Свет, что не меркнет

Когда Вэй Усянь впервые прибыл в Юньмэн, его накрыло смутное чувство узнавания. В конце концов, это место можно было считать его малой родиной. Он последовал за Не Минцзюэ и Не Хуайсаном к воротам Пристани Лотоса и с волнением огляделся. Люди разного возраста носили фиолетовые одеяния ордена Юньмэн Цзян. У некоторых на поясе висели колокольчики, означавшие, что они прямые адепты. В небольших прудах вокруг ордена красовались коробочки лотосов и сами цветы. Их запах успокоил расшалившиеся нервы Вэй Усяня, но он всё же выпрямил спину, когда кто-то вышел их встречать. Их провели в приемный зал. В отличие от зала клана Не, это место было гораздо менее внушительным. Мотив лотоса был выгравирован на колоннах, на полу и на знаменах. Даже кресло во главе напоминало формой цветок лотоса. Цвета были мягкими — различные оттенки фиолетового и даже синего, но всё здесь было построено из светлого дерева, а не из камня. Это принесло Вэй Усяню чувство глубокого умиротворения. На мгновение он даже пожалел, что не может остаться здесь и совершенствоваться. — Сянь-сюн, — пихнул его локтем Не Хуайсан. — Нервничаешь? — Ха, — кивнул Вэй Усянь. — А ты бы не нервничал? — Я бы нервничал. Слава богам, я не ты, — нагло ухмыльнулся Не Хуайсан. — Тише вы оба, — предупредил Не Минцзюэ. Двое детей тут же замолчали. Вскоре навстречу им вышел мужчина с мягким выражением лица. Он был одет в фиолетовые одежды ордена. Длинные волосы были собраны в пучок фиолетовой лентой, скрытой под изящным серебряным украшением. Колокольчик на поясе покачивался, не издавая ни малейшего звука. Как только он вошел, Не Минцзюэ встал, заставив детей выпрямиться еще сильнее. Не Минцзюэ поклонился Цзян Фэнмяню, и тот ответил на приветствие. — Глава Ордена Цзян. — Чифэн-цзунь. — Полагаю, вы получили мое письмо? — спросил Не Минцзюэ, опускаясь обратно в кресло после того, как сел Цзян Фэнмянь. — Получил, — Цзян Фэнмянь с любезной улыбкой принял поднесенный ему чай. — Должен сказать, я был весьма удивлен. — Как и я, — Не Минцзюэ приподнял бровь, глядя на Не Хуайсана, который тут же втянул голову в плечи. Цзян Фэнмянь улыбнулся. — Которого из учеников вы хотели бы отдать мне на обучение? Не Минцзюэ посмотрел на Вэй Усяня. Цзян Фэнмянь наблюдал, как вперед выступил мальчик с умными глазами и поклонился. Он был по-настоящему элегантен и грациозен, совсем не похож на Не Минцзюэ и большинство адептов его ордена. — Меня зовут Вэй Ин, Вэй Усянь из Цинхэ, — его звонкий голос прозвучал твердо. В нем не было ни капли колебаний. Это напомнило Цзян Фэнмяню кое-кого. — Вэй... Вэй Ин? Вэй Усянь замер от внезапной фамильярности, но кивнул. — Вэй Усянь... — брови Цзян Фэнмяня нахмурились. — Вэй Усянь, кто твои родители? — Мой отец — Вэй Чанцзэ. Моя мать — Цансэ Саньжэнь, — с заученной легкостью отчеканил Вэй Усянь. Не то чтобы ему часто приходилось объявлять людям, кто его родители. Просто он часто повторял эти два имени в детстве. Он не хотел их забыть. — Ты, — рука Цзян Фэнмяня едва не дрогнула. Он быстро перехватил чашку и прочистил горло. — Неужели Глава Ордена Цзян знал родителей этого мальчика? — спросил Не Минцзюэ. Любопытство в его голосе скрыть было невозможно. — Да, знал. Они... Вэй Чанцзэ был моим другом, как и Цансэ Саньжэнь, — выражение глаз Цзян Фэнмяня было непонятно ребенку. Даже Не Минцзюэ не был уверен, как его истолковать. Возможно, это было сожаление. — Что... как этот ребенок оказался на вашем попечении? Не Минцзюэ промолчал. Вместо него заговорил Вэй Усянь. — Мои мать и отец погибли во время ночной охоты. Я остался на улицах Илина. Проезжая мимо, Глава Ордена Не нашел меня. Он забрал меня к себе. — П-понятно, — губы Цзян Фэнмяня растянулись в натянутой улыбке. — Значит, они... но жил ли ты хорошо? Вэй Усянь кивнул. — Спасибо за беспокойство, Глава Ордена Цзян. Я жил хорошо. Глава Ордена Не хорошо ко мне относится. Молодой господин Не относится