Метки
Описание
Человека из нашего мира заносит в мир Dark Souls. В придачу он получает кое-что из Mass Effect и кое-что из мира Ведьмака. Затем бродит всюду, делает что-то. Просто идёт вперёд.
Глава 2. Адаптация пришельца
31 декабря 2025, 06:23
На первых порах процесс обучения проходил нудно. Рикерт зачитывал различные высокоинтеллектуальные книги и свитки. Однородной и очень изнурительной интонацией. Лишь в специальные моменты он устраивал опросы и спутанно отвечал на вопросы.
В подобном гнетущем ритме Джон вызубрил и осмыслил весь целесообразный материал.
Целый месяц посреди могильного сумрака Нового Лондо наедине с бесконечной монотонной лекцией. Под ногами — скользкая ветхая лестница. Под ней — жуткое озеро потустороннего зла. Пока где-то вдали шлялись неосязаемые призраки-убийцы. На выходе получался беспрецедентный опыт в стиле дома ужасов.
Джону не хотелось сдаваться на полпути, поэтому он не отлынивал и не жаловался. И в сравнении с Логаном и Григсом пройдоха Рикерт беспощадно задирал цены. Жадный монополист. Увы, в немедленной зоне доступности не существовало альтернативного учителя. Джон гасил напрасные сожаления и стоически работал над собой. Ему было неприятно представить, что он напрасно потратил драгоценные частицы душ.
На худой конец, в статусе проклятого мертвеца были относительные преимущества.
На текущий момент Джон по-прежнему выглядел обманчиво живым и благоухавшим, но его организм практически откинул ласты буквально в первый день обучения, а потому перестал нуждался в чём-либо с физиологической точки зрения. Медицинское сканирование свидетельствовало о том, что пользователь застрял между живой и неживой природой. Как истинный зомби. С тех пор организм функционировал в стиле неутомимого робота — без отдыха и без пропитания. Как нетрудно догадаться, в таком аскетичном состоянии продуктивность обучения возрастала на порядки. Отчего один месяц обучения фактически равнялся трём нормальным месяцам обучения.
В любом случае, это лирика. Обратно к насущным вещам. Месяц монотонной лекции завершился — базовая теория была позади. Настала стадия практического обучения. Более активная, более бодрая, более свободная.
«Наконец-то… настоящая магия», Джон приободрился.
Проклятые мертвецы были неспособны генерировать и накапливать магическую энергию естественными методами. Поскольку Знак Тьмы жадно высасывал из каждой частицы их проклятого фундаментального бытия все мистические энергии.
В связи с негативными обстоятельствами проклятым мертвецам приходилось довольствоваться полумерами. Короче говоря, мертвецы-маги обращались ко внешним вспомогательным средствам для решения проблемы недостатка энергии. Тут существовал целый список.
Магические травы, запретные алхимические зелья, эликсиры лунных божеств, костры эстуса и прочие тонизирующие снадобья.
К числу магических трав причислялись следующие наименования: янтарная трава, сумеречная трава и увядающая затактная трава.
«Расходники из Dark Souls II», Джон опознал травы.
Что насчёт запретных алхимический зелий? Рикерт не собирался вдаваться в подробности, но из уклончивых и обрывочных реплик Джон все-равно сконструировал в воображении достаточно отчётливый образ запретного предмета. Надо было полагать, что тут подразумевалась красная вода. Ещё один расходник из Dark Souls II. Красная вода пользовалась в цивилизованном мире плохой славой.
Доступные факты изворотливо свидетельствовали о том, что злополучная красная вода изготавливалась (в той или иной степени) из людей. Исходя из чего, Джон тотчас перестал интересоваться красной водой. Всё-таки он не намеривался обращаться за помощью к настолько аморальной гадости. Абсолютно незачем опускаться до каннибализма. Как минимум, есть альтернативы.
Куда больший энтузиазм побуждали таинственные эликсиры, которые создавались лунными божествами. Рикерт звал их напитками лунных божеств. Джон с приятным удивлением распознал в них флаконы скрытого благословения. Весьма удобные расходники из Dark Souls III.
Единственный флакон скрытого благословения всегда восстанавливал вообще весь запас Очков Концентрации. Так игра классифицировала единицы магической энергии. Вне зависимости от того, чему равнялся лимит Очков Концентрации. Запас Очков Концентрации восполнялся на сто процентов. Из чего следовали определённые выводы. С точки зрения лора скрытые благословения хранили в себе прорву магической энергии.
Рикерт досадливо рассказал, что в жизни волшебника души предметы вроде скрытых благословений это поштучные товары. Некоторые семьи обращались с ними как с фамильными сокровищами. В конце концов столь желанные изделия производились лютыми монополистами, которые относились к волшебникам души с недоверием, с неприкрытой неприязнью и с неким чувством соперничества.
Подобное отношение было обусловлено тем, что скрытые благословения — это роскошный продукт высокоразвитой цивилизации Анор-Лодно. Они создавались привилегированной прослойкой лунных божеств, а также почётных лунных полубожеств, в чьих жилах текла кровь королевской династии Клоранти. В прошлом производство и распределение этого элитарного продукта курировала лично Гвенивер, Принцесса Солнечного Света, богиня плодородия и благосостояния, старшая дочь Гвина, Повелителя Солнечного Света и бывшего верховного божества. Сегодня в народе Анор-Лондо не существовало единства, но скрытые благословения по-прежнему прочно ассоциировались с её популярной личностью. Так же, как вожделенные флаконы небесных благословений — целебные эликсиры грандиозной силы, их тоже изготавливали члены королевской династии.
Все маги мечтали обзавестись скрытыми благословениями. Жаль, божества не питали тёплых чувств к волшебникам души. Почему? Этому имелось несколько причин.
Волшебство Души было изобретено бледным уродливым драконом по имени Нагой Сит, который предал собственную расу из-за нестерпимых обид и жажды бессмертия. Предатель однажды — предатель навсегда. Скверная репутация Нагого Сита бросала тень на репутацию любого волшебника души.
С другой стороны, народ Анор-Лондо испокон веков враждовал с ненавистными драконами. На поле брани между богами и драконами пролились реки крови. В битве с единственным присносущным драконом боги теряли десятки братьев и сестёр. Из-за чего всякий, кто хоть как-либо ассоциировал себя с драконами, им категорически не нравился. Волшебники души побуждали в изувеченных сердцах чувство едчайшей агрессии.
Благодаря подлому предательству Нагого Сита народ Анор-Лондо разгромил драконов и завладел древним миром. Этого никто не отрицал. Гвин наградил Нагого Сита осколком Великой Души Света, титулом герцога, Королевскими Архивами и статусом члена королевской династии, отдав в жёны родню по женской линии. Следовательно, социальный статус у Нагого Сита на выходе получился чрезвычайно высокий.
Народ Анор-Лондо был вынужден помалкивать насчёт множества ненавистных вещей. Боги официально играли в заискивания и прикрывались маской дружелюбия. Конечно, тут бывали яркие исключения из правила, например открытая враждебность архиепископа Хавела Скалы, чьё огромное влияние ничем не уступало члену королевской династией. Вот только общую картину вся эта дворцовая суета не меняла. Нагой Сит всё-таки исправно довольствовался, пусть и притворным, зато хорошим обращением. Но его слуги и последователи не получали почестей за пределом самого минимума.
Нагой Сит вёл затворнический образ жизни. Он занимался научными исследованиями. Редко покидал Королевские Архивы и ещё реже выбирался за пределы Анор-Лондо. Согласно популярной теории, циркулировавшей в аристократических кругах Винхейма, Нагой Сит старался непрерывно находиться на глазах у деспотичного Гвина, чтобы верховному богу не пожелалось заподозрить драконьего перебежчика в преступных замыслах. Правда или нет, но эта тактика сработала превосходным образом. Нагой Сит пережил Гвина и благополучно дождался того рокового дня, когда в стане богов вспыхнула непримиримая междоусобица. А хаос предлагал возможности.
В круговерти всеобщего беспорядка Нагой Сит стал вести себя более развязано, дерзко и радикально. Вскоре за ним закрепилась репутация беспощадного безумца. Примерно после того, как в посёлке Олачиль приключился прорыв Бездны, народ Анор-Лондо окончательно раскололся. Боги забросили Анор-Лондо. Прислужники Нагого Сита отправились в большой мир и основали Винхейм.
Нагой Сит сорвался с поводка. В рамках амбициозного плана он создал марионеточную страну, населённую в целом светскими и скептическими людьми, которые подвергали сомнению религиозные догматы Анор-Лондо и которые без стеснений восхищались драконами. Боги были в ярости, однако в разгаре гражданской войны никто не рискнул распылять внимания на мелочные махинации Бледного Дракона. Никто, кроме Хавела Скалы и его сподвижников. Они незамедлительно отреагировал на действия заклятого врага. Между волшебниками души Нагого Сита и воинством Хавела Скалы с тех пор не утихали войны.
В процессе чего Нагой Сит потерпел серьёзное поражение, но не был убит, поскольку это оказалось невозможно осуществить. Бледный Дракон овладел секретом абсолютного бессмертия. Нагого Сит принудили принять условия капитуляции. На текущий момент он содержался под тюремным заключением. Его удерживали внутри запечатанных Королевских Архивов. Ну, об этом гласила официальная версия событий. Она раскрывала лишь обрывки истины. В действительности на неуязвимого дракона банально забили болт.
Ведь фракцию, в которой состоял Хавел Скала и его сподвижники, вытеснили с континента, поэтому Хавел утратил сладостную возможность бесконечно убивать Нагого Сита. Никто другой, кроме него, не горел желанием тратить драгоценные силы на борьбу со скользким драконом. В связи с чем Сита попросту игнорировали.
Когда как Винхейм собственноручно соскочил с крючка. Слуги Бледного Дракона издревле страшились жестоких привычек сумасшедшего покровителя. Наряду с прочими выходками Нагой Сит обожал добавлять элитных магов в личный коллективный разум. Он перерабатывал волшебников души в шестиглазых медиумов, поглощая их волю паразитическим проклятьем. Медиумы фактически являлись продолжением его сущности. В стычках с Хавелом погибли мириады медиумов. На фоне неблагоприятных обстоятельств Нагой Сит слишком часто восполнял потери, слишком часто принуждал прислужников становиться медиумами, чем переполнил чашу терпения.
Никому не понравится участь марионеточного раба. Собственно, элитные маги, которым угрожало добавление в коллективный разум, взбунтовались при первой удобной возможности и отвергли Нагого Сита. Итого собственные прислужники предали своего же хозяина. Современный Винхейм действовал независимо.
Свергнутый и брошенный под арест Нагой Сит деградировал до уровня одинокого психа. Отчего ещё сильней свихнулся и озверел. На текущий момент он буянил лишь в границах Лордрана, поэтому окружающий мир его игнорировал. По правде говоря, этот самый мир больше всего заботил независимый Винхейм. Речь шла перво-наперво про беспокойство богов.
Население Винхейма в большинстве своём не любило поклоняться представителям народа Анор-Лондо. Достаточно припомнить острые высказывания легендарного волшебника Логана Большой Шляпы, якобы божественность богов это спорная концепция. Конечно, сразу после столь скандального выступления Логан спонтанно заразился Проклятьем Нежити и посему был удобно выдворен в Лордран, но неприятный осадок все-равно сохранился. Да чего уж там поклонение Анор-Лондо… Винхеймские учёные даже присносущных драконов, которыми искренне восхищались, были способны без мельчайших угрызений совести пустить на лабораторные опыты. Вдобавок, у Винхейма имелась реальная осязаемая магическая сила, чтобы сражаться с войсками Анор-Лондо. Могучая фракция Хавела так и не сумела стереть город волшебников души с лица вселенной, что говорило обо всём необходимом.
Рикерт жаловался, что божественные фракции не спешили расставаться со скрытыми благословениями без веской на то причины. У него всего две штуки скопилось за целые десятилетия честного труда. Каримские клирики и асторские рыцари заплатили за два специальных заказа. Волшебники души казались богам уж слишком конкурентноспособными акторами. И слишком наглыми. И фривольными. И амбициозными. Идеологические наследники дракона-предателя. Почитатели драконов. От таких сомнительных личностей не прибудет ничего хорошего.
Звучало как самокритика. Джон ещё от себя бы добавил, что винхеймцы по-прежнему оставались порочными людьми, то есть потомками Забытой Пигмейки, порождениями Великой Души Тьмы и проводниками ужасов Бездны, отчего у ложных богов Анор-Лондо не смыкались веки по ночам, но это был рассказ Рикерта. Поэтому не добавил. Джон был вежливым слушателем и не перебивал без нужды.
Тем времени Рикерт начал гордо утверждать о том, что современный Винхейм следовало считать восходящей сверхдержавой. У столь замечательного великого города-государства имелись многочисленные вассалы и заморские колонии. Город-государство трансформировался в грандиозную империю. Разумеется, чума Проклятья Нежити бесновалась по миру и вставляла палки в колёса. Экспансия Винхейма, в этой связи, могла значительно замедлиться или прерваться. Но Рикерт все-равно не терял оптимизма.
