Fox Trap

В квартире Мэйлин. Тэхён сидел на подоконнике, уткнувшись в чашку чая, как в орудие великой скорби. Хвост его был драматично поджат, волосы — разве что не всклокочены от внутреннего негодования. — Жалкая человечишка! Ты могла хотя бы подождать, пока я доем десерт, — буркнул он, не глядя на Мэйлин. — Вишнёвое сакэ, лепестки, вон там дух цапли рассказывал стихи. Вечер только начался. — Ты был в доме красных фонарей, — подчеркнула она, заваривая себе чай. — Я не собиралась ждать, пока ты в кого-то влюбишься по ошибке. — Откуда ты вообще меня знаешь? — Хороший вопрос, — ухмыльнулась Мэйлин, едва сдерживаясь, чтобы сгоряча не нанести ему физический вред. Бомгю, лежащий на ковре, закинул ногу на подлокотник кресла и протянул: — Ты испортила ему мини-отпуск. Он же собирался выиграть конкурс на "Самого желанного духа недели". — Я лидировал, — мрачно добавил Тэхён. — На два поцелуя и один массаж лап впереди белого фенека с шестого квартала. Мэйлин с трудом сдержала смешок. — И теперь ты мой слуга, — напомнила она невинно. — С горячим чаем и напоминаниями о том, как ты меня любил. — О, это невыносимо, — простонал Тэхён и шумно хлебнул чай. — Ладно. Только знай… я отомщу. Сделаю утро из лепестков сакуры и бесконечных разговоров о чувствах. Ты у меня вспомнишь каждую лисью поэму, клянусь хвостом. Мэйлин спокойно села напротив и подлила себе чаю. — Хорошо. Только на этот раз — вместе до конца. Договорились? Он прищурился, как истинный кицунэ. — До конца… или до следующего поцелуя? Бомгю захихикал в подушку.

***

Ранним утром Тэхён восседал на спинке дивана, как на троне. Белая рубашка, распущенные волосы, взгляд — с томным блеском. Он сделал голос бархатным и мягким, как сливки с ванилью: — Мэйлин. Я подумал… может, мы обсудим условия контракта? Более гибкий вариант. Больше свободы. Меньше уборки... Она мельком глянула на него, не отрываясь от нарезки хлеба. — Нет. — Я могу сделать тебе массаж, — предложил он, мягко спрыгивая на пол и приближаясь. — Или составить поэму. Или прочитать сны твоего будущего. — Можешь начать с тарелок, — не моргнув, сказала она, указывая на раковину. Он прикусил губу, драматично отступил на шаг: — Ты правда хочешь, чтобы я — дух высокого ранга, хранитель древнего контракта, почти легенда — мыл вот это? Она развернулась с тарелкой в руках: — А ты хочешь, чтобы я напомнила тебе, как ты был «самым желанным духом недели» в доме красных фонарей? Тэхён с достоинством принял поражение, проходя на кухню, как в ссылку. Оттуда донёсся шорох воды и глухое бормотание: — Ки-цу-нэ, — передразнил он. — Хитрый, изворотливый, великий соблазнитель… Угу. Шаманская Золушка, а не кицунэ. Бомгю, сидящий в кресле с кроссвордом, поднял взгляд: — Я могу научить, как правильно улыбаться во время уборки. Смотри: у-лыб-ка, хвост вправо, спина прямая. Будь лисом, а не тряпкой! Тэхён бросил в него губкой, второй рукой формируя ледяную острую сосульку. Бомгю фыркнул: — Не страшно совсем. Не забывай, у тебя фартук с утятами. Тэхён обречённо посмотрел на себя. — Я официально унижен. — И официально в контракте, — подмигнула Мэйлин.

***

Ближе к обеду Тэхён устроился на полу, окружённый свечами, дымящимися благовониями и разложенными амулетами. Голос стал низким, чарующим: — Закрой глаза, сосредоточься. Представь, как наши души сливаются в один поток… Контракт, как шелковая нить, мягко расплетается… Мэйлин на секунду отложила учебник: — Ты снова пытаешься ввести меня в транс, чтобы я тебя отпустила? Он закатил глаза, убрал амулеты, выпрямился и уже в следующее мгновение обернулся в… шёлковый хаори, распущенные волосы блестели, хвосты вились вокруг него в идеальном танце. Глаза — звали. Голос — шептал: — Мэйлин. Я могу быть всем, о чём ты мечтаешь. Загадкой, шепотом, поэтом в ночи… Просто скажи: «Отпускаю тебя». — Нет, — отрезала она, не отрываясь от ноутбука. — И выключи этот вентилятор, ты не в дораме. Он сдул прядь волос со лба, печально вздохнул и… пошёл пылесосить. В шёлке. С достоинством. Бомгю, сидя на подоконнике, ел яблоко: — Это уже шестой акт соблазнения за сегодня. Хочешь, я тоже попробую? Я умею делать лицо “я заблудился в чувствах, спаси меня”. — Я — легенда. Я мог свести с ума жрицу огня одним взглядом, — причитал Белый Лис. — А теперь ты сводишь с ума ковёр, — резюмировал Бомгю. — Не переживай, у всех бывает бытовая карма. Мэйлин смотрела на них и вдруг улыбнулась. Не издевательски — тепло. — Ты можешь не пытаться. Я не сдамся. Ты сам просил меня напомнить. Тэхён опустил пылесос, долго смотрел на неё. — Что именно? Она закрыла ноутбук, подошла ближе и наклонилась: — ...почему ты в меня влюбился. Тэхён засмеялся: — Какая ты забавная. Это же даже звучит НЕ-ЛЕ-ПО. Мэйлин нахмурилась: — Посмотрим, что ты скажешь после мытья ванной.