Разница между хорошим и плохим

Ребёнок снова исчез. Тони выругался про себя. Он всё ещё видел другого мальчика на кухне, но Питера нигде не было. Этот парень действительно умел убегать как никто другой! Оглядываясь по сторонам в надежде увидеть своего ребёнка, он заметил другого мальчика, который стоял с сумкой на плече и кого-то ждал. Его мама работала где-то на этом этаже. Тони тихо спросил у Пятницы, в какой кабинке её можно найти. Когда Пятница показала ему дорогу, он направился прямо в ту кабинку, как будто именно ради этого и оказался на этаже. В кабинке он увидел миссис Лидс, которая явно была расстроена, и мистера Дэниелса, начальника смены на этом этаже. Даже не услышав их разговор, Тони сразу понял, что что-то пошло не так. — Мистер Старк! — Эдвард Дениелс был удивлён, увидев своего босса и владельца СИ. — Какая честь, сэр. Тони не нравился этот человек. Он не знал почему, но сразу почувствовал, что сделает всё, лишь бы больше никогда его не увидеть. Однако в данный момент он мог быть полезен. — Дэниелс, рад тебя видеть. — Тони кивнул, но его внимание было приковано к женщине. Она выглядела так, будто вот-вот расплачется, и обычно в такой ситуации он бы ретировался. Быстро. Но по какой-то причине, а может, из-за того, что ему не нравился Дэниэлс, он этого не сделал. — Что случилось? — спросил он, переводя взгляд с мужчины на женщину. — Ничего, сэр. Не о чем беспокоиться. Чем я могу вам помочь? — Дэниелс даже не взглянул на женщину в кабинке и не попытался представить её Тони. — Мне так не кажется. Миссис Лидс, я полагаю? — Он повернулся к ней и дружелюбно улыбнулся. Женщина подняла глаза, явно удивлённая тем, что владелец фирмы, в которой она проработала десять лет, знает её имя и лицо. — Мистер Старк? — Можете объяснить, что здесь происходит? Она посмотрела на Дэниелса, потом снова на Тони, и он увидел, что она борется с собой. Что-то произошло, и хотя он не хотел в этом участвовать, ему было любопытно. Обычно он не видел своих сотрудников со слезами на глазах. — Она снова привела сына на работу. Но я позаботился об этом, сэр. Вам не о чем беспокоиться. Тони не нравилось, когда люди говорили, не дожидаясь вопроса, и особенно не нравилось, когда он сам задавал вопросы другим. — Мисс Лидс? — Он снова обратился к ней, стараясь не обращать внимания на мужчину рядом с ним. Она медленно кивнула и с трудом сглотнула. — Да. Простите, сэр. Я знаю, что это против правил, но у меня не было другого выбора, и я думала, что всё будет в порядке. Нед не выходил никуда, кроме кухни, и то всего на несколько часов в день. Я правда думала, что в этом не будет ничего страшного. — Ничего страшного? Эленор, ты же знаешь, что в СИ мы работаем с секретными данными и… — Дэниелс начал заводить шарманку но Тони покачал головой. Когда он поднял руку, Дэниелс замолчал и удивлённо посмотрел на него. — Сэр? Всё в порядке? Тони снова обернулся, подошёл к Дэниелсу и положил руку ему на плечо, как будто они были друзьями. Затем он вывел Дэниелса из кабинки. Он улыбнулся, когда они вышли в общий коридор. Он всё ещё видел парня, стоявшего на кухне, но на этот раз парень увидел его, и его глаза с каждой секундой становились всё больше. Тони почти слышал, как тот говорит что-то вроде: «Боже мой!» Парень явно был впечатлён его появлением. Почему Питер не мог быть таким, как этот ребёнок? Всё было бы намного проще! — Сэр, я... — Оставайся снаружи, понял? Я хочу поговорить с миссис Лидс, и я чувствую, что ты нам не помогаешь. Так что убирайся. А теперь иди и займись чем-нибудь важным, — Он снова повернулся и вернулся к миссис Лидс, которая начала собирать вещи. Тони сразу понял, что произошло. — Вас уволили за то, что вы привели сына на работу? — Тем не менее он спросил. Он знал правила. Они с Пеппер обсудили каждое из них. Они были нужны, чтобы не допустить воровства и обеспечить безопасность на рабочем месте. Они были полезны. Он не знал, что их будут использовать для наказания его сотрудников. Миссис Лидс ненадолго замолчала и кивнула. Она начала перебирать ручки на столе и сортировать их по двум группам. — Это была моя вина, сэр, — сказала она, возвращая одну группу в стакан. — Я знала, что это против правил, но я думала... Нед — хороший мальчик. Умный мальчик. Он учится в одной из лучших школ города, в STEM-школе, и он знает, как себя вести. Я правда думала, что всё будет не так плохо, как сказал вам мистер Дэниелс, — Она положила несколько ручек в сумочку. — Я их не краду. Это был подарок от Неда, и я не позволю держать их здесь. — Я ничего не говорил, — Он был миллиардером. Даже если бы она захотела украсть несколько ручек, он бы подумал, что может себе это позволить. — И Дэниелс тоже ничего не сказал. Я с ним не разговаривал. Она подняла глаза, явно удивленная. — Тогда почему вы здесь? Это был отличный вопрос, подумал он. Это потрясающий вопрос. Он бы с радостью получил ответ, но всё, что у него было, — это женщина перед ним и мальчик, который, как он знал, всё ещё был на кухне и уже заскучал. Может быть, мальчик хотел, чтобы Питер вернулся и они могли больше смеяться и разговаривать, и Тони хотел того же. — Видите ли, — начал он и сделал несколько шагов в её маленькую каморку. Он остановился у стены рядом с её рабочим местом. Она была увешана фотографиями, которые она так и не начала снимать. Несколько секунд он изучал их. На многих фотографиях были её сыновья во время летних каникул. Мальчик был слегка красноватым, и солнечный ожог, который должен был появиться, причинял бы ему боль, но, похоже, ему было всё равно, потому что он широко улыбался. На другой фотографии мальчик стоит на сцене рядом с девочкой, которая держит какой-то приз, и снова мальчик улыбается во весь рот. На другой фотографии мальчик верхом на лошади, и хотя Тони видит, что ему это не нравится, он всё равно улыбается. Улыбается всё время, чёрт возьми! — Ваш сын всегда улыбается, — сказал Тони, рассматривая каждую фотографию. Это было правдой. Он не нашёл ни одной фотографии, на которой не был бы изображён счастливый мальчик. — А почему он не должен? И почему я должна вешать фотографии сына, на которых он выглядит грустным? Или злым? — Я не знаю. Я просто подумал, что удивительно, каким счастливым и довольным он кажется. — А почему он не должен? Вы думаете, я плохая мать? Я не виновата в том, что у нас была неисправная проводка, и даже если бы я знала об этом, я не смогла бы предотвратить пожар. Я не… — Нет, нет! — Тони быстро покачал головой. Он отвернулся от фотографий, потому что ему было больно видеть, как изменилось лицо Питера. В то время как её сын казался всегда счастливым, Питер выглядел как пленник. Он жил в одном из лучших домов в мире и мог заказать всё, что хотел, но всё равно выглядел грустным и одиноким. — Я не это имел в виду. Правда, — Он замолчал, увидев, как сердито смотрит на него эта маленькая женщина. Она была одной из его сотрудниц, не самой важной, но всё же. По её взгляду он понял, что она не отступит. — У меня тоже есть сын, — От одних этих слов у него перехватило дыхание. Прошло много времени с тех пор, как он позволил себе поверить в эту истину: что у него всё ещё есть сын, который живёт, дышит и наслаждается жизнью, как этот вечно улыбающийся мальчик на фотографиях. Миссис Лидс выглядела удивлённой. — Правда? Я этого не знала. — Одна из её рук скользнула по столу перед ней. Он увидел, что она уже собрала несколько маленьких фигурок, которые стояли рядом с монитором. Они были похожи на те, с которыми мальчики проводили время. — Он недавно начал этим увлекаться? Я имею в виду, сколько лет вашему сыну? — Ему 14 лет, и нет, это не недавно, — Он поморщился. — Или да, можно и так сказать. Она ничего не сказала, но он понял, что она о нём думает. У Тони Старка, плейбоя, был сын от какой-то странной женщины, о которой он не знал, и теперь он хотел указывать ей, что делать с сыном. Она не могла так сильно ошибаться! — Его забрали, когда ему было два года, и я нашла его только… несколько дней назад. Рука, которой она водила по маленьким кусочкам бумаги на столе, взлетела вверх и прикрыла её открытый рот. Тем не менее он услышал её беззвучное «О боже!». Он не знал, что и думать. Он ненавидел, когда его жалели. Даже в детстве он не выносил сочувствующих взглядов, которыми его одаривали прохожие, и теперь, став взрослым и заняв руководящую должность, он ничуть не изменился. Но, может быть, пришло время и ему тоже? — Сейчас он живёт