу, поэтому он намеривался впредь наращивать массу именно этой отчужённой белой ауры, этой истончённой увядающей оболочки, то есть своего заменителя души, который, к сожалению, не являлся осколком Великой Души, но все-равно мог при должном старании сделать хозяина крайне могучим созданием, сравнимым с Первобытными Повелителями. Ну, в идеальной романтизированной ситуации. Пока не следовало раскатывать губу. Джон чутьём проследил за тем, как трофейные частицы душ избирательно влились в разные участки заменителя души. С помощью костра повысился интеллект и улучшилась предрасположенность к магии. В терминах видеоигры Джон поднял Интеллект на один пункт и Учёность на два пункта. Если прежние суждения насчёт стартового класса соответствовали действительности, то изначально каждый атрибут Джона равнялся одиннадцати пунктам. Выходит, у него теперь было тринадцать пунктов Учёности. Такой показатель гарантировал возможность одновременно хранить два заклинания где-то внутри собственной духовной сущности. «Это всё?», Джон призадумался после прокачки. «Кажется, да. Тут я закончил». Костёр остался позади. Джон решил нормально прогуляться по территории Храма Огня. Настоящая версия Храм Огня была несколько обширней и содержательней, чем её игровой эквивалент. В первую очередь, он подошёл к позеленевшему колодцу, что южней от костра. На оградке колодца свисало тело оголтелого мертвеца. Впрочем в глаза снчала бросалась занимательная полоска тусклого оранжевого свечения рядом с колодцем, она лежала поверх зелёной травы. В полоске содержалась призрачная строчка чёрного текста. Чутьё подсказывало, что Джон нашёл магическую надпись, нанесённую оранжевым путеводным мелком. Неизвестное лицо оставило возле колодца путеводное сообщение. «Кто бы мог быть автором надписи?», Джон невзначай призадумался. Путеводные сообщения хаотично просачивались сквозь пространство, время и реальности. Автором надписи мог быть житель данной реальности. Или кто-то из настоящего времени. Или кто-то из прошлого времени. Или кто-то из будущего времени. Автор надписи, с другой стороны, мог быть вообще жителем случайной параллельной реальности. Путеводное сообщение гласило: «Восславь колодец!». «В конец нелепая надпись», Джон фыркнул. Джон чувствовал, как от неё исходила некая эмпатическая энергия, побуждавшая в груди позитивные эмоции. Джон сконфуженно предположил, что данная чертовщина исполняла роль системы оценок. Лайки и дизлайки. Позади колодца обнаружилась парочка дополнительных путеводных сообщения. Одно сообщение читалось следующим образом: «Попробуй спрыгнуть. Потрясающее сокровище впереди!». Оно побуждало резко негативные эмоции. Другое сообщение было довольно коротким: «Лжец!». От него исходила резко позитивная эмоция. «Троллинг средь бела дня. Как и следовало ожидать. Предлагают спрыгнуть в бездонный колодец. Сообщество Dark Souls неисправимо», Джон философски рассудил и поджал губы. «Неважно про какой мир заходит речь. Эх». Затем Джон направил взгляд на тело полого, которое лежало на оградке колодца животом вниз. В рамках видеоигры с этого трупа можно было подобрать три призрака человечности. Однако на теле отсутствовал характерный специальный эффект в виде сгустка белого пламени, который в игре указывал на то, что с тела можно подобрать предмет. Вдобавок, Избранный Мертвец или какой-нибудь другой паломник давно могли опередить Джона в стремлении обчистить этот несчастный труп. Короче говоря, Джон не имел даже мельчайшего понятия о том, содержал ли труп перед ним искомые предметы. Пятьдесят на пятьдесят. Вдалеке послышался чих. Удручённый Воин вытер нос, после чего вернулся к прежнему состоянию. Он продолжил предаваться печали и апатично созерцать вид гигантской крепостной стены верхнего Города Нежити. Невольное вмешательство Удручённого Воина вызывало в памяти соответственные игровые реплики. Джон десятки раз слышал одинаковые высказывания этого персонажа. Наряду с прочим, Удручённый Воин советовал игроку соскребать человечность с различных трупов по кусочкам. — Мерзость, — Джон поморщился. «Ладно, спокойно. Возможно эти слова всего лишь циничная фигура речи?», Джон понадеялся и с отвращением несколько раз тыкнул вонючий труп пальцем в области лопатки, где у этого конкретного мертвеца размещалась спираль проклятой метки. «Давай вылезай. Хватит ломаться. Ну же, не стесняйся. Зараза». Поначалу