Разница между хорошим и плохим

Питер снова лежал на кровати. Его спина словно растворилась в мягком матрасе, а глаза были закрыты — не потому, что он хотел наверстать упущенный сон, а потому, что так он не видел предел и не думал о вездесущем искусственном интеллекте, который следил за каждым его движением. Он ненавидел это. Из-за этого он чувствовал себя загнанным в ловушку, запертым в клетке и беспомощным. Он не чувствовал ничего подобного даже в те ночи, когда сидел в тюрьме и очень боялся, что кто-нибудь из других заключённых его убьёт. Это было нелепо, но в башне Тони Старка он чувствовал себя в большей безопасности, чем сейчас. Одна только эта мысль была ему непонятна. Он находился в башне Тони Старка. Он только что позавтракал с Железным Человеком, который спал перед закрытой дверью его спальни. После того как он узнал, что Питер может быть его сыном. Питер испуганно втянул в себя воздух. Всё сводилось к одному: мистер Старк потерял сына, и теперь отпечатки Питера совпадали с отпечатками его ребёнка, а также совпадала его ДНК, что было невозможно! Ни за что! Никогда! Питер был настолько уверен в себе, что ему не пришлось долго раздумывать, но в то же время он был в замешательстве. Зачем это было нужно? Кто мог что-то извлечь из этого и как такое вообще возможно? За всем этим должен был стоять какой-то смысл, но Питер его не видел. Ему пришлось хорошенько всё обдумать, чтобы докопаться до сути. На мгновение он задумался, не всё ли это дело рук мистера Старка. Этот человек был достаточно умён, чтобы провернуть что-то подобное, но зачем ему это было нужно? У него было свидетельство о рождении, которое доказывало, что он является отцом мальчика, пропавшего без вести. Может быть, его вовсе не похитили, а он погиб в результате несчастного случая? И мистер Старк знал об этом? Питер молча покачал головой. Нет. Мистер Старк не похож на человека, который убил своего ребёнка и пытался это скрыть. Он был героем, чёрт возьми! Значит, ребёнок действительно пропал. И кто-то хочет, чтобы мистер Старк поверил, что Питер — это тот самый ребёнок. Но зачем? И кто это делает? Его мысли блуждали по кругу, и всё возвращалось к одному и тому же, сводя его с ума. Он не знал, что с этим делать. Как ему разгадать эту загадку и всё остальное? Впервые за долгое  время он почувствовал себя маленьким и беспомощным, как ребёнок, которым его все хотели видеть. Но он больше не ребёнок! Он не был таким с тех пор, как его укусил паук и произошла авария с Мэй, и если мистер Старк думал, что он превратится в монстра только потому, что подал ему блинчики и попытался поддержать светскую беседу, то его ждёт сюрприз. Но… Питер поморщился. Мистер Старк даже не пытался поддержать светскую беседу. Этим занималась только мисс Поттс. Она готовила божественно пахнущий завтрак, от которого у него текли слюнки, и задавала ему вопросы, пока мистер Старк потягивал кофе и пытался шутить. Кофе. Питер всё ещё чувствовал горячую жидкость в животе, и это его не радовало. Ему бы понравились блинчики с большим количеством сливок, фруктами и, может быть, шоколадом, но вместо этого Питер старался не быть тем ребёнком, которого они хотели видеть. Он старался вести себя по-взрослому, но в итоге получил недовольное урчание в животе и вкус тёмных жареных бобов во рту. Без сахара и молока. Он подумал, не встать ли ему снова и не пойти ли в ванную. Почистить зубы и сделать большой глоток воды казалось отличной идеей. Но тут он услышал стук в дверь своей комнаты. Или нет? Ему показалось? Он замер и прислушался. Ещё один стук. Питер сразу понял, что за дверью стоит мистер Старк. — Входите, — сказал он мужчине и слегка повернул голову, чтобы посмотреть, что тому нужно. Дверь открылась, и в комнату вошёл мистер Старк. Он удивился, увидев Питера на кровати, как будто не спрашивал у своего ИИ, чем занимается Питер. Может, и нет, — попытался возразить тихий голос в голове Питера, но тот не хотел его слушать. Пока он не убедится в обратном, он будет думать, что ИИ шпионит за ним. Мистер Старк взял с собой несколько вещей. Питер заметил две разные банки газировки и несколько шоколадных батончиков. Питер с трудом сдержал улыбку, когда увидел яблоко. Мистер Старк положил всё на маленький столик и тихо подошёл к окну, чтобы выглянуть на улицу. Окно было не таким большим, как в гостиной, но всё равно захватывало дух — просыпаться в комнате, где прямо рядом с тобой виден рай. — Я подумал, что мы могли бы поговорить, — сказал мистер Старк, но не обернулся, а просто стал смотреть на что-то под окном. — Да, конечно. Давайте поговорим, — Питер уже собирался встать с кровати, когда мистер Старк покачал головой. — Можешь остаться там, если хочешь. Я могу… — Он огляделся, заметил большой стул рядом с собой и указал на него. — Я могу сесть туда, и тогда мы сможем поговорить. Питеру не нравилась мысль о том, что мистер Старк будет находиться в его комнате. Он не знал почему, но предпочёл бы, чтобы для их разговоров было выбрано какое-нибудь нейтральное место. Это было глупо, потому что в этом пентхаусе не было ничего нейтрального, но он не мог избавиться от этого чувства. — Можно нам выйти? — спросил Питер и посмотрел на дверь. — Выйти? — мистер Старк, казалось, удивился, но затем покачал головой. — Ты слышал полицейского, малыш. Сейчас ты под домашним арестом и… — Я имел в виду выйти из этой комнаты, мистер Старк. Я знаю, что я всё ещё заключённый. — Ты не заключённый! — мистер Старк, похоже, был непреклонен. Как будто Питер мог поверить его словам и довериться ему. Но ведь Питер доверился ему в участке, верно? Питер думал, что не сделал этого, но ему хотелось. Ему хотелось, чтобы этот человек был на его стороне, и на секунду он действительно поверил, что тот поможет ему во всём разобраться. Этот момент прошёл, когда мистер Старк представил его своему водителю как дорогого друга. Как будто Питер мог в это поверить! Мистер Старк провёл Питера в гостиную, которая при дневном свете выглядела ещё более впечатляюще, чем накануне вечером. Свет лился сквозь большие окна, и голубое небо казалось бесконечным. Питер заметил птиц в саду на крыше и два самолёта в небе. Это место не было похоже ни на одно из тех, что Питер видел раньше. Скорее, это было какое-то волшебное место посреди города. Странное и чудесное. — Давай присядем, — мистер Старк сел на один из больших белых диванов, которые выглядели одновременно удобными и безупречными. Он улыбнулся Питеру, и Питер понял, что этот человек больше всего на свете хочет, чтобы Питер сидел рядом с ним. Он даже освободил для него место на диване, как будто тот был недостаточно большим, чтобы вместить пять-семь взрослых. Как и всё остальное в пентхаусе, он был огромным. Питер выбрал кресло. Он отвернулся от окна и посмотрел на мистера Старка. — Скажите мне, что мы можем сделать, чтобы доказать, что они неправы! Мистер Старк удивился словам Питера. Неужели он думал, что Питер забыл, как мистер Старк обещал ему помочь? Но прежде чем Питер успел что-то сказать, мистер Старк покачал головой. — Мы работаем над, малыш. Наберись немного терпения, ладно? — Он выглядел растерянным и сбитым с толку, но быстро взял себя в руки. — Хочешь чего-нибудь выпить? Ты выпил всего одну чашку кофе, и я знаю, что ты не любитель этого напитка, так что… — Что? Нет! Я люблю кофе! Я пью его каждый день! Тони скептически приподнял бровь. — Малыш, ты выглядишь так, будто мы дали тебе яд! Серьёзно! Так что прекрати нести чушь и скажи мне, что ты на самом деле хочешь выпить. Питьё необходимо, понимаешь? После этого мы можем начать и... — Я люблю кофе, и если вы предложите, я выпью ещё одну чашку. Сделайте её побольше, — Ему нравилось проводить утро с Мэй, когда ей не нужно было так рано уходить на работу. Они сидели на их маленькой кухне, пытаясь спасти подгоревшие тосты или перекусывая кукурузными хлопьями, и она всегда готовила ему свой фирменный какао, пока пила кофе, похожего своего мужчину: смуглого и красивого. Она всегда смеялась, когда рассказывала об этом, и Питер тоже смеялся, потому что дядя Бен не был смуглым, у него были светло-каштановые волосы и кривая улыбка, из-за которой он выглядел не красивым, а добрым и дружелюбным. У него было идеальное лицо, которое помогало жертвам преступлений чувствовать себя в безопасности, и Мэй любила его за это. Она по-прежнему пила чёрный кофе без сахара и молока, а иногда, когда не ждала гостей, даже заваривала его очень крепким, чтобы он был ещё горше. Затем она улыбнулась, и Питер понял, что это не было одним из её многочисленных кулинарных экспериментов. Это напомнило ей о том, как её семья пила кофе. Питер мог бы это понять. Как и у Бена с Питером, у Мэй не осталось родных, поэтому такие мелочи, которые напоминали о них, были  чем-то приятным. Он хотел разделить с ней это чувство, но, сделав глоток её кофе, решил, что может проводить с ней эти утра за какао, потому что кофе? Требует много молока и сахара, а может, и сиропов с карамелью, фундуком или чем-то подобным. Он не знал, почему сказал мистеру Старку, что любит чёрный кофе. Он не знал, но был рад, когда мистер Старк лишь покачал головой, подошёл к небольшому бару в углу комнаты и взял две бутылки воды. Одну он поставил перед Питером, а другую — на столик рядом с его креслом. После этого он снова сел на диван, чуть ближе к Питеру, и посмотрел на него. Питер терпеливо ждал. Мистер Старк терпеливо ждал. Питер громко выругался, взял бутылку, открыл её и осушил за несколько минут. После этого он поставил бутылку обратно на стол и посмотрел на мистера Старка. Ему очень хотелось рыгнуть, как он сделал с сотрудником службы опеки, но, возможно, это не помогло бы ему в данном случае. Он не знал, что делать, поэтому просто ждал, пока мистер Старк заговорит. — Итак, малыш, — мистер Старк закатил глаза, наблюдая, как Питер допивает бутылку. — Думаю, было бы неплохо… — Что вы делаете, чтобы всё прояснить? — Питер перебил его, потому что разговор, который им нужно было провести, никак не мог начаться со слов: «Было бы здорово». Мистер Старк снова был явно удивлён. — Мы к этому ещё вернёмся, Питер. Правда. Я обещаю! Но сначала я хотел бы услышать что-нибудь о тебе. Чем ты… — Да ладно! Опять? Я думал, мы уже всё обсудили в машине! Я не ваш сын, мистер Старк. Правда, не ваш, и нет смысла знакомиться поближе, потому что, как только вы найдёте своего настоящего сына, вы обо мне забудете, так что прекратите нести чушь и скажите, чем я могу помочь! Как только Питер закончил, мистер Старк выглядел обиженным. Не так, будто его ударили или оскорбили, но всё же достаточно обиженным, чтобы Питер почувствовал себя виноватым за то, что был так суров с ним. Этот человек потерял сына, пытался помнить об этом Питер, и, возможно, это был первый раз, когда у него появилась надежда вернуть его, а неповиновение Питера только усугубляло его боль. Но Питер всё ещё не был его сыном, и мистеру Старку стоило бы как можно скорее это понять. — Я понимаю, — снова начал мистер Старк. — Ты не веришь в это, и это нормально. Это… — Что вы имеете в виду? Я не верю в это? Я думал, вы тоже не верите! Вы сами так сказали!! — Я ничего такого не говорил, малыш. Я сказал, что помогу тебе, и я всё ещё хочу... — Но как вы могли? Если вы мне не верите? — Питер знал это! Он знал это с самого начала! Все только и хотели, что подставить его, даже мистер Старк. А может, особенно мистер Старк. Но почему? Почему кто-то хочет, чтобы Питер поверил в такое? Что он — пропавший ребёнок богатого и влиятельного человека? Мстителя? Почему кто-то вроде Питера должен быть таким ребёнком? В нём не было ничего особенного. Ничего такого, что могло бы сделать его важным или… Он замер. Это неправильно. В нём было что-то очень особенное и что-то очень важное. Человек-паук. — Блядь! — Питер сказал это от всего сердца, а потом ещё раз. Просто чтобы доказать свою точку зрения. — Блядь! Блядь! Блядь! Дядя Бен не обрадовался бы, если бы Питер так ругался — ни перед ним, ни перед тётей Мэй, и уж тем более не перед таким незнакомцем, как мистер Старк. Дядя Бен не позволил бы ему ругаться даже в присутствии таких людей, как Кёртис или Хэнк, и от одной мысли об этих ребятах у Питера в голове прояснилось. Он не знал, кого из членов банды, участвовавшей во взломе, поймали, а кто мог скрыться, и не знал, был ли Лео, парень, устроившийся охранником в башню, всё ещё где-то здесь. Это могло быть как полезно, так и опасно, подумал Питер. Ещё один момент: нужно полагаться на себя и ни на кого больше. — Блядь! — Ты закончил? — Мистер Старк не осуждал Питера так, как Бен, когда тот ругался, но и радости в его голосе не было. — Теперь мы можем поговорить? — Да какого хуя! Зачем? Зачем вы хотите поговорить и о чём? Для вас это какая-то игра, верно? Какая-то уловка, чтобы заполучить меня и… Мистер Старк выглядел так, будто хотел несколько раз выругаться. — Нет! Чёрт возьми, Питер! — Он остановился, поджал губы и несколько секунд смотрел в окно. — Ты не можешь поверить, что это какая-то подстава! Это бессмысленно! — Он снова повернулся и посмотрел Питеру прямо в глаза. — Я знаю, тебе трудно даже представить, что ты можешь быть тем, кем я тебя считаю. Ты, должно быть, чувствуешь себя таким… — Как? Что я должен сейчас чувствовать? — саркастически спросил Питер, когда мистер Старк замолчал и просто посмотрел на него. Он чувствовал на себе взгляд пожилого мужчины, но не такой добрый и тёплый, как у Бена или Мэй, а скорее отчаянный и разочарованный. — Скажите мне, что я должен чувствовать. Ничего особенного, верно? Вы хотите, чтобы я поверил, что я ваш сын, а теперь вы хотите, чтобы я почувствовал то, что вы хотите, чтобы почувствовал ваш сын, и я бы очень хотел знать свою роль в этом. Понимаете? Чтобы сыграть роль, я должен знать свою роль и мотивацию. Как и любой хороший актёр, — Питер тоже был очень расстроен и обижен. Потому что он поверил мистеру Старку в участке. Он верил, что герой придёт ему на помощь, но теперь чувствовал себя таким же одиноким, как в камере, когда другие мальчики пришли, чтобы избить его. Мистер Старк закрыл глаза всего на пару мгновений. Затем он вскочил и подошёл к большому окну. Тому самому, как ИИ сказал Питеру накануне вечером, перед которым он всегда предпочитал стоять, чтобы смотреть на город внизу. Питер не знал, что делать. Он видел, что мистер Старк борется с самим собой. Стоя там и глядя на небо, птиц или самолёты, он выглядел не расслабленным и уверенным, а злым, обиженным и раздираемым противоречиями. Должно быть, мистеру Старку было неприятно, что Питер не хотел верить в эту уловку. — Думаю, ты чувствуешь себя преданным, — сказал мистер Старк, глядя куда-то за окно. — Я бы чувствовал себя преданным. Боже, я чувствовал себя преданным, когда со мной случилось нечто подобное! — О, да? — фыркнул Питер. — Вас однажды похитили, и спустя много лет вы нашли свою настоящую семью? Интересно, почему я раньше не слышал эту историю. Должно быть, она не попала в прессу. — Мэй всегда удивлялась, откуда в Питере столько едкого сарказма, который он иногда проявлял. Она говорила, что никто в семье Бена никогда не был таким холодным, когда злился. Бен и его брат славились своим спокойствием и умением держать себя в руках, но когда они злились на что-то или кого-то, то на секунду-другую выходили из себя. Они кричали и размахивали кулаками, но потом снова успокаивались. С другой стороны, Питер всегда казался тихим, но его слова выдавали истинные чувства. Как они сделали это сейчас. Мистер Старк пытался сказать ему, что когда-то сам был в таком же положении? Чтобы поставить себя и Питера на один уровень? Что за шутка! — мрачно подумал Питер. — Нет, меня не похищали. То есть похищали. Больше раз, чем я хотел бы сосчитать, но я не это имел в виду. Я знаю, каково это — доверять кому-то. Кому-то, кого я считал членом семьи. И когда я узнал, что он был рядом только ради моих денег и должности, я почувствовал себя преданным. И разозлился. Чертовски разозлился. Но в то же время мне было больно и неловко. Так что, думаю, я могу понять тебя, — Мистер Старк снова повернулся и посмотрел на Питера, который всё ещё сидел в кресле. Он выглядел задумчивым, что, похоже, тоже удивило мистера Старка. — Мне повезло, когда это случилось, потому что у меня были друзья — Пеппер и Роуди. Они были рядом, когда я нуждался в них больше всего. Это помогло. Это очень помогло. Я хочу быть для тебя такой же опорой, Питер. Он говорил искренне, и Питеру действительно хотелось ему верить. Как и любому живому человеку, ему самому когда-то было больно, и он пытался сказать Питеру, что может его понять, и это было приятно. Но это тоже было фальшиво. Потому что единственным человеком, который причинил Питеру боль в тот момент, был... Мистер Старк. — Я не ваш сын, мистер Старк, и вы не сможете помочь ни мне, ни ему, если не начнёте мне верить. Пока вы пытаетесь сделать из меня кого-то, кем я не являюсь, мне не нужна ваша помощь, — Вот так просто Питер внезапно почувствовал себя опустошённым. Он привык быть один и сражаться в битве, в которой никто не хотел его видеть, но сейчас всё было по-другому. Он чувствовал себя по-другому. На этот раз он действительно чувствовал себя одиноким. — Тогда давай сделаем это. Прямо сейчас. Давай! У нас есть медотсек несколькими этажами ниже, всё займёт всего несколько минут, а потом… — Мистер Старк покинул своё любимое место у окна и прошёлся по комнате. Он жестом пригласил Питера встать и последовать за ним, и Питер с радостью вскочил, радуясь, что мужчина наконец-то поймёт причину всего происходящего. Он задумался, какие из его слов были понятны мужчине, и остановился. Были ли его слова понятны мистеру Старку? Или Питер неправильно его понял? — Погодите! — с подозрением сказал Питер. — Медицинский отсек? Зачем? Я не понимаю, —Но он понимал, не так ли? Он с самого начала всё понял. Мистер Старк повторил свой жест рукой. — В медотсек, малыш. Чтобы начали этот чёртов анализ крови. — Мужчина почему-то выглядел злым. Расстроенным. Питеру не нужно было говорить, что мистер Старк всё это чувствует, потому что Питер отказывался ему верить. Или это тоже было шоу? Что-то вроде того, чтобы заставить Питера поверить, что это всё, что они искали, в то время как все остальные молча работали над другой частью установки? Питер не пошевелился. Он просто стоял и ждал, когда мистер Старк поймёт намёк. Мистер Старк стоял прямо перед входом в гостиную и снова пошевелил рукой, всем своим видом показывая Питеру, что тому следует поторопиться. Это напомнило Питеру о коротком интервью с мистером Старком, которое он однажды видел. В нём мистера Старка расспрашивали о его изобретении. Оно было впечатляющим, но выходило за рамки его обычной работы, и репортёр хотел знать, как и почему мистер Старк сделал то, что он сделал. Мистер Старк слегка улыбнулся и сказал всему миру, что он всегда был очень нетерпеливым и что, когда ему что-то было нужно, а никто до него этого не сделал, он сам это придумывал. Нетерпеливым. Один из главных героев этой истории привык держать людей под своим контролем. И умный. Гений, который считал, что может обвести вокруг пальца кого угодно. Особенно такого глупого мальчишку, как Питер Паркер. — Нет, — тихо ответил Питер. Он прошёл через комнату, а когда мистер Старк в замешательстве нахмурился, Питер свернул в другой коридор и направился к гостевой комнате с очень мягкой кроватью. — Я не позволю вам взять мою кровь. Этот разговор окончен. Не оборачиваясь, он пошёл в свою комнату. Он открыл дверь и закрыл её за собой. Он уже лежал на кровати, когда свет в комнате стал слишком ярким. Там, где раньше было несколько облачков, внезапно засияло солнце и небо стало ясным. Это был прекрасный день для всех, кто мог гулять на улице. Питер слегка поморщился. — Леди? — Ему не хотелось простить. — Да, мистер Паркер? — Вы не могли бы закрыть жалюзи? — Конечно. Жалюзи медленно опустились, и Питер впервые подумал, что, возможно, ИИ не так уж плох. — Спасибо. — Не за что, мистер Паркер. Питер прикусил губу и покачал головой. Тётя Мэй не учила его грубости. Даже если речь шла об искусственном интеллекте. — Леди? — Да, мистер Паркер? — Не могли бы вы называть меня Питером? Мистер Паркер был моим дядей, и он… — Питер глубоко вздохнул. Внезапно у него защипало в глазах. — Я понимаю, — Голос женщины с потолка звучал искренне и сочувственно. — Мне жаль, что вы потеряли близкого, Питер. — Эта дама на потолке — чертовски продвинутый ИИ, — подумал Питер, чувствуя, как по его щекам катятся первые слёзы.