Сквозь прицел

Элизабет легла на кровать, позволяя себе наконец расслабиться. Голова ещё бурлила мыслями: планы, стратегии, раздражение и что-то ещё, что она пока не могла назвать. Она закрыла глаза, и мысли постепенно растворились в темноте. — Стэнли, сколько можна курить? Они вдвоем были на террасе. Стэнли стоял у перил с сигаретой между пальцев, а Элизабет сидела в своем кресле наблюдая за ним. — От только не говори что тебе не нравится запах табака перемешаный с моим одеколоном. — парень повернулся и сделала пару шагов навтречу. — Я же знаю что это не так. Стэнли навис над Элизабет и в мгновении ока его губы прикоснулись к ее щеке постепенно сползая вниз по шее. — Прекрати. Как бы она не пыталась быть собранной, это не выходило. Его аромат дурманил и заставлял позабыть обо всем. На мгновение он остановился, а его дыхание обжигало её шею. — Скажи мне «прекрати» ещё раз, — прошептал он, — и я сделаю вид, что услышал. Руками Стэнли начал блуждать по её телу, не спеша, будто с каждым прикосновением он чувствовал новые нотки вкуса ее тела. Когда девушка уже полностью отставила сопротивление на лице Стэнли мелькнула ухмылка. Он обвил ее талию руками и одним рывком поднял ее. Сердце девушки екнуло настолько сильно, что казалось это услышал даже он. — Ты что… — хотела сказать Элизабет, но ее прервали. Губы Стэнли впились в её. Поцелуй был жестким, голодным. Настолько резким что аж перехватило дыхание. Мир качнулся, и в следующий миг она почувствовала под собой холодную поверхность стола, тяжело дишащая после поцелуя, но парень не отступал. Он начал покрывать мокрыми поцелуями ее шею, ключицу и линию декольте. Но вдруг все вокруг начал опускаться густой, не проглядный туман. Вдали послышался голос: — Элизабет, Стэнли покинул комнату. Это был голос Меган, тихий, ровный, без эмоций. Элизабет вздрогнула, резко села на кровати, сердце замерло на мгновение,она схватила электрошокер и мгновением позже уже открывала дверь. Перед ней стоял он. На вид совершенно расслабленный, будто только что проснулся от лёгкого сна. В одной руке — тот самый недопитый стакан с коньяком, чуть наклонённый, будто демонстрируя равнодушие к ситуации. — Доброе утро, — сказал он спокойно, держа взгляд на ней. — Я вижу, ты уже немного устала от своих секретов? Элизабет сжала зубы, одновременно раздражённая и удивлённая, что он действительно умеет появляться в самый неожиданный момент. — Ах вот ты где, — сухо сказала она, стараясь держать голос ровным. — Я как раз проверяла, кто у нас тут шныряет как крыса. Он сделал шаг ближе, слегка улыбаясь: — Может ты просто не ожидала, что я выйду без разрешения? — Ты действительно не умеешь вести себя просто, — хмыкнула она, подбирая слова для очередной парочки саркастичных ударов. — Даже в такой, казалось бы, «обычной» ситуации. — А разве обычных ситуаций в нашем деле бывает много? — тихо, холодно, почти игриво сказал он, поднося стакан ко рту, сделав глоток. — Я понимаю, я в твоём доме, но ты тоже вроде не из робких. Элизабет закатила глаза, скрестив руки на груди. Сердце немного успокоилось, но глаза горели. Дальше она направилась на кухню. На полу тихо скрипнула деревянная доска, но Стэнли не шелохнулся — просто наблюдал. Она поставила чашку под кофемашину, нажала кнопку, и через мгновение аромат свежесваренного кофе заполнил пространство. — Ты как только открываешь глаза сразу берёшься за кофе? — спокойно, с лёгкой издевкой спросил Стэнли, присаживаясь на барный стул у кухонного острова. Элизабет фыркнула, не оборачиваясь: — Нормальные люди так и делают, — сказала она, — а не начинают день с коньяка. Стэнли слегка усмехнулся, словно оценивал её реакцию: — Хм… «нормальные люди», говоришь. А я бы сказал, что «нормальные люди» не похищают никого. — Ну да, — ответила она с лёгкой усмешкой, — но я не говорила что я нормальная. Кофе постепенно начал наливаться в чашку, и Элизабет вдыхала аромат, пытаясь мысленно очиститься от вчерашнего