со мной в пентхаусе, и… Это непросто... — Ему ещё больше не нравилось чувствовать себя беспомощным. — Я верю. Мальчику, должно быть, тяжело. Вы знаешь, кто его забрал? Были ли это хорошие люди или… Тони вздохнул. — Это сложно, — Это была правда, не так ли? Парень, которого убили, мужчина, которого Питер считал своим дядей, был полицейским, причём очень хорошим и уважаемым. Сразу после инцидента в башне Тони попросил Пятницу собрать для него всю информацию об этом человеке, и он прочитал её в первый же вечер, когда Питер ещё был в тюрьме и получил свой синяк под глазом. Тони был удивлён. Этот человек всегда был на правильной стороне. Хороший полицейский, любимый муж и друг, а потом вдруг всё изменилось. Нет, не всё. Питер по-прежнему любил этого человека, и Тони видел, что тот отлично справился с воспитанием Питера. Может быть, даже лучше, чем справился бы сам Тони. — Понятно, — миссис Лидс села в кресло и начала освобождать стол. Опять же, многие вещи в ящиках не имели никакого отношения к работе, а были связаны с семьёй и приятными воспоминаниями. И с её любовью к сладкому. — Питер… он не хочет быть здесь со мной. Он даже думал, что всё это какой-то план или подстава и что он не может быть моим сыном. Он делает всё возможное, чтобы убедить меня отпустить его и… Она кивнула, даже когда Тони замолчал. Этот парень задел его за живое. Он был совсем один, и Тони хотел быть рядом с ним. Он был зол, и Тони хотел его рассмешить. А потом он замкнулся и не сказал ни слова, и Тони вспомнил тот единственный момент в полицейском участке, когда они оба стояли и смотрели на краску на стене. Это было не так захватывающе, но Тони казалось, что он наконец-то выиграл гонку. Он всё ещё чувствовал, как колотится его сердце, и ему хотелось улыбнуться, но он не мог поверить, что это происходит с ним. — Он пытается сбежать. — Нет! — Она выглядела испуганной и потрясённой. Затем она покачала головой. — Подросток, да? Они самые ужасные, правда! Что он пытается сделать, когда убегает? Вернуться туда, где жил раньше? — Человек, которого он считал своим дядей, умер, так что у него не осталось никого, кроме меня, и я не думаю, что я ему очень нравлюсь. — Тогда добро пожаловать в отцовство, — улыбнулась она, открывая большую коробку шоколадных конфет и протягивая её, чтобы он выбрал одну. Он никогда так не делал. Всем известно, что он не любит, когда ему что-то дают в руки, и не выбирает шоколадку из коробки, которая лежит у неё на столе неизвестно сколько времени. Тони Старк ни за что бы так не поступил. Он взял красную, которая оказалось слишком сладкой, но очень нежной, и она ему очень понравилось. Миссис Лидс выбрала для себя синюю и отпраздновала распаковку, как рождественский подарок. После этого она не спеша наслаждалась тающим во рту шоколадом. — Так что же привело вас сюда? Знаете, я не единственная, у кого есть дети. — Он снова сбежал. — О нет! — На её лице явно читалось сочувствие к нему. Или к его сыну. — Ты его поймали? Прежде чем он успел… ну, попасть в неприятности? Мальчишки-подростки часто так поступают. Серьёзно. Даже если они хотят как лучше, они могут натворить столько бед! — Например, выпрыгнуть из окна? Или побегать по вражеской территории? — Тони фыркнул. Он бы не подумал, что её парень способен на такое, но что касается его самого? Похоже, это был обычный вторник. Её глаза расширились. — Он сделал это? О, вы ему совсем не нравитесь, да? Это задело за живое. На мгновение ему показалось, что он всё неправильно понял и поведение Питера было обычным для подростка. О чём он только думал? Что её пухлый малыш каждый день выпрыгивает из окна? Или пытается пробраться в грузовой лифт? Или он уже спускается с башни, и только Пятница может помешать ему сбежать? Это все ещё задевало. Он знал, что не был хорошим человеком, когда изобретал и продавал оружие. Не он убивал людей с его помощью, но без его оружия никто бы не смог их убить, так что это была и его вина. Это была его красная черта, как говорила Наташа о своей истории. После этого он делал всё возможное не для того, чтобы избавиться от красной черты, а чтобы загладить свою вину. Он знал, что его работа с оружием — это то, что никто никогда ему не простит. Но он