Операция «Олень на льду», или Тайный Санта высшего общества

      Субботнее утро в спальне девочек Слизерина началось не с будильника, а с того, что заколдованное зеркало Пэнси Паркинсон начало вслух критиковать цвет лица каждого, кто проходил мимо.       — Гермиона, если ты еще раз наденешь этот свитер цвета «уставшего докси», я лично сожгу его в камине и скажу Драко, что это был несчастный случай на Зельеварении, — заявила Пэнси, накладывая на ресницы заклинание «Распахнутого взгляда».       Гермиона, полулежа в своей кровати под балдахином из изумрудного шелка, лениво перевернула страницу каталога «Элитные артефакты и где их прятать».       — Пэнси, этот свитер из шерсти гималайского ети. Он стоит больше, чем весь гардероб Уизли вместе взятый. И он уютный.       — Уют – это оправдание для тех, кому не хватает стиля, — отрезала Дафна Гринграсс, выходя из ванной комнаты в облаке пара и аромата роз. — Но сегодня нам не до уюта. Нам нужно в Хогсмид. Мешок Истинного Безумия не будет ждать. Если я не найду подарок для Лонгботтома, он превратит мои туфли в жаб, а я очень люблю эти туфли.       Гермиона вздохнула и села. Быть чистокровной наследницей на Слизерине означало, что даже поход за подарками превращался в стратегическую операцию.       — Ладно. План такой: сначала в «Шапку-невидимку» за шелком, потом в «Зонко» за чем-то, что заставит Тео замолчать хотя бы на час, и в конце в антикварную лавку. Мне нужно найти то самое для Драко.       

***

      Хогсмид встретил их колючим снегом и толпами студентов. Девушки шли по главной улице, словно маленькая армия в меховых мантиях. Проходящие мимо гриффиндорцы инстинктивно прижимались к стенам магазинов, не из страха перед темными силами, а из опасения, что Пэнси высмеет их шарфы.       — Смотрите, — Дафна указала на витрину «Зонко». — Там Блейз и Тео. И они... они пытаются украсть ростовую фигуру дементора?       Внутри магазина царил хаос. Теодор Нотт пытался засунуть в свой бездонный карман огромную коробку «Навозных бомб с ароматом свежескошенной травы», а Блейз спорил с продавцом о том, можно ли использовать «Икающую карамель» как средство для похудения.       — О, девчонки! — Тео радостно замахал рукой, едва не сбив полку с «Кусачими тарелками». — Гермиона, скажи своему парню, что подарок для Уизли нельзя покупать в отделе «Уцененные проклятия». Он хочет подарить ему ложку, которая поет гимн Малфоев каждый раз, когда касается супа. Это же жестокое обращение с рыжими!       — Драко просто пытается следовать инструкции Мешка, — отозвалась Гермиона, уворачиваясь от пролетающей мимо фейерверочной шутихи. — Ему нужно научить Рона этикету. Поющая ложка – это... радикально, но эффективно.       — А что вы здесь делаете? — Пэнси подозрительно прищурилась на прилавок с новинками. — Ищете способы опозориться на Рождество?       — Мы ищем «Перья для письма правдой», — заговорщицки прошептал Блейз. — Мешок выдал мне задание: «Узнать, что на самом деле думает Невилл о слизеринцах». Я планирую подбросить ему это перо на Гербологии.       — Блейз, ты идиот, — констатировала Дафна. — Если он напишет правду, ты будешь плакать в подушку неделю.       — Давайте протестируем! — воскликнул Тео, хватая одно из золотистых перьев. — Вот, Пэнси, напиши что-нибудь. Первое, что придет в голову!       Пэнси фыркнула, выхватила перо и на клочке пергамента быстро нацарапала:       

«Я считаю, что Блейз Забини – самовлюбленный павлин».

      Но как только она закончила, перо само дернулось и дописало:       «...но у него такие потрясающие скулы, что иногда я хочу покусать его за плечо».       Наступила тишина. Секунда, две, три... Блейз медленно расплылся в самодовольной ухмылке. Тео согнулся пополам от беззвучного смеха. Дафна элегантно прикрыла рот ладонью.       — Это... это бракованное перо! — взвизгнула Пэнси, краснея до корней волос. — Оно лжет! Оно... оно под воздействием темной магии!       — Конечно, дорогая, — Блейз сделал шаг к ней, поправляя воротник мантии. — Темная магия моих скул – это серьезное обвинение. Покусать, говоришь?       — Я тебя сейчас превращу в табуретку и буду на тебе сидеть! — Пэнси выскочила из магазина, едва не снеся дверью Гарри Поттера, который как раз заходил внутрь.       — Э-э, привет? — Гарри поправил очки. — Что это с ней?       — Правда глаза колет, Поттер! — крикнул Тео, вытирая слезы от смеха. — Кстати, Драко тебя искал. Хотел спросить, какой тип соуса Уизли предпочитает больше всего: тот, который трудно отстирать, или тот, который выглядит как грязь?       Гарри вздохнул.       — Передай Малфою, что Рон предпочитает тип «очень много».       

