Дай мне шанс простить тебя

Рейх завозился, почувствовав сквозь сон нетерпеливые прикосновения холодных рук к талии и бедрам. Прикосновения?.. - Ах, ты!..- Рихард дернулся, поняв, кто это, - Саша!..Отпусти! - Тише, разбудишь Фридриха. - Зашептал Союз, целуя его шею, - Как же ты пахнешь…Я сейчас с ума сойду. Скривившись от запаха алкоголя, исходившего от Александра, немец вновь дернулся, пытаясь вылезти из-под Союза, хоть и понимал, сколь тщетны его жалкие попытки выбраться. Он лежал на животе, а Саша практически полностью лежал на нем, из-за чего Рихарду даже дышать было тяжело, не то что скинуть его с себя. Союз по сравнению с ним был просто огромным. «Он пил? – Удивленно подумал Рейх, все еще улавливая запах спирта, - Какого черта?..Никогда не видел его пьяным или даже просто выпившим. Что у него там с сыновьями случилось? Эти трое вернулись подавленными, а Саша напился! Черт…Вдруг он пьяный совсем чудовище?» Чувствуя, как телом начинает овладевать паника, немец вновь задергался, но Александр, коленом раздвинув его ноги, прижался теснее и засмеялся. - Такой маленький, хрупкий…- Шептал Союз ему на ухо, - Но так отчаянно сопротивляешься. Это забавно, Рейх, мне нравится. - Я сейчас закричу!..- Прошипел Рихард, - Пускай твои дети сбегутся и посмотрят, чем занимается их пьяный папаша! Союз замер. Рейх от этого еще больше напрягся, боясь, что Саша сейчас совсем рассвирепеет. Но Александр лишь выдохнул и слез на пол, садясь около кровати. Оперевшись на бортик, Союз сжал ладонями голову и что-то тихо прошептал. Рихард его не услышал, продолжая в темноте рассматривать понурый силуэт Александра. «Чего это с ним?..- Размышлял немец, сидя на кровати, уставившись на хозяина дома, - Напился…Никогда так не делал. Похоже, его дела совсем плохи. Может, хоть в комнату его отвести? Я не смогу уснуть, пока он здесь». - Вставай. – Рихард слез с постели и сжал его локоть, - Я отведу тебя в комнату. Саша поднял на него усталый взгляд, полный боли. Рейх почувствовал, как зашлось сердце от этих ярко-желтых глаз, полных невысказанной тоски. «Что ж…Его глаза меня всегда привлекали. Такой необычный цвет. – Немец помог Союзу подняться и закинул его руку себе на плечо, - Да и в целом он красивый…Сволочь, конечно, но с внешностью ему повезло…И вроде пьяный он спокойный, к счастью. Иначе тут сейчас такое могло начаться». Выдохнув от напряжения, немец с трудом удерживал пьяного Союза, когда тот, под действием алкоголя, вновь и вновь норовил завалиться посреди коридора. Мысленно проклиная его огромный рост и не маленький вес, Рихард завел Сашу в комнату и помог сесть на кровать. - Спасибо. – Произнес Союз и в ту же секунду дернулся в его сторону. Рейх даже не успел удивиться или среагировать, как его схватили и, крепко зажав рот ладонью, опрокинули на кровать. Саша навалился сверху, ухмыляясь и глядя на напуганного немца. - Я не настолько уж пьян. – Александр засмеялся, - А ты, оказывается, такой заботливый, повел меня в комнату… Задергавшись, Рейх двинул ему коленом в живот, но Саша не шелохнулся, продолжая вжимать Рихарда в кровать своим телом. - Прости, что ударил утром…- Мягко произнес Союз, чуть нахмурившись, осматривая синяк на переносице, - Не стоило мне этого делать. Рихард удивленно глянул на спокойного и вполне добродушного Александра. «Извиняется? – Немец недоумевал, - Ничего себе…И смотрит с такой любовью. Не уж-то передумал насчет меня? Это было бы замечательно. Но, возможно, все дело в алкоголе…С другой стороны, это может нам помочь. Нужно воспользоваться ситуацией с пользой для себя!» Немец сжал руку Союза, прося убрать ее ото рта. - А ты не станешь кричать? – С улыбкой поинтересовался Саша. Рейх отрицательно мотнул головой. Александр, усмехнувшись, убрал руку от его лица и уставился на него влюбленными глазами, в которых плескалась нежность. - Чего ты хочешь, Саша? – Спросил Рихард, изображая растерянность. - Мне одиноко. - Обиженно протянул Союз, глянув на немца пьяными глазами, - Рассорился с детьми, с тобой…Мне так плохо и