Акацуки: Рассвет Нового Мира

В главном зале башни Амегакуре было холодно. Пейн сидел на своем троне, окруженный остальными членами организации. Итачи, Кисаме, Хидан, Какузу, Дейдара, Сасори и Конан — все они ждали. В центре стоял Наруто. Он больше не носил оранжевое. На нем был черный плащ Акацуки, но вместо красных облаков на нем горели **золотые спирали**. — Твой план «Глаз Луны» — это мусор, Нагато, — голос Наруто вибрировал от мощи Созидания. Он снял маску, обнажая свои золотые глаза. — Мир нельзя спасти через сон. Его можно спасти только через страх перед истинной силой. С этого дня Акацуки подчиняются мне. Пейн встал, его Риннеган вспыхнул. — Ты думаешь, что можешь диктовать волю Богу? Шинра Тенсей! Наруто даже не шелохнулся. Он просто поднял палец, и гравитационная волна Пейна **рассыпалась в пыль**, не долетев до него. — Ты — не бог, Нагато. Ты просто измученный человек. — Наруто мгновенно оказался перед Пейном, положив руку ему на сердце. **«Созидание: Исцеление Души и Тела»**. Золотой свет залил зал. На глазах у изумленных Акацуки, Пейн (Нагато) начал меняться. Его иссохшее тело в кресле-машине восстановилось, волосы снова стали ярко-рыжими, а из глаз ушла тьма. Наруто не убил его — он вернул ему жизнь. — Теперь, — Наруто обернулся к остальным. Его взор упал на Итачи и Саске (который уже стоял за его левым плечом как правая рука). — Мы не будем воровать хвостатых. Мы защитим их. Мы станем тенью, которая карает тиранов. Кисаме, Хидан, Какузу... вы станете моей гвардией. Ваша жестокость теперь будет направлена на тех, кто мучает слабых. **Зачистка Гнили** Первым заданием «Новых Акацуки» стала зачистка работорговцев в Стране Горячих Источников. Хидан и Какузу ворвались в логово первыми. — Наруто-сама сказал, что сегодня я могу пустить кровь только грешникам! — Хидан безумно оскалился, занося косу. Он не просто убивал. Он устраивал ритуал прямо на глазах у работорговцев. Он вырывал им языки, чтобы они не могли молить о пощаде, и рисовал на полу знаки кровью тех, кто наживался на детях. Какузу рядом методично вырывал сердца у охраны, собирая «налог» в казну новой организации. Хината и Сакура шли следом. Они были «Милосердием» Акацуки. Хината своим **Божественным Бьякуганом** находила клетки с пленными, а Сакура одним ударом выносила стальные двери, превращая их в пыль. Когда последний работорговец попытался бежать, перед ним приземлился Наруто. — Посмотри в мои глаза, — прошептал Наруто. **«Глаза Созидания: Терзания Совести».** Человек закричал, когда каждый его плохой поступок начал материализоваться в его теле в виде гниющих язв. Он заживо превращался в кусок разлагающегося мяса, чувствуя всю боль тех, кого он продал. После зачистки, прямо в палатке среди освобожденных земель, Наруто и Хината остались одни. Хината сорвала с него плащ. — Быть лидером такой банды — тяжелая ноша, Наруто-кун, — она прижалась к нему, её пальцы скользили по его шрамам. — Позволь мне снять это напряжение. Наруто подхватил её, его глаза сияли золотым азартом. В ту ночь их страсть была похожа на шторм, а Акацуки, стоявшие на страже снаружи, чувствовали, как содрогается земля от мощи своего нового Лидера. Итачи и Изуми стояли на холме, глядя на рассвет. — Он сделал это, Изуми. Он объединил убийц ради мира. — Главное, что теперь мы на правильной стороне, Итачи. — Она поцеловала его, и в этом поцелуе было больше смысла, чем во всей их прошлой жизни в тени.