всё ещё думал, что изменился и стал лучше. Ради всего святого! Он спас Нью-Йорк от Читаури! В тот день он спас весь мир! Она пристально посмотрела на него. Он не знал, что она хочет от него услышать. — Мне кажется, он меня не знает. — Это понятно, если вы так давно его потеряли. Он знает только то, что читает в газетах, а там в основном не самые приятные отзывы о вас, мистер Старк. Значит, она тоже читала газеты и знала о большинстве его грехов. — Что ж, логично, — подумал он. Он не воспринимал её как женщину, которая так долго на кого-то работала и при этом не знала этого человека. — Я вам тоже не нравлюсь? — Он спросил это не в шутку, а из искреннего любопытства. Миссис Лидс, которая была почти под столом, и он хотел знать, что она там искала, прекратила то, что делала, и снова поднялась. Взгляд, который она бросила на него, был серьезным. — Мне не нравились истории, которые я читал о вас, когда вы были моложе, и я бы не стала работать на вас тогда, но тот человек, которым вы стали сегодня? Я могу уважать его и быть благодарной за то, что он существует. От её слов он потерял дар речи. Он не знал, как реагировать на её слова, поэтому сделал единственное, что мог: ошеломлённо посмотрел на неё. Мгновение они оба молчали, а потом она начала улыбаться. — Я лишила вас дара речи? О, не могу дождаться, когда расскажу об этом Неду! Он мне не поверит! — Я не потерял дар речи, — Он попытался хоть как-то спасти свою репутацию. — Я просто думал... — Да? О чём? — Как бы вы могли мне помочь, — Как только он произнёс эти слова, он понял, что они были правильными. Она была не единственной, у кого были дети, которых он знал, но именно её ребёнок заставил Питера улыбнуться, и это было то, что он мог дать своему ребёнку. То, что не было бы отвергнуто, как всё остальное, что он пытался дать Питеру в последние несколько дней. И разве он не говорил Питеру, как сильно Пеппер и Роуди помогли ему после Афганистана и разоблачения предательства Стейна? Питеру нужны были такие друзья, как они. Питеру вообще нужны были друзья. — Чем я могу вам помочь? Чем… Мистер Старк, как любезно объяснил мне мистер Дэниелс перед вашим приходом, я уволена. Немедленно. Я должна покинуть здание и пройти через охрану, чтобы они убедились, что я ничего не украл у «Старка». Я должен позволить службе безопасности обыскать моего сына! Так что, как вы понимаете, мне не очень нравится идея помогать вам прямо сейчас. Он догадывался, что Дэниелс уволил её за то, что она привела сына на работу, но остального он не знал. Вкратце, он задавался вопросом, так ли у них всё устроено в СИ. Он спросит об этом Пеппер; может быть, она объяснит, зачем это было нужно. А может быть, Дэниелсу пришлось бы проходить через службу безопасности. — Я позабочусь об этом, — без раздумий пообещал он ей. — Вы можете начать распаковывать свои вещи, как только мы договоримся. Она перестала искать свои вещи, когда он попросил её о помощи, но после его последних слов её поза изменилась. Раньше она была просто женщиной, работавшей в СИ, которая считала, что совершила ошибку, но не могла её исправить. Она не понимала, почему именно он нашёл время поговорить с ней, ведь раньше они не были знакомы. Она больше не была той милой и спокойной женщиной. На ее лице было написано недоверие и неприятие. Казалось, это было главной темой для него прямо сейчас. Она глубоко вздохнула. — Я не буду спать с вами! В этот момент он чуть не поперхнулся. — Что? — Вы ведь это имеете в виду, верно? Серьёзно! Рядом с вами такая прекрасная и удивительная женщина, как мисс Поттс, а вы ведёшь себя подобным образом? Вас это заводит? Правда? Я… Он остановил её, потому что не мог позволить ей сказать ещё хоть слово. Подняв одну руку, он выпрямился во весь рост, как в костюме. В этот момент он был не Тони Старком, а Железным Человеком, и ему было противно от одной мысли о том, что она могла такое подумать. — Я просил вас помочь моему сыну, и ничего больше, миссис Лидс, но если вы так против того, чтобы помочь маленькому растерянному ребёнку, и вместо этого пытаетесь выставить меня… — Нет, он даже не произнесет это слово. Нет. — Я явно ошибся. Мне жаль, что я отнял у вас время. Пожалуйста, забирайте всё, что хотите; вам