больно. Прости меня? - За что простить? Ты сказал, что не любишь меня. – Немец выдохнул, - Так что я повторю вопрос: чего ты хочешь? - Я хочу тебя…- Игриво протянул Саша и улыбнулся, - Ты такой красивый, Рихард…Безумно красивый. - Я не буду спать с тем, кто меня ни во что не ставит! – Рейх отвернулся, - Я не какая-то дешевая шлюха, которой можно пользоваться! Рихард прекрасно осознавал, как нужно себя вести. Поддаться Александру без лишних вопросов – слишком просто, он даже пьяный поймет, что это ложь, а вот изображать обиду будет идеальным ходом. Ведь именно этого Саша и ожидает? - Обиделся…- Александр прижался к нему, засмеявшись, - Дурачок. Мало ли что я сказал? Мне сейчас тяжело, вот и наговорил всякого. Конечно, я очень сильно тебя люблю. Ты единственный, кого я любил и буду любить всегда. Рихард едва сдержал победную ухмылку. Он знал, что не мог Саша просто взять и разлюбить его после стольких лет, проведенных бок о бок, после таких страстных и эмоциональных отношений. Наслаждаясь осознанием, что Союз все еще любит его, Рейх снова почувствовал себя хозяином положения, задетая гордость вновь воспряла, как и пошатнувшееся самолюбие и уверенность в себе. Рихард в один миг забыл о том, как ему было плохо без внимания Александра и как он практически поверил в то, что у него есть чувства к Союзу. Нарциссизм и эгоизм моментально овладели сознанием Рейха, ведь жертва вернулась в его когтистые лапы. «Жалкий коммунист, - Рейх кусал губы, чтобы скрыть улыбку, полную надменности, - Кому ты пытался врать?! Разве мог ты меня разлюбить? Я – это все для тебя, воздух, которым ты дышишь! Это я могу тебя не любить, но ты всегда будешь сходить по мне с ума, а я буду этим пользоваться! Захочу – буду нежным и подарю тебе любовь и ласку, а захочу – посмеюсь над твоими чувствами и заставлю страдать…Ты – мой, Саша. Ты принадлежишь мне и так будет всегда». - И я должен в это поверить? – С иронией протянул Рейх, изображая оскорбленную невинность. - Не дуйся, солнышко. – Союз поцеловал его в шею, - Позволь, я сделаю тебе приятно?.. Рихард для вида посопротивлялся несколько минут, пока Александр настойчиво и слегка несдержанно ласкал его шею, грудь, а затем и живот с проступающими мышцами пресса. Союз мягко водил по животу языком, заставляя Рейха нетерпеливо извиваться от сладкого возбуждения. Немец чувствовал, как страсть и похоть туманят его разум – возвращение любимой жертвы в его сети заводило похлеще любых наркотиков и афродизиаков. Хотелось, чтобы Александр доказал свои чувства, продемонстрировал их в полной мере, чтобы удостовериться, насладиться своей властью над ним. - М-м-м…Саша! – Простонал Рихард, почувствовав прикосновение горячего и влажного языка к члену, - Ja, gut…Hör nicht auf! Союз медленно водил кончиком языка по твердому члену, явно наслаждаясь происходящим. Он облизал головку и затем погрузил ее в рот, щелкнув по ней языком, заставляя Рейха сдавленно простонать от вспышки удовольствия, ударившей в голову. Сжав руками бедра немца, Александр резко погрузил член полностью в рот и замер на несколько секунд, сглотнув, отчего стенки горла коснулись головки и Рихард, зажав рот ладонями, чтобы приглушить звук, практически завыл. Раньше Союз часто доводил его вот такими приемами до трясучки, заставляя быстро кончать и сходить с ума от удовольствия. - Саша, пожалуйста…- Прохныкал он, вцепившись в растрепанные красные волосы любовника. - Нетерпеливый. – Усмехнулся Александр, облизнувшись, - Просто расслабься и получай удовольствие. Из тумбочки он достал баночку вазелина и, смазав пальцы, вновь взял его член в рот, теперь уже активно работая языком. Рихард простонал, а когда почувствовал, как в него проникли сразу два пальца, вздрогнул, но не от испуга, а от нового ощущения – Саша впервые ласкал его так, одновременно подготавливая, и это было…Приятно. К двум пальцам добавился третий, а движения головой стали быстрые и немного хаотичные. Рейх, вцепившись в простынь и вскрикнув, выгнулся дугой, кончая. Саша отстранился, приподнявшись, и