Рассказывая про заморские колонии, он поведал о примечательной вещи. Якобы до того, как его сослали в Лордран, Винхейм впутался в военную авантюру, из-за чего стал тратить значительные ресурсы на затяжное соперничество с неким королевством рыцарей-клириков, названным в честь Хавела Скалы, а именно с Королевством Хавел. Они состязались за право владения какими-то горными землями на северо-западном континенте. Джон не пропустил мимо ушей слова Петруса, якобы Хейд, а следовательно полуостров Дранглика, располагался где-то за северо-западным океаном, поэтому мигом воспылал интересом. Джон расспросил разошедшегося Рикерта насчёт той любопытной заморской колонии и её округи.
Рикерт ничего не утаивал. Как оказалось, та злополучная колония была непримечательной и фокусировалась на добыче минералов. Она состояла всего лишь из нескольких малых поселений. Центральный городок назывался Олафисом. Поначалу дела колонии шли спокойно и без серьёзных происшествий, но затем на неё без церемоний напало воинство Королевства Хавел. Старая вражда моментально пробудилась в сердце винхеймского общества. На защиту малюсенькой бесполезной колонии были немедленно кинуты первоклассные средства и элитные волшебники.
«Центральный городок называется Олафисом?», Джон отметил самый важный аспект и провёл в уме параллель с Королевством Олафис, что согласно лору Dark Souls II в далёкой древности базировалось на полуострове Дранглика.
Синхронно с этим, ему вспомнились описания интригующего магического кольца. Кольца с Колеблющимся Драконом. В Dark Souls II там фигурировали косвенные утверждения о том, якобы Винхейм тоже однажды безраздельно правил полуостровом Дранглика. Если на то пошло, Королевство Хавел лор Dark Souls II также упоминал. Описания доспехов Хавела гласили том, как то королевство сгинуло по итогам варварской воины.
Джон сосредоточился на словах Рикерта. Колонию всё же удалось отбить от агрессивных фанатиков Хавела Скалы. Затем Винхейм устроил контрнаступление, желая привлечь врагов к ответственности, однако Королевство Хавел запросило помощь союзников в лице Хейда и Склепа Нежити.
Хейд был ответвлением цивилизации Анор-Лондо. Склеп Нежити был организацией под контролем фенито. Фенито эта раса разумных синекожих гуманоидов, созданных богом смерти Габилом, так они у себя звали Нито Повелителя Могил. Склеп Нежити вёл надзор за проклятыми мертвецами. Фенито и народ Анор-Лондо привычно дружили против людей. Их вмешательство было чем-то закономерным.
Джон сделал пометку на уме — никогда в присутствии винхеймцев не притворяться странником из Хейда. Иначе застрелят Стрелой Души.
Контрнаступление провалилось, превратилось в сложное отступление и в глухую оборону. Винхейм уже думал бросить колонию, как вдруг им неожиданно протянули руку помощи свирепые львиные рыцари из страны под названием Форосса. Правитель Фороссы, а именно бог войны Фараам, первенец Гвина и свергнутый Король Света, не ладил с собственными сородичами и тоже восхищался драконами. Его впечатляли боевые подвиги и достижения волшебников души. Винхейм и Форосса внезапно стали естественными союзниками. Винхейм даже натренировал нескольких шаманов из Фороссы таинствам Волшебства Души. Данные шаманы провозгласили себя северными проводниками.
«Подобные сведения в целом совпадают с лором Dark Souls II», Джон выявил точки схождения и подивился.
К худшему или к лучшему, Рикерт не дождался завершения этой истории. Он обратился проклятым мертвецом. И всё пошло под откос. Когда Рикерта уже насильно выселяли из Винхейма, ситуация на полуострове только продолжала усложняться и впутывала другие страны. Например, какую-то совершенно неизвестную страну пиромантов, обожавших Ведьму Изалита, и Волген, где обожали Солнечного Сокола — эта одна из интерпретаций культа Гвина с чертами культа Воина Света. Рикерт не имел понятия, чем могли завершиться те страсти. Конец.
«Варварская война, значит», Джон прокрутил в уме известные факты.
Ему не составило труда додумать, к чему приведёт эта череда столкновений.
Альянс Винхейма рано или поздно уничтожит Королевство Хавел, вслед за чем Хейд, Склеп Нежити и Волген устранятся.
Спустя несколько столетий, или несколько тысячелетий, Винхейм завоюет полуостров и разрушит Хейд. Параллельно с этим он как-то утихомирит фенито, ведь Склеп Нежити на момент падения Дранглика никуда не денется. И когда-нибудь в отдалённом будущем колония выйдет из-под контроля Винхейма, превратится в самостоятельную нацию, то есть в Королевство Олафис, после чего трагически сгинет под натиком Проклятья Нежити и окажется замещена следующей на очереди страной. Вероятно Ллейдией.
— О чём мы изначально вообще говорили? — Рикерт в недоумении поинтересовался.
— Про скрытые благословения, — Джон напомнил.
— Ах да, продолжим, — Рикерт махом собрался.
Как всё ни было, Джону вся эта отвлечённая информация все-равно показалась очень познавательной. Рикерт стал дальше перечислять внешние источники магической энергии. Ассортимент выходил широким. Всё эти предметы звучали превосходно, жаль игровой опыт из прошлой жизни хладнокровно подсказывал, что раздобыть подобные расходники в реалиях современного Лордрана потенциально невозможно.
Избранному Мертвецу было суждено обойти многие окружающие локации вдоль и поперёк. Тогда почему же Избранный Мертвец не нашёл ничего вышеупомянутого?
Очевидно такого рода расходники — это крайне дефицитный товар на данной местности. Джон потосковал на данный счёт. В итоге он смирился с тем, что в обозримом будущем ему придётся полагаться только на костры.
В общем, после каждой подзарядки у костра Джон упражнялся под надзором эксперта. Затем выслушивал критику и похвалу, вносил корректировки. Снова упражнялся и снова перезаряжался. В конечном счёте таким образом доковылял до финального экзамена.
В чём тот выражался? Джон старательно сотворил заклинание вступительного ранга прямо на глазах учителя, для чего расположился перед окном темницы, при этом стараясь не утратить равновесия и не поскользнуться. Для магических манипуляций он использовал колдовской посох, стандартный катализатор Волшебства Души, который был куплен у того же учителя. В сущности это зачарованная и несколько кривая палка — она обошлась в 500 частиц душ.
Так или иначе, демонстрация подошла к концу. Рикерт одобрительно кивнул с умудрённым видом.
— Удовлетворительная работа, — он отзывался. — Думаю, на этом всё. Экзамен сдан. Ты уловил краеугольную суть магии Бледного Дракона.
— Я стал магом, — Джон удивился, поскольку совершенно не чувствовал себя экспертом.
— Пожалуй. Мы же разобрали все важные темы. Равзе нет? — Рикерт пожал плечами. — Разобрали. Ну, примерно. Мы лишь упустили пару-тройку вторичных аспектов...
Джон смутился и моргнул.
— Да так, третьесортные мелочи, — Рикерт уклончиво отмахнулся, заметив когнитивные проблемы ученика. — Скорей всего банальные пустяки. Да я и сам их толком не учил. Не забивай голову напрасными глупостями. Главное, ты дошёл до того, чтобы самостоятельно творить чары.
— Да… но я же обучился основам? — Джон засомневался.
— Как тут сказать? Скорее да, чем нет, — Рикерт неопределённо отвечал. — Техника заметно хромает. Боюсь, тебя… А, ничего критического. И так сойдёт.
— И так сойдёт, — Джон в исступлении повторился за учителем.
— Именно. Сойдёт для начала, — Рикерт поправился и решил подбодрить ученика. — Дальше почаще практикуйся, усердно оттачивай умения. И мастерство придёт. Попробуй отрешиться от суеты.
«Какой-то низкокачественный учитель», Джон прищурил глаза на беззаботного Рикерта. «Задирает цены. Обучает от балды».
— Эмм… Хорошо. Спасибо за потраченное на меня время, — Джон неуверенно поблагодарил. — Эти два месяца были весьма... удивительными. Не знаю, как я бы справлялся без помощи реального знатока.
— Два месяца, — Рикерт приподнял бровь и помассировал подбородок. — Как по мне, пара недель прошла? Моё ощущение времени спуталось? Впрочем, это не имеет никакого значения. Всегда пожалуйста. Тебе реально повезло наткнуться на кого-то компетентного. Представь, если бы тебе попался какой-нибудь бессовестный мошенник?
— Это было бы неприятно, — Джон сухо сказал.
— А то. Вообще неприятно. Что-нибудь ещё?
— Нет. Раз на этом всё, тогда я пойду своей дорогой, — Джон сказал. — Всего хорошего. Потом как-нибудь свидимся.
— Что ж, до свидания, — Рикерт попрощался. — Будь там поосторожней.
Расставание с жуткими Руинами Нового Лондо прошло без задоринки и автоматически преисполнило Джона яркими позитивными чувствами.
Пару минут спустя он припеваючи разместился на платформе лифта. Механизм подъёмника активировался — платформу повлекло наверх тремя ржавыми цепями. Скорость подъёма была приличной. Джон свыкался с изумительным фактом. Неужели он теперь по праву считался настоящим магом?
Проклятая метка, которая на текущий момент пряталась под обманчиво живой кожей в области груди, что над сердцем, вяло задрожала. Джон пренебрежительно хмыкнул. Опять ощущение дрожи. За прошедшие месяцы он давно свыкся с ним. Его следовало расценивать предвестником конкретного циклического события.
Когда платформа лифта возвысилась до самого верха шахты, всю область видимости заволокло густым золотистым потусторонним задымлением, подсвеченным изнутри. Проклятая метка в ответ деятельно завибрировала интенсивным ритмом. В общем, вот это самое событие.
Задымление безупречно повторяло один специальный эффект из видеоигры. Тот самый странный дымный эффект, когда главный герой присаживался отдохнуть возле костра, тем самым провоцируя перезапуск локации и возрождая всех врагов поблизости. Мутная золотистая завеса. Она опала буквально с солнечного диска, который скрывался за толщей облаков, и омыла Лордран сферической волной.
Локализированная временная петля Лордрана осуществила перезапуск. Все убитые проклятые существа и все разрушенные материальные структуры, следовательно, проходили через процесс восстановления.
Это один аспект. Следующий аспект — золотистый дым назойливо въедался в Джона и пытался закрепиться. Проклятая метка и дурацкий дым будто бы обменивались измерительными данными и инструкциями. Вскоре незримая хватка дымной аномалии немощно соскользнула. В итоге золотистая завеса бесследно рассеялась, вслед за чем проклятая метка затихла.
Джон неоднократно размышлял о природе этой паранормальной хрени, опираясь на знания лора всей трилогии и вводную научную теорию Винхеймской Школы Дракона.
Как он понимал, золотистая дымная чертовщина была не в силах обратить поток времени, в котором обитал пигмей по имени Джон Иванов, вспять с целью замедления эволюции его Человечности, то есть сдерживания его осколка Великой Души Тьмы. В клетках был зафиксирован недостаточный объём эссенции Проклятья Нежити или что-то в таком духе, из-за чего временные манипуляции оказались практически невозможны.
Ложные боги Анор-Лондо вытворяли относительно похожие аморальные вещи с Городом за Стеной.
Они заманили пигмеев-повелителей, обладавших наиболее развитыми великими тёмными душами, в пустынное параллельное измерение и поселили в красивом Городе за Стеной. Филианора, младшая дочь Гвина, однажды заснула магическим сном и замедлила течение времени. Пигмеев-повелителей отучило от воздействия Эры Тьмы.
Джон сохранил невозмутимость. Весь этот сверхъественный феномен давно стал обыденной рутиной. Подобная дезориентирующая фигня повторялась каждые шесть часов. Раньше он рефлексировал и пугался. А сейчас — ерунда полная.
Он лишь повторно подумал о том, что в Прибежище Нежити временные петли были подлиней. Что-то около дня или недели. Хотя Джон провёл в Прибежище Нежити полмесяца, он все-равно не располагал точными фактами по данному вопросу. Тогда его загипнотизировало пламенем костра — и он выпал из реальности. В памяти образовался провал. Как-то не заметил переходного момента.
Джон сошёл с платформы лифта и вернулся в Храм Огня.
Практически никаких новостей здесь. Избранный Мертвец до сих пор скитался по Катакомбам. Петрус до сих пор ждал прибытия отряда Реи. Удручённый Воин не сходил с насиженных каменных завалов. Единственные перемены выражались в том, что Храм Огня посещали другие неизвестные проклятые паломники, которые никак не фигурировали в оригинальной сюжетной линии. Джон уже повидал семерых незнакомцев.
Они тоже добрались до Лордрана в стремлении познать Судьбу Нежити. По словам Удручённого Воина, Храм Огня выполнял роль главной стоянки для нескольких десятков проклятых мертвецов.
Сюда всегда стекались странники со всего света. Они пробовали устраивать вылазки в Город Нежити или в Чумной Город. Промышляли иными делами. Кто-то возвращался часто. Кто-то реже. Но в определённый момент каждый из них сталкивался с непреодолимыми препятствиями и пропадал с концами.
Удручённый Воин подозвал к себе Джона жестом руки и заговорил шёпотом.