не нужно идти в отдел безопасности. Извините, что побеспокоил вас. Тогда он развернулся и пошёл прочь. В душе он кипел от злости. Ему хотелось накричать на неё, сказать, как сильно он изменился за последние несколько лет, но он не мог. Если она так о нём думала, то, может быть, это и к лучшему; им нужно было её отпустить. Возможно, её уволили не из-за сына, а из-за того, что она ему не доверяла. — Простите, мистер Старк. Пожалуйста. Он остановился и снова обернулся. Она была бледна как полотно и слегка покачивалась от волнения. — Я не знаю, почему я это сказала. Это был долгий день, и разговор с мистером Дэниелсом меня вымотал, мне не следовало этого говорить. Мне очень жаль. Правда. Он ничего не сказал. Миссис Лидс не шла ни в какое сравнение с Пеппер, и он был бы сумасшедшим, если бы начал ухаживать за ней, когда рядом была Пеппер, но он знал, что в мире случаются такие вещи. Так что в этом не было ничего невозможного, но всё же. Он не ухаживал за женщинами в СИ почти двадцать лет. Как только он унаследовал фирму, он перестал обращать внимание на всех женщин, которые на него работали, и пытался его переубедить. Именно поэтому ему потребовалось столько времени, чтобы увидеть в Пеппер нечто большее, чем просто свою помощницу. — Пожалуйста. Вы должны мне поверить. Мне жаль. — Все в порядке, — Нет, это не так, но, возможно, это была просто еще одна красная строчка в его бухгалтерской книге. Что-то, чего он никогда не сможет изменить. — Нет, это не так, и мне очень жаль. — Она заломила руки и выглядела совершенно подавленной. Она покачала головой, и он понял, что она ничего не расскажет сыну. Затем она пожала плечами и подняла глаза. — Итак, чем я могу помочь вам с вашим сыном, мистер Старк? Он колебался. Он не думал об этом, когда шёл к ней в кабинку, и теперь не знал, хорошая ли это идея. Он уже слышал, как Роуди шутит по этому поводу, но в тот момент ему казалось, что это его лучший шанс. — Когда Питер убегал, он встретил вашего сына. — Правда? — Она была удивлена. — Я не знала… Нед всё ещё на кухне, он был там всё это время. Он обещал. Он не мог… — Питер вышел из лифта не на том этаже, — Тони не хотел говорить ей, что он заблокировал пентхаус и что Питер даже не воспользовался лифтом, чтобы сбежать от него. Кое-что ей знать не нужно. — А когда я его нашёл, он был на кухне с вашим сыном. Кажется, они играли. — Пятница сказала ему, что мальчики играли в LEGO, и он знал, что это такое. Ему даже нравились эти маленькие детали и то, насколько они универсальны, но он всё равно считал их игрушками, а это ведь то, чем занимаются дети, верно? Играют с вещами? Развлекаются? — Нед хочет построить Звезду Смерти, — объяснила она. Внезапно это перестало быть похоже на игру. Он не знал, заинтригован он или встревожен. — Да, верно, — Он почесал затылок. — Они разговаривали и веселились, и я думаю, что Питеру сейчас этого не хватает, поэтому я подумал… — Вы подумали, что можете купить своему ребёнку друга? Вы так подумали? — По её строгому лицу было видно, что эта идея ей не нравится. — Поверьте мне. Как человек, у которого в детстве было немало друзей, купленных родителями, я бы так не поступил с Питером. — И он действительно так не поступил бы. Большинство из тех немногих людей, которых он помнил из своего детства или юности, чего-то от него хотели. Некоторые действительно получали деньги от его отца, чтобы держать Тони в узде, а некоторые хотели через Тони добраться до его отца, денег или и того, и другого. — Тогда что вам нужно от моего сына? — Он должен быть просто там. Здесь. Рядом с Питером. Когда ему нужно с кем-то поговорить или повеселиться. Немного нормальной жизни в этот безумный день. Понимаете? Всё так, как вы сказали. Ему сейчас тяжело. Только что он жил со своим дядей, а в следующий момент ему сказали, что он мой пропавший сын, и всё, во что он верил, оказалось ложью. Теперь он постоянно борется за то, чтобы вернуть свою прежнюю жизнь, но он больше не может быть тем мальчиком, потому что его так называемый дядя мёртв, и у него не осталось никого, кроме меня и… — Тони глубоко вздохнул. Он не мог представить, что чувствует Питер, даже просто говоря обо всей этой боли. Неудивительно, что он всё время