напряжения. Стэнли наблюдал, скрестив руки, его взгляд был спокойным, но внимательным, как у человека, который анализирует каждое движение. — Ты же понимаешь, — тихо сказал он, — что с тобой невозможно просто проснуться и пить кофе. Даже кофе превращается в игру. Элизабет улыбнулась уголком губ, ставя чашку на стол и повернувшись к нему: — Не переживай, Шнайдер. Утро только начинается, и я ещё не решила, как далеко позволю тебе зайти. Стэнли тихо фыркнул, не отводя взгляда. В воздухе висело напряжение, смешанное с лёгкой иронией — и чувство, что этот день будет совсем не обычным. Стэнли сделал глоток со своего стакана с коньяком, слегка откинув голову назад, и внимательно посмотрел на неё. — А как тебя хоть зовут? — спросил он спокойно, будто это был самый обычный вопрос. — А то я в твоём доме, а имени твоего не знаю. Элизабет фыркнула, опираясь локтем на кухонный стол и скрестив руки: — Ну вот это уж слишком, — сказала она с лёгкой усмешкой. — Человек, который ночует в моём доме, не знает, как зовут хозяйку. Я поражена твоей памятью. Стэнли лишь слегка приподнял бровь, не теряя равнодушного выражения лица: — Память хорошая, — сказал он спокойно. — Но имена… имена слишком быстро меняются в моей работе. Элизабет слегка наклонила голову, наблюдая за ним: — Хм… значит, я должна сама представиться? — Пожалуй, — тихо сказал он, глядя прямо в её глаза. — Хотя бы для порядка. Она сделала глубокий вдох, едва заметно улыбнулась уголком губ и сказала: — Элизабет. Стэнли тихо кивнул, как будто запомнил это на всю жизнь, и сделал ещё один глоток коньяка. — Элизабет, — повторил он медленно, будто пробуя имя на вкус. — Приятно познакомиться, хозяйка моего временного заточения. Элизабет фыркнула, не выдержав: — «Временного заточения», говоришь? Ты правда не умеешь быть простым, Шнайдер. Он лишь усмехнулся, тихо наслаждаясь моментом, будто игра только начиналась. Элизабет отставила свою чашку и скрестила руки, наблюдая за Стэнли. — Я, кстати, не завтракаю, — сказала она ровно. — Так что у тебя теперь появилась ещё одна вредная привычка. Пропускать завтрак. Стэнли тихо хмыкнул, словно принимая это к сведению, и снова сделал глоток из своего стакана с коньяком. Он не пытался спорить, а лишь наблюдал, оценивая её поведение. Элизабет допила свой кофе, затем взяла один из леденцов, стоявших в стакане возле кофемашины, и засунула его в рот. — Хм… похоже, ты очень любишь сладкое, — сухо заметил Стэнли, наклонив голову. — Просто пытаюсь бросить курить, — ответила она с лёгкой усмешкой, — и заменить эту привычку на менее отравляющую. Он сделал паузу, словно обдумывая каждое её слово, и затем тихо спросил: — А где я могу покурить? Элизабет фыркнула, но быстро подалась к двери на террасу: — Пойдём, — сказала она. — Там сможешь покурить с прекрасным видом. Они вышли на террасу, и перед ними открылся потрясающий вид: лес, залитый мягким утренним светом, деревья качались от лёгкого ветра, а солнце только начинало играть на листве. Стэнли слегка задержал взгляд на горизонте, потом снова перевёл его на Элизабет. — Красиво, — тихо сказал он, почти не смея признаться в том, что вид его зацепил. — Красиво и безопасно, — парировала она с улыбкой. — Можно расслабиться, не опасаясь лишнего внимания. Он сделал тихий глоток из своего стакана, наблюдая за ней: — Похоже, у тебя есть свои маленькие секреты, — сказал он спокойно, чуть улыбаясь. Элизабет лишь фыркнула, наблюдая, как он втягивает воздух полной грудью. — Эт да, — тихо добавила она, — но теперь у тебя есть место, где можно курить, но при этом наслаждаться видами. Элизабет кинула взгляд на кресло, стоящее радом и в голове пронеслись моменты из сна. Щеки немного покрылись румянцем, а Стэнли слегка усмехнулся, как будто оценивал, кто здесь действительно управляет ситуацией, а кто — просто привык держать лицо. Элизабет подошла к перилам террасы, глубоко вдохнула свежий лесной воздух. Лёгкий ветер трепал волосы, и на мгновение