ко мне как к родному брату. Не Хуайсан сморщился от такого внезапного титула. Он хотел напомнить Вэй Усяню не называть его так, даже на людях, но осекся под давящим взглядом брата. — Хорошо, хорошо, — сказал Цзян Фэнмянь. Не Минцзюэ наблюдал за Цзян Фэнмянем. Сожаление действительно лучше всего описывало его состояние. Он прочистил горло. — Полагаю, Глава Ордена Цзян не будет возражать против принятия Вэй Усяня в качестве приглашенного ученика? — Разумеется, нет, — выпрямился Цзян Фэнмянь. — Вэй Усянь, тебе всегда рады здесь, в Пристани Лотоса. Такое приглашение было неожиданным и удивило Вэй Усяня. Он мог лишь поклониться ниже и выразить свою благодарность. — Не нужно кланяться. Выпрямись, — сказал Цзян Фэнмянь. Вэй Усянь сделал, как было велено. — Подойди... подойди ближе. Вэй Усянь взглянул на Не Минцзюэ, но, видя, что глава его ордена не пытается этому помешать, шагнул вперед, пока не оказался прямо перед Цзян Фэнмянем. Рука Цзян Фэнмяня поднялась, но он заколебался. Он позволил руке опуститься снова. На его лице появилась ностальгическая улыбка, от которой он стал выглядеть намного старше своих лет. — Ты красив, как твой отец. — Спасибо. — Но ты также похож на мать, — усмехнулся Цзян Фэнмянь. Вэй Усянь поднял глаза. — Твои глаза. В них тот же огонь, что и у неё. В его взгляде плескалось сожаление обо всем, чего он не смог сделать для своих друзей и их ребенка. — Я приму тебя. Ты будешь моим приглашенным учеником. — Спасибо, Глава Ордена Цзян. — Тебе не обязательно быть таким официальным. Ты можешь звать меня, — Цзян Фэнмянь замялся, прежде чем вернуть на лицо мягкую улыбку, — зови меня Дядя Цзян. Глаза Вэй Усяня расширились от такого фамильярного обращения. Он немного растерялся, заикаясь, что никак не может этого сделать. Однако Не Минцзюэ прочистил горло: — Если Глава Ордена Цзян желает, чтобы ты так его называл, и ты не имеешь возражений, просто зови его так. Вэй Усянь смущенно опустил голову и взглянул на Не Хуайсана, который наблюдал за происходящим с нескрываемым весельем. Вэй Усянь, тот, кто не боялся ни неба, ни земли, на самом деле довольно легко смущался от таких проявлений близости. — Д-дядя... Дядя Цзян, — с трудом выдавил Вэй Усянь. Однако его ясная, сияющая улыбка с лихвой компенсировала запинку. — Хорошо, — Цзян Фэнмянь снова погладил Вэй Усяня по голове. Он встал и повернулся к братьям Не. — Чифэн-цзунь и Молодой господин Не, вы останетесь на ночь? — Д... — Мы уезжаем, — перебил Не Минцзюэ. Не Хуайсан надулся на старшего брата. Однако, если тот сказал, что не останется, что мог сделать Не Хуайсан? И потому он неохотно промолчал. К счастью, у Не Минцзюэ было несколько тем для обсуждения с Цзян Фэнмянем, и он попросил двоих детей выйти. Пока главы орденов разговаривали, Не Хуайсан и Вэй Усянь вышли на улицу, чтобы осмотреться. Хуайсан постучал себя по подбородку. — Кто бы мог подумать! Оказывается, Глава Ордена Цзян знал твоих родителей. — Неожиданный поворот, — согласился Вэй Усянь. Он закинул руки за голову. Его скованная поза сменилась привычной беззаботной улыбкой. — Кажется, он знал их довольно хорошо. Иначе с чего бы ему так гладить меня по голове? — Ты счастлив? Рад, что знаешь кого-то, кто знал твоих родителей? — Не Хуайсан толкнул Вэй Усяня плечом. — Конечно! — воскликнул Вэй Усянь. — Пусть он не мой папа и не мама, но, по крайней мере, он их знал! Если он захочет, я, наверное, смогу услышать пару историй о них. Я очень хочу узнать, какими людьми были мои родители. Не Хуайсан посмотрел на Вэй Усяня с редким выражением сочувствия. Он ухмыльнулся. — Я уверен, он расскажет! Глава Ордена Цзян известен своей мягкостью и благородством. И смотрел он на тебя так по-доброму, он точно поговорит с тобой, если ты попросишь. Улыбка Вэй Усяня стала еще шире. Они продолжали болтать, пока не дошли до ворот, а затем развернулись, чтобы направиться обратно в приемный зал. — А Пристань Лотоса и правда