немец мог наблюдать, как на припухших и покрасневших губах Союза, в свете луны, блестят капельки спермы, которые тот соблазнительным движением слизал. - Быстро ты…- Усмехнулся Александр, мягкими движениями растягивая его, - Я так быстро кончить не смогу. - Как всегда. – Фыркнул довольный Рихард, усмехнувшись, - Давай, я уже готов. Саша стянул с себя свитер и расстегнул штаны, не став раздеваться до конца. Притянув немца чуть ближе, он закинул его ноги себе на плечи и одним резким движением вошел в расслабленное тело. Рейх зашипел от болезненных ощущений, но они быстро сменились на горячие и приятные, такие, которые немец просто обожал. Саша двигался мягко, не просто вдалбливался в него как сумасшедший, чтобы удовлетворить себя, а старался доставить удовольствие Рихарду, выдерживая мягкий, но страстный темп. - Посмотри…- Хрипло прошептал Александр и, сжав шею немца, дернул на себя, почти сложив его пополам, - Как ты меня принимаешь…Твоя дырочка такая мягкая и красная, влажная…Внутри тебя так горячо, Рихард, ты не представляешь. Рейх, конечно, ничего не увидел, однако полный возбуждения шепот и похабные речи заводили его. - Нет ничего приятнее, чем трахаться с тобой. – Тихо произнес Союзу на ушко немец, подыгрывая ему в этом вихре похоти, - Твой член как будто был создан специально для меня. Облизав его ухо, Рихард, постанывая от глубоких толчков, укусил Александра за шею и с каким-то извращенным наслаждением почувствовал на языке металлический привкус крови. Присосавшись к ранке, словно вампир, Рейх вцепился ногтями в мощные плечи и с силой провел по ним, царапая кожу. Саша зашипел от боли, но не оттолкнул Рихарда, наоборот, прижал к себе крепче и ускорил темп. Покрывая шею укусами, Рейх вновь кончил и затрясся в крепких объятиях, с трудом сдерживая крик, чтобы не перебудить весь дом. Когда он успокоился, Саша толкнул его и перевернул на живот, а затем снова вошел, ложась сверху. Рейх захрипел, чувствуя на себе вес Союза, но постарался расслабиться, наслаждаясь тихими и хриплыми стонами своего любовника. Вцепившись зубами в плечо немца и нетерпеливым движением сунув пальцы ему в рот, Александр стал действовать грубее, его толчки стали несдержанные и даже слегка болезненные. - Почему мне даже сейчас тебя мало?! – Отчаянно прошептал Саша, вбиваясь в хрупкое тело под собой, - Рейх…Я люблю тебя, люблю, люблю… У Рихарда даже в глазах потемнело от навалившегося удовольствия и истинного чувства удовлетворенности. Эти жалобные нотки в пьяном голосе опьяняли и его самого, заставляя забывать обо всем на свете. Старательно облизывая чужие пальцы и приподнимая бедра навстречу сильным толчкам Рейх мог думать только о том, что Александр никогда и ни при каких обстоятельствах не должен принадлежать кому-то другому. «Мой…- Лихорадочно проносилось в затуманенной голове немца, - Только мой…Я дарю ему наслаждение и я подарю ему боль и страдания, я уничтожу его…Саша, мой Саша…» - Я кончу в тебя. – С ухмылкой протянул Союз, слегка сжав его шею. - Ха-а…- Выдохнул Рейх, двинув бедрами, - Да… Кончи в меня, я хочу этого. Толкнувшись особенно глубоко, Саша тихо простонал и Рихард почувствовал, как его живот наполняется спермой и это было безумно приятно. Усмехнувшись своим новым специфическим наклонностям Рихард с трудом справлялся со сбившимся дыханием. - Саша, мне нечем дышать. – Просипел немец со смешком. - Прости. – Пробормотал обессиленный Александр и приподнялся, вытаскивая из него член, - Не будь я так пьян, мы бы сделали это еще разок. Вцепившись в ягодицы Рихарда, Саша чуть раздвинул их в стороны, наблюдая, как из растянутой дырочки потекла сперма. Картина была безумно возбуждающей и Союз, несмотря на свои последние слова, лег на кровать, затаскивая Рейха сверху. - Ты чего? – Немец усмехнулся, - Сказал же, что слишком пьян. - Ну…- Саша одной рукой сжал его талию, а второй шлепнул по заднице, заставляя простонать, - Ты же трезвый. - …хорошо. – Рейх ухмыльнулся, потеревшись о его член, - Я не против еще одного раунда.