ничего не происходило. Но в определённый момент палец коснулся центральной части проклятой метки. К кончику пальца прилепились три шишки чёрного тумана. Джон с недоумением поднёс палец к лицу. Сгустки холодной твердоватой сумрачной субстанции, похожей на подобие хвостатой кегли, извивались и свисали с пальца. Низы этих бестий, располагавшиеся вверх тормашками, вытягивались тонкими переплетёнными хвостиками. Истончённые белые ауры обволакивали силуэты черноты. Наверху чудных аморфных фигурок изнутри светились и мерцали белые огоньки, сравнимые с глазами. Призраки человечности всматривались в Джона. Эра Тьмы близилась, из-за чего Знак Тьмы с трудом справлялся со сдерживаем тёмных душ людей. Частички Великой Души Тьмы помаленьку просачивались сквозь кольцо пламени, сливались воедино и формировали новорожденные призраки человечности. Вскоре малюсенькие духи Бездны уместились в ладони Джона и обманчиво казались милыми зверушками. Джон не питал иллюзий. Он знал о том, что современных призраков человечности целиком пропитывало Проклятьем Нежити. Возможно в древности ситуация была другой, но сегодня дела обстояли именно вот таким поганым образом. Дочери Мануса тоже зародились из частичек Великой Души Тьмы, которые в массовом порядке высвободил обезумевший Манус, восставший из могилы. Каждая дочь Мануса в истинном обличии выглядела как зомби. Две дочери Мануса активно заражали мир испорченной разновидностью Тьмы, пропитанной гибельной энергией Смерти и опустошения. Три малюсеньких духа на ладони наверняка тоже были осквернены проклятой энергий. В них обитали только дикие животные инстинкты и жажда пожирать светлые души. Более того, они могли вызывать неуправляемые чудовищные мутации. «Чего-то стало чуток жалко этих детёнышей», Джон с досадой признал. «Но я не должен испытывать к ним жалости. Они же бешеные звери. Практически злые духи. Если оставить без присмотра, то они будут бесконтрольно множится и в конечном счёте спровоцируют прорыв Бездны. Тогда пострадает бессчётное количество невинных людей. Современная Бездна кошмарна и беспощадна. С ней всегда приходят гной и одержимость. Ещё происходят те дурацкие мутации, которые изуродовали селян Олачиля». С подобными спорными мыслями Джон грустно раздавил призрак человечности, сжав прежде свободную ладонь кулаком. Меленький дух Бездны рассыпался на составные частицы, которые впитались в Джона. Краеугольную сущность рассеянного духа затянуло в пучину измерения Бездны. Через какое-то время убитый дух собирался восстановиться, поскольку все дети Бездны были бессмертны. В свою очередь, Джон испытал прилив бодрости и сил. Этот проклятый мертвец словно бы стал более полноценным человеком, как бы дико и противно всё это не звучало. Раздираемый тяжкими эмоциями, Джон возвратился к костру и снова духовно соединился с тем. Автоматика костра зафиксировала, что подключившийся проклятый мертвец обладал избыточной концентрацией частиц Великой Души Тьмы внутри организма. В сознании появился сладостный вопрос о том, желал ли Джон снова на некоторое время стать живым? Последовал положительный ответ. Джон со стыдливым предвкушением протянул свободную руку к витому мечу. Костёр вытянулся столпом. Энергия смерти и опустошения всосалась в частицы Великой Души Тьмы, после эти самые частицы вылезли из тела бело-красными искрами и влетели в пламя. Огонь свирепо изничтожил Тьму вместе с Проклятьем, после чего успокоился и поулёгся. В грудной клетке Джона забилось сердце. Кожа приобрела здоровый и благоухающий вид. Мозг наводнило красочными телесными сигналами. Джон Иванов практически заново родился. «Коварство богов велико», он мрачно подытожил, не сводя глаз с двух оставшихся призраков человечности, что извивались на ладони и покусывали кожу. «Проклятые мертвецы всегда будут приносить призраки человечности к кострам Лордрана, чтобы вновь попробовать страстный вкус украденной жизни», он подумал и раздавил двух последних духов, чтобы поглотить их частицы. В малом и рассеянном состоянии частицы Великой Души Тьмы не представляли угрозы. Если доверять игровой механике первой части трилогии. Поэтому их лучше хранить внутри тела. Джон не имел лучшей альтернативы. А на тот случай, если ему станет плохо, то он всегда может отдать эти частицы на съедение следующему костру. — Да уж, дурным новичкам всегда везёт, — Удручённый Воин разочарованно стукнул