Чёрный лед

Гарри поправлялся. Шрамы почти затянулись, синяки пропали, а раны закрылись. Но общее психологическое состояние оставалось тяжёлым. Поттер все так же каждую ночь просыпался от собственных кошмаров, хоть теперь они чуть сбавили градус мучительности и длительности. Иногда у него бывали судороги и он “уплывал” из привычного мира. Но его пробуждала и все так же приводила в чувство, не давая зацикливаться на чувстве вины, Рогозина Галина Николаевна. По капле вливая в потерявшего все паренька мысли о том, что он сильный, он ни в чем не виноват, что со всем просто обязаны справляться взрослые, должностные лица, учителя, а не он сам, она постепенно затмила всех его близких людей, становясь якорем, которого у несчастного Поттера никогда и не было. Она это понимала, но ничего не могла с собой поделать - между тем, что правильно, и тем, что легко, она выбрала правильность. Можно легко оказать помощь телу, но кто в таким случае защитит душу и душевное состояние?! А магия - Гарри в своём одном неконтролируемом приступе ПТСР пытался выцарапать себе глаза и причинить себе боль, и магический выброс выбил стекла на всем этаже, превращая остатки стекол буквально в пыль! Впрочем, такие приступы теперь были редкостью. Еще её тревожил его шрам и головные боли. Но она, хоть и перерыв всю имеющуюся в посольстве литературу и свистки по магии, понимала, что это все из раздела темной или даже темнейшей магии. В общем, все складывалось к одному - ей нужен был её отец, который смог бы защитить и её, и Гарри. Тем более то, что она собиралась сделать, мягко говоря, противоречило всем нормам... *** – Я хочу поговорить с тобой, Гарри, и серьёзно... Подросток поднял на неё свои сияющие изумрудами глаза. Сегодня была редкая ночь относительного покоя, и тот выспался. – У нас в запасе очень мало времени. Всего полтора месяца. Учитывая все случившееся, нам с тобой нужна защита в юридическом плане, я вызвала моего отца... Вот это, прочитай.... Номер Ежедневного Пророка лёг на одеяло. Гарри читал статью бледнея и краснея - там говорили о том, что утром на Тисовой улице было применено сильное колдовство, и он теперь... розыскивается. – Но меня там не было! И как я могу... в таком состоянии... – Это легко доказать. Именно поэтому сейчас мы дождёмся моего отца, и спешно оформим нужные бумаги... *** Николай Иванович показался Гарри похожим на Макгонагалл – строгий, сдержанный, справедливый... Ещё эта мантия... Но то, что они собирались провернуть втроём, никак не выходило у Гарри из головы - неужто... неужто у них все получится??? Он не смел даже тайно надеяться на все это... Кто-то идёт на такой риск, ради него... Урода... Не достойного... Невольно он это озвучил вслух. Старый мужчина вздрогнул, как от удара. – Не смей так себя называть! - почти прорычала женщина, горячо обнимая его, - забудь об этом... Ты – не урод! То, что внушили тебе эти чёртовы родственники, не имеет к тебе никакого отношения. Именно они и являются мерзкими уродами! Гарри, нервно дернувшись на прикосновение кожа к коже, вздрогнул, но тут же неловко обнял женщину в ответ. Он очень устал быть сильным... Хотелось просто раствориться в её руках, и ни о чем не думать. Но тут же с испугом уставился на старика. Николай Иванович неожиданно ему улыбнулся, отмечая свои взглядом синяки под глазами от постоянного недосыпа, бледное лицо и полузажившие шрамы на руках: – Добро пожаловать домой, внук... На изможденном тревогами лице ещё совсем ребёнка проступил робкий восторг. *** В Зал суда постепенно стекались маги. Заседание предстояло интригующее, Гарри Поттер против Министерства Магии, и стоял вопрос о его отчисления из школы, связанный с неправомерным применением магии. Предвкушающе под капюшоном мантии скалился лорд Малфой, глядя как медленно рассаживаются судьи. Даже если ненавистный Мальчик-который-не-сдох и выплывет из того дерьма, что ему сейчас пришьют, то его репутация навсегда будет подмочена. Довольна была Амбридж, что устроила весь этот фарс, и невольно всем этим ликвидировала магловских выродков-опекунов Поттера. Метался по зданию и вне его Артур Уизли, думая, что Гарри Поттер каким-то образом попадет в Министерство, и он сможет его перехватить. Но его не находил. Откуда всем было знать, что искомый давно сидел в зале, а рядом восседала его, с этого утра, мама, и дедушка... *** Чувствуя себя, прямо скажем, неважно, он поднял глаза на сидящих практически перед ним. Их было человек пятьдесят, и на всех, насколько он мог видеть, были мантии сливового цвета с искусно