— Взгляни на него, — он украдкой показал пальцем на печального пожилого человека, который поник и сидел на позеленевшей каменной скамейке, что находилась подле площадки костра.
Престарелый рыцарь в блестящей стальной броне. Кирасу накрывало туникой синих и жёлтых цветов. Снаряжение элитного асторского рыцаря. Прямой меч клался на колени. На угол скамейки опирался треугольный щит с драконьей геральдикой, что являлось нетрадиционным выбором для асторского рыцарского сообщества, где в ходу была растительная геральдика. Старый рыцарь держал снятый шлем руками и уныло всматривался в колебания огня.
— Этот полоумный старик заявился к нам с толпой брутальной свиты, — Удручённый Воин нашёптывал. — Когда-то был асторским бароном или кем-то. Важная шишка. Притащил кучу верных вооружённых латных людей. Все они были громкими и темпераментными. Старик и его свита не боялись Проклятья Нежити. Они считали всё происходящее отличной возможностью для того, чтобы воплотить еретическую мечту. Чего им терять, верно? Ах, праведные рыцари Асторы. На проверку оказались с гнильцой. Величают себя тайным Орденом Крови Дракона. Они стремятся быть драконами или кем-то там. Эти смелые блестящие герои с бравыми песнями вломились в Город Нежити, намериваясь сразить виверну, которая поселилась на великом мосту. Их цель — испить священную кровь виверны. Так они возвысятся над лживыми законами бренного мироздания. Виверны это низшие драконы, в конце-то концов. Угадай, что случилось потом? Они взяли и умерли. Потому что виверна их всех сожгла. О чём думали эти кретины? Впоследствии свита нашего барона обратилась полыми. Только этот старик остался нормальным. Подозреваю, он не задержится с нами надолго.
— Кошмарная история, — Джон сдержанно отозвался. — Как всегда. Зачем ты мне её рассказываешь?
— Чтобы открыть глаза, естественно, — Удручённый Воин горько усмехнулся. — Никакая магия не защитит человека от собственных недостатков. Вера в небылицы напрасна. Ты тоже ступаешь по стопам драконов, разве нет? Волшебство того бледного безумца? Да ты выживешь из ума, вот подожди.
— Ха. Не дождёшься, — Джон не испугался. — Никто не знает будущего. Сойду я с ума или нет? И я думаю, что у меня есть хорошие шансы на то, чтобы выкарабкаться из этой болотной ямы, вырытой Проклятьем. И ты абсолютно неправильно понимаешь суть Волшебства Души. Оно так не работает. Мы не сходим с ума только из-за того, что творим чары, — Джон парировал контраргументами. — Прежде, чем делать подобные высказывания, хотя бы подучи чуток науки и не позорься.
— Пф. Наивность самозабвенного оптимиста, — Удручённый Воин взбаламутился. — Наша судьба предопределена.
— Оставь меня в покое, — Джон отделался от токсичного пессимиста.
Удручённый Воин фыркнул, скрестив на груди руки.
В любом случае, Джон предпочитал избегать неизвестных паломников, поскольку те были тёмными лошадками. Какие у них тараканы в голове — неизвестно. Времена сегодня были суровыми и сводили людей с ума. Джон решил в первую очередь налаживать отношения с такими лицами, с каким был знаком по сюжету игры. Они хотя бы казались более предсказуемыми. Были менее рискованными.
Следовательно, Джон не собирался беспокоить престарелого рыцаря без причины. Престарелый рыцарь тоже не был настроен на разговорчики. Обе стороны проигнорировали друг друга.
Конечно, Джона слегка интриговала его принадлежность к Ордену Крови Дракона. Данный орден оставил огромный след в истории континента Дранглика. Лор Dark Souls II утверждал о том, что этот орден произошёл из какой-то древней исчезнувшей страны. Пример старого рыцаря указывал о том, что древней исчезнувшей страной скорей всего была Астора. Падение Асторы подтверждал лор Dark Souls III.
Элитные рыцари континента Дранглика будут носить асторские доспехи. Континентальная аристократия тоже будет сильно увлекаться драконами и мистифицировать их природу. Дранглик вообще позаимствует герб Ордена Крови Дракона, который после падения Асторы несколько поменяется. Едва ли не все аристократические семьи будут потомками рыцарей Крови Дракона. Потому что их орден устроит вторжение на земли континента под предводительством Сира Йорга, погубит Топлого Короля, в результате чего неосторожно спровоцирует массовое вымирание жизни, раскается, частично возродит поклонение Анор-Лондо, чтобы замолить грехи, осядет там и присвоит себе львиную долю пострадавшего континента.
Живой говорящий представитель Ордена Крови Дракона побуждал определённый интерес, но не особо сильный. На нынешнем этапе мировой истории орден находился на зачаточной стадии развития. Выглядел несколько чуждым. Он не стоил хлопот.
«Обратно к личной жизни. Я стал начинающим магом. Превосходно. Каковы будут мои дальнейшие действия? Очевидно, надо освобождать бедолагу Григса из заточения. Тот научит меня более продвинутой магии. Получается, впереди вылазка в Город Нежити? Стоп… Прежде, чем предпринимать какие-либо действия, мне надо сначала перезарядиться», Джон подумал и присел перед костром.
Вслед за этим он потянулся к самодельной перевязи. С недавних пор к его ремню крепилась полоска ткани, которая поднималась по туловищу по диагонали и была перекинутая через плечо. Перевязь, собственно. Когда-то эта вещица являлась капюшоном самодельной кофты. А потом капюшон был безжалостно отрезан резотроном и переработан с помощью мини-сборщика. Вот такие дела.
Перевязь была специфической. По горизонтали она оснащалась пятью кармашками цилиндрической формы. В первом кармашке, другими словами в самом верхнем кармашке, хранился свёрток серой бумаги. Свиток заклинания «Стрела Души». Это первичная разновидность Волшебства Души. Была купленная за 2000 частиц душ у Рикерта.
Джон извлёк свиток, после чего оказал воздействие на костёр с помощью ментальной связи. Из пепельной горки взмыли голубые жгутики холодного эстуса и стали вливаться в пергамент свитка. Несколько секунд спустя Джон бережно засунул заряженный свиток обратно в кармашек перевязи.
Увы и ах, в настоящей вселенной Dark Souls неопытные маги вроде него были вынуждены всегда держать свитки заклинаний под рукой. Свитки крепились на ремни, клались в подсумки, в скрытые карманы, в походные сумки и помещались в иные места. Они должны были соприкасаться с аурой мага.
Поначалу Джон вознегодовал на фоне настолько обременительной аксиомы, поскольку собирался хранить заклинания в душе. Он собирался подражать персонажам фанфиков по Dark Souls. Рикерт посмеялся от настолько амбициозных стремлений.
Вслед за этим Рикерт объяснил, по какой причине обыкновенные живые маги вообще использовали свитки заклинаний.
В идеальной ситуации идеальные маги творили магию без помощи свитков. Опирались на личные навыки и черпали энергию из естественного магического запаса. Однако идеальные маги в реальной природе чрезвычайно редко встречались. Дефицитные уникумы. Настоящий мир был перво-наперво населён обычными магами, из чьих недостатков складывались горы.
Чтобы в принципе управлять магической энергией, обычному магу был необходим катализатор, специализированный под конкретные магические школы. Посохи и жезлы для волшебников, колокольчики и талисманы для клириков, пламя пиромантии для пиромантов, головы мертвецов для некромантов. И так далее.
Свиткам заклинаний отводилась роль вспомогательного инструментария. С их помощью ученики учились создавать с нуля фиксированные конструкты магической энергии, другими словами какие-нибудь конкретные заклинания. Свитки заклинаний вели себя в стиле наукоемкой конвейерной линии, которая всегда производила изделия одной и той же модели.
Полноценные маги, в свою очередь, были способны творить заклинания без поддержки свитка. Настолько точные манипуляции были долгими, трудными и в ментальном смысле изнурительными для подавляющего большинства практиков. Поэтому полноправные маги все-равно продолжали в повседневности пользоваться свитками заклинаний и их аналогами с целью упрощения и ускорения данного процесса. Другими словами, в магической практике свитки заклинаний являлись инструментом для сотворения быстрой магии. Нечто в духе автоматики.
Помимо свитков, возможность творить быструю магию также предоставляли заклинательные книги, куда можно было параллельно помещать множество заклинаний. Когда как наиболее искусные маги были способны внедрять магические формулы в себя, что условно совпадало с озвученным желанием Джона «класть свитки заклинаний в собственные души».
Отчасти поэтому Джон сомневался в собственной компетентности. Он вообще никогда не создавал заклинания без поддержки свитка. Рикерт не довёл работу до конца. С другой стороны, в поведении учителя все же имелось зерно здравого смысла.
Во-первых, Рикерт согласился познакомить Джона только с базовыми вещами. А это довольно расплывчатая формулировка.
Во-вторых, проклятая нежить итак не могла длительно удерживать и накапливать магическую энергию внутри тела из-за негативных эффектов Знака Тьмы. Следовательно, обыкновенные мертвецы вроде Джона Иванова были не в состоянии творить магию без свитка или заклинательной книги под рукой. Это бессмыслица.
Даже если неопытного проклятого мага всего под отвязку залить прорвой магической энергии, то ему банально не хватит времени, чтобы ей вразумительно воспользоваться. Знак Тьмы жадно пожрёт все соки к тому нескорому моменту, когда он наконец-то развернёт формулу заклинания. Для него это всё безнадёжный нонсенс.
Поэтому отныне и впредь придётся таскать свитки с собой.
Джона утешило воспоминаниями про полых волшебников Дранглика. На их горбатые спины крепились жирные связки из всяких произвольных свитков. Видимо, полые волшебники Дранглика обременяли себя столь громоздким грузом по прагматичным и вполне адекватным причинам. Это не следовало считать дизайнерской прихотью.
В итоге Джон перестал грузить себя. Он пока что решил просто-напросто приспособиться к печальным ограничениям.
Свиток заклинания был перезаряжен. Джон устремил взгляд на мостовидную структуру, которая теснилась между скалистой формацией Уезда Нежити и огромной крепостной стеной Города Нежити. Эта структура была каким-то водосточным вариантом акведука. Она пролегала прямо над широкой пропастью Долины Дрейков. Её ножки опирались на стены расселины Долины Дрейков. Этот водосток был связан с канализационной системой Города Нежити. Сегодня данный водосток фактически являлся самым безопасным проходом в Город Нежити.
Джон одолевало спутанными чувствами. Если он в самом деле собирался двигаться вперёд, тогда ему надо было усердно качаться. Надо было охотится на монстров и добывать частицы душ. Иначе он никогда не доберётся до Григса. Однако охота на монстров была трудным и опасным занятием. Джон Иванов был очень слабым, неумелым и неопытным бойцом. Риск смерти и опустошения был колоссальным.
Предыдущая смерть серьёзно ударила по его самомнении и по его морали. Он притворялся храбрецом перед токсичным Удручённым Воином, но это всё было просто красивой болтовнёй.
«Какой здесь выбор? Здесь нет выбора», Джон хладнокровно констатировал. «Я топчусь на месте — тогда я обращаюсь полым. Я иду вперёд и умираю — тогда я обращаюсь полым. Всё без разницы. Уж лучше немного потрепыхаться перед опустошением. Так веселей. Так будет полезней».
Джон миновал колодец с путеводными надписями и затормозил перед той условной чертой, после которой скальный выступ Храма Огня резко сужался и вытягивался наверх искривлённым склонном.
Склон устилало плиточными ступеньками. К настоящему дню они раскололись, накренились и частично осыпались в далёкие низины Долины Дрейков. Сомнительная дорожка. Её запущенность ещё говорила о том, что петля времени имела несовершенства.
В противном случае Лордран не обратился бы дрянными руинами. Ничего не раскололось бы, не накренилось бы и не осыпалось бы. Петля обнуляла любые повреждения. Возможно она переодически барахлила, что позволяло истории вырываться и помаленьку накапливаться.
«Ну, я пошёл», Джон настроился и шагнул навстречу к испытаниям.
Он стал стоически взбираться по очередной неблагонадёжной лестнице. Нескольку секунд спустя он в настороженности увидел, как на середине лестничного склона таинственно возникла лужица красного тумана.
«Что за хрень? О, минуточку. Это же пятно крови, верно?», Джон с энтузиазмом подошёл к прозрачной лужице и без раздумий прикоснулся к ней пальцами.
На его разум нахлынуло видение. С верхней стороны лестницы появился бесцветный силуэт человека, будто бы сотканный из тумана. Туманный силуэт держался за живот и хромал. Силуэт сделал несколько мучительных шагов, припал на колени ровно на том месте, где отыскалось фантомное пятно крови. В конце чего силуэт бессильно рухнул на землю, жалобно протянув руку в сторону Храма Огня, и скончался. Конец. Видение прервалось на смерти.
«Крайне тревожно», Джон хмыкнул.