по колену рукой, засвидетельствовав все упомянутые действия. — Тот мертвец валялся на колодце годами. Да кто бы мог подумать, что в нём уже поселилась человечность? Пёсья кровь, я был невнимателен... Ах, какая теперь разница? Возможность упущена. Только ты не расслабляйся, горемыка. Есть мудрая народная поговорка. Перед смертью все-равно не надышишься. Я тебя уверяю, глазом не моргнёшь, как опять будешь иссохшей развалюхой. Ха-ха-ха… Джон проигнорировал токсичную ремарку и решил возобновить осмотр Храма Огня. Он прошёл мимо Удручённого Воина и спустился по круговой лестнице, опоясывавшей площадку с костром. Тут имелась ещё одна полукруглая площадка, находившаяся возле восточного обрыва. К площадке прилегала темница, располагавшаяся ровно под костром, где в добровольном заключении томилась Хранительница Огня. Анастасия из Асторы. Как и в игре, Анастасия припадала на полы в унынии. Лицо накрывало капюшоном. Анастасия, как правило, не намеривались вступать в диалог. Она была немой и антисоциальной. Единственная примечательная находка: на земле и на стенах около темницы наблюдались многочисленные путеводные сообщения. Надписи гласили: «Святая», «Женщина впереди», «Мне очень грустно», «Нечистая грешница», «Кто это сделал?!», «Гнусная еретичка», «Око за око», «Пламя потухло», «Тишина», «Есть ли смысл возвращаться?», «Отмщение!», «Почему она вдруг разговаривает?», «Прощай», «Всякий, кто пойдёт против богов, обязательно будет наказан», «Больше не плачь», «Мир будет спасён». Преимущественно сюжетные спойлеры. «Занятно», Джон отстранённо умозаключил и с сомнением посмотрел на обрыв, к которому отсюда прижималась ещё одна витая лестница. «В Руины Нового Лондо я не тороплюсь. Пока пойду отсюда». Джон опять поднялся по предыдущему лестничному пролёту, снова миновал Удручённого Воина, который ковырялся пальцем в носу. Далее Джон взобрался по небольшому лестничному подъёму, что слева от Удручённого Воина. Он прошёл сквозь арочный проход в развалинах стены и оказался в перекрёстной секции Храма Огня. Тут имелось три дальнейших арочных прохода. Самый левый уводил в руины крупного храмового сооружения, под затопленными полами которого сейчас прятался и прибывал в состоянии спячки первородный змей Фрампт, Королевский Искатель и высокопоставленный слуга богов Анор Лондо. А вот справа умещалось сразу два прохода. Самый правый проход выводил в тесный тупиковый закоулок, куда в будущем переберётся хранитель печати Нового Лондо: старик Ингвард, специалист по проклятьям. Когда как наиболее левый правый проход приводил в руины промежуточного сооружения, которое было зажато между храмовым сооружением и скалой. Оно вело к ныне неактивной шахте лифта. Данная шахта лифта была прорублена в скале. Когда-нибудь она заработает и будет служить срезом в церковь Уезда Нежити. Но это потом. Конкретно сейчас на первом этаже должен был находится храмовник. Петрус из Торолунда. Скрытый злодей, полноправный клирик, глава местного отделения ковенанта Белого Пути и торговец чудесами. Потенциальный учитель магии, другими словами. Пока что Джон не собирался прикасаться к чудесам. Лучше вкладываться в один билд. Кроме того, было неизвестно, получится ли у кого-то вроде Джона творить чудеса. Он не верил в богов Анор Лондо. Более того, лор указывал на то, что божественный пантеон Анор Лондо являлся сборищем обнаглевших проходимцев, которые настолько обожрались богатством и властью, что объявили себя богами. Нет, это ложные боги. Клирики говорили, якобы чудеса даровались верующим смертным по воле богов. Но если это было правдой, тогда почему Гвина и Гвиндолина можно было уничтожить чудесами? В них присутствовали безудержные суицидальные наклонности? Правильный вывод? Очевидно, это было очередной ложью. Клирику было необязательно верить в богов, чтобы творить чудеса. Впрочем, Джон всё-таки рассчитывал однажды попробовать чудеса. Поэтому ему не помешало бы познакомится с мерзавцем Петрусом. В этой связи Джон отправился к промежуточной постройке с неактивным лифтом. Позже в поле видимости показался человек без шлема, облачённый в комплект пластинчатого стального доспеха. Доспех обладал элементами из чёрной и коричневой кожи. Сет элитного клирика. В левой руке человека — стальной треугольный щит, фронтальная поверхность которого была покрашена в красные и синие прямоугольники, с каким-то зелёным треугольным