вышитой серебряной буквой «В» на левой стороне груди. Вот они какие, судьи Визенгамота... – Что-то этот Гарри Поттер задерживается, - насмешливо проговорила дама в розовом. – Уже восемь... Возможно, это неуважение... – Замолчите немедленно, - послышался холодный женский голос, да такой, что впору было замораживать воздух, - как Вы смеете! Судьи возмущенно зашептались между собой, и переключились на нарушительницу спокойствия. Это была худая, высокая и статная молодая женщина в чёрном костюме магловского покроя, но наверх была небрежно набросана богатая мантия из черного шёлка с серебряным шитьем и окантовкой. И одновременно в зал быстро вошёл Дамблдор, но его как-то уже и не заметили. – Кто Вы, мисс? – спросил Фадж. Гостья смерила его долгим взглядом пронзительных серо-голубых глаз, да так, что того передернуло. – Во-первых, миссис, - сказала она наконец, — Во-вторых - имейте уважение к моему подопечному! Моё имя, - с какой-то небрежной интонацией проговорила шатенка, - Галина Николаевна Рогозина, я член Гильдии Магов! Я не допущу такого отношения ни к себе, ни к моему подопечному! Зал снова заволновался. Кто хоть немого был в курсе мировых новостей, тот прекрасно знал о Гильдии Колдунов, Ведьм и Чародеев, выбранных самой Магией! От каждой страны отбиралось всего двое! И не дай, Мерлин, переступить им дорогу! Фадж сменил цвет лица на белый. – Вы... – В данном случае, - перед Перси Уизли, ведущем протокол, рухнули тома, - я являюсь законным Магическим Опекуном Гарри Джеймса Поттера-Рогозина. Так вышло, что только мой род пришёл ему на помощь, когда он так в ней нуждался... И, кстати, у нас есть как и показания, так и свидетели, что Гарри не мог не то чтобы совершить данное злодейство, но и даже встать с постели. – Что-о-о? – вырвалось у министра, и он непроизвольно оглянулся назад - там сидели из отдела неправомерного использования магии. – В тот день он упал в обморок прямо перед нашим Консульством, на последних минутах сознания смог прошептать формулу о помощи. Не прийти мы не могли, тем более состояние у парня было критическое. Он умирал от заражения крови, даже магия в крови не помогла, а лишь продлевала агонию... Я одна не справлялась (у меня официальный диплом целителя-медика) и пришлось срочно вызвать специалиста из Мунго... вместе мы боролись за его жизнь двое суток, и с трудом смогли вырвать его из рук Смерти... – Ужас, - прошептала колдунья, что сидела по другую руку министра (она смотрела документы, так мило предоставленные Рогозиной) - это же... Простите! - громко перебила она женщину, - тут говорится о произошедшем ранее избиении Гарри Джеймса Поттера, это правда? – О, да, правда. Как жаль, что я могу заставить эту чёртову семейку заплатить за свои деяния, - тут в воздух взвилась незнакомая сильная и мощная магия, - я бы потребовала их скорейшего осуждения по многим статьям... Гарри поступил к нам избитым, раненым, с инфекцией, отбитыми органами и с черепно-мозговой травмой. Плюс ещё старые травмы... Избиение было явно не первым. Так же было доказано и подтверждено, что Вернон Дурсль алкоголик. Я бы очень хотела знать, как переживший, единственный в мире, смертельное заклинание – попал в эту, с позволения сказать, семейку... Она безошибочно обернулась к Альбусу Дамблдору, и улыбнулась. Предвкушающей такой, доброй улыбкой тигра, что ждёт добычу. *** Суд превратился в фарс. Фадж был теперь и сам не рад - Рогозины, которых оказалось двое на его несчастную голову, выворачивали все наизнанку, ставили с ног на голову, безжалостно вытрясали грязное белье на потеху всем. Досталось всем. Сидевшая в углу Рита Скитер, сидела с расширенными глазами приоткрытым ртом, а перо давно бесконтрольно волозило по пергаменту само по себе, и его она не проверяла... Дамблдор сидел с абсолютно серым лицом, Корнелиус Фадж – то и дело менял цвет на более красный, униженный донельзя. Дама в розовом была в полуобмороке... В итоге мадам Боунс сняла все обвинения, в том числе и самые первые. Возбудила дела по поводу жёсткого обращения и насилия, завела дело на Альбуса Дамблдора... И ещё много чего сделала... Но Гарри Джеймс Поттер-Рогозин был полностью оправдан. Последнее действо ужаснуло почти всех. Тень, что молчаливо восседала на трибунах все долгое время суда, откинула капюшон мантии, явив молодое лицо с известным всем и каждому в Англии шрамом на лбу в виде молнии и вихром непокорных чёрных волос на затылке. И молча, ощутимо прихрамывая, Гарри Джеймс Поттер-Рогозин, что был на суде с самого начала, пошел к выходу...