злился. Неудивительно, что Тони получал от него только отторжение. Миссис Лидс стояла перед своим столом, положив руку на очередную фигурку, которую она откуда-то взяла, и смотрела на Тони. Он не знал, понимает ли она его, и, возможно, это была глупая идея, но сейчас это было лучшее, что он мог придумать. — Мистер Старк, я понимаю, к чему вы клоните, и думаю, что вы на верном пути, но... Мистер Дэниелс сегодня уволил меня за то, что я взял Неда с собой на работу. — Как я уже сказал. Я обо всём позабочусь. Вам не придётся уходить, и я думаю, что вам нужно повысить зарплату просто за то, что вы так стараетесь. — Это была его территория. Он бросался деньгами. Это всегда облегчало ему жизнь. Она покачала головой с суровым выражением лица. — Нет. Я не это имела в виду, и это не поможет вам в вашем деле. — Разве? — Это было бы в первый раз. Он задумался, стоит ли ему поговорить об этом с Пеппер. Спросить её, не связано ли это с какими-то новыми событиями в мире. — Нет. Вы не можете купить своему сыну друга и не можете изменить здешние правила, чтобы ваш сын полюбил вас. Даже мысль о том, что Питер вдруг полюбит его и захочет проводить с ним время, разговаривать или просто быть рядом... Тони был бы рад доказать, что она ошибается. Если для этого нужно было изменить правила, то он был подходящим кандидатом. —Попробуйте. Она снова покачала головой. — Я не буду. Просто… — Насколько я помню, это по-прежнему моя фирма, — сказал Тони. — И поскольку она принадлежит мне, я могу менять здесь всё, что захочу. Любое правило. Дело сделано. Пятница, отправь всем начальникам сообщение: с сегодняшнего дня детям разрешено находиться в башне повсюду. — НЕТ! — Нет? — Он не мог поверить, что она пытается помешать ему показать, как он работает. — Это всё ещё моя фирма и… — Во-первых, я думаю, что вы назначили мисс Поттс генеральным директором, а значит, вам следует обсуждать с ней подобные вещи. — Возможно, она была права, но он был уверен, что Пеппер его поймёт. А может, и нет. — Во-вторых, вы всё равно не сможете этого сделать, потому что я не думаю, что это сработает так, как вы хотите. Представьте, как отреагирует ваш сын, если он снова заговорит с Недом! Представьте, что он подумает, когда Нед скажет ему, что его пускают в здание только для того, чтобы он мог быть эмоциональной поддержкой Питера. Ладно. Звучит не очень. Он вспомнил, как в детстве ходил в школу, где все его ненавидели, а потом вдруг целая компания детей захотела проводить с ним время. Он был удивлён и очень рад, а потом кто-то сказал ему, что они получают за это деньги, а одному папе даже удалось получить более высокую должность в СИ. Тогда ему было больно. И одиноко. Он с трудом сглотнул. Он не хотел, чтобы Питер когда-нибудь почувствовал то же самое. — Тогда что вы предлагаете? Что мне делать? Вы могли бы наблюдать за тем, как растёт ваш сын, и знать о нём всё, а я… Я просто… — Хотите быть его отцом. Я понимаю. — Она действительно понимала, потому что подошла к нему и на мгновение погладила по плечу. Затем она снова отошла, повернулась к своему столу и, кажется, стала что-то искать. А может, она просто хотела дать ему время прийти в себя. Он снова сглотнул и попытался дышать ровнее. Он даже не заметил, как напрягся, пока рассказывал обо всём. Он медленно попытался расправить плечи и избавиться от напряжения. — Что мне делать? А что бы вы сделали? Внезапно она снова подошла к своему столу. Она взяла что-то и повернулась, чтобы показать ему. Это был какой-то результат теста. Спереди было написано «95%», а под ним — какие-то пометки. — Вы знаете, что это? Он покачал головой. Это было похоже на то, что другие люди вешают на холодильник, пока их дети находятся в комнате, а потом теряют во время очередной уборки. — Когда Нед захотел поступить в Мидтаун, ему нужно было сдать вступительный экзамен, и он с ним справился. — Она помахала бумажкой. Там было всего 95%, так что Тони не назвал бы это «успехом», но он понял, что она имеет в виду. — Я всё ещё не уверен... — Знаете, что такое Мидтаун? Это школа STEM. Школа для очень умных детей, для элиты. Дети, которые там учатся, добьются успеха. Они могут выбрать свой любимый колледж. Там каждый ребёнок талантлив. Теперь 