рыцарским гербом по середине. В правой руке — железный молот с округлым шипованным навершием, то есть моргенштрен. Петрус недоверчиво сканировал Джона глазами. Выражение его лица поначалу сквозило высокомерием, брезгливостью и угрозой. Затем оно резко сменилось маской праведности. Он казался заботливым дядюшкой. — Достаточно. Ни шагу больше, — Петрус запретил к себе приближаться. — Прошу прощения, если задеваю твои чувства. Но мы же незнакомы, верно? Я Петрус из Торолунда. Сегодня тёмные времена. Покуда у тебя нет ко мне никого реального дела, ступай своей дорогой и не тревожь меня. — Я понимаю ваши опасения, — Джон прервал шаг. — Извините, что потревожил вас, сэр Петрус. Я Джон из… Хейда. Я всего лишь осматриваю территорию Храма Огня. У меня совершенно нет никаких злых намерений, клянусь Владыкой Гвином. — Хейд? Это очень далёкая страна, что расположена за северо-западным океаном? Царство богини снов Квелы, верно? — Петрус заинтересовался и смягчил тон. — Вы абсолютно правы, — Джон подтвердил. — Я долго странствовал по миру, пока не оказался тут. — Действительно. Ваши одеяния весьма необычны для нашего континента, — Петрус кивнул. — Что же, не буду вам больше мешать, сэр Петрус, — Джон заверил и вознамерился обойти его, показывая ладонью избранный путь. - С вашего позволения?.. — Ох, ступайте на здоровье, — Петрус одобрил. — Боги ведь милостивы. Храм Огня открыт для каждого. Джон без резких движений дошёл до поворота, что находился со стороны скалы. За поворотом пролегала узкая лестница. Она была связана с эдакой пристройкой. Джон собирался осмотреть руины верхних этажей. Петрус ему действительно не воспрепятствовал, хотя не обошлось без тревожных звоночков. В невербальном поведении храмовника словно бы мелькали проблески напряжённости и некой малопонятной нервозности. Вскоре Джон добрался до развилки второго этажа. Тут имелся ещё один лестничный пролёт, а также тут размещался вход в нерабочий лифт. Волей-неволей, шахта лифта завладела вниманием Джона, поскольку она содержала секрет. По правде говоря, её глубина была невелика. Там внизу скрывалась тайная лазейка. Дорожка к укромной улочке с бесхозными сундуками, забитыми относительно ценными предметами. «Почему бы не обогатиться ценным лутом?», Джон заинтересовался и ступил к лифту. Он уже собирался спрыгнуть в коротенький провал, как поступился. Неожиданно закружилась голова. В ушах послышался тихий звон. Зрительные сигналы захламило бирюзовыми бликами. — Что за ерунда? — Джон смутился, отошёл к стене, опёрся на ту и помассировал заболевшую голову. Постепенно головокружение, звон и зрительные галлюцинации сошли на нет. Неприятные переживания отступили, но внутри Джона осталась превеликая озадаченность вместе с беспокойством. — Какого чёрта? — он тряхнул головой. — Почему такое… Что творится со мной? Чем это объясняется? Я переутомился? Может быть ожившее тело дало о себе знать? Гммм… «Звучит логично. Когда в последний раз тело реально спало? Кушало и пило воду? Века тому назад? Очень давно подобные вещи происходили». На всякий случай Джон просканировал организм омнтиулом. Результат получился печальный. — Тревога! Жизненные показатели пользователя в красной зоне! — медицинский виртуальный интеллект заругался. — Прогноз: отказ всех органов неизбежен! Субъект в предсмертной кондиции! Требуется экстренная госпитализация! Ищите медицинскую поддержку! «Пожалуйста», Джон разочаровано свернул голограммы. «Внешне я кажусь нормальным, но внутри таится натуральный кошмар. Именно поэтому голова кружится наверное. Дело раскрыто. Ладно, на чём я остановился? Ах да, что там насчёт занимательной лазейки?». Джон снова заинтересовался шахтой лифта. «Мне точно следует забрать те косточки возвращения из того сундука. Или же...». Внутри резко возникло дурное предчувствие. «Вообще, если задуматься… Откуда там взялись те сундуки? Вокруг меня сейчас не игровой мир, который избирательно дружит со здравым смыслом. Кто-то поместил сундуки туда. Как я помню, в них хранятся вещи клириков и Тёмных Теней. Странная комбинация. Что если это тайник Петруса и Лоскутика? Что если они складывают туда награбленные пожитки?», Джон вдруг выдвинул неуютную теорию и устрашено покачал головой. Петрус всё-таки внушал страх. Натренированный храмовый рыцарь против слабосильного Джона. Кто бы тут победил? «На текущем этапе развития лучше не провоцировать