***

      Оставив парней развлекаться с дементорами и скулами, Гермиона и Дафна направились в «Антикварные редкости семьи Борджиа». Это было место не для всех, здесь пахло старой бумагой, пылью веков и легким привкусом опасных чар.       — Ты уверена, что хочешь купить ему часы? — спросила Дафна, рассматривая витрину с проклятыми кольцами. — Это же Малфой. У него их коллекция.       — Это не просто часы, — Гермиона подошла к прилавку, где под стеклом лежали изящные золотые часы на цепочке. На циферблате не было цифр – только надписи: «Время для чая», «Время для сарказма», «Время для чтения» и... «Время для поцелуя».       — Они зачарованы так, что стрелка указывает на то, что владельцу необходимо сделать в данный момент для душевного равновесия, — пояснила Гермиона. — Мешок сказал: подарить то, что заставит его сердце биться быстрее. Если стрелка укажет на «Время для поцелуя», когда я буду рядом...       — ...то его аристократическое сердце выпрыгнет из груди от смущения и восторга, — закончила Дафна. — Грейнджер, ты гений. Коварный, слизеринский гений. Драко будет в восторге. Или в ужасе. Скорее всего, и то, и другое.       Когда они вышли из лавки, Гермиона прижимала к себе коробочку, обернутую в серебристую бумагу, но её мысли прервал громкий крик с другого конца улицы.       Там, возле «Трех метел», разворачивалась картина маслом. Драко Малфой стоял посреди сугроба, удерживая за шиворот Рона Уизли. Рядом стоял Живоглот, который почему-то был одет в крошечный зеленый слизеринский шарфик.       — Уизли, я повторяю последний раз! — кричал Драко, пафосно поправляя свои идеально уложенные волосы. — Рыба естся специальным ножом! Если ты еще раз скажешь, что «руками удобнее», я заставлю тебя переписывать устав Малфой Мэнора на туалетной бумаге!       — Малфой, отцепись! — Рон пытался вырваться, в одной руке сжимая пакет с сахарными перьями. — Какая рыба? Мы в Хогсмиде! Тут только сливочное пиво и сосиски!       — Сосиски – это не повод забывать о достоинстве! — Драко заметил подошедшую Гермиону и мгновенно преобразился. Его лицо смягчилось, а голос стал на октаву ниже. — О, Гермиона, любовь моя. Ты вовремя. Объясни своему... другу, что этикет – это не пустой звук, а залог выживания цивилизации.       Гермиона подошла к ним и нежно поцеловала Драко в щеку.       — Драко, оставь Рона в покое. У него Рождество. Пусть ест сосиски как хочет.       — Но Мешок! — Драко в отчаянии указал на небо. — Он следит! Если Уизли не научится пользоваться салфеткой до среды, я начну кукарекать! Ты хочешь себе парня-петуха, Грейнджер?       Гермиона прыснула со смеху, представив Драко в перьях.       — Я думаю, тебе даже это пойдет, Малфой. Будешь самым породистым петухом в Хогвартсе.       — Очень смешно, — Драко притянул её к себе за талию, игнорируя фырканье Рона. — Ладно, Уизли, живи до завтра. Но завтра в Большом зале я жду тебя с вилкой. И не вздумай чесать ею спину!       — И не мечтай! — буркнул Рон, убегая в сторону Гарри.       — Ты нашла подарок? — тихо спросил Драко, утыкаясь носом в волосы Гермионы. — Я схожу с ума. Тео подарил мне «Книгу анекдотов про чистокровных», и я боюсь, что Мешок засчитает это как оскорбление моих чувств.       — Нашла, — улыбнулась Гермиона. — Но тебе придется подождать. Поверь, это будет... незабываемо.       В этот момент мимо них пронесся Блейз Забини, преследуемый разъяренной Пэнси Паркинсон, которая на ходу превращала снежки в ледяные кинжалы.       — ЗАБИНИ! ВЕРНИ ПЕРГАМЕНТ, ИЛИ Я РАССКАЖУ ВСЕМ, ЧТО ТЫ ТАЙНО СЛУШАЕШЬ МАГЛОВСКУЮ ГРУППУ «ABBA»!       — DANCING QUEEN – ЭТО МОЙ ГИМН, ПЭНС! — донеслось в ответ.       Гермиона рассмеялась, прижимаясь к Драко. Рождество определенно обещало быть веселым. На Слизерине никогда не было скучно, но этот год превзошел все ожидания.       — Пойдем внутрь, — сказал Драко, уводя её к теплу камина. — Я слышал, Тео собирается заколдовать омелу так, чтобы она гонялась за людьми по всему замку. Нам нужно занять стратегическую позицию.       — Под омелой? — лукаво уточнила Гермиона.       — Исключительно в целях безопасности, — серьезно кивнул Драко, но в его глазах плясали озорные огоньки.       Второй день подготовки к Рождеству закончился.