Кто-то приходит

С утра Виктор Петрович экспериментировал, пытаясь удивить туриста. Удивление — прямой путь к радости. Над дверью в охотничий домик Виктор Петрович развесил красивые прозрачные сосульки, каждая по-своему преломляла свет, каждая новым оттенком отливала в свежих рассветных лучах. Турист не удивился. Аккуратно отломил те сосульки, которые мешали ему проходить сквозь проем, остальные оставил. Виктор Петрович уговорил стайку гаичек спорхнуть на ветку перед туристом и насвистеть веселую песенку. Про узорные снежинки и то, как хорошо наконец наесться так, что больше и не хочется. Турист не удивился. Сощурился на пичужек, да и снова впился глазами в пустоту между деревьев. Все-то время ему кого-то не хватало, что во сне, что наяву. Совсем рядом с Виктором Петровичем прошел в лесу, да под чарами невидимости, к счастью, не заметил. На просеке турист наткнулся на лося. Это уже не стараниями Виктора Петровича, случайно. Лось был большой и страшный. Темная шерсть на нем местами свалялась и торчала клочьями, длиннющие ноги поднимали тело на опасную высоту над землей, неповторимая горбинка на носу добавляла морде с черными глазами-угольями свирепости. Турист не удивился. Удивился лось. Он как-то привык к другому отношению. Ему не нравилось, когда непонятные пришельцы смотрят на него волком, машут в его сторону пренебрежительно руками, пахнут кожей и металлом, не боятся. «Горожанин, что с него взять», — мысленно посочувствовал лосю Виктор Петрович. Лось не понял, торопился убраться подальше. Что, интересно, турист так пристально выглядывал в лесу? Может, елочку к празднику подбирал? Пора бы уже. Между делом Виктор Петрович слепил снеговика и послал его к охотничьему домику. Пусть спрячется и понаблюдает, надо же узнать, чем в самом деле порадовать туриста. *** Дверь оказалась приоткрыта, в доме кто-то был. Баки не смог бы сказать по каким признакам это определил. Вдумываться было некогда, он потерял бы преимущество внезапности. Подкравшись как можно ближе, он толкнул дверь. Ввалился внутрь, сразу же отскочил в сторону, уходя с возможной линии огня. Огня не последовало. Вообще ничего не последовало, тишина. Пустота. Только под дверью куча снега, какие-то ветки, пара шишек. Баки запер дверь на задвижку, уходя, но даже если допустить, что нет, ветром могло нанести снег. Никак не шишки. Нет рядом сосен. Баки осторожно выглянул наружу. Осмотревшись, уже спокойней обошел окрестности. Ни следа, ни знака. Но кто-то был в его доме и оставил привет. Ничего не найдя, он взял из угла, где хранились инструменты, метлу и вымел начавший подтаивать снег на улицу. В углу лежали лысоватая метелка на обломанном черенке, деревянная лопата для чистки снега, уже тронутый ржавчиной, но пока прочный топор. Вполне себе оружие. Баки взвесил его в руке. Покрутил на пробу. Мысленно извинившись перед неведомым хозяином хижины, отломал и бросил в печь топорище. Обухом сначала выковырял яму в твердой земле, а затем в той же яме и оставил, притоптал сверху для надежности. Он хотел сходить с бутылкой к случайно обнаруженному в лесу роднику — думал, не придется топить скудный и грязный снег. Но теперь появились другие дела. *** Второго снеговика Виктор Петрович постарался проинструктировать. Ума у снеговиков немного, считай, что и вовсе нет. Предыдущий вот решил, что прятаться — значит, зайти в дом, чтоб снаружи его не было видно. Рассыпавшись снегом, прилетел обратно к Виктору Петровичу, плакаться, просить новые глаза-шишки, руки-веточки. Поначалу все шло удачно, новый снеговик добрался до лесной опушки, увидел бледно светящееся окошко. А потом что-то со всей хлести ударило его. Снег был рыхлый, снеговик мгновенно разделился пополам, рассыпался. Голова, правда, не сразу развалилась, так что Виктор Петрович услышал поднявшийся звон, увидел выскочившего из дома туриста. Шпионаж, начал подозревать Виктор Петрович, непростое ремесло, быстро его не освоишь. Надо было всю дорогу снеговику указания давать. Но Виктор Петрович отвлекся, ему пришла запоздалая гениальная идея по поводу починки саней, и дело подалось. Глядишь, удастся улететь и без всяких туристов. К концу ночи реактивная установка настолько остыла, что Виктор Петрович решился на пробный полет. Двигатель заработал неровно поначалу, нехотя, но потом все же набрал мощность, позволил подняться над самыми высокими кронами. И тут же дал сбой. Сани потеряли тягу и чуть было не вошли в опасное пике, Виктору Петровичу едва удалось их посадить без дальнейших разрушений. Эх, а всю ночь чинил, старался, будь они неладны! С досады он топнул валенком. Земля еле слышно зазвенела. К лесу издали, уловив сигнал, потянулись пышные, кудрявые, как сытые овцы, тучки. Пока они не подобрались близко, Виктор Петрович поколдовал с энергией частиц в атмосфере. Не зря высшее образование получал, вот — пригодилось. Вдруг турист… мальчик не спит? На него теперь последняя надежда. Уж северное сияние кого угодно проймет! *** Дело затягивалось, и Баки начинал жалеть, что не взял в магазинчике в ближайшем городке побольше еды. Кто-то знал о его присутствии и чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы сообщить об этом Баки. Предупреждали, что надо держаться подальше? «Гости» не оставляли следов, ни на земле, ни в снегу. Если не считать за следы еловые шишки. Одна из его ловушек сработала, и Баки не настолько в себе сомневался, чтобы допустить, что сработала случайно, вхолостую. Телефон упорно не ловил сигнал. Недоставало старой-доброй радиостанции. Баки без особой надежды, скорее по графику, глянул на экран. Батареи осталось мало. «Планы на Рождество?» Можно было лечь спать, доверившись ловушкам. Но он, пожалуй, даже надеялся на атаку. Прямое нападение все бы прояснило. Под утро что-то мелькнуло в небе. Или показалось? Краем глаза, сквозь наполовину замерзшее стекло… Баки вышел на улицу, вгляделся в небо. Звезд — обычных, не чреватых утечкой радиации, вверху было полно. Лицо быстро начало болеть — заметно похолодало за ночь, еще и ветер задул. Вверху из темноты медленно пророс призрачно-зеленый столб. И еще один, и еще. Они плыли и танцевали в небе, как волны тонкой ткани, меняли оттенки, светились. Аврора. Баки выругался себе под нос. Отлично, возможные отсветы двигателя на этом фоне вообще не разглядеть.