всяких бандитов». «Пусть Петрус и Лоскутик дальше грезят о том, как разграблять посланцев Белого Пути. Пусть дальше втираются тем в доверие и притворяются друзьями. Сейчас, как я понимаю, они ожидают прибытия отряда девы Реи, поэтому я в сравнительной безопасности. Да? Если получится, то я, конечно, вмешаюсь и помогу отряду Реи. Но влезать в настолько скользкую историю прямо вот так сразу — для меня это самоубийство. В первую очередь надо сначала позаботиться о собственном благополучии». Джон прошёл мимо лифта. Следующий этаж пристройки почти полностью обвалился. Джон ступал осторожным шагом по обрывку полов. Здесь покоился ещё один полый труп с предметом. «Надеюсь, меня никто не опередил». Джон доверился интуиции и коснулся проклятой метки очередного бедолаги. Изнутри спирали моментально поступил эфемерный отклик. Джон сосредоточился на непривычном ощущении и ухватился волевым усилием за эту незримую ниточку. Впоследствии он вытянул рукой крохотный сгусток белесого пламени. «Прекрасно», Джон улыбнулся. Это была «душа пропавшего мертвеца» или, правильней говоря, заменитель души на Стихии Света. Судя по всему, данный полый труп вообще был за гранью какого-либо спасения. От него аж отслоился целый кусок духовной сущности. Опустошение окончательно довело бедолагу до ручки. Джон не стал церемониться и сдавил фрагмент духовной сущности кулаком. «Душа пропавшего мертвеца» распалась на белесые частицы души, которые проворно влились в Джона кривой струйкой. Джон посочувствовал товарищу по несчастью и без промедлений спустился на второй этаж. Тут он застал один неожиданный момент и нахмурился. Из шахты лифта доносился шум. Лязг металла и топот. На плесневелых влажных полах, вдобавок ко звукам, отмечались отчётливые следы от сапог. Они обрывались перед порогом шахты лифта. «Кто-то собирается обследовать тайник?», Джон подумал с неопределёнными чувствами, после чего с сомнением покинул пристройку и возвратился на первый этаж промежуточной постройки, где не обнаружил старину Петруса. «Ха. Что за дела? А куда храмовник подевался?». Пазл мигом сложился. По спине пробежался холодок. «Вот око как. В разговоре со мной Петрус изображал напускное безразличие. Потом он перенервничал из-за моего длительного отсутствия и поэтому пожелал лично удостовериться в сохранности награбленного имущества. Я чудом избежал фиаско», Джон вынес вердикт, сглотнул ком воздуха и поспешил убраться из промежуточной постройки. Мало-помалу Джон обошёл все перспективные полые трупы в пределах центральной секции Храма Огня. В итоге он подобрал ещё две «души пропавших мертвецов». И обзавёлся шестью огненными бомбами, которые были разбросаны на траве возле одного полого трупа, что покоился в конце того самого тупикового закоулка, куда в будущем переберётся страж Ингвард. Огненные бомбы представляли из себя шарообразные глиняные сосуды, заполненные чёрным порохом. Инженерный виртуальный интеллект определил, что роль детонатора тут исполняла любопытная смола. Сосуд был покрыт хрупким небрежным кожухом, который был смазан и пропитан смолой. Смола воспламенялась от слишком резких ударов. «Глиняные сосуды достаточно разбить, после чего последует взрыв. Всё как в игре», Джон рассудил и беззаботно поместил огненные бомбы в рюкзак. «Ладно, пойду отсюда». На обратном пути он неуклюже споткнулся и смачно упал животом наземь. В тот момент Джон невольно задался животрепещущим вопросом: «А что бы со мной случилось, если бы я упал наземь спиной?». Ответ был максимально очевидным. Разумеется, тогда он бы бабахнул и разлетелся бы на ошмётки. Джон немедля избавился от жутких огненных бомб. Бережно вытащил из рюкзака и с недоверием положил на травянистую землю. «Нетушки. Нафиг мне такие приблуды. Средневековые технологии небезопасны», Джон открестился. «Спасибочки». На этом осмотр центральной секции Храма Огня завершился. Джон воздержался от того, чтобы обследовать кладбище на северной части скалистого выступа. Поскольку там одержимые скелеты с незаурядными акробатическими способностями. В старых версиях Dark Souls они вовсе были не убиваемыми. Лишь через какое-то время разработчики сделали их смертными. Джону не хотелось проверять на собственной шкуре, убиваются ли дурацкие скелеты в текущей реальности. После данной цепочки событий Джон ухватился за опухшее красное ухо с нечастным выражением лица, страдальчески вздохнул