Подобные пятна крови были напитаны пространственной силой Великой Души Тьмы, благодаря чему они просачивались сквозь разделительные кромки параллельных реальностей. Они позволяли разумным существам узнать чужие судьбы. В игре такие пятна крови служили предупредительным элементом кооперативной игры. В настоящем мире — просто отголоски чужих предсмертных страданий. Суть данного пятна крови сводилась к тому, что некий случайный проклятый паломник из случайной альтернативной вселенной погиб, когда проходил по данной аварийной лестнице, от некой изуверской травмы живота. Эхо смерти приняло форму туманного видения.
«Буду осторожным», Джон кивнул и возобновил ход.
Однажды ландшафт перед ним опять преобразился. Узкий склон снова несколько расширился и превратился в протяжённый огрызок поверхности. Этот огрызок обрывался там, где преграждался средним уровнем водосточной структуры. Скальный выступ меньшей площади, чем выступ Храма Огня.
На среднем уровне водосточной структуры, с которым тот граничил, имелось четыре ножки. Ножки впивались в неровные стены расселины. Их объединяло относительно широкой поперечной опорой.
В каком-то смысле данная опора могла считаться эдаким мостом, однако лишь метафорически. Ведь опора заканчивалась глухим тупиком в лице массивной крепостной стены Города Нежити. Вдобавок, поперечная опора не была архитектурно предназначена для пешего хода. Ведь её делило и пересекало ножками водостока. По боковым краям, что были на отрезках пересечения, свободная площадь опоры сужалась весьма критически. Человеческая стопа едва умещалась в этом пространстве.
Ловкач мог бы пройтись по настолько крохотным краям опоры. Тут сомневаться не приходилось. Ловкач легко доберётся до тупика, где, к слову, валялся перспективный полый труп. Напротив трупа виднелись компрометирующие путеводные сообщения. Если информация из игры соответствовала действительности, то с того трупа подбиралось драгоценный магический предмет. Жертвенное Кольцо.
Соблазнительно, однако Джон отнюдь не спешил промышлять акробатическим безрассудством. Во-первых, из него никудышный ловкач. Во-вторых, во время прохождения игры, в безупречном аватаре Избранной Нежити, он обычно многократно разбивался на смерть прежде, чем успешно добирался до Жертвенного Кольца. В-третьих, в реальности водосток был покрыт скользкой плесенью. А воздух был очень влажным — да тут вообще все поверхности скользили. Шанс сорваться и разбиться равнялся сотне процентов. Собственно, такие пироги. Самобичеванием Джон на текущий момент не увлекался. Предпочёл воздержаться.
В-четвёртых, у него были другие приоритеты. Допустим, приоритет выживания. Путь до опоры пролегал через скальный выступ, который граничил со средним уровнем водосточной структуры. На нём ошивались полые мертвецы. Невдалеке от узкой лестницы поджидала группа вооружённой нежити. Джон пригнулся, прижался к скале, посмотрел на них с укромной позиции. И приподнял брови, потому что численность враждебных монстров превзошла его ожидания.
В виртуальном Лордране невдалеке от узкого склонна стоял всего лишь один единственный полый воин. Однако сейчас, в настоящем Лордране, к нему добавились напарники. Две штуки. Получалась тройка полых воинов. Траву вокруг них украшало восемью фантомными пятнами крови.
«Вот это сюрприз», Джон кисло отзывался в уме. «Чёрт. Такие выкрутасы мешают полагаться на игровой опыт. Этот прецедент всё меняет. Впереди меня подстерегают многочисленные неожиданности. А я не люблю неожиданности. Потому что дело касается моего личного путешествия по миру тёмного фентези. Я хочу довольствоваться комфортом предварительного знания. Непрошенные неожиданности делают мою жизнь проблематичной. Миядзаки всё побери».
«Ладно, спокойно. Незачем удивляться. Окружающая локация на несколько порядков масштабней в сравнении с виртуальным аналогом. Поэтому она может позволить превосходящую высокую плотность населения. Логичный закономерный результат. Я питал беспочвенные иллюзии», Джон унял беспокойства и повернул голову назад.
Храм Огня находился настолько далеко, что точные очертания его руин различались со значительным трудом.
«Никакой сенсации», Джон подытожил и переключил внимание на группу полых воинов. «Маршрут загородили сразу три моба. Эх, до чего хлопотная ситуация. Придётся как-то разбираться с ними единовременно?».
Джон рассмотрел врагов придирчивыми глазами. Полые воины носили металлические шлемы, похожие на римские шлемы-каски, драные изношенные доспехи из толстой коричневой кожи, разорванные грязные юбки (словно подражали римским легионерам) и дырявые раскуроченные кожаные сапоги. В руках — топорики. У одного полого воина имелся маленький округлый щит из дерева. Разбитый, устланный трещинами.
«Насколько велик их уровень угрозы?», Джон задался насущным вопросом и неуютно прошёлся глазами по фантомным пятнам крови. «Если брать в качестве справочника игровую иерархию мобов, то полые воины занимают почётную нишу где-то между полым оборванцем и полым солдатом. Чисто теоретически, если бы я озверел и вступил бы в прямой поединок с одним таким недоноском, орудуя резотороном, то смог бы выйти победителем. Примерно в половине случаев. Поэтому лучше выкинуть такие мысли из головы. Не надо даже пытаться».
Тройка полых воинов до сих пор никак не реагировала на Джона. Они незыблемо стояли на травянистой каменистой земле, будто бы вкопанные. Бездумные взгляды устремлялись на Храм Огня. Самого Джона они впритык не замечали, хотя его навыки маскировки были отравительными. Довольно легко засечь. На титул по незаметного рейнджера Джон не претендовал. Между Джоном и этими недоумками умещалось свыше десяти метров дистанции.
«Нет времени прохлаждаться», Джон покачал головой, робко показался и возвёл колдовской посох перед собой.
Едва он активно задвигался, как полые воины посмотрели на него с озадаченным видом. Несчастные зомби испытывали отчётливые трудности. Они пытались определить истинную природу подвижного объекта в поле их видимости. Их спутанные сгнившие мозги работали со скрипом.
Джон нахмурился, будучи поглощённым интенсивным интеллектуальным усилием. Внутри посоха сконцентрировалась сырая магическая энергия, извлечённая из свитка заклинания и наспех пропущенная через организм.
В последующем Джон применил классические методики Бледного Дракона для воздействия на свойства магической энергии. С этим всем он превратил сырую энергию в обработанную энергию, переведённую в режим Стихии Света. А именно он получил прохладную энергию Лунного Света, которую в последующем также наделил несколькими вторичными оперативными свойствами.
В том месте, где рука сжимала древко посоха, негромко зазвенел и образовался сияющий сгусток бирюзового свечения. Вместо стандартного лазурного лунного света у Джона получался бирюзовый лунный свет. Чем была вызвана эта чертовщина — а фиг его ведал.
Прежде Рикерт подивился, развёл руками и предложил не переживать. Рикерт руководствовался развязанным подходом, который выражался умудрённой фразой: «Если какая-то вещь справляется со своей работой, значит всё нормально. Ничего не трогай». Странная окраска не создавала сколько-нибудь заметных помех для магии, поэтому Джон резонно последовал профессиональной рекомендации умудрённого учителя.
Естественно, Джон все-равно иногда задавался различным вопросами и строил соответствующие теории.
На данный момент он предпочитал думать, что у него была некая продвинутая мутация. Наверно он мимоходом попросил её в прошлой жизни.
Почему он считал, что тут речь шла именно насчёт мутации? Были некоторые причины.
На ум приходили те монстры из Кристальной Пещеры и Сада Тёмных Корней. Лунные бабочки. Эти изящные чудовища тоже творили Волшебство Души, окрашенное в уникальный бирюзовый цвет. Как известно, этих сказочных тварей искусственно создал архидракон Нагой Сит.
Другими словами, Нагой Сит зачем-то разработал бирюзовый вариант Волшебства Души, руководствуясь некими неизвестными мотивами. Разработал особую мутацию. Возможно эта параллель означала, что Джон генетически обладал потенциалом легендарного волшебника?
Всё-таки магическую школу Волшебства Души изобрёл персонально Нагой Сит. А на этом поприще его пока что никто не сумел превзойти. Практически всё то, что делал Нагой Сит в сфере Волшебства Души, следовало воспринимать чем-то исключительно хитроумным и крайне инновационным. Бирюзовое Волшебство Души чего-то стоило. Применялась такая логика.
Лицо Джона до сих пор выражало предельную степень концентрации. Полые мертвецы до сих пор прибывали в прострации. Джон жалел о том, что так просто высунулся из укрытия. Вся продвигалось слишком медленно. Или ему казалось от волнения? Не будь оппоненты настолько пропащими придурками, то точно атаковали бы. Раньше эта элементарная мысль как-то прошла мимо головы. Джон максимально сфокусировался. Сейчас он торопливо проводил заключительные магические манипуляции.
Джон влиял на физическую форму энергетического сгустка, обратившись за поддержкой свитка заклинания. Сгусток превратился в архаичную общность малых своеобразных строительных блоков, которые Джон вручную упорядочил и сложил в форму единого магического конструкта.
Сотворение магии отняло две секунды.
Зазвучал звенящий гул с металлическим призвуком. С посоха слетел и умчался снаряд бирюзовой энергии. Снаряд был сравнительно длинноватым, но не громоздким. К нему крепилась линяя хвоста, словно бы кометный хвост. Хвост был окутан сумрачной спиралью бирюзового завихрения. Стрела Души была создана и выпущена.
Её скорость и её дальнобойность ничем не уступали показателям нормальной стрелы, выпущенной из средневекового лука.
Стрела Души махом умчалась вперёд и поразила полого воина с щитом. С звонким грохотом она влилась тому в неприкрытое плечо, откуда перетекла в соседние части тела. Параллельно с попаданием случился выброс светящейся бирюзовой мглы. Полый воин опал наземь бездыханным трупом.
Джона обнадёжило конечным ущербом. Высокая убойная сила укладывалась в его ожидания.
Даже самая слабая версия Стрелы Души разносила вдребезги те дебильные ядовитые и проклинающие статуи из Dark Souls II. Стрела Души в разы разрушительней, чем обыкновенные материальные стрелы. Только огромные стрелы драконоборцев, больше сравнимые с метательными копьями, были способны нанести сопоставимый ущерб. Впрочем, у снарядов Волшебства Души имелись определённые особенности.
Поскольку они отлично действовали против целей с высокой удельной плотностью. Против металлов, чешуи, камня и тому подобных твёрдых материалов.
В силу объективных физических причин полый воин являлся целью с низкой удельной плотностью. Как бы мешок костей и плоти. Стрела Души в его случае не раскрыла весь ударный потенциал. Будь полый воин, например, существом из камня, тогда Стрела Души разорвала бы его тело на маленькие кусочки. А так — она нанесла закрытые внутренние повреждения, отчего тот мигом скончался.
В контексте виртуального Лордрана полые воины, ошивавшиеся возле водостока, в любом случае помирали от всего лишь одной Стрелы Души. Эти разбойники были слабаками, которые устраивали налёты на других слабаков. Начальные мобы. Ничего феноменального.
С убитого мертвеца выплеснулись белесые частицы душ. Они поделились на две струйки и притянулись к его подельникам, которые находились сбоку. Поскольку взрыв Стрелы Души не спровоцировал ударной волны, подельники никак не пострадали.
Единственное последствие — их обеспокоило громким шумом. Они стали в недоумении осматривать павшего товарища.
В свою очередь, Джон начал в ускоренном темпе готовить вторую Стрелу Души. При этом он нервно и опасливо отслеживал действия двух полых разбойников. Они заподозрили неладное. Они с шоком догадались, что на них напали.
Полые воины раздражённо рявкнули и бесновато переключились на осмотр территории. Секунду спустя заторможенные зомби наконец-то осознали, что человекоподобная фигура впереди была настоящим и агрессивным человеком. Они направились к ней угрожающими и возмущёнными походками.
Тугодумы сквозили пафосом и передвигались фантастически медленно. Джон переодически наблюдал похожее поведение в рамках игрового опыта, на фоне чего пришёл к выводу, что полые воины везде страдали слабоумием. Не то, чтобы он на них жаловался. Нет, ему же выгодней. Джон не упустил удачного шанса. Вторая Стрела Души упокоила второго мертвеца.
Частицы душ перенеслись в третьего полого воина. Третий полый воин синхронно ощутил странный прилив бодрости, из-за чего воспылал энтузиазмом и перешёл на бег.
Джон понял, что у него не получится вовремя сотворить новую Стрелу Души. В подтверждение гипотезы, третий полый воин лихо прыгнул на него с топором. Джон едва успел отшагнуть — топор воткнулся в траву и землю. Сам полый воин приземлился в согнутом положении.
Джон наступил на самый край узкого склона и пошатнулся. Задняя часть подошвы накренилась в пустоту обрыва, центр тяжести сместился. Джон немедля восстановил чувство равновесия, прежде чем упал в расселину.
«Чёрт побери», он ошарашенно подумал. «Сегодня не твой день, гравитация».
В последующем он перебросил посох в левую руку и вызвал резотрон. Третий полый воин вообще никуда не торопился.
Точней говоря, тот пытался вырвать топор из дёрна. Джон робко и настороженно подобрался к нему. Лезвие голографического клинка пронзило спину и вылезло со стороны живота, на чём полый воин издал последний вздох. Образно говоря.