она позволила себе почувствовать спокойствие. Но шаги за спиной заставили её насторожиться слишком поздно. Стэнли тихо подошёл сзади. Одной рукой он обхватил её талию, второй поднёс к горлу нож — тот самый, который он незаметно взял на кухне. — Ослабила бдительность, — произнёс он с холодной самоуверенной улыбкой. — Не разумно. Элизабет тихо вздохнула, словно разочарованно и устало одновременно, но в следующую секунду достала электрошокер. Резкий удар — и ток пробежал по его телу, заставив его отпустить нож и отшатнуться. — Хм… — с едкой усмешкой сказала она, слегка отпрыгнув в сторону. — Я бы сказала «неразумно», Шнайдер, но ты скорее всего и так слишком часто слышишь это в свой адрес. Стэнли, присев на одно колено и сжимая руку от удара тока, посмотрел на неё, не теряя холодного, расчётливого выражения. — Ты всегда так радикально решаешь проблемы? — сказал он, едва скривив губы. — Обычно нет, — спокойно ответила Элизабет, снова держа перила, чтобы держать дистанцию. — Но ты заслужил особое внимание. Он медленно поднялся, поправляя дыхание, а в глазах всё ещё светилась та же ледяная уверенность. Но теперь, кажется, он начал иначе смотреть на хозяйку дома — как на человека, который может быть намного опаснее, чем он ожидал. Элизабет же, слегка выдохнув, позволила себе едва заметную усмешку: — Ну что, Шнайдер… пора тебе наконец понять, кто здесь задаёт правила. Стэнли сделал вид, что поражение его совершенно не задело. Он медленно отступил на несколько шагов, сел в кресло, которое стояло в стороне, и аккуратно достал сигарету. Лёгкое движение руки — и пламя зажигалки вспыхнуло, словно подчёркивая его спокойствие и самоуверенность. Элизабет наблюдала за ним несколько секунд, затем демонстративно подошла к столу и поставила рядом пепельницу — ту, что взяла с комодика при входе. — Это что бы ты не испортил мне напольное покрытие, — сказала она ровно, но с едва заметной насмешкой, — оно, знаешь ли, очень дорогое. Стэнли слегка приподнял бровь, глядя на неё через дымок от сигареты: — Приятно видеть заботу, — сухо отметил он. Элизабет лишь фыркнула, садясь на край стола и скрестив руки на груди: — Эхх, угораздило же меня взять заказ именно на тебя. Она слегка пихнула его ногу своей. Он тихо усмехнулся, делая глоток коньяка, не теряя хладнокровия: — Интересно… Ты явно держишь всё под контролем. Но имей в виду, Стэнли Шнайдер не так просто, как кажется. — Я знаю, — спокойно ответила она, — и именно поэтому это так забавно. В воздухе снова повисла лёгкая искра, почти незаметная, но ощутимая: напряжение и игра продолжаются, но теперь с новой, тихой динамикой — оба проверяют друг друга, не спеша, с интересом. Через пару минут Стэнли зашел в гостиную. Комната поражала простором: большой диван, огромная плазма на стене, множество полочек, увешанных книгами, пазлами, фигурками. С другой стороны открывалось панорамное окно — и через него виднелся лес, заливаемый мягким утренним светом. Стэнли медленно прошёлся по комнате, останавливаясь у полочек. Его взгляд бегло скользил по каждому предмету: фигурки, аккуратно сложенные книги, сложенные пазлы. — Так, — наконец сказал он, остановившись и разглядывая аккуратно уложенные тома, — ты у нас умная или просто для красоты книги держишь? Элизабет, всё ещё держа леденец во рту, посмотрела на него, приподняв бровь. — Ммм… — протянула она с лёгкой усмешкой, — а разве это важно? Главное, чтобы было красиво, правда? Стэнли тихо усмехнулся, оценивая её ответ и привычку держать леденец между зубами. — Красиво… — повторил он тихо, словно пробуя слово на вкус. — Интересный способ держать порядок. — Порядок — это… — начала Элизабет, но тут слегка засмеялась, — …ещё один способ держать тебя на месте. Стэнли приподнял бровь, будто проверяя, насколько она серьёзна, а она лишь слегка улыбнулась, наслаждаясь моментом: просторная комната, вид на лес и лёгкая игра слов — напряжение плавно перетекает в тихую, почти домашнюю атмосферу. Стэнли