95% звучало интереснее. Он не знал, что существуют такие школы, но он и не был обычным школьником. — Спросите меня, какие у него любимые предметы. Он посмотрел на неё. Он ненавидел, когда ему указывали, что говорить, так же сильно, как ненавидел, когда ему что-то давали. Она разочарованно фыркнула. — Он занимается робототехникой и всевозможной электроникой. Когда он услышал, что может проводить дни в чайной кухне СИ, у него чуть не началась гипервентиляция, настолько он был взволнован. — Значит, он занимается тем же, что и я, но я всё равно не знаю... — В СИ постоянно работают стажеры. Я вижу их, когда мне нужно выйти из своего кабинета, чтобы подняться на другой этаж или принять участие в совещании. Они повсюду, даже в администрации. — Они учатся в колледже, а не в старшей школе. Она кивнула, и её улыбка стала такой яркой, что это даже немного пугало. И это напомнило ему о молчаливых привычках Пеппер. — Интересно, кто мог бы изменить это правило, — сказала она, глядя на него. Его взгляд снова упал на листок. Он увидел, что там написано «95%». Там было написано, что кто-то прошёл отбор. Её сын, должно быть, умный мальчик. Он мог бы порадоваться за неё и понять, что это цена, которую ей пришлось заплатить за всё. Стажировка в СИ стала бы для её сына большим шагом в правильном направлении, если бы он когда-нибудь захотел работать в этой сфере. Тони знал, что всем их стажёрам часто предлагали работу, как только они заканчивали обучение. Большинство из них остались в СИ, потому что им нравилось работать с лучшими из лучших, а СИ нравилось нанимать только лучших. Так что, если этот парень окажется таким же умным, как считает его мама, в этом не будет ничего удивительного. Он просто будет немного младше обычных стажёров, но Тони сможет это устроить. Если такова будет цена за то, что её ребёнок будет время от времени появляться в башне. Это была цена, которую он был более чем готов заплатить. — Договорились, — сказал он и, всё ещё стоя перед этой миниатюрной, но выдающейся женщиной, начал размышлять о том, как он может использовать это в интересах Питера. — Серьезно? Я имею в виду… — она выглядела удивленной, как будто не ожидала такого ответа. — Да. Ждите официального контракта с… как его зовут? — Нед. Нед Лидс. Вы правда это имеете в виду? Типа… это не шутка? — Пятница, сообщи отделу по связям с общественностью. Им нужно составить контракт на стажировку Неда Лидса у нас, начиная с сегодняшнего дня. — Готово, босс. Лидс по-прежнему смотрела на него, как олень в свете фар огромной машины. — Вы не можете этого сделать, — выдавила она. — Я только что это сделал. Так что... — А что, если я вам солгала? Что, если он не такой умный, как я вам говорила? Если... — Вы мне солгали? — Нет, я бы никогда! — Она яростно замотала головой. — Тогда у нас всё получится, верно? Так что мне нужно знать… — Да? — В её голосе и взгляде читалась надежда, как будто она ждала, что он скажет что-то, что заставит её почувствовать себя правым. — Как нам это провернуть? — Пока я знаю, что Питер не увлекается наукой и умными вещами, и что он только что снова ушёл, и теперь он больше не увидит твоего ребёнка, и... — Он растерялся. Он думал, что теперь всё будет легко, но всё равно выглядел неуверенным. — Не могу поверить, что ваш сын не может быть гением. Лесть. Обычно он этого не выносил, но в тот момент ему было приятно. Нет, он бы тоже в это не поверил. Однажды, когда Алессандро был ещё совсем маленьким, ему приснилось, что они вместе работают и что-то строят. Он был умным ребёнком: в десять месяцев произнёс свои первые слова и вскоре начал познавать мир. Роуди смеялся, когда Тони рассказывал ему обо всём, что делал Сандро, и говорил, что его сын будет таким же гением, как его отец. Роуди называл это отцовской гордостью, но Тони знал, что его сын был умным. — Ну, по крайней мере, он в этом не уверен. — Или он хотел, чтобы Тони в это поверил и не взял Питера с собой. — О, у вас скромный парень? Обычно такие и есть самые опасные, потому что никогда не знаешь, когда они выкинут какую-нибудь глупость. — Она улыбнулась, и даже Тони понял, что она говорит о своём сыне. Очевидно, она считала, что у них есть что-то общее. Ему было интересно, как бы она отреагировала, когда её сын попытался бы вылезти из окна на девяносто седьмом этаже. — Был там, делал это. Не фанат. — вздохнул он. Она слегка рассмеялась, затем снова повернулась, и Тони с радостью увидел, как она кладёт ручки обратно в стакан. Пока она снова всё раскладывала, он посмотрел на часы, чтобы узнать, нет ли у Пятницы новостей о Питере. Казалось, что мальчик всё ещё в здании, но ходит по лестницам. Что у него за проблемы с ребёнком и лестницами? Неужели он думал, что Пятница была только в лифте? Ему пришлось снова с ним об этом поговорить. — Вы должны сказать ему, что в башне есть и другие несовершеннолетние. — Миссис Лидс снова повесила результаты теста на стену. Если Тони правильно помнил, раньше они лежали не на стене, а в одном из ящиков, но теперь, очевидно, их нужно было продемонстрировать. — Да, и скажите ему, что ему не следует с ними общаться. Скажи ему, что ему строго запрещено вторгаться в их личное пространство. Тони не нужно было спрашивать, зачем ему это делать. В конце концов, он тоже был сообразительным парнем, и сказать ему, чтобы он оставил космос в покое, было самым безопасным способом заставить его сделать это как можно скорее. Все сыновья, умные или глупые, были одинаковыми. В этом он был уверен. Он улыбнулся и кивнул. Но как только он собрался уйти, чтобы снова поймать своего непослушного ребёнка, он остановился и обернулся. Миссис Лидс уже снова сидела в своём кресле и убирала вещи. — Миссис Лидс? Она подняла глаза. — Вы можете рассчитывать не только на новый контракт для своего сына, но и на соглашение о неразглашении для себя. Я не хочу, чтобы распространялась информация о том, что у меня есть сын, который живёт со мной и ненавидит меня. Понимаете? — Он не стал говорить, почему это так важно для него. Это не имело никакого отношения к Питеру и его чувствам из-за того, что он был сыном Тони, жил в башне и пытался сбежать, но всё это было ради безопасности мальчика. Для этого ему нужно было как можно дольше держать мальчика в секрете. Даже Мстители-изгои, жившие в его поместье или иногда в башне, не знали о нём, и он делал всё возможное, чтобы так оставалось как можно дольше. — Я бы никому не рассказала о вашем сыне. Никогда бы не рассказала. — Она обиделась, что он так о ней думает. Это было ей на руку, но он хотел подстраховаться. Он должен был подстраховаться. — Тогда мы друг друга поняли, но я хочу внести ясность. — Пеппер сказала бы, что в такие моменты он перевоплощается в своего старого персонажа — торговца смертью. Ему это не нравилось, но в тот момент? Он снова стал тем парнем и сжёг бы мир дотла, если бы кто-то перешёл ему дорогу. — Если вы расскажете своему сыну или кому-то ещё об этом разговоре, я не просто вас уволю. Я покончу с вашей профессиональной жизнью. Вы больше никогда не найдёте работу ни в этом, ни в каком-либо другом городе, и то же самое касается вашего сына. Если вы когда-нибудь расскажете кому-нибудь о Питере или о том, что произошло, вашему сыну, я сделаю так, что никто больше не захочет дышать одним воздухом с вами и вашим сыном. Мы поняли друг друга? Он угрожал ей. Впервые в жизни он намеренно угрожал кому-то, и ему было всё равно. Даже если это была всего лишь маленькая женщина, никому не известная и не имевшая с ним никаких контактов, он не чувствовал себя виноватым. Ему было бы всё равно. Она посмотрела на него. Затем она встала, посмотрела ему прямо в глаза и кивнула. — Я никому не расскажу об этом разговоре, о вашем сыне или его проблемах. Но, поверьте мне, мистер Старк, если у меня возникнет ощущение, что случилось с вашим ребёнком, я что-нибудь сделаю. Я поговорю со всеми по всему миру, сделаю заявление в новостях или поговорю с полицией, и я положу этому конец. Я не позволю, чтобы ребёнок страдал у меня на глазах только ради того, чтобы мой ребёнок мог осуществить свои мечты. Я этого не допущу. Мы с вами договорились? Она была бойцом, эта маленькая женщина. И она была на стороне Питера. Тони подумал, что повышение и более высокая должность были бы оправданными. Он кивнул, и на мгновение их взгляды встретились, и они прекрасно поняли друг друга. Затем Пятница сообщила ему, где Питер покинул лестницу, и Тони выругался.