***

Хмурый Александр сидел на кухне и курил. Он отвез детей на занятия, даже тройняшек решил увезти на подготовительные уроки, не имея сил сегодня ими заниматься. Прошедшая ночь не давала ему покоя, ведь она разрушил все то, что старательно Союз отстраивал три месяца, возводя стену между ним и Рихардом. Но…Жуткая ссора с сыном, чувство вины, боль и несколько бутылок алкоголя вновь вернули его к исходной точке, от которой он так старательно убегал. «Теперь все начинать заново. – С досадой подумал Александр, докуривая уже четвертую подряд сигарету, - Черт! Зачем я напился?! Ладно хоть дети меня не видели пьяным, это было бы совсем плохо. А вот Рейх…Я ему в любви признался, у нас был такой секс…Мне снова придется себя ломать! Хочется оставить все как есть и наладить отношения, но я же знаю, что в нем нет любви, я для него…Игрушка. Этот эгоист не испытывает ко мне ни капли нежных чувств!» Рациональные размышления активно вытеснялись эмоциями и потребностью в любви и ласке, но Саша, как мог, препятствовал этому. Из-за противоречий в голове его одолевала злость и раздражительность. Это уже было похоже на полное отчаяние и любой из вариантов вел к боли. Довериться и быть преданным – боль, окончательно разорвать все связи – боль. Что же делать?.. «Отправлю его в Берлин. – Мрачно подумал Союз, вновь закуривая, - выберу меньшее из двух зол. Россия уедет в Китай, а Рейх пусть отправляется в Берлин, подальше от меня. Я буду заниматься детьми. Да…Мне так будет гораздо проще, не будет, хм…Раздражающих факторов. Я смогу сосредоточиться на младших детях без нервов и раздражительности. Фридриха только жаль…Малышу нужен родитель в таком нежном возрасте. Что ж, значит, включу в работу Олега и Николая, у меня все равно нет иного выбора. Просто приставлю к ним своих доверенных помощников, людей, которые однозначно меня не предадут. А у меня будет больше свободного времени для детей». Сердце екнуло в груди. Расставаться с Рихардом было больно, хоть Саша и понимал необходимость этого, хотя бы для собственного благополучия и благополучия его детей. А вот расставание с Россией… «Моя обида никак не пройдет. – Союз выдохнул, глянув в окно на серые тучи, - Я не знаю, как мне с этим справиться. Сейчас Ивану будет лучше вдали от меня, Китай о нем позаботится, я уверен». - Доброе утро. Саша вздрогнул, услышав голос Рихарда. Глянув на потрепанного немца Союз с трудом сохранил невозмутимое выражение лица. Заспанный, взъерошенный, в этой полурасстегнутой рубашке и широких брюках…Такой трогательный и красивый. Александру хотелось кричать от боли. - Слушай, то, что бы вчера ночью…- Рейх слегка покраснел, доставая кружку из шкафа, - Ты… - А что было ночью? – Союз пожал плечами, ловко скрывая свои истинные чувства, - Потрахались и все. Это ничего не меняет. Рихард мгновенно побледнел и задрожал. Саша отвернулся, не желая видеть боль на лице немца. - …что?! – Прохрипел Рейх, - «Ничего не меняет»?! Просто потрахались?! - Да. – Коротко ответил Александр, даже не повернувшись. - Ты сказал, что любишь меня! – Закричал Рихард, - Ты клялся мне в любви! - Солгал. – Саша поднялся со стула намереваясь уйти, - Просто хотел, чтобы ты ноги раздвинул без своих истерик. - Сраный ублюдок! – Рихард замахнулся и запустил в Союза большой кружкой, - Как ты посмел?! Александр увернулся и кружка разбилась о стену, засыпав пол кухни осколками. Поведение немца его