и с некоторым трудом открепил оттуда аудио-гарнитуру. «До чего кошмарный наушник. С тех пор, как я ожил, у меня всё ухо болит. Кто делает такие чокнутые аксессуары? Уже терпеть невозможно!», Джон раскритиковал вздорную аудио-гарнитуру и с недовольством швырнул ту в карман кофты. Позже он разместился перед костром, массируя ухо. Там он обдумал следующие действия. «Тут я всё. Пора знакомится с Рикертом», Джон констатировал. Он воспользовался витой лестницей сбоку от Удручённого Воина, с чем перебрался до полукруглой площадки возле обрыва, прилегавшей к темнице хранительницы огня. Сразу перед обрывом существовала вторая витая лестница. С её помощью Джон оказался в укромной подземной комнате, оснащённой автоматическим подъёмником. Подъёмник доставил Джона в далёкие-предалёкие низины, протащив пассажира через длинную цилиндрическую шахту. Подобно игровой версии, на стенах шахты имелись кольцевые углубления, заставленные статуэтками некой праведной девы, а возможно идолами некого женского божества. Фиг его знал. Была объективно невозможно разобраться без должного контекста. Джон предположил, что это были всё-таки идолы, изображавшие Забытого Пигмея. Точней говоря, они изображали Забытую Пигмейку. Многие в прошлой жизни считали, якобы Манус являлся Забытым Пигмеем, но в пользу такой теории не имелось никаких серьёзных доказательств. Так уж сложилось, что личность Забытого Пигмея являлась загадкой для игрового сообщества и для лороведов. Это тайна. Кем он был? Мужчиной или женщиной? Как его звали? Мировая история не давала сколько-нибудь содержательную информацию. Разработчики, скрипя сердцем, сообщили игрокам лишь о том, что Забытый Пигмей породил пигмеев, а следовательно был прародителем человечества. Манус, скорей всего, был случайным древним пигмеем-повелителем, который приложил руку к основанию посёлка Олачиль. Один из множества пигмеев-повелителей, которые изначально правили первобытными пигмееями. Всего лишь прямой потомок Забытого Пигмея. В свою очередь, Джон склонялся к мысли, что Забытая Пигмейка была именно женщиной. Всё-таки кто среди людей был наиболее приспособлен для того, чтобы порождать новых людей? Как правило, это женщины. И почему ложные боги Анор Лондо создавали именно Хранительниц Огня заместо условных Хранителей Огня? Почему для данной задачи всегда избирались именно женщины, а не мужчины? Возможно таким образом народ Анор Лондо воссоздавал Забытую Пигмейку в урезанной, искажённой и подавленной вариации. В голове Джона циркулировали подобного рода мысли. Отчасти они были вызваны тем, что Джон совсем недавно побывал в затопленной церковной постройке Храма Огня. Там возвышалась примечательная статуя женщины с младенцем. Джон сфотографировал статую на омнитул в манере любознательного туриста. Если он не ошибался, эта конкретная статуя являлась центральной фигурой в религиозном культе Избранной Нежити. Посредством статуи небесный народ Анор Лондо извещал о том, человечеству было суждено породить Избранного Мертвеца, кому милостивые премудрые боги уготовили священную миссию. Символически выражаясь, боги требовали от Забытой Пигмейки родить ритуальную жертву для Первого Пламени. И, насколько позволяли судить факты, подъёмник доставлял пассажиров в чрезвычайно специфическое местечко. В далёком прошлом тут особо рьяно почитали культуру пигмеев. В любом случае, с помощью подъёмника Джон благополучно спустился в пещерную полость исполинского размаха. Полость умещалась буквально внутри скалистой формации. Наверху неё виднелась обширная дыра, образованная в пещерной стене. Дыра пропускала немного света извне. Нижняя часть полости была затоплена озером. Из тёмной водной массы, окутанной туманной завесой, зловеще выступали верха различных сооружений. Руины Нового Лондо. Трагичный древний человеческий город, погубленный озверевшими фанатиками Бездны и потому беспощадно затопленный слугами Анор Лондо. Предшественник столичного города Лордрана. Шахта подъёмника сливалась воедино с набором округлых конструкций и развалин. Справа от них впритык стояла вторая коллекция округлых конструкций и развалин, через которые при желании можно было пробраться в Долину Дрейков. Все упомянутые конструкции и развалины в действительности лежали на вершине масштабного сооружения, которое тесно переплеталось с отвесной поверхностью пещерной полости. Неопрятная руинная