Акацуки: Рассвет Нового Мира

Коноха жила своей обычной жизнью, пока небо над деревней не стало черным. Но это были не тучи. Это были сотни воронов Итачи, смешанные с бумажными бабочками Конан. На главных воротах Конохи появились они. Наруто шел впереди, его золотой плащ лидера Акацуки развевался на ветру. За его спиной шли Саске, Итачи, Кисаме, Хидан и Какузу. Это была армия, способная стереть континент, но они пришли за «своими». — Стой! Кто идет?! — закричали охранники на воротах, выхватывая кунаи. Наруто даже не посмотрел на них. Он просто снял очки. Один импульс **Глаз Созидания**, и ворота Конохи, стоявшие веками, **рассыпались в мелкую труху**, не задев ни одного человека. Охранники просто упали на колени, не в силах выдержать тяжесть ауры Наруто. — Мы пришли поговорить с Пятой Хокаге, — голос Наруто раздался в голове у каждого жителя деревни. — И забрать головы тех, кто предал мой род. **Расправа в Совете** Пока Наруто шел к резиденции, Саске и Сакура (которая уже официально носила плащ Акацуки) отделились от группы. У них была личная цель — Хомура и Кохару, старейшины, которые десятилетиями гноили клан Учиха в тени. Они ворвались в зал Совета. Старейшины дрожали, глядя на Саске. — Саске! Ты предатель! Как ты смеешь... — Тише, — Саске вскинул руку, и язык Хомуры буквально **прирос к небу его рта**. — Вы слишком долго говорили. Теперь будете слушать крики друг друга. Сакура подошла к Кохару. Она не использовала чакру для исцеления. Она влила в старуху **Разрушение**. — Знаешь, как долго разлагается человеческое тело, если поддерживать в нем жизнь искусственно? — Сакура улыбнулась, и эта улыбка была страшнее любого демона. Она начала ломать пальцы старухи один за другим, и в ту же секунду Саске **Риннеганом** восстанавливал их, чтобы Сакура могла повторить процесс. Это был замкнутый цикл агонии. Стены зала Совета быстро покрылись бурыми пятнами, а крики старейшин стали музыкой для мести Учих. **Тронный зал Хокаге.** Цунаде стояла у окна, сжимая кулаки до крови. Перед ней стоял Наруто. — Ты стал монстром, Наруто, — прошептала она. — Нет, Цунаде-баачан. Я стал тем, кем вы меня боялись увидеть. — Наруто присел в её кресло. — Акацуки теперь — единственный закон. Коноха будет процветать, но под моим протекторатом. Данзо уже мертв (Кисаме откусил ему голову на входе, не удержался), старейшины сейчас познают вкус вечности. В зал зашла Хината. Её платье было забрызгано кровью Анбу КОРНЯ, которых она устранила по пути. Она подошла к Наруто и села на подлокотник его кресла, обнимая его за шею. — Все очаги сопротивления подавлены, мой Лидер, — Хината поцеловала его в висок, её Бьякуган всё еще пульсировал от жажды крови. Наруто притянул её к себе, прямо на глазах у шокированной Цунаде. — Хорошо. — Наруто посмотрел на Хокаге. — Объявляй Альянсу: Акацуки созывают саммит Пяти Каге. Кто не явится — будет стерт вместе со своей страной. **Ночь триумфа** Этой ночью Акацуки заняли лучшие кварталы Конохи. В резиденции, где когда-то жил Данзо, Наруто и Хината праздновали свою победу над прошлым. Наруто сорвал с неё одежду одним рывком, его золотая чакра буквально жгла кожу Хинаты. — Ты сегодня была великолепна на поле боя, — прохрипел он, прижимая её к столу, на котором когда-то планировались заговоры против него. Хината выгнулась, её стоны разносились по всему зданию КОРНЯ, перекрывая звуки дождя. В каждом их движении была не только страсть, но и триумф — они больше не были изгоями. Они были Богами. Саске и Сакура на крыше башни Учиха тоже не теряли времени. Сакура, всё еще в крови старейшин, была на взводе. — Саске... уничтожь меня... — стонала она, пока он грубо брал её под светом кровавой луны. Их союз был похож на столкновение двух сверхновых — страстный, разрушительный и абсолютно свободный.