Все эти полые мертвецы упокоились ровно до следующего возрождения. Либо под воздействием временной петли Лордрана, либо под воздействиям бессмертия пигмеев — их ждало воскрешение. Эти недоумки оживут в любой ситуации.
Частицы душ поднялись облачком белых искр с убитого монстра и впитались в Джона. Джон был доволен проделанным трудом, хотя он несколько усомнился в достоверности той терминологии, которую избрал в Прибежище Нежити.
Теория Волшебства Души снабдила его многочисленными сведениями, касавшимися истинной природы души, потому что Волшебство Души стремилось имитировать природу души. Самодельный термин «частицы душ» в связке с новыми познаниями выглядел неуместным.
Волшебство Души манипулировало «массой души» (магической энергией) и создавало фундаментально странные образования, которые по факту являлись иллюзорными скоплениями душами. Вдобавок, эти иллюзорные скопления души имели некое сходство с призраками человечности.
Выражаясь другими словами, их следовало считать эдакими иллюзорными духами, сотканным из Стихии Лунного Света. По факту каждая Стрела Души была иллюзорным духом в форме призрачной стрелы. Каждый такой дух стремился вселиться в материальный объект. Поэтому Стрелы Души обладали функцией частичного самонаведения.
Как следует из этих описаний, маги в формальной речи низменно употребляли термин «масса души» применительно к магической энергии. Магическая энергия представляла из себя таинственную совокупность недолговечных сумеречных частиц, которые были только лишь наполовину реальны. По характеристикам они совпадали с несубъектными душами, которые Джон звал «частицы душ». В сущности это были иллюзорные души. Из-за чего маги предпочитали термин «масса души».
Короче говоря, Джон отказался от устаревшего термина «частицы душ» в пользу более логичного термина «несубъектные души».
Он свернул резотрон и взял посох правой рукой.
На противоположном конце скального выступа, который граничил со средним уровнем водосточной структуры, отмечался одинокий полый солдат. С мечом и треугольным металлическим щитом. С ним тоже соседствовали фантомные пятна крови, суммарно три. Позади него валялся перспективный полый труп, с которого в игре подбиралась душа пропавшего мертвеца. Полый солдат не двигался с места и казался беспечным божьим одуванчиком, но его расчётливые глаза контрастировали со столь напускным невинным обликом. Полый солдат выполнял роль приманки.
Из настоящего скального выступа произрастала другая скалистая возвышенность, которая плотно прижималась к скальной формации Уезда Нежити. Ещё один скальный выступ, который лежал поверх нижестоящего выступа. К нему вёл очередной узкий склон, облагороженный лестничными плитами. С высоты той возвышенности взирал полый воин, с пояса которого свисали мешочки с огненными бомбами.
От Джона всего лишь требовалось двинуться навстречу к полому солдату, чтобы войти в зону поражения и попасть под бомбёжку. Там, куда долетали огненные бомбы, кучковались десятки фантомных пятен крови. Хвала здравомыслию, магические заклинания в реальности не были скованны несправедливой игровой механикой, налагавшей абсурдные ограничения на дальность атаки.
Как известно, все мобы в игровой трилогии могли бесконечно терроризировать игрока магией с другого конца вселенной, когда как магия самого игрока сдувалась через десяток с лишним метров и не достигала этих мерзавцев. Где здесь здравый смысл? А он и не подразумевался. Целенаправленный нонсенс. Хвала Благотворительному Центру Мультивсленной, реальные миры так не функционирировали.
Джон застрелил полого воина Стрелой Души с безопасного расстояния. Тот даже добавочно взорвался, потому что огненные бомбы тоже рванули.
Полому солдату не понравился такой подлый сюжетный поворот, поэтому он прикрылся щитом и перешёл в режим наступления. Джон отправил ему на перехват Стрелу Души, прицелившись в голову. Однако она самовольно сошла с оптимальной траектории и взрезалась в треугольный щит.
По всей видимости, солдатский щит оснащался неким каверзным зачарованием для противодействия магии. Произошёл гулкий взрыв иллюзорной массы души, который грубо оттолкнул и ошеломил полого солдата. Лицевая поверхность щита обзавелась вмятиной. Солдатский щит обладал некоторым сопротивлением к магическим элементам, поэтому при контакте с волшебным снарядом он не порвался на деформированные фрагменты металла. Впрочем, разрушительная энергия Стрелы Души обрывочно просочилась сквозь щит и все-равно нанесла некий урон.
Итак ветхая броня теперь выглядела ещё запущенней: железные элементы разбились и местами осыпались мусором. Сморщенную иссушённую кожу покрыло кровоподтёками и гематомами. Полый солдат выглядел несколько скверно. Тем не менее он рассеяно выправился, возвёл щит вялой рукой, оскалился и заковылял в сторону ненавистного волшебника.
Следующая Стрела Души превратила лицевую поверхность щита трещинами. Полого солдата оттеснило. Отныне он выглядел более хреново. И стал шатался. Он рассеяно подобрался и выставил блок. Третья Стрела Души проделала в лицевой поверхности щита выразительные трещины и пробоину. Полый солдат харкнул кровью. Его состояние здоровья было критическим. Четвёртая Стрела Души разбила щит в брызги шлака и добила полого солдата. Несубъектные души лишились хозяина, взмыли в воздух и благополучно перебрались в тело Джона.
«Пока что охота проходит хорошо», Джон оптимистично отметил и осмелился пробиваться дальше.
Позже со скалистой возвышенности его наконец-то заметили другие полые воины, которые доселе исступлённо зыркали на место гибели гранатомётчика, не в силах понять, почему тот оказался поглощён и уничтожен всплеском огня. Всего полых воинов было двое. Они побежали вдоль извилистого лестничного склона.
Одного изначально было неплохо видно с ракурса нижележащего выступа, поэтому Джон успел предварительно приготовить Стрелу Души. Этот полый практически моментально выбыл из игры.
Потом Джон воспользовался хитростью, вдохновлённый игровым опытом. Он спешно продвинулся дальше и миновал лестницу, которая уводила к вершине скалистой возвышенности. Второй полый посчитал необходимым немедленно срезать путь, поэтому он резко остановил бег, аккуратно спрыгнул с приличной высоты, приземлился практически на четвереньки, затем медленно поднялся на ноги. А потом помер от Стрелы Души.
Из-за всей этой возни Джону хватило времени для сотворения следующего заклинания.
Несубъектные души вырвались из упокоенного полого и спиральной струёй переместились в нового хозяина. Поражённый полый мертвец унаследовал несубъектные души от двух других полых, которых ранее прикончило волшебством, поэтому Джон получил вознаграждение с процентами.
Взобравшись на скалистую возвышенность и затаившись, Джон обнаружил ещё одного полого воина с топором и двух полых оборванцев с факелами, что снова пошло вразрез с комфортными ожиданиями, продиктованными игровым опытом.
К несчастью, полые разбойники сиюминутно засекли Джона. Оборванцы с факелами хрипло заревели и сорвались к нему торопливой судорожной манерой. Хотели поджечь, как правило. Полый воин, между тем, не фонтанировал эмоциями. Он наверно был флегматиком, избрал умеренный темп движения.
Джон прибил Стрелой Души первого оборванца с факелом, после чего здраво оценил расстановку сил. Он спешно развернулся и дал дёру, однако он затем запнулся и болезненно покатился боком вдоль лестницы, в рамках чего в неверии разбил шесть фляжек эстуса об каменные ступеньки. От падения он и сам в значительной степени поранился. Однако все травмы моментально исцелились, поскольку пациента с ног до головы ополоснуло вспышками эстуса. И покалечился, и вылечился — всё приключилось разом.
В конце жёсткого падения Джон приземлился спиной на нижележащий выступ. На несколько мгновений у него отняло дыхание. Затем он пришёл в себя, судорожно подобрался и с руганью поспешил отпрыгнуть прочь.
Дело в том, что второй оборванец с факелом наступил голыми неприкрытыми стопами на осколки фляжек эстуса. Плоть соприкоснулась с острыми кусочками изумруда и была изувечена. Полый оборванец взревел от боли, вздрогнул и тоже полетел с лестницы. Затем он неосторожно поджёг себя факелом и вовсе обратился жутким огненным стогом, который с выразительным гулом направился на Джона. Так уж было заведено, полые мертвецы отлично горели. Порождение Бездны выделялись слабостью перед огнём.
Огненный мертвец тотчас врезался в пункт назначения, но не застал Джона. В дальнейшем он хаотично кричал и катался по траве. Всё кончилось тем, что он беспорядочно укатился в расселину Долины Дрейков, с чем перестал являться актуальной угрозой.
В свою очередь, полый воин с топором спокойно подошёл к злосчастной лестнице и стал невозмутимо спускаться по той. Джон поразил его Стрелой Души, которую изначально готовил для того, чтобы расправиться с психованным огненным оборванцем, но тот досрочно самоустранился, прежде чем удалось сотворить волшебство.
— Вот же дерьмо, — Джон стоически вздохнул, упёрся руками на колени, тряхнул головой, перевёл дух и поспешил взять себя в руки.
В последующем Джон осмотрел себя. Одежда и рюкзак местами порвались. Джон включил омни-тул. И наспех отремонтировал их ремонтным лучом. Затем он снял с ремня огрызки разбитых фляжек эстуса, чтобы выбросить в пропасть и заменить на новые функциональные фляжки эстуса, которые удалось без всякого труда подобрать с убитых врагов. Ноль проблем. С этим всем Джон стал повторно взобраться на вершину скалистой возвышенности.
Когда он поднимался, несколько фантомных пятен крови появились на ступеньках. Их видения показывали проклятых паломников, которые сгорели и умерли.
«Очень вовремя», Джон недовольно цыкнул.
Путеводные сообщения и фантомные пятна крови обладали спонтанной и недолговечной натурой. Иногда они были, а иногда нет.
Джон осторожно поднялся до вершины. Скалистая возвышенность по основанию обладала формой неправильного овала, который вытягивался и проходил под верхней зоной и над средней зоной водостока, но затем переставал удлиняться и заканчивался. На окраину этой возвышенности клался довольно громоздкий лестничный пьедестал из камня. Данный пьедестал лежал параллельно к просторному карнизу, с которым сливался. Карниз торчал из верхней зоны акведучного водостока, с самой нижней его части.
На карнизе сторожил полый воин с ветхим деревянным щитом и топором. Он служил последней преградой на нынешнем пути. Полый воин побежал на Джона, источая чувство азарта, но не выдержал столкновения со Стрелой Души.
Джон устало улыбнулся, получил несубъектные души и опустил колдовской посох в умиротворении.
— Вот и всё. Я зачистил этот промежуточный участок местности, — он подытожил. — Пора собрать лут.
Он сходил обратно, чтобы подобрать душу пропавшего мертвеца. Осязаемая масса светлой души легла на ладонь, была сжата, расщеплена и поглощена. Только затем Джон поднялся на карниз водостока. На противоположном конце карниза, впритык к массивной крепостной стене, валялся очередной полый труп.
Джон попробовал взять с того следующую душу пропавшего мертвеца, но не ощутил её присутствия. Видимо, кто-то опередил его.
Это послужило досадной, но вполне себе предсказуемой, новостью. Джону итак уже несказанно повезло в Храме Огня, в Руинах Нового Лондо и немного в Долине Дрейков. В этой истории наибольшее изумление вызывали именно предыдущие находки.
Каким-то чудом всё то, что прежде подобрал Джон, напрочь проворонили десятки проклятых паломников, которые годами шатались по данной местности, хотя рассматриваемые находки пылились практически у всех на виду. Как так вышло? Этому могла быть куча объяснений. Скорей всего каждый паломник инертно думал, якобы полые трупы на текущей местности уже миллионы раз обобрали другие странники, поэтому пренебрежительно обходил ценные предметы стороной.
Наряду с чем, Избранный Мертвец производил впечатление легкомысленного человека, который сначала что-то делал, а затем неохотно пользовался головой. Избранный Мертвец не пожелал утруждаться скучным осмотром территории и без раздумий сиганул в Катакомбы ради приключений, откуда по-прежнему не показывался. Уже два с половиной месяца, кстати говоря. Тем самым последний конкурент за лут выпал из уравнения.
На стене водостока, из низа которой торчал карниз, имелся прямоугольный проход. Джон воспользовался тем, в результате чего ступил в холодные сточные воды и очутился в канализационном коридоре, объятом кромешной темнотой. Столица Лордрана давно пала, следовательно почти не производила свежие отходы. Сточные воды состояли из безобидной природной воды.
«Безобидная природная вода. И точка», Джон сдержанно декларировал, отгоняя альтернативные версии. «И нет, не надо сканировать биохимический состав воды. Зачем? Всё и так понятно».
Впрочем, Джону было совершенно непонятно, почему вода стекала со стороны Города Нежити. Естественно, в таком направлении течения содержался здравый смысл. Город Нежити избавлялся от лишней безобидной воды. Но откуда она вообще бралась на подобной высоте?