красивая, — сказал Вэй Усянь, блуждая взглядом по озеру, отделявшему Пристань Лотоса от ближайшего города. Его взгляд скользнул в небо, цепляясь за разноцветных воздушных змеев. — Это место очень отличается от Цинхэ и Нечистой Юдоли. — Мгм, — кивнул Не Хуайсан. — Всё более яркое. Здесь намного больше воды. Гораздо меньше гор и гораздо меньше зелени. Вэй Усянь кивнул. Он открыл рот, чтобы подметить что-то еще, когда услышал низкий лай. Его шаги мгновенно замерли. Не Хуайсан нахмурился и огляделся в поисках источника звука. Он схватил Вэй Усяня за руку и заслонил его собой, когда к ним подскочила собака. — С-собака... — Не волнуйся, Сянь-сюн. Раз она в Пристани Лотоса, у нее должен быть хозяин! Вэй Усянь кивнул, но остался стоять, крепко спрятавшись за спиной Не Хуайсана. Собаки... лучше было не упоминать о них при Вэй Усяне. В детстве они безжалостно гнались за ним. Пока он рос в ордене Цинхэ Не, его фобия должна была утихнуть, так как собак использовали на охоте, и Не Минцзюэ любил их. Не Минцзюэ заставлял его общаться с собаками, и с его помощью, а также при поддержке Не Хуайсана, страх Вэй Усяня стал не таким экстремальным. Он мог подавить желание закричать и убежать при виде собаки. Он мог справляться с маленькими собачками и проходить мимо них. Но большие собаки... большие псы вроде этого? — Жасмин! Жасмин, ко мне! — раздался юный, властный голос позади прыгающей собаки. Не Хуайсан и Вэй Усянь подняли головы и увидели юношу примерно их возраста, бегущего за собакой. Он был размером с эту самую собаку, что делало зрелище еще более комичным. Однако Вэй Усянь не мог запрокинуть голову и рассмеяться. Собака остановилась прямо перед ним. — Э? Что за невезение? — пробормотал Не Хуайсан, всё еще твердо стоя перед Вэй Усянем. — О-она... — сглотнул Вэй Усянь. — Почему она не уходит? Разве она не слышит хозяина? — Наверное, слышит. Может, мы ей кажемся забавнее, — Не Хуайсан медленно протянул руку, позволяя собаке обнюхать себя. Однако Вэй Усянь издал испуганный вскрик, заставив Не Хуайсана и собаку подпрыгнуть. — Н-не надо — а вдруг она тебя укусит? — Кто сказал, что моя Жасмин собирается его кусать? — мальчик остановился позади своей собаки, пыхтя и отдуваясь. Он возмущенно выпрямился и уставился на Вэй Усяня. — Ты думаешь, моя собака из тех, кто кусает людей направо и налево? Не Хуайсан окинул взглядом богатое одеяние мальчика и колокольчик на поясе. Он ухмыльнулся и взмахнул веером, решив сначала пойти по более вежливому пути. — Конечно, нет! Сянь-сюн совсем не это имел в виду. Просто Сянь-сюн смертельно боится собак, поэтому ему кажется, что все собаки кусаются. — Боится собак? — мальчик свирепо посмотрел на Вэй Усяня. — Что ты за чудик такой? — Я-я не... Аа! Хуайсан, Хуайсан, она идет ко мне! Хуайсан! Вэй Усянь дергал Не Хуайсана из стороны в сторону, пока тот снова не стал надежным щитом. Не Хуайсан постучал веером по своему носу. — Сянь-сюн, мне кажется, ты ей нравишься. Мальчик фыркнул. — У Жасмин не настолько плохой вкус на мужчин! Может, у него есть с собой что-то съедобное? Вэй Усянь похлопал себя по карманам, но ничего не нашел. Когда собака снова приблизилась, он мог только взвизгнуть и крепче вцепиться в плечи Не Хуайсана. Мальчик посмотрел на жалкий вид Вэй Усяня и не мог не почувствовать укол вины. Сначала он подумал, что этот парень шутит, но теперь, видя холодный пот у него на лбу и бледное лицо, мальчик наконец взял Жасмин на поводок. Он встал перед Жасмин и велел собаке сидеть. Как только собака села и замерла, мальчик повернулся к ним. — Меня зовут Цзян Ваньинь. А вас как? — Я Не Хуайсан. А это Вэй Усянь, — Не Хуайсан взял на себя смелость представить и друга. Он чувствовал, как того колотит. — Что вы двое здесь делаете? Я вас раньше не видел, — сказал Цзян Ваньинь, поглаживая Жасмин, чтобы успокоить её. — А, Сянь-сюн приехал сюда учиться! Мы оба из ордена Цинхэ Не, — ответил Не Хуайсан. — Только