Огонь мятежа.

Сладкая дрёма не отпускает Телемаха до позднего утра. Обычно он просыпается с первыми лучами солнца, чтобы успеть сделать все дела во дворце.  Но сегодня всё иначе. В этот раз ему некуда торопиться — дворец не его. Конечно, побыстрее узнать всю нужную информацию хочется, но Антиной выжал из него все соки ещё вчерашним вечером. Первое, что он чувствует — приятную слабость, которую ему доводилось ощущать после особенно изнурительных тренировок. Веки, непривычно тяжёлые, с горем пополам всё же поднимаются, открывая ему вид на потолок комнаты. Глаза лениво оглядывают несколько трещин, пока принц приходит в себя.  Второе, что он чувствует — горячие ладони на коже. Запоздало до него доходит, что Антиноя на том же месте, где он был, пока принц засыпал, нет. Телемах опускает глаза с потолка, только чтобы встретится взглядом с Ноем, лежащим у его ног и бессовестно проводящим пальцами по его голой коже бёдер.  — Уже проснулся, волчонок? — Он привычно ухмыляется.  — Что ты делаешь? — Голос Телемаха хриплый от сна. Он слегка приподнимается, упираясь локтями в кровать, и оглядывает его. — Разве не видно? — Антиной внезапно опускает голову, прижимаясь губами к коже его бедра. — Развлекаюсь. И, вместе с этим, любая чистая мысль покидает голову Телемаха. И не появится ещё долго. Не под обжигающими прикосновениями мятежника.  Принц не против.

***

Солнце медленно поднимается всё выше и выше, когда тихий стук в дверь разрушает магию утра. Антиной, теперь лежащий сбоку от него, на мгновение напрягается, прежде чем вновь продолжить вырисовывать незнакомые никому знаки на его коже. Телемах запоздало поднимает голову, оглядывая дверь. За ней звучит вполне себе знакомый голос. — Телемах? — Это Писистрат. — Ты не спишь?  Принц дергается, собираясь вставать, но рука на его талии не даёт ему пошевелиться. — Пусть он уйдёт. — Бурчит мятежник ему в плечо, не открывая глаз.  — Дела не ждут. — Шепчет он в ответ, прежде чем повысить голос для принца Пилоса. — Да, я скоро буду. За дверью звучит секундная тишина — Писистрат определённо услышал не особо старавшегося быть тихим Антиноя. Тем не менее его голос остаётся устойчивым. — Встретимся в большом зале. Когда звук шагов стихает, принц тыкает Антиноя в бок.  — Вставай, нам пора. Антиной игнорирует его до тех пор, пока тычки не начинают раздражать его. Прежде чем принц в очередной раз успеет тыкнуть его, бог внезапно хватает его за запястье, подтягивая к себе. — Перестань.  Телемах вскидывает бровь, когда мятежник закидывает его руку себе на плечо, тем самым заставляя его обнять божество за плечи.  Нет, он конечно был бы рад остаться в кровати вместе с тёплым, почти горячим — во всех смыслах, если бы Телемах был честен сам с собой — Антиноем, понежиться в его объятиях и провести весь день вот так.  Но долг звал.  Да и, как бы он сильно не хотел признавать, его пугало то, к чему они пришли. Это не отвращение. Никогда не отвращение, принц точно это понял.  Но неопределённость.  Что теперь между ними? Есть ли смысл цепляться за собственные фантазии о хорошем будущем?  Антиной ему нравился. Довольно не детской любовью, что было очевидно после проведённой вместе ночи.  Но он бог. А Телемах — смертный.  Рано или поздно, этот разговор нагонит их. Но принц не хочет об этом говорить именно сейчас. По крайней мере неподготовленный. Поэтому, стоит рукам Антиноя на мгновение ослабить хватку, он выскакивает из объятий, подбирая выкинутую на пол ранее одежду прямо под недовольным взглядом.  — Мы сегодня нетерпеливы, да? — Фыркает Ной, складывая руки за головой и наблюдая за ним.  — Чем быстрее мы найдём что-то о моём отце, тем раньше вернёмся домой. — Принц застёгивает несколько золотых бляшек на хитоне. — Или ты планируешь остаться здесь, чтобы построить ещё несколько алтарей? Мятежник ухмыляется, лениво потягиваясь. Такое простое движение заставляет Телемаха замереть, рассматривая двигающиеся под кожей мышцы.  И ухмылка, переросшая в полноценный самодовольный оскал, говорит ему о том, что это было специально. — У меня уже есть один верный последователь. Антиною не нужно называть имя. Они оба знают, кто это.