Этот конкретный водосток располагался как-то слишком высоко, чтобы получать воду от жилых и хозяйственных сооружений. И Город Нежити не прилегал напрямую к горе Анор Лондо. Он обособленно занимал вторичные горные образования. Следовательно, в его окружении физически не могла тихонько скрываться некая условная горная река, размещавшаяся на подходящей высоте. Тогда откуда бралась вся эта вода?
«Пустая дилемма. Подобное несоответствие родом из виртуального Лордрана. В реальном мире дела с такими вещами безусловно обстоят логичней», Джон уверенно подумал. «Полагаю, вода происходит из подземного источника. Она пропускается через хитроумную систему водоснабжения и в итоге выливается сюда. Разгадка разгадана».
Этим удовлетворился. Затем он подсветил корродир фонариком омни-тула.
С восточной стороны водосточного коридора, другим словами со стороны скальной формации Уезда Нежити, наблюдалась уродливая гигантская крыса с облезлой шерстью и гнойными наростами. Её словно бы пропитало варьирующимися гнилостными токсичными отходами.
Гигантская крыса копошилась около перегородки в форме решётки, где грызла полый труп, и не проявляла немедленной агрессии. На текущий момент она лишь переодически оскорблённо озиралась на Джона. Её дёрганная повадка сквозила прогрессирующей паранойей. Её будто бы бесил яркий режущий свет.
Джон избавился от гигантской крысы. Он побрезговал приближаться к обглоданному полому трупу в стремлении удостовериться, содержал ли тот хоть капельку призрака человечности. Слишком отвратительно.
Джон углубился в коридор в ином направлении. Пару минут спустя слева обнаружилась прямоугольная прорезь, открывшая путь к очередной ступенчатой лестнице. Из прорези исходил пасмурный свет. Джон не планировал задерживаться внутри водостока, поэтому покинул тот при первой возможности.
Далее он притаился, пригнулся и лучшим образом крался по ступенькам. В определённый момент он аккуратно подтянул голову за грань лестничного помещения, рассчитывая разведать простор снаружи.
Лестница выводила к обширной каменной плоскости с каменными перилами, к гибриду открытой крыши и просторного балкона. На данной плоскости отмечались полые воины. Кто-то потерянно бродил, кто-то бесцельно стоял. Врагов было пятеро.
«Тут пятеро вместо двоих? Проклятье. Опять расхождение с игрой», Джон прижал зубы. «Может быть ну его? Пойду обратно, отдохну и подожду перезапуска временной петли. Нет, мне не нравится подобная идея. Они не кажутся чем-то непреодолимым. И мне надоело сидеть без дела!».
«Без риска нет развития», Джон философски подытожил. «Испытаю одну теорию».
Он медленно высунул руку с посохом из укрытия и нацелился на ближайшего полого воина. Стрела Души сгустилась с мягким звоном за две секунды. Прежде, чем враждебные мертвецы осознали, откуда исходил столь компрометирующий шум, Стрела Души поразила избранную цель, в финале чего издала звонкий грохот и произвела вспышку бирюзовой мглы. Эпицентр внимания сместился на жертву. Полые мертвецы в растерянности уставились на тело, опавшее на пол.
«Теория доказана», Джон удовлетворился, но не успокоился. «Они слишком медленно реагируют. Медленная реакция в союзе с заторможенными мозгами. Что это означает? Полые не понимают, откуда был совершён выстрел, если стрелок отсиживается на скрытой позиции».
Джон терпеливо подождал, пока полые снова расслабятся. Пару минут спустя они вернулись к прежней активности. Отныне на их прогнившей памяти пострадавший товарищ всегда предпочитал валяться лицом в пол. Ничего подозрительного. Шаг за шагом Джон снял всех полых воинов, после чего из подворотни прибежала ещё толпа полых воинов, привлечённая странными беспорядками. Один из них был обвешан мешочками с огненными бомбами. Джон застрелил полого гранатомётчика, породив крупный взрыв, благодаря чему устранил всю толпу разом.
«Чудесно. Некоторые расхождения с игрой бывают полезны», Джон признал, после чего к нему стянулись несубъектные души. Затем он вышел из укрытия и нормально осмотрел Город Нежити.
Джон очутился внутри изолированного пространства, которое было сформировано цепями массивных крепостных стен и обрывистым рельефом. Тут существовало две цепи крепостных стен. Джон пометил их в уме под условными обозначениями: северо-восточная и северо-западная.
Северо-восточная цепь брала начало из низины Чумного Города, совсем недоступного для обозрения с текущего местоположения. Затем она на несколько сотен метров протягивалась вдоль утёса Долины Дрейков дуговой линей и прерывалась неподалёку от опорной стойки великого моста, если отсылки на игровой опыт чего-то стоили. С нынешнего ракурса Джон в том числе не мог ничего толком разглядеть в направлении опорной стойки. Всё целевое пространство перегораживало постройками. Поэтому в этом отношении руководствовался знаниями прошлой жизни.
Северо-западная цепь крепостных стен меньше напоминала дугу и больше походила на стандартные фортификации, которые чередовались под более крутыми углами и стремились перегородить одну из сторон света. Эта цепь начиналась с невысокой, но по-прежнему колоссальной, крепостной стены, которая упираясь и брала исток от отрезка северо-восточной цепи. Как помнил Джон, северо-западные стены заканчивались возле того участка местности, где должна была присутствовать другая расселина, отрезанная от расселины Долины Дрейков и связанная с Озером Тёмных Корней. Джон прозвал её расселиной Тёмных Корней.
Последняя крепостная башня, входившая в состав северо-западной цепи, фундаментом клалась на придаточную местность Озера Тёмных Корней. И на её первом этаже проживал полый рыцарь Хавела, которого туда поместил лучший друг.
Пространство, очерченное крепостными стенами и двумя расселинами, было в изобилии заставлено средневековой застройкой городского типа. Архитектурный дизайн яростно воплощал принцип вертикальности: сооружения дословно накладывались поверх друг друга в сумбурноватые стопки. В четыре, в пять и в шесть этажей.
Данные стопки слегка походили на термитники. Их группировало в тесные последовательности и скопления, которые делили поселение на изолированные улицы. Местные здания производили впечатление заградительных барьеров, замаскированных под обыкновенные жилые и хозяйственные объекты. Ложные боги Анор-Лондо соорудили завуалированный концлагерь для людей. Стопки зданий также оснащались проходами и соединительными конструкциями между собой на отдельных этажах. Благородя вертикальности застройка условно делилась на верхний и нижний сектора. Верхний Город Нежити и Нижний Город Нежити.
Между тем, водосточная структура, с чей помощью Джон проник сюда, обращалась дополнительной сравнительно невысокой крепостной стеной, которая разрезала застройку примерно пополам, и впиралась в северо-западную цепь массивных крепостных стен. Она дополнительно делила Город Нежити на микрорайоны. Условно говоря, на микрорайон с великим мостом и микрорайон со стороны Чумного Города.
В общем, Джон узрел Город Нежити и не обнаружил значительных неожиданностей.
Лестница водостока привела на крыши и балконы сооружений, протянувшихся вдоль северо-западной крепостной стены и вдоль утёса Долины Дрейков. Это был Верхний Город Нежити и микрорайон великого моста. Проклятым паломникам надлежало пробираться через верхние секции этой вереницы сооружений, чтобы дойти до следующей стоянки с костром, которая базировалась внутри опорной стойки великого моста.
В виртуальном Лордране дорога дотуда была сравнительно короткой, однако Джон прекрасно видел северо-восточную крепостную стену сбоку от себя. Она возвышалась на десяток с лишним метров над тем местом, где он находился, и растягивалась вперёд ещё на метров пятьдесят. А это говорило о том, что дорога до опорной стойки великого моста была, как минимум, в пять раз длинней в сравнении с игровой репликой. А если учитывать совокупность сооружений, соприкасавшихся с утёсом Долины Дрейков, то в раз десять.
«Путь будет долгим. Мне хватит заклинаний? В свитке осталось всего лишь одиннадцать зарядов», Джон анализировал реалии. «Нет. Мне не хватит Стрел Души на всю продолжительность пути. А без Волшебства Души я стану лёгкой добычей. Меня легко прикончат. Пока что неуместно мечтать про следующий костёр. Не вариант».
Джон поубавил амбиции и сосредоточился в первую очередь на разведке дальнейшего пути. В этом стремлении ему помогли путеводные сообщения и фантомные пятна крови — избегал засады и гранатомётчиков. По пути он с толикой нервозности выискивал виверну, проверяя взглядом небо, крепостные стены и крыши. Пока что никого нет.
Как в дальнейшем подтвердилось, стопки из зданий были устроены весьма лимитирующим и разделяющим образом. Игровой опыт совпал с реальным опытом. Этажи обладали минимальным уровнем вертикальной связности. Джон не мог банально спустится с условного четвёртого этажа на первый и так попасть в Нижний Город Нежити, где застрял Григс. Верхний Город Нежити больше напоминал общность самодостаточных надстроек, которые отчуждено облюбовали широкие крыши Нижнего Города Нежити.
В итоге он немножко обследовал череду крыш, помещений и балконов вдоль упомянутого маршрута, пристрелил нескольких полых мертвецов, израсходовал все Стрелы Души, преисполнился ужаса и немедленно рванул обратно в Храм Огня.
Эта вылазка принесла 1850 несубъектных душ.
Джон подыскал укромное местечко в развалинах Храма Огня, развернул проекции омни-тула и погрузился в учебные материалы. Он хотел лучше овладеть мини-сборщиком. За этим делом он дождался перезапуска временной петли.
После чего Джон с предвкушением ринулся повторять опробованную последовательность действий. За вычетом падения с лестницы, конечно же. Джон подбил и выбил из равновесия расторопного неуклюжего оборванца с факелом посредствам брошенного камня, из-за чего тот опять поджёг себя и укатился в пропасть Долины Дрейков.
Охота на несубъектные души прошла без трагедий. На балансе потихоньку накопилось 3700 несубъектных душ, с чем Джон снова заявился к Рикерту с целью купить второй свиток Стрелы Души.
Рикерт поначалу отнекивался, ссылаясь на катастрофический дефицит ремесленных материалов, но в результате удалось договориться. Джон потратил 3500 несубъектных душ. Через день вернулся и забрал заказанный свиток заклинания.
Сейчас он мог параллельно подключать свою ауру только к двум свиткам заклинаний.
За время своего отсутствия Джону удалось раздобыть ещё 6010 частиц души. Для чего он снова и снова повторял одинаковый набор действий.
Переодически ситуация выходила из-под контроля, поэтому он упустил свыше полторы тысячи несубъектных душ и схлопотал дюжину ранений, которые залечил эстусом. Пару раз его даже подожгли. Едва затушил себя. Отремонтировал одежду омни-тулом.
Один раз на него вообще с какой-то дури накинулась гигантская крыса. Покусала всего, инфицировала ядовитой гадостью. Едва отбился резотроном. Затем экстренный отдых у костра чудесным образом удалил ядовитую дрянь из организма.
После покупки сокровенного свитка Джон разместился перед костром Храма Огня.
— Всё не теряешь надежды? — Удручённый Воин спросил с кривой улыбкой, он не сходил с насиженной груды развалин и с циничным видом отслеживал деятельность каждого местного проклятого мертвеца, включая Джона. — Завидую я вам, мечтателям. Когда-то меня тоже вела дорога оптимизма. А потом мне прострелили колено, отчего я упал в вонючее болото Чумного Города и повторно погиб. Когда я возродился, я стал мудрей. Я осознал, что беготня за несбыточной надеждой приводит к бессмысленным мукам и к бессмысленным лишениям. И никакой иной пользы от неё нет.
— Страдания это часть жизни. В нашем положении нет выбора. Мы не имеем права сдаваться, — Джон проговорил и ментально соединился с костром.
— Ох, как ты ошибаешься, — Удручённый Воин уныло хохотнул. — Поражение это тоже часть жизни. И самый разумный выход в нашем положении. Ты всегда можешь взять и плюнуть на всё.
— И постепенно опустошится, — Джон раскритиковал приведённую точку зрения.
— Думаешь, тебя это по-настоящему обойдёт стороной? — Удручённый Воин приподнял брови. — Не обойдёт. Рано или поздно, мы все будем полыми. Знаешь, возможно это не так уж плохо. Опустошится. Сладостное спасение. Тогда наш гадкий мир заиграет другими красками. Всё вокруг станет менее понятным, а потому более приятным и утешительным. Мы вернёмся в детство. Горе от ума. Блажь в неведении.
— Я откажусь от подобного фальшивого спасения, — Джон с неприязнью отверг и злорадно усмехнулся. — Если у тебя такие чудесные затеи на уме, тогда почему ты до сих пор здесь просиживаешь штаны? Почему бы тебе не поторопиться и влиться в ряды полых?
Удручённый Воин уязвлено оскалился, сжав кулаки в раздражении. Он ничего не ответил, отвернулся и депрессивно ушёл в себя.
Воцарилась восхитительная тишина.
Джон вернулся к своим делам. Он потратил 6208 несубъектных душ и поднял шесть уровней. Его светлая душа достигла 15 уровня, если пользоваться лексиконом игры, от которого он не спешил отказываться. Один новый уровень был выделен для повышения общей предрасположенности к магии (учёность). Тем самым Джон прокачал ауру и разблокировал третий слот свитка заклинаний. Другие пять новых уровней влились в интеллект.