злило все сильнее и сильнее, особенно сейчас, когда он и так терзался противоречивыми чувствами и очень хотел тишины и покоя. Однако, Саша не собирался показывать свои истинные эмоции. - Псих. – Спокойно произнес он, обходя осколки, - Убери это. Если кто-то из детей поранится о стекло – я его тебе в глотку запихаю, понял? Глянув на дрожащего и находящегося в истерическом припадке немца Саша ушел, словно ничего не происходило. А вот Рейх сгорал от ярости и моментально вспыхнувшей ненависти к Союзу. Подскочив к шкафу он стал доставать оттуда кружки, тарелки, разную кухонную утварь и швырять о стены, ругаясь на немецком языке. - Мать твою, ты с ума сошел?! Искренне удивленного голоса России он не услышал, продолжая плакать и ругаться, швыряя посуду. Он хотел, чтобы Саша вернулся, чтобы накричал на него, чтобы начал ругаться, сделал хоть что-то!..Только бы показал эмоции, а не это холодную отстраненность, убивавшую немца, разум которого голодал без ответных эмоций. - Да успокойся, блять! – Иван, с трудом обходя осколки, подбежал к Рейху и повалил его на пол, крепко сжимая руки, - Рихард! Угомонись! - Отпусти меня! – Заорал немец, дергаясь, - Русская свинья! Я ненавижу тебя! Отпусти!! - Заткнись, сука, иначе второго глаза лишу! – Зарычал в ответ Иван, - Замолкни! Урод, ты чего истеришь, как девка?! - Потому что твой отец – бесчувственный кусок дерьма! – Рейх дернул головой, ударяя Россию по носу, и вскочил с пола, - Убери от меня руки! - Сука…- Ваня тоже поднялся, - Истеричка сраная… Замахнувшись, он ударил Рейха в живот, заставляя согнуться от боли, но немец, подстегиваемый яростью, быстро пришел в себя и кинулся на Ивана, вцепляясь ему в шею. Россия хотел оттолкнуть его, но… - Блять, какого черта вы устроили?! Саша, словно из ниоткуда возникший на кухне, схватил их за воротники рубашек и растянул в разные стороны, словно дерущихся котят. - Вы оба…- Александр с трудом сдерживал злость, - По комнатам, живо! - А я-то за что?! – Возмущенно спросил Россия, - Я просто хотел его остановить! - Тебя кто-то об этом просил? – Фыркнул Союз, - Нет. Марш в комнату! Выйдешь к ужину. - Не выйду! – Прохрипел парень, дернувшись от отца, - Вас, Александр Михайлович, я буду только раздражать своим присутствием! Союз пропустил мимо ушей то, как Иван обратился к нему. Он считал это лишь жалкой попыткой привлечь к себе внимание и не более. Это только сильнее злило Александра, который ожидал от своего наследника более взрослой реакции на их затянувшуюся ссору, не замечая за собой абсолютно такого же детского и обиженного поведения. Не дождавшись от отца хоть какой-то реакции, разозленный Иван покинул разрушенную кухню, предварительно пнув не разбившуюся тарелку. Рейх не слушал их разговор, пребывая глубоко в себе от пережитого стресса. Он не мог поверить, что Саша просто использовал его и лгал так нагло прямо в глаза. Вновь задетый эгоизм выворачивал его душу, заставляя мучиться. - Думаешь, я стану терпеть твое поведение? – Пугающе спокойно спросил Саша и толкнул Рихарда прямо на осколки, - Убери здесь все и чтоб я тебя до вечера не видел. - Сам убирай. – Прохрипел Рейх, словно не чувствуя боль от порезов осколками на теле. - Значит, подчиняться ты не будешь? – устало спросил Александр и присел на корточки рядом. - Нет. – Твердо произнес Рихард, сам того не замечая, сжимая в руках осколки, которые ранили руки, - Катись в ад. Он