вершина. Она торчала из воды на краю сумрачного озера. Середину вершины занимала перекрёстная площадка неправильной формы. Оттуда можно было взять курс до Храма Огня (через подъёмник), до Долины Дрейков (через правые развалины), на верхние секции Нового Лондо и ещё кое-куда. Вершину плотно заселяло полыми оборванцами. В отличии от своих типичных сородичей местные экземпляры не проявляли никакой агрессии. Они были очень пассивны. Здешние полые оборванцы страдали от невыносимой депрессии. Кто-то просто припал на четвереньки. Кто-то пал на колени и отчаянно молил высшие силы о чем-то, бормоча неразборчивую тарабарщину. Кто-то опирался на стены рукой и опускал головы. Кто-то закрывал лицо руками и просто стоял в нестерпимой грусти. Все позы сквозили унынием. После того, как Джон убедился в том, что местные обитатели действительно не представляли угрозы, он перво-наперво подобрал «душу безымянного солдата» возле комнаты с подъёмником. Затем он добрался до прохода в Долину Дрейков, где уткнулся в ржавую железную решетчатую дверь, запертую на ключ. Ключа в кармане, естественно, не имелось, впрочем запертая дверь итак не представляла никакой преграды. Джон сначала собирался снова переработать очередную железную дверь, посмевшую встать на его пути, в строительные материалы, но заряд аккумулятор омнитула довольно значительно просел, поэтому Джон сбавил обороты и попросту задействовал утилиту для взлома замков. Так экономней. Плотные голограммы влезли в скважину замка, подстроились под геометрию внутреннего механизма, плавно приняли форму подходящего ключа — и готово. На взлом ушло несколько секунд. За решетчатой дверью, как говорилось, простиралась расселина Долины Дрейков. Джон не стал углубляться туда, поскольку не увлекался бессмысленным мазохизмом. Он поспешил подобрать «большую душу безымянного солдата» с ближайшего полого трупа и отчалил обратно. Вскоре Джон снова разместился на перекрёстной площадке, что в Руинах Нового Лондо. В спокойной обстановке Джон поглотил очередной отслоившийся заменитель души на Стихии Света. Прежде он поступил аналогичным образом с другими заменителями души, которые подобрал. В итоге на счёту накопилось свыше 2500 частиц душ Стихии Света. «Ладно. Теперь денег достаточно», Джон понадеялся и с опаской двинулся в сторону обрыва, что размещался со стороны прохода в Долину Дрейков. Там имелась очередная витая лестница, натравленная вниз. Точней говоря, руины витой лестницы, которые резко прерывались. Если не соблюдать осторожность, то можно забыться и нечаянно плюхнуться в воды тёмного озера. Джон крайне аккуратно спускался по влажным ступенькам. Позже он сделал остановку примерно около того места, где лестница прерывалась. Пункт назначения был достигнут. Тут слева скрывалась грубая оконная прорезь, покрытая тюремной решёткой. Нижний этаж масштабного сооружения с ещё одной тюремной камерой. В темнице беспечно сидел мужчина, скрестивший ноги в позе лотоса для медитации. Проклятый волшебник из города-государства Винхейм. На нём были одеяния магического кузнеца. Чёрно-жёлтая круглая шапка, чёрная куртка в стиле халата, одетая поверх синей туники, коричневые перчатки, чёрные штаны и чёрные кожаные сапоги. Его глаза были закрыты. Узник словно бы медитировал. Джон крепко обхватил прутья решётки руками, поскольку дико боялся грохнуться в зловещие воды, после чего ободряюще воскликнул: «Добрый день, уважаемый!». — А? Что такое? — узник сконфуженно вышел из прострации и осмотрел посетителя. — Хмм… Это очень странно. Тебе удалось сохранить разум. И, что ещё важнее, ты свободен. Но каким образом?.. — Я просто пришёл из другого места, — Джон честно ответил. — В смысле? — Из Прибежища Нежити. — Откуда? — узник по-прежнему недоумевал. — Я никогда не слышал о подобном месте. Подумать только, для нежити построили прибежище. Куда катится мир? Я настолько выпал из круговерти актуальных событий? — Ну, слово «прибежище» не следует трактовать буквально, — Джон разъяснял. — Прибежище Нежити это тюрьма особо строго режима для носителей Знака Тьмы. — Вот оно что. Тогда ничего сенсационного, — узник понятливо покивал. — Ты сбежал на волю из какой-то новой тюрьмы для нежити. Я давно перестал вести учёт подобного рода заведениям. Одной меньше, одной больше. Какая разница? — Мудро сказано, — Джон поддержал. — Меня зовут Джон. Я недавно добрался до Лордрана. И вот сейчас