сел на диван, положив стакан с коньяком на столик рядом, и внимательно посмотрел на Элизабет. — Сколько тебе лет? — спросил он спокойно. — Откуда ты вообще? Элизабет лишь слегка приподняла бровь, все еще держа леденец во рту: — И зачем мне отвечать? — сказала она с едкой усмешкой. — Чтобы потом ты это использовал против меня? Нет уж, спасибо. Стэнли слегка улыбнулся, как будто ожидал такой реакции: — Ну ладно, — сказал он спокойно, — но тогда обмен информацией будет равноценным. Я могу рассказать пару фактов о себе, а ты решишь, отвечать или нет. Элизабет кивнула, немного заинтересованная, но стараясь не показывать это. — Я родился в Германии, — начал он, не отводя глаз. — Работаю в военной сфере давно. И, кстати, дело то прибыльное. Эта короткая информация заставила Элизабет вспомнить того тихого, собранного ученика с полигона. Она слегка нахмурилась, затем спросила тихо: — А что насчёт того учёного с полигона… его зовут…? Стэнли откинулся на спинку дивана, руки сложены на груди, и спокойно сказал: — Его зовут Зено. Мы дружим с детства. Элизабет на мгновение замерла, обдумывая услышанное. В её голове всплыл образ того тихого учёного, который всегда тянул за собой Стэнли, казался немного странным и в то же время удивительно спокойным. — Хм… — пробормотала она, снова закусывая леденец, — интересный у тебя круг общения. Стэнли лишь тихо усмехнулся, как будто уже знал, что этот факт зацепил её больше, чем она хотела показать. Стэнли слегка наклонился вперёд, глаза внимательно фиксировали Элизабет: — Я правильно тебя понял… — сказал он тихо, с лёгкой улыбкой, — мы знакомы ещё с учений, так? Элизабет слегка усмехнулась, закусывая леденец: — Нет, — ответила она спокойно, — мы просто перекинулись парой фраз. Но уже тогда я сочла тебя интересным человеком. Стэнли тихо фыркнул, слегка покачав головой, словно оценивая её честность. — Интересным, говоришь… — повторил он медленно, — это лестно. Элизабет плюхнулась на кресло в углу комнаты и слегка откинулась на спинку, посмотрела на него через плечо: — Ладно, — сказала она, — мне пора немного поработать у себя. А ты можешь себя чем-то занять. Просмотр фильмов, чтение книг или складывание пазлов. Если тебе, конечно, это интересно. Стэнли тихо улыбнулся, не отводя глаз: — Хм… звучит заманчиво. Пазлы, книги и фильмы… Не знаю, смогу ли устоять перед таким «разнообразием», — сказал он с лёгкой насмешкой, скрестив руки. — Тогда выбирай, — спокойно ответила Элизабет, вставая. — И помни: дом мой, правила мои. Стэнли снова тихо фыркнул, наблюдая за её решительной походкой: — Принято. Буду стараться не нарушать, пока. В комнате повисла лёгкая искра взаимного интереса, тихая, почти незаметная, но ощутимая — и оба понимали, что эта «домашняя сцена» далеко не окончание их взаимодействия. Элизабет устроилась за своим столом в комнате, дверь которой выходила прямо в гостиную. Она погрузилась в работу, перебирая бумаги и инструменты, периодически поглядывая на экран ноутбука. Стэнли, осмотревшись по комнате, и его взгляд снова упал наполку с книгами. Любопытство взяло верх — он подошёл к ней и потянулся за одной из книг. — Эй! — раздался строго-дразнящий голос из комнаты. — Эту не трогай! Стэнли лишь слегка улыбнулся и, не обращая внимания, открыл книгу, чтобы прочитать аннотацию. Внутри оказался дарк роман, полный загадочных и мрачных сюжетов. — Так вот какие у тебя предпочтения, малышка… — тихо пробормотал он себе под нос, слегка наклоняя голову, изучая текст. В этот момент дверь комнаты слегка заскрипела, и Элизабет вышла, глаза слегка сверкнули, а леденец треснул между зубами: — Че ты там вякнул? — спросила она резко, но с лёгкой усмешкой, подходя ближе. Стэнли, едва сдерживая улыбку, поднял глаза на неё: — Я? Ничего особенного. Просто исследовал твою библиотеку, — сказал он спокойно, держа книгу в руках. — Исследовал, да? — повторила Элизабет, усмехаясь, — я же говорила: не трогай. Ну что, интересно, что