ждал ударов, криков, хоть чего-то, но…Саша лишь качнул головой и поднялся. - Тогда иди в комнату. Это ужасающее спокойствие…Рейх затрясся, не веря, что человек мог так поменяться, поменяться до такой степени, что его покинули все эмоции. А ведь вчера он был совсем другим…Насколько же велика его боль, если он научился так себя контролировать, лишь бы не проживать чувства, приносящие эту боль? Но Рейх не знал, что Александр был спокоен по другой причине. Саша просто окончательно решил, что он покинет его дом сразу после того, как Иван уедет в Китай. Вскочив, Рихард убежал, а Союз принялся за уборку. На то, чтобы убрать все осколки, ушло практически два часа. Все это время Саша усиленно размышлял о Рейхе, о России и в целом о том, во что превратилась его некогда счастливая и дружная семья. «Рыба гниет с головы. - Александр выкинул последние крупные осколки, - Я глава семьи и любой бы сказал, что все произошедшее - моя вина, как бы я этого не отрицал в глубине души. За детьми я недоглядел, Рихарда тоже я сюда притащил, не справившись со своими чувствами…Черт, это ведь изначально очень плохая идея. Чем я думал, когда вез его сюда? Рассчитывал приручить лживого и расчетливого монстра? Я столько лет был пешкой в его руках, так с чего я решил, что смогу это изменить?..Надо, чтобы он поскорее уехал, иначе чувства снова мной овладеют и я не смогу прогнать его. А Россия?..Мне нужно найти в себе силы поговорить с ним. Несмотря ни на что, он - мой сын и я должен, как родитель, пойти на примирение, хоть меня и гложет обида. Иначе в этом доме не будет мира». Собрав в кулак всю свою волю, Саша направился к России. Дверь в его комнату была приоткрыта. Союз осторожно заглянул внутрь: Ваня спал, свернувшись в клубок, словно котенок, и укутавшись в одеяло. Александр слабо улыбнулся - Россия всегда спал в этой позе, будто бы защищаясь от чего-то. «Он не получал от меня должной защиты и любви в раннем детстве, вот и приучился так спать. - Союз тихо прошел в комнату, осматриваясь, - Или я надумываю? Неважно…Почему же мне так тяжело его простить? Хм…Его ошибки - это мои ошибки, а я ненавижу ошибаться, тем более так глупо, как он». Мысли Александра прервались, стоило только ему наткнуться хмурым взглядом на того самого мишку, подаренного России, с которым он в детстве не расставался. Игрушка выглядела слегка потрепанной, но было видно, что Ваня трепетно бережет ее. Саша почувствовал ком в горле - этот старый медвежонок был словно символ их особой родственной связи. Взяв мишку Союз подошел к постели крепко спавшего Ивана и посадил игрушку у изголовья, сам не зная зачем. Хотел показать сыну, что любит его, невзирая на обиду? «Прости, сынок, - Александр поправил одеяло и убрал с лица России отросшую челку, - Дай мне еще немного времени…Ты ведь знаешь, как на самом деле плох в родительстве твой отец. Ты единственный это знаешь. Именно поэтому я хочу отправить тебя к Китаю, там у тебя есть шанс обрести спокойствие и, возможно, любовь? Я бы хотел, чтобы так и было. Пусть у тебя будет человек, которому ты сможешь доверить свои тайны или на меня пожаловаться, например. Родственная душа…Мой отец ошибся и познакомил меня с монстром, я же надеюсь, что смог сделать правильный выбор». Злости еще было много, как и обиды, но теперь, хотя бы отчасти, Саша был готов признать свою вину и попытаться что-то с этим сделать, но на это требовалось время.