хожу повсюду — изучаю окрестности. — Тебя так просто пропустили в Лордран, в королевство божественных наместников? Вот это да. Общая ситуация на поверхности совсем деградировала, — узник посетовал. — Я правильно сделал, что укрылся тут. Я — Рикерт из Винхейма. Когда-то я был именитым кузнецом. Моя слава гремела на весь обетованный мир. А сегодня я докатился до нынешнего положения. Ты можешь в такое поверить? — Соболезную, — Джон посочувствовал. — Спасибо, — Рикерт поблагодарил с тоской. — Но ничего не поделаешь. Мы же нежить. В приличном обществе для нас нет места. — Значит ты волшебник? — Джон ухватился за ключевой момент. — Я магический кузнец, — Рикерт опроверг. — Не путай меня с учёными индюками. — Как жаль, - Джон огорчился. — Волшебство Души меня всегда интересовало. Я подумал, что ты возможно захочешь поторговать и научить меня заклинаниям. Ладно, не судьба. — Что?.. Подожди-подожди, — Рикерт взбаламутился. — Есть ты собираешься торговать душами, тогда не переживай. Поделиться вводными знаниями и методами Винхеймской Школы Дракона — сущая ерунда. Там ничего сложного. Даже кузнецы управятся. Надо признать, делать мне особо нечего. Я могу побыть учителем для тебя. За приемлемую плату. Без подпитки свежими душами нежить рано или поздно теряет рассудок, так ведь? — Пожалуй, да, — Джон согласился. — Отчего возникает маленький вопрос... — Чего? — Рикерт неуютно поёрзал. — Какой вопрос? А, ты наверное думаешь, почему я не пытаюсь вырваться на волю? Почему великий Рикерт сам не добывает души? О, нет, я поспешу отказаться от настолько увлекательной роскоши. Понимаешь ли, здесь безопасно. Снаружи творится кровавый бедлам. Я содрогаюсь от единственной мысли, что стану полым. — Понятное дело, — Джон сказал. — У каждого своя стратегия выживания. — В точку. Я вот ещё кое-что подумал, — Рикерт бодро продолжил. — Я до сих пор в состоянии ковать оружие и снаряжение. Если у тебя появятся определённые инструменты, скажем магические угли, принеси их ко мне. Дай возможность — и я покажу тебе, почему Рикерт из Винхейма был лучшим мастеровым мира. — Если я найду эти угли, то я подумаю о том, чтобы принести их тебе, — Джон не отверг такой возможности. — Превосходно! Конкретно в настоящий момент, с другой стороны, я готов предоставить услуги по внедрению титанита в разные изделия, — Рикерт с самодовольством заявил. — Починка всевозможных предметов магическими ритуалами — я тоже открыт для подобных предложений. Кроме того, давай не будет мыслишь узко. Я полноправный ремесленник, разве нет? Я могу мастерить первоклассные изделия с нуля. Лишь озвучь предпочтения и предоставь расходные материалы. Обещаю, ты будешь в восторге от конечного результата. Откровенно говоря, Джон несколько сомневался в заявленном. Сборщик омни-тула в кратчайшие сроки конструировал практически любые изделия, напрямую манипулируя молекулярными структурами. При всём уважении, какой-то средневековый кузнец с магическими ритуалами абсолютно не мог быть ровней продвинутым промышленным технологиям космической эры. Посему практический интерес реально представляли только следующие услуги: внедрение титанита, закалка углём, магическая починка и обучение магии. — Может быть как-нибудь в другой раз... — Джон неопределённо отозвался. — Ты собирался поделиться вводными знаниями? Тогда давай начнём с того, что ты попробуешь обучить меня азам Волшебства Души. — Нет проблем, — Рикерт не смутился. — С какой стороны подойти к этому? Начнём с основ, пожалуй. Идеальный чародей носит два лика дракона… или как там преподаватели говорили? Никогда не обращал должного внимания. Ох, точно. У меня же есть книга на данный счёт. Одну минутку. Рикерт с энтузиазмом вынул из-за пазухи коричневую шкатулку. Бездонную шкатулку, как показала практика. Поскольку в следующий момент Рикерт запихал руку в раскрытую шкатулку по самый локоть. Процесс сопровождался рябистым искажением пространства и золотистым свечением. Пару секунд спустя Рикерт вытянул руку обратно — кисть сжимала толстую книгу под названием «Основы Волшебства Души. Откровение Бледного Дракона». — Не так быстро, — Джон попросил. — Я не хочу стать должником. Во сколько обойдутся твои уроки? — Ах да. Я тут в затворе совсем заплесневел. Сначала в бизнесе принято договариваться о цене, — Рикерт стыдливо согласился и напряг мозги. — Хорошо. Во сколько всё обойдётся? Давай прикинем…