он? А ты? — Я приехал осмотреться. Даже если бы я захотел, мой брат, наверное, не разрешил бы мне здесь учиться, — вздохнул Не Хуайсан. — А? Тогда почему ему разрешили? — Потому что он особенный! — заявил Не Хуайсан. Это был единственным способ, которым он мог это объяснить. Хотя выбор слов был странным, Цзян Ваньинь не услышал в них враждебности. Напротив, в них слышалась гордость. Ну и чудик. — Постой, твоя фамилия Цзян. Значит ли это, что ты... — Я сын Цзян Фэнмяня, — гордо объявил Цзян Ваньинь. — А, так это Молодой господин Цзян, — ухмыльнулся Не Хуайсан. — Рад встрече. — Мгм, — кивнул Цзян Ваньинь. — Значит, ты младший брат Главы Ордена Не. — Да, да, это я. — Тоже рад встрече, — сказал Цзян Ваньинь. Он взглянул на Вэй Усяня, чьи глаза всё еще были прикованы к Жасмин. Поколебавшись мгновение, он сделал шаг назад. — Вы двое ждите здесь. Я отведу Жасмин домой. — О, хорошо! — улыбнулся Не Хуайсан. Он смотрел, как Цзян Ваньинь убегает со своей собакой. Он отцепил руки Вэй Усяня от себя и помассировал плечи, которые разболелись от мертвой хватки друга. — Эй, Сянь-сюн, она ушла! Расслабься немного, ты такой деревянный, тебя сейчас можно принять за лютого мертвеца. Вэй Усянь слегка вздрогнул, но его напряженные мышцы начали расслабляться. — Этот мальчишка Цзян, — Не Хуайсан оглянулся, чтобы убедиться, что тот еще не вернулся, и посмотрел на Вэй Усяня. — Вроде неплохой. — Если бы только у него не было собаки, — пробормотал Вэй Усянь. — Я говорю о нем самом, почему ты говоришь о его собаках? Вэй Усянь надул губы. — Собаки страшные! — Тебе нужно когда-нибудь перебороть этот страх, — пробурчал Не Хуайсан. — Может, попросить брата возобновить то «лечение»? — Пожалуйста, не надо, — простонал Вэй Усянь. — Почему нет? Раньше же сработало! Теперь ты нормально переносишь маленьких собак, — сказал Не Хуайсан. — Просто... это то, что я перерасту сам, — быстро выдумал Вэй Усянь. Не Хуайсан скептически посмотрел на него. — Правда? — Мгм! Не Хуайсан кивнул. В этом был смысл. В конце концов, им было всего по одиннадцать лет. Вполне вероятно, что Вэй Усянь сможет перерасти такую мелочь. — Я вернулся! — голос Цзян Ваньиня разнесся по двору. Он вернулся и тащил кого-то за собой. Этот человек был выше него. В ней чувствовались элегантность и грация Цзян Фэнмяня. Глаза у неё были мягкими, лицо нежным, а веселой улыбки было достаточно, чтобы озарить комнату. Не Хуайсан мог только мечтательно вздохнуть. Если бы он вспомнил этот момент несколько лет спустя, когда станет старше, у него наверняка нашлось бы подходящее стихотворение. — Это моя старшая сестра, Цзян Яньли, — гордо представил её Цзян Ваньинь. — Здравствуйте, — поприветствовала их Цзян Яньли. Двое мальчиков поклонились в ответ. — Я Не Хуайсан из Цинхэ. — Я Вэй Усянь из Цинхэ. Цзян Яньли разглядывала двух мальчиков, ровесников её брата. Один был ниже другого, а второй — худее первого. У обоих был хороший нрав. Если они будут играть с её братом, возможно, его вспыльчивость немного поубавится. — Я слышала от А-Чэна, что ты приехал сюда учиться? — Цзян Яньли повернулась к Вэй Усяню. Вэй Усянь тут же кивнул. — Это хорошо. А-Чэну иногда бывает немного одиноко, — хихикнула Цзян Яньли. — Сестра, — тихо проныл Цзян Ваньинь, предупреждая её не говорить лишнего, хотя было очевидно, что он рад возможному новому другу. Четверка продолжала болтать, пока Цзян Фэнмянь и Не Минцзюэ не вышли, чтобы забрать их. — А, Брат, я не хочу уезжать! — заныл Не Хуайсан. Не Минцзюэ холодно посмотрел на него. — Если ты сейчас же не пойдешь со мной, не смей возвращаться вообще. — Это несправедливо! — проворчал Не Хуайсан. Он вцепился в руку Вэй Усяня. — Даже если ты меня не заберешь, Сянь-сюн меня заберет. Не Минцзюэ повернулся и посмотрел на Вэй Усяня. «Ты посмеешь?» — казалось, спрашивали его глаза. Вэй Усянь поклонился с широкой улыбкой на лице. — Если Глава Ордена прикажет, я тоже брошу Хуайсана. — Сянь-сюн! — