Разница между хорошим и плохим

— Ты правда думаешь, что он попытался бы?.. — Джек скептически посмотрел на Тони. Тони, который всё это время молчал и пошевелился только тогда, когда мальчик начал смотреть в потолок. Роуди не знал, радоваться ему или беспокоиться. Тихим и спокойным Тони он не видел уже много лет. Он не мог припомнить ни одного случая, когда с губ его друга не слетала бы колкость или хотя бы доля сарказма. В этой тишине было что-то тревожное. Но теперь Тони уже не выглядел спокойным. Казалось, он о чём-то задумался. Он не сводил глаз с мальчика, и Роуди видел, как напряжённо работает его мозг. — Он бы так и сделал, — сурово произнёс Тони. Даже Джек удивился. — Он сделал это в башне, и быстро. Очень, очень быстро. — Хм. Думаю, такое здесь впервые, — Джек был впечатлён. Трое мужчин наблюдали за тем, как мальчик начал есть самый скучный сэндвич, который только мог найти сотрудник службы поддержки. Не было похоже, что он купил его в торговом автомате. Может, кто-то оставил его на его столе? Роуди скорчил гримасу. Он знал, что Тони не стал бы есть что-то подобное, даже если бы умирал с голоду. Мальчик ел сэндвич с таким выражением лица, которое говорило само за себя. Это было всё равно что увидеть Тони в детстве. Мальчик громко рыгнул и при этом не посмотрел на мужчину в комнате. Но они знали, что он сделал это нарочно, чтобы позлить его. Роуди с трудом сдержал смешок. Тони проигнорировал его. Мальчик доел сэндвич. Попивая газировку, он смотрел на мужчину в комнате. Он хотел что-то спросить. Может, ещё один сэндвич? Или узнать, что будет дальше. Но, хотя они видели, что у него есть вопросы, он так ничего и не сказал. — Он даже не спросил о родителях, — вдруг подумал Тони. — Думаю, он был настолько уверен в себе, что не стал спрашивать. — Может, он знает? Фотография Сандроса была во всех новостях. — Роуди вспомнил, как сложно было даже заправиться на станции из-за всех этих газет. Поначалу казалось, что фотография Алессандро повсюду, и даже сегодня он видел газету с его фотографией. Неудивительно. В конце концов, у Алессандро был день рождения. — Тогда он был совсем маленьким. Не уверен, что он помнит фотографию. — Джек не был в этом уверен. — Может, он прав и это не наш ребёнок. Может, мне не стоило звонить так рано. Мне жаль, Тони. Правда жаль. Я просто подумал, что это может быть он, и хотел, чтобы это был он. — Он выглядел виноватым. Тони кивнул. — Всё в порядке. Нет, не было. В любой другой день это была бы глупая затея, но в этот особенный день? Роуди с удовольствием надрал бы Джеку задницу. Парень должен был знать, какой сегодня день. Роуди чувствовал, что с каждой минутой злится всё сильнее, а Тони хранил чёртово молчание. Как раз в тот момент, когда Роуди хотел спросить об этом своего друга, он вдруг всё понял. Эти минуты, этот час были, пожалуй, первыми моментами за двенадцать лет, когда Тони не был без своего ребёнка. В этот краткий миг он мог надеяться, что мальчик в соседней комнате будет его сыном. Как бы безумно это ни звучало. На короткое время он перестал быть отцом, потерявшим своего ребёнка, и стал отцом, который мог видеть своего мальчика и слышать его, и мальчик был в безопасности. Именно поэтому Тони ничего не сказал, когда Джек сообщил им, что результатов придётся ждать час. А может, и дольше. Тони был крайне нетерпелив, но сейчас? Роуди удивился, когда Тони просто кивнул и решил присмотреть за парнем, но теперь он всё понял. — Итак, что будет дальше? — Тони снова удивил Роуди своим вопросом. — Это зависит от результата. Если будет совпадение, то СЖД предоставит ему временную семью, в которой он будет в безопасности… — Семью? Если будет совпадение? Почему? Тони — его отец. Мальчику не нужна приёмная семья! — Роуди не смог сдержать возмущения. С какой стати положительный результат теста на отцовство должен привести к тому, что мальчик будет жить в приёмной семье, когда его отец находится здесь? Все они знали, как трудно найти приёмную семью, которая не просто хочет вырастить и полюбить новорождённого. Подросток с такой историей, как у этого парня, не мог надеяться на что-то хорошее. — Это нужно для того, чтобы ребёнок чувствовал себя в безопасности, пока он встречается с родителями, — объяснил Тони. Роуди посмотрел на Джека, и тот удивлённо кивнул. — Похоже, ты знаешь, как мы работаем, — сказал Джек без вопросительной интонации, но вопрос всё же прозвучал. — Когда… когда Сандро пропал, я много читал. О подобных случаях и о том, как с ними справлялись, — объяснил Тони. — Были подобные случаи? — Родс не мог поверить, что так много детей были похищены незнакомцами, а затем вернулись домой. По лицу Джека было видно, что таких случаев было не так часто, но Тони всё равно их нашёл. — Значит, нам нужен адвокат, чтобы встретиться с ребёнком, если это его сын, — покачал головой Роуди. — А если нет? Джек вздохнул. — Тогда мне правда, правда жаль, что я позвонил так рано. Чертовски жаль, Тони. Это был всего лишь первый и единственный намек, и я хотел, чтобы это было правдой. Я хотел этого для тебя. Тони снова кивнул, а парень в комнате пнул пустой стул, и тот упал на пол. Это наконец-то вызвало реакцию Кларка. — Прекрати, придурок! — Заставь меня, — широко улыбнулся парень. Несколько минут они смотрели друг на друга, словно участвуя в каком-то странном состязании взглядов. Затем ребёнок снова рыгнул, и Кларк вскочил. Стол между ними сдвинулся в сторону ребёнка и слегка толкнул его в живот. Парень тоже вскочил и попятился. На долю секунды он испугался, но тут же сжал кулаки и злобно зарычал. Но мужчина не сдвинулся с места. Он просто стоял и сжимал губы. — Может, кому-то стоит... с начал Роуди, и в этот момент Джек кивнул. Джек направился к двери, но прежде чем он успел уйти, сотрудник службы опеки заговорил снова. — Сядь и заткнись. Веди себя прилично. Сейчас же, — Это не звучало угрожающе, но сработало. Парень всё ещё выглядел сердитым, но ничего не сказал. Он просто настороженно наблюдал за мужчиной. — Я сказал, садись. Сейчас. Мальчик взял стул, задвинул его в угол и уселся на него. Его взгляд метал молнии в сторону мужчины в комнате. — Вот это действительно крепкий орешек, — вздохнул Роуди. Он знал только тех кадетов, с которыми работал и которые не всегда были милыми и покладистыми, но с которыми всё же было проще иметь дело, чем с этим парнем. Не говоря уже о детях его сестры, которые всегда улыбались, когда он был рядом. Джек кивнул. — Иногда, чтобы выжить, нужно быть самым крутым парнем на районе, — внезапно сказал Тони, и Роуди не смог удержаться от того, чтобы не уставиться на друга. Что это значит? Сколько Роуди знал Тони, его друг всегда был самым умным в компании и самым обеспеченным, поэтому никто не разговаривал с ним подобным образом. Или всё-таки разговаривал? Но прежде чем он успел спросить Тони или хотя бы попытаться поймать его взгляд, дверь в их комнату снова открылась, и тот мужчина направился прямо к Джеку. Роуди и Тони увидели, как он показал Джеку документ, и тот взял его, чтобы прочитать. Минуту. И тридцать секунд. Роуди слышал, как дышит Тони, такой чертовски спокойный. Ему хотелось повернуться к другу и встряхнуть его, потому что то, что творилось у него в голове, не могло быть хорошим. Джек поднял голову и посмотрел прямо на Тони. По его лицу было не понять, что он скажет дальше, и Роуди молился, чтобы это было что-то, что они смогут пережить. — Поздравляю, мистер Старк, это мальчик. Он протянул документ Тони, но тот не пошевелился. Роуди знал, что Тони не нравится, когда люди пытаются что-то ему дать в руки, но в этот раз всё было по-другому. Взяв бумагу, он увидел, что Тони стоит на месте. Его глаза были широко раскрыты. Лицо внезапно побледнело. Он тяжело дышал и слегка дрожал. Но он не выглядел так, будто хотел сейчас быть здесь с ними. Роуди взглянул на документ. Это было совпадение. Ругач в соседней комнате — это Алессандро, сын Тони. — Чёрт возьми! — вздохнул Роуди и уставился на парня, который всё ещё сидел на стуле в углу и сверлил взглядом сотрудника службы опеки, как будто вся его жизнь вот-вот не изменится. Тони застыл на месте. Роуди не был уверен, что его друг действительно понимает, что сейчас происходит. — Хорошо. Что теперь? Адвокаты? Когда мы сможем с ним поговорить? — Роуди достал из кармана мобильный телефон, и его не удивило, что он уже открыл аккаунт Пеппер. Если кто и знал, как решать юридические вопросы, так это Пеппер. Роуди позаботится о Тони. Джек снова кивнул. — Адвокаты. Думаю, мне стоит пойти и сообщить хорошие новости. — Он указал на парня и сотрудника службы опеки. — Можно нам остаться? — спросил Роуди. — Мы не будем вмешиваться, но можем ли мы просто посмотреть на него? Можем ли мы с ним поговорить? Сегодня? Сейчас? Можем ли мы?... Джек поднял руку. — Дай мне с ним поговорить. Прощупать почву, понимаешь? Мы до сих пор не знаем, какое отношение он имеет ко всему этому, и пока мы этого не знаем, это может быть что-то вроде… — Ошибка? — Голос Тони звучал хрипло, как будто он кричал несколько часов подряд. Роуди начал переживать за друга. Он подошёл к Тони и положил руку ему на спину. Он чувствовал, как напряжён Тони. — Ты всё ещё думаешь, что это могла быть ошибка? — Нет, — Джек покачал головой. Он помолчал с минуту, пытаясь подобрать нужные слова. — Думаю, я хочу быть абсолютно уверен, ну, совсем-совсем уверен, что никто не смог подделать этот тест или наши данные. Я бы хотел, чтобы ты повторил тест с его кровью и своей. Понимаешь? Просто чтобы убедиться, что ничего не происходит. — Ты всё ещё думаешь, что это не Сандро», — сказал Тони. — Ты не хочешь, чтобы мы забрали его домой, потому что считаешь, что это уловка. Джек не выглядел таким уж уверенным. Роуди видел это по его лицу. Тогда зачем он позвонил так рано? Если он не надеялся на Тони? Что изменилось за это короткое время? — Я хочу быть уверен, Тони. Мы должны быть уверены. Роуди ничего не понимал и знал, что Тони тоже не понимает, но они ничего не могли с этим поделать, поэтому медленно кивнули. Джек вышел из комнаты, и оба мужчины обернулись, чтобы посмотреть, как он разговаривает с мальчиком.