С чем произошла крайне весомая прибавка к интеллектуальным способностям. Такая кардинальная перемена развеяла прежде незаметный вязкий смог, который обволакивал и угнетал разум. В голове начали стремительно проясняться непонятные взаимосвязи и развёртываться причинно-следственные нити. Квази-живой мозг пронзили каскады свежих идей и пониманий. Джон воспринял мир с обновлённой потрясающей перспективы.
Несколько часов спустя Джон сотворил Стрелу Души, используя свиток в качестве батарейки. Никакой иной поддержки свиток не предоставил. Джон опирался на силу мысли и силу воли. Напрямую сотворил магический конструкт. Где-то за десять минут. Отныне Джон мог всерьёз претендовать на репутацию полноправного мага.
Затем он сходил в Руины Нового Лондо и попробовал договориться о приобретении третьего свитка Стрелы Души. Рикерт ещё эмоциональней посетовал на катастрофический дефицит ресурсов, решительно затребовал 15000 несубъектных душ и упёрто отказывался сбавлять цену. Джон обалдел от такой дикой инфляции и тактично удалился, пообещав подумать над всем.
«И так сойдёт», Джон рассудил и снова отправился фармить несубъектные души.
Дополнительный интеллект благоприятно сказался на управлении магической энергией. Джон стал создавать более эффективные магические конструкты. Убийство того полого солдата с треугольным щитом теперь уложились всего лишь в три Стрелы Души.
Полчаса спустя Джон без всяких происшествий пробился до того места, где прежде остановился. Там в нём заскреблись сомнения. Он сделал перерыв с целью повторно и более тщательно обдумать план действий. Когда он прокручивал в уме разные любительские стратегии и тактики, его вдруг озарило запозднившейся, но всё же по-прежнему великолепной, задумкой.
На волне воодушевления и азарта он обошёл ту вереницу надстроек, которую зачистил. В процессе чего он добывал материалы омни-тулом. Добыча осуществлялась методом эдакой утилизации. В дело пошло снаряжение убитой нежити, посуда, мебель, всё и вся. В руки лёг увесистый ящик. Данный ящик Джон подобрал в одной двухэтажной надстройке, намериваясь складывать вовнутрь обработанные блоки материалов. В конце этой активности Джон разместился в одном уютном помещении и занялся работой.
С помощью инженерного виртуального интеллекта и накопленных познаний Джон спроектировал комплект многослойной лёгкой брони, применяя технологии двадцать первого века и продвинутой космической эры. Джон избрал дизайн в стиле средневековья, поскольку ему хотелось поменьше выделяться в Храме Огня. Прочие паломники часто смотрели на него несколько озадачено. Мини-сборщик сконструировал все элементы брони за считанные часы.
Опытный образец брони весил смешные три килограмма. Он предоставлял превосходную защиту от физических атак. По общей степени защиты эта броня лишь на 30% уступала стальным рыцарским латам.
Данная броня была сделана из филигранного сочетания животной кожи, керамики, древесины, животной шерсти, алюминия, меди, железа и другого случайного барахла. Металлы применялись совсем чуть-чуть. Омни-тул наколдовал из всей этой сборной солянки модульную реактивную кожу, наноструктурированную керамику с памятью формы, армированные углеродные нановолокна, всякие cверхлегкие композитные материалы, интерметаллидные сплавы с переменной плотностью и другие заумные полезные комбинации.
Очень высокая мобильность. Высокий комфорт. Приличная устойчивость ко влаге, ко огню и ко многим иным вредящим воздействиям. Хитроумная вентиляция. Гурьба преимуществ. Минимум недостатков.
«Прекрасно», Джон был удовлетворён конечным изделием и поспешил переодеться.
Облачение в броню продлилось полчаса. Старую морально устаревшую одежду Джон беззаботно скинул с балкона в Нижний Город Нежити. Её моментально разодрали и зачем-то съели облезлые зомби-собаки.
«Поганые псины», Джон чуток обиделся.
Теперь на нём был коричневый головной убор — шлем с полумаской и без забрала. И коричневый нагрудник — гибрид жилета и куртки, стёганная кираса. И коричневые наручи с керамо-метилческими защитными пластинами для блокирования. Правый наруч обладал особым устройством, в него влезал браслет омни-тула. И тёмные поножи — просто штаны с карманами. И коричневая обувь — кожаные ботинки.
Перевязь и ремень тоже поменялись на совершенные аналоги. Рюкзак остался прежний.
«Вроде бы всё отлично сидит и функционирует», Джон размялся, не заметив проблем с подвижностью и дискомфортом.
Он подобрал колдовской посох со стены и уставился на тот в растерянности. Даже с долей самокритики. После того, как он поумнел, его донимали определённые мысли. Зачем ему сдалась какая-то магическая палка, когда он может изготовить огнестрельное оружие?
«Но это же магия», Джон подумал ревностно, тоскливо и жадно.
Потом он подумал про преимущества современного оружия. А потом подумал, насколько крутой и интересной являлась магия. Потом он снова подумал про преимущества современного оружия. А потом снова подумал, насколько крутой и интересной являлась магия. Потом он опять подумал про преимущества современного оружия. А потом опять подумал, насколько крутой и интересной являлась магия… Голова пошла кругом. Мысли и эмоции завертелись замкнутым циклом.
В пучине грандиозного чувственного и интеллектуального кризиса в сознании вспылили и нравоучительно прогремели золотые слова учителя: «Если какая-то вещь справляется со своей работой, значит всё нормально. Ничего не трогай». Настолько высокоразвитый жизненный принцип. Наставления Рикерта мигом вывели Джона из ступора и зарядили трансцендентным просветлением.
— Сдался мне этот огнестрел. Честно говоря, Волшебство Души без того покрывает все мои текущие потребности, — Джон отринул тлетворные искушения. — Огнестрельное оружие потребует от меня постоянно клепать патроны. Патроны будут заканчиваться. Мне придётся взаимодействовать с ненадёжным чёрным порохом из тех огненных бомб. Очищать постоянно. Что если я взорвусь? Волшебство Души, между тем, не может взорвать меня. И оно не является чем-то слабым. И в некотором смысле обладает бесконечными патронами. Три Стрелы Души уже превращают металлические щит в кусочки шлака. А что будет потом? Дальше мою магию ждёт только прогресс. Когда-нибудь и одной Стрелы Души хватит!
«Вот так вот. И, на одну минуточку, я непрерывно вкалывал ради магии грёбаные два месяца. Почему я должен вычёркивать магию из своей жизни? Ещё чего», Джон возмущено фыркнул, после чего гордо вызывал голографические часы и проверил текущее время, желая сориентироваться и избрать оптимальную последовательность действий.
Часы омни-тула подсказали ему, что перезапуск петли должен был состояться примерно через три часа. Предостаточно времени для последующих странствий. Нужда отступать для передышки в Храм Огня отсутствовала.
После короткой психологической настройки Джон затаился, пригнулся и скрытой манерой углубился в Верхний Город Нежити. Полые воины и оборванцы отныне не представляли для него критической угрозы. Практически наловчился разбираться с ними.
Даже тогда, когда эти недоноски спонтанно сбились в толпу и попытались зарезать Джона, который на фоне лёгких побед наполнился высокомерием и оттого стал поспешным, ему удалось отбиться и выйти сухим из воды. Новенькая броня отлично выдержала многочисленные удары. Безмозглым полым не хватило ума для того, чтобы бить по уязвимым местам. Допустим, по той половине лица, какую не прикрывало шлемом. Им удалось окружить и повалить зазевавшегося Джона на полы. Он стал неуклюже отмахиваться резотороном и помаленьку перебил всех обидчиков.
Его навороченная броня совсем немногим уступала рыцарским латам, которые было невозможно повредить без должной техники, без достаточной физической силы и без качественного оружия. Низкосортный сумасброд в такой деятельности никогда не преуспеет. Полые дурни едва-едва сумели проделать царапины, трещинки, вмятины и неглубокие дырочки. Ремонтный луч махом исправил все эти досадные непотребства.
Никаких ран. Внезапный налёт полой толпы в первую очередь причинил моральный ущерб. И перепугал Джона до чёртиков. Уязвил чувство собственной важности. И вымотал запас выносливости. Джону потребовалось десять минут на передышку.
— Фьуух, — Джон с огромным облечением выдохнул. — Что за срань это была... Ладно, неважно. Все тягости позади. Нельзя тут задерживаться без толку. Пойду-ка я дальше. Впредь буду внимательней и скромней.
Джон миновал несколько надстроек и аккуратненько перебил десятки мертвецов. Затем он с любопытством остановился напротив мистической светло-серой дымной завесы, которая наполняла и закрывала собой проход в одно из помещений надстройки, стоявшей вдоль избранного пути.
«Ого. Моя первая туманная стена», Джон изумился и потыкал в нём пальцем, ощущения напоминали снег.
Из магического туманного полотна тихонько доносились неразборчивые шепчущие голоса. Джон не струхнул и уверено прошёл сквозь символическую преграду. Ему будто бы пришлось проталкивать себя сквозь вязкую холодную жидкость. Никакого вреда завеса не причинила. Туманная стена существовала для того, чтобы замедлять путников и скрывать пространство за собой от обозрения.
Помещение за туманной стеной было безлюдным и безопасным. Джон заранее убедился в этом, для чего он воспользовался обычными окном надстройки. В пространном помещении хранились бочки, ящики, кувшины и мешки. Некая кладовка.
«Занятно», Джон пронаблюдал за тем, как туманная стена осыпалась и пропала.
Далее он без труда пробрался через кладовку, вслед за чем очутился на следующей половинке текущего маршрута.
Северо-восточная цепь крепостных стен, что протягивалась слева от него, наконец-то прерывалась и уступала место неприкрытому утёсу, принадлежавшему расселине Долины Дрейков. С нового ракурса отлично просматривался великий мост, который возвышался и протягивался над южным микрорайоном Города Нежити. Мост связывал верхние конструкции северо-западной цепи крепостных стен и восточную вершину скальной формации с Уездом Нежити. Опорная стойка размещалась под серединой великого моста. Монастырь Уезда Нежити тоже был отныне доступен для частичного обозрения, но там не прослеживалось ничего примечательного. Проходное зрелище.
Следующая половинка маршрута сплошь состояла из плоских крыш, очерченных каменными оградками. Их соединяло узкими мостиками. Плоскости крыш были заставлены деревянными баррикадами. Ещё крыши обладали разной высотой и чередовались волнами: низина, возвышенность, низина, возвышенность — в подобном духе. На открытых крышах ошивались полые воины с топорами и сторожили полые солдаты с копьями.
С высоты наиболее высоких крыш просторы осматривали полые солдаты с арбалетами. Они заприметили Джона и поприветствовали того арбалетными болтами. Болты кустами воткнулись в его нагрудник, когда тот ненадолго приподнялся и высунулся из укрытия с целью разведки. Из-за столь меткого подарка Джон издал вскрик напуганной девицы, растерял храбрость и дал дёру. Погони не состоялось, к счастью.
Джон оценил урон. Пятёрка железных арбалетных болтов торчала из композитной кожи в области груди. Наконечники не добрались до плоти. Свитки заклинаний не пострадали — перевязь обошлась без повреждений. Джон мыслено восхвалил технологии вселенной Mass Effect, после чего оскорблено отодрал болты и обработал нагрудник ремонтным лучом.
«Кошмар. Как-то слишком много полых солдат и арбалетчиков. Пока рано туда соваться. Буду дальше качаться», он жалобно рассудил, разворачиваясь в Храм Огня.
Через несколько минут он присел у костра. Гипнотическое пламя эстуса рассеяло психологический стресс. Джон пробудился от морока и сосредоточился на насущном.
Вылазка принесла чуть больше 4000 несубъектных душ. Джон без напрасных промедлений инвестировал всё в интеллект, взяв два уровня. Затем он стал кормить свитки заклинаний жгутиками холодного эстуса.
Пока Джон взаимодействовал с костром, старый асторский барон, который не сходил со скамейки вот уже несколько дней, изнывая от печали, неожиданно задвигался. Рыцарь Крови Дракона поднялся на ноги, надел шлем, подобрал щит, вооружился прямым мечом и с суровым видом направился в сторону Города Нежити.
— О-хо-хо, мне знакома эта саморазрушительная решимость, — Удручённый Воин комментировал едким тоном и посмеивался. — Бьюсь об заклад, наш полоумный барон отправился сводить счёты с той огнедышащей ящерицей. Пропащий глупец. Ну и ладно. Зато виверна хорошенько покушает жареным мясом.
Джон проводил падшего рыцаря неоднозначным взглядом. В какой-то мере он ему соболезновал. Но старик собственными руками навлёк на своих последователей погибель. Прошлое не поменяешь. Вдобавок, практической помощи от кого-то вроде Джона все-равно не прибудет. Он слишком некомпетентный советчик и боец. Безнадёжная ситуация. Его глаза только лишь зацепились за треугольный щит рыцаря и сверкнули прозрением.
«Хм, щит?», Джон заинтриговано подметил.