у меня за «тёмные тайны»? — Очень интересно, — признался он тихо, слегка наклонив голову, — особенно когда хозяйка дома так энергично реагирует на попытки вторгнуться в её личное пространство. Элизабет закатила глаза, но уголки губ дрогнули в лёгкой улыбке: — Эх, Шнайдер, — сказала она тихо, — ну что ж, раз уж ты так любопытен, присаживайся на диван, а то ещё натворишь глупостей. Стэнли аккуратно поставил книгу на место, но глаза его всё ещё блестели от любопытства. Он медленно прошёлся к дивану, уселся и задумчиво скрестил руки. — Так, — начал он спокойно, слегка усмехаясь, — значит, дарк-романы… Хм, интересный выбор. Молниеносно рискуешь подпортить себе репутацию «классной наёмницы». Элизабет подошла к кухонному столу и поставила на него чашку с под кофе: — Ага, — сказала она саркастично, — не думала, что кто-то заметит мои «тёмные тайны». Но раз уж ты здесь, что скажешь о моём вкусе? Стэнли, тихо усмехаясь, наклонил голову: — Скажу так, есть в этом что-то интригующее. Не каждый день встречаешь хозяйку, которая сочетает холодный расчет с интересом к мрачным романам. — Хм, интригующее, говоришь? — переспросила Элизабет, слегка нахмурив брови, но уголки губ дрогнули в лёгкой улыбке. — Ну что ж, рад, что у тебя хороший вкус. — И ещё кое-что, — тихо добавил Стэнли, — если я хочу узнать больше о твоих «тайнах», мне придётся остаться здесь подольше? Элизабет слегка фыркнула, садясь на край стола, скрестив руки: — Остаться, да? — повторила она медленно. — Ну что ж, решай сам. Только знай: за любопытство придётся платить. Стэнли улыбнулся, словно принимая вызов: — Тогда считай, что я готов. Любопытство сильнее страха, — сказал он спокойно, переводя взгляд на полки с книгами. — Но будь осторожна, «плата» может оказаться весьма интересной. Элизабет лишь усмехнулась, обводя его взглядом: — Хм… интересно, интересно… Шнайдер, похоже, мне придётся наблюдать за тобой особенно внимательно. Прошел месяц. Элизабет всё так же работала в своём доме, иногда бросая взгляд на Стэнли, который постепенно привык к её распорядку. Он читал книги, складывал пазлы, иногда просил посмотреть с ним новый фильм — и каждый раз между ними возникала тихая, почти незаметная искра. Но привычка к опасности и самоуверенность Стэнли никуда не делись. Он время от времени пытался проверить её реакцию, тихо приближаясь сзади, устраивая лёгкие «ловушки» или провоцируя её на моментальные действия — словно невидимый тест. Элизабет же, будучи наёмницей с опытом, не поддавалась на провокации. Лёгкий вздох, быстрый манёвр, едва заметная усмешка — и он оставался ни с чем, снова осознавая, что здесь контроль всегда у неё. — Ну что, малышка, — тихо произнёс он однажды утром, когда подошёл слишком близко к её рабочему столу, держа в руках книгу, — ты снова планируешь меня перехитрить? — Опять проверяешь меня, да? — усмехнулась Элизабет, не отводя глаз от бумаги. — Ты же знаешь: это бесполезно. Стэнли лишь слегка фыркнул, отставил книгу на полку и, сев на диван, позволил себе тихую улыбку: — Признаю, мне это нравится. Сложно, но интересно. Между ними постепенно нарастала невидимая близость — доверие, смешанное с игрой сил, тонкий флирт, где каждый знал: другой способен на неожиданное. Но одновременно они оба понимали, что никто здесь не сдастся первым. За это время дом Элизабет стал для Стэнли одновременно безопасной «гаванью» и испытательным полигоном, где каждое их взаимодействие — шаг к взаимопониманию, но с неизменной долей риска. Звонок в дверь раздался неожиданно, и Стэнли с удивлением подошёл открыть. — Э… добрый день, — пробормотал он, глядя на женщину, которая стояла перед ним с тряпкой и ведром. — Ого… — выдохнула Максим, заметив Стэнли, — Элизабет, у тебя тут неожиданный гость! — Она едва сдерживала смех, оглядываясь на парня. Стэнли замер, не понимая, кто эта женщина и что она делает в доме. — Э… я… — начал он, но Максим перебила: — Не волнуйся, милок,— обратилась она к Стэнли, слегка ухмыляясь, — я тут просто на уборке. А вот у кого я убираюсь… Элизабет, как ты умудрилась прятать у себя такого красавчика? Элизабет подошла к двери, держа леденец во рту, и спокойно сказала: — Максим, это просто друг. Никаких романтических интриг. — Ну конечно, — подтрунивала Максим, подмигивая Элизабет, — я так и подумала. Только друг, ага… Ну-ну! Стэнли всё ещё был в шоке, наблюдая за этим диалогом: «Что за дом, где уборщица шутит, а хозяйка наёмница?» Элизабет фыркнула, скрестив руки: — Ладно, Максим, приступай к уборке. И Стэнли, не пытайся вмешиваться — это не твоя игра. Максим, довольная, что смогла слегка подтрунивать хозяйку, зашла в комнаты с ведром и тряпкой, а Элизабет вернулась к своим делам, тихо усмехаясь: — Вот как, даже уборщица подшучивает над ней. Стэнли всё ещё стоял у двери, поражённый тем, что в доме может происходить такое без какой-либо угрозы для него. Максим только зашла в гостиную, поставила ведро и начала раскладывать свои чистящие средства. Она что‑то напевала себе под нос, абсолютно расслабленная, будто была у себя дома. Стэнли наблюдал за ней из‑за угла. Его взгляд был холодным, расчётливым — он мгновенно оценил дистанцию, угол обзора камер, наличие предметов, которые можно использовать как оружие. Это твой шанс, холодно пронеслось у него в голове. Он быстро подошёл к кухне, бесшумно, как хищник, и взял нож, который Элизабет по оплошности не убрала после готовки. Лезвие блеснуло в его руке. Максим как раз наклонялась, чтобы протереть нижнюю полку стеллажа. — Не двигайся, — низко, угрожающе произнёс Стэнли. Женщина вздрогнула, выронив тряпку. — Ч… что? — Она медленно обернулась, увидев нож у своего горла. Глаза Максим широко распахнулись — ей явно не было смешно. — Пожалуйста… — прошептала она дрожащим голосом. Стэнли сжал её плечо, держа нож у кожи так близко, что едва не задевал. — Тихо, — почти ласково, но со сталью в голосе, — просто откроешь мне дверь. И мы оба спокойно разойдёмся. Он говорил специально громко. Не истерично — уверенно. Так, чтобы Элизабет услышала. И она услышала. — Стэнли! — раздалось из коридора. Холодно. Чётко. Так, будто она вовсе не удивлена. Он усмехнулся. — Ну вот и хозяйка. Серьёзно, Элизабет? — крикнул он громче, подтягивая Максим ближе. — Даже не удосужилась предупредить, что у тебя тут такие интересные гости. Из‑за поворота появилась сама Элизабет — босая, с повязкой на волосах, в простой футболке. Спокойная. Слишком спокойная. — Отпусти её, Шнайдер, — сказала она. — Ты не понимаешь, во что ввязываешься. Он усмехнулся, проведя ножом чуть ближе к её коже, уже слегка касаясь. — Наоборот. Я прекрасно понимаю, что ты привела её сюда непреднамеренно. И что это мой лучший шанс уйти. Пауза. Тишина почти давила. Элизабет склонила голову, будто её утомили эти игры: — Серьёзно, Шнайдер? Ты решил угрожать женщине, которая два раза в месяц приходит складывать мне носки? Это лучший план, на который ты способен? Стэнли зарычал: — Дверь. Сейчас. Или я… Но он не успел договорить. Элизабет подняла руку — между пальцев блеснул пистолет. — Максим, пригнись, — сказала она спокойно. Девушка направила пушку на Шнайдела и тут же выстрелила, но пуля была не простой. Это был транквилизатор. Нож выпал из руки Стэнли в ту же секунду, ударив по полу. Его тело дёрнулось, мышцы резко отказали — это была не полная парализация, но достаточно сильный точечный импульс, чтобы сбить его с равновесия. Максим упала на колени, отползая в сторону. Стэнли же рухнул на пол, тяжело дыша, но сознание не потерял. Элизабет подошла и наклонилась к нему, уперев руки в бока: — Вот теперь всё серьёзно, Шнайдер. Ещё одна подобная выходка — и я перестану играть с тобой в кошки‑мышки. Она склонилась ближе, её голос стал ниже: — В следующий раз я повыламываю тебе пальцы. И улыбнулась почти нежно. — Понял меня? Стэнли, ощущая онемение в мышцах и медленный возврат контроля над телом, только выдохнул: — Чёрт ты… а не женщина — Я знаю