Старый рыцарь постепенно пропал из виду. Джон продолжил заряжать свитки.
«Если у меня будет хороший башенный щит, тогда я полностью прикрою тело и арбалетчики перестанут быть помехой», он констатировал. «Однако у меня посредственная физическая форма. Я итак таскаю с собой рюкзак, посох и три килограмма брони. Деревянные и тем более металлические башенные щиты мне не подойдут — слишком тяжёлые бандуры. Буду передвигаться в манере хромой черепахи. Да и хилая рука не удержит башенный щит надолго. Эх. Тогда надо вкладываться в развитие физической силы и выносливости? Нет, неразумно распыляться. Я же не Избранный Мертвец, чтобы качать всё подряд без внятной стратегии и все-равно справляться с любыми вызовами судьбы. Следует быть реалистом. Я всего лишь случайный человек. Я должен фокусировать усилия на одном единственном билде. Тут выбор уже сделан. Я захотел стать магом. Собираюсь быть мастером Волшебства Души. Не могу позволить себе переобуваться».
«В таком случае какие варианты? Наверное просто стоит сконструировать облегчённую разновидность башенного щита собственными руками», Джон почесал подборок в задумчивости. «Пожалуй так».
В уединённой обстановке он попытался проработать различные опции с помощью инженерных программ омни-тула и ориентируясь на материалы средневековья. И ничего дельного не сообразил.
Все тестовые модели получались каким-то избыточно тяжёлыми. Для тощего и немощного Джона.
«Данный проект не будет лёгким», Джон подытожил и свернул голограммы с разочарованием.
Ему не хватало инженерной квалификации, разборчивости в материаловедении и в тонкостях фабрикации, чтобы спроектировать по-настоящему лёгкий башенный щит.
Вскоре случился перезапуск временной петли, поэтому Джон отложил второстепенные дела и пошёл снова фармить души. Джон предполагал, что застанет старого рыцаря по пути, но тот в итоге так и не подвернулся. И виверна не проявляла в Городе Нежити никакой заметной активности. Низшая драконица непонятно где гнездилась и непонятно чем занималась. Может её давно прибили?
Когда Джон снова ступил на территорию Храма Огня, на его балансе накопилось 4500 несубъектных душ: туда входили новые души и старые остатки.
В новой сессии взаимодействия с костром ему едва хватило средств на подъём двух уровней. Увеличение массы его светлой души означало, что каждая последующая прокачка будет обходиться всё дороже и дороже предыдущей. Джон наконец-то ощутил практическое влияние незыблемой аксиомы. Покончив с этим, Джон посвятил свободные часы учебным материалам омни-тула.
Через какое-то время произошла ещё одна вылазка в Верхний Город Нежити. Полый солдат, обожавший прикрываться щитом, в этот раз впервые погиб от двух Стрел Души. Контроль над иллюзорными массами души прогрессировал. В конце Джон поднял ещё один уровень и снова стал грызть гранит науки.
Позже Джон решился ещё на пару вылазок, что дало три уровня. Теперь с точки зрения игровой механики интеллект равнялся 25 единицам, когда как уровень светлой души дорос до 23.
«Прекрасно. Как хорошо быть умным», Джон наслаждался своей эволюцией, обхватив затылок руками с неким чувством превосходства.
Проект по разработке легковесного башенного щита утратил гнетущий ореол сложной задачи. Джон сгенерировал перспективные чертежи. В ходе последней вылазки он уделял особое внимание мебели из сосновой древесины. С деталей такой мебели он по сусекам соскребал засохшую сосновую смолу. Детали просто-напросто измельчались, из полученных гранул извлекались частички смолы. Одновременно с этим Джон немного набрал вторичные материалы для работы.
В результате удалось синтезировать высококачественный поликарбонат и вспомогательные композиты, на основе которых мини-сборщик скомпилировал особо прочный прозрачный пластмассовый щит прямоугольной формы.
Пятьдесят сантиметров ширины, сто десять сантиметров высоты и один сантиметр толщины. Вес: полтора килограмма. Дизайн был в какой-то мере вдохновлён полицейским щитами для разгона беспорядков.
«Всё это несомненно привлечёт кучу нежелательного внимания, но пусть все идут в задницу», Джон высокомерно подумал. «И как ещё мне выживать и двигаться вперёд?».
Этот башенный щит был способен блокировать арбалетные болты и удары холодным оружием. Прозрачность позволяла не терять из виду дорогу и врага перед собой, когда пользователь прикрывался и блокировался.
Далее Джон ознакомился с многочисленными учебными пособиями, роликами, проконсультировался с виртуальным интеллектом, который специализировался на самообороне и боевых искусствах, и провёл дюжину компьютерных симуляций, что помогло ему выработать эффективное теоретическое представление о том, как лучше всего прикрываться щитом и при этом бить резотроном.
На следующей вылазке Джон с энтузиазмом опробовал пластмассовый щит в одиночных схватках с полыми оборванцами и с полыми воинами. Полевые испытания приходили лучшим образом.
В одном поединке Джон схлестнулся с полым солдатам. Полый солдат стал отличным учебным противником. В этой схватке полый солдат тщетно и почти со слезами на глазах колотил прозрачный щит мечом. Он в состоянии замешательства не понимал, почему его удары никак не достигали цели. Он действовал будто насекомое, которое долбилось рожей в стеклянное окно, пытаясь вылететь на улицу. Такую удобную возможность упускать было нельзя. По столь удачному поводу Джон отложил колдовской посох и временно переключился на резотрон.
Джон никуда не торопился. В длительной стычке он на практике реализовал различные защитные техники. Он тщательно анализировал движения противника и оттачивал собственные движения. На лету вырабатывал наиболее удобные, безопасные и продуктивные алгоритмы действий. Усовершенствованный полуживой мозг бурлил активностью. Разум порхал как бабочка и жалил как пчела.
Естественно, Джон многократно совершал ошибки. Но последствия были терпимыми — продвинутая кожаная броня выручала. Когда Джон наигрался с полым солдатом, он проткнул того резотроном. Полый солдат замахнулся для режущей атаки, открылся и поплатился.
От длительного блокирования левая рука Джона выбилась из сил и едва-евда держала щит. Мышечная система руки была напрочь выжата. Лишь после того, как Джон испил эстуса, мышцы пришли в норму. С чем начался полноценный процесс восстановления выносливости. Разобравшись с этим, Джон отремонтировал частично пострадавшие элементы брони и лицевую поверхность щита, пестрившую несколькими царапинами, колотыми и рубящими углублениями.
Убив полого солдата, Джон иступлено вспомнил о том, что с подобных мобов в игре вообще-то выпадали осколки титанита. А это крайне полезный ресурс даже для читера вроде него. Следовательно, труп полого солдата следовало обыскать. Джон не являлся каким-то немытым варваром, поэтому изволил воспользоваться сканером.
Омни-тул легко обнаружил в дранном подсумке мертвеца камушек, состоявший из неизвестного аномального минерала. Джон вытащил осколок титанита из подсумка, с интересом посмотрел и пощупал тот.
«Что-то вроде расколотой металлической руды», Джон довольно рассудил и кинул камушек в рюкзак. «Потом пригодится для укрепления и улучшения снаряжения. Тут кузнец Григс снова пригодится».
Успешный эксперимент придал Джону вдохновения и героической отваги, поэтому он решил рискнуть зачистить вообще всю половинку маршрута с помощью новенького щита и резотрона. Делалось это для последующей тренировки. Стрелы Души в рамках тренировки стали применяться только для борьбы с гранатомётчиками и с особо крупными скоплениями полых мертвецов. Охота на полую нежить в подобном виде была заметно трудней, но на фоне всех приготовлений Джон объективно не мог пасть лицом в грязь. Он не столкнулся с критическими испытаниями. Рискованная тренировочная вылазка завершилась без драмы. Джон повторил вылазки подобного рода четыре раза, усовершенствовал и закрепил навыки.
За пять вылазок он в результате раздобыл 20000 несубъектных душ. Весь объём средств пошёл на финансирование прокачки. Джон получил ещё четыре уровня. На балансе, со всеми остатками, осталось свыше 3600 несубъектных душ.
— Откуда ты достал этот странный прозрачный щит? — Удручённый Воин наконец-то озвучил недоумение. — Прозрачный щит. Где такое видано? Что ли из стекла сделан? Да как этот вздор вообще работает?
— Подарили на день рождения, — Джон уклонился от ответа.
— Низкосортная ложь, — Удручённый Воин опроверг и заметно огорчился. — Хорошо, храни свои мелочные секретики, горемыка. Уверен, тебя все-равно скоро кто-нибудь попробует ограбить. Шляешься по Лордрану с настолько чудным щитом. Ты явно ищешь неприятности. Воры убивают за меньшее, — Удручённый Воин предупредил и злорадно посмеялся.
Сразу после этой неприятной реплики из промежуточной пристройки церковного сооружения Храма Огня к площадке костра вышел Петрус из Торолунда. Он вряд ли услышал состоявшуюся болтовню, но столь своевременный приход все-равно показался каким-то дурным предзнаменованием.
— Добрый день, уважаемые паломники. Я же вам не помешал? — Петрус учтиво поинтересовался, не прекращая шаг. — Если нет, то не обращайте внимания. Я всего лишь пришёл пополнить фляжку эстуса.
— Она пуста? Как же так? — Удручённый Воин притворно драматизировал. — Не уж то вы её всю выпили, ваше святейшество? Ради исцеления праведной плоти? Что приключилось? На вас напали те кувшины?
— Не бойтесь, мой друг, — Петрус не смутился. — Я нисколько не пострадал. Боги берегут этого верного прислужника. Просто мне стало… несколько скучно. Поэтому я действительно всё выпил, чтобы скрасить моменты одинокого ожидания. Ах, как я устал. Когда же мои дорогие спутники наконец-то доберутся до этой святой божественной земли?
— Признаться, к вам каждые несколько месяцев приходят новые спутники. Куда они все пропадают? — Удручённый Воин нахмурился, явно почуяв подвох.
— Я лишь маленький незначительный проводник. Мои товарищи исполняют собственные священные миссии. Наши пути неизбежно расходятся. Вся во имя высшего замысла. Так мы исполняем небесные приказы достославного Всеотца Ллойда, истинного законного верховного божества, — Петрус произнёс высокопарной интонацией, после чего опустился к костру с пустой фляжкой. — Мы лишь заблудшие дети, нуждающиеся в наставлении сакральной силы. Мы ведомые Белым Путём...
— Да-да, мы скудоумная паства богов. У каждой навозной букашки и помойной крысы есть великое предназначение, — Удручённый Воин быстро устал от Петруса, поэтому перебил того, замолчал и включил режим игнорирования.
Петрус мирно заполнил фляжку эстуса, в рамках чего как бы невзначай прошёлся глазами по снаряжению Джона. Его пристальный взгляд очень долго не покидал прозрачного башенного щита. На лице замаскированного разбойника, который сейчас лицемерно прикрывался маской сердобольного праведника, проскользнули тени удивления, растерянности, зависти, жадности, злости и азарта.
— Оох, когда же мои спутники наконец-то появятся? — Петрус с умоляющим видом посмотрел на небеса, устремив туда раскинутые руки. — Пойду помолиться ради их блага.
«Что-то он меня напрягает», Джон поёжился.
Однажды Джон покинул Храм Огня. Петрус за ним не проследовал, что знатно успокоило нервы. Джон выдохнул с огромным облегчением и собрался с мыслями. В этот раз Джон планировал перейти на штурм второй половинки маршрута и пробиться до следующего костра. Ощущения убеждали его в том, что он в приемлемой степени овладел поликарбонатным щитом. Вряд ли его снова подстрелят.
Джон уверенной и последовательной манерой добрался до промежуточной кладовки, после которой прерывалась северо-восточная цепь крепостных стен и начиналась вереница сооружений с открытыми крышами и баррикадами.
К приятному удивлению, он обнаружил в помещении кладовки того самого старого рыцаря из Ордена Крови Дракона. Кажется, тот тоже собирался пойти в сторону опорной стойки великого моста. Иначе почему он стоял спиной к Джону? Почему он был повёрнут корпусом к дверному проходу, который уводил дальше на юг Верхнего Города Нежити? Наверно тоже продумывал план штурма? Джон порадовался и инертно решил, что ему несказанно повезло. Если они объединят усилия, тогда полые солдаты вообще не будут никаким препятствием.
«Надо поговорить с ним», Джон решил.
— Добрый день, сэр рыцарь! Какая хорошая встреча! — Джон оптимистично заговорил со стариком.
В ответ раздалось сдавленное мычание вместе с хриплым рычанием. Старый рыцарь повернулся. Забрало его шлема было опрокинуто, поэтому Джону получил возможность рассмотреть иссохшее мумифицированное лицо старика, который расхаживал с отвисшей челюстью. Его глаза полностью побелели как у слепого. В мимике не прослеживалось ни капельки разумности.
«Нет-нет-нет-нет!.. Как же так!? Чёрт побери! Он же обратился полым!», Джон опешил и в страхе отшагнул.
Полый рыцарь ловко закрепил треугольный щит за спиной, взял прямой меч в две руки и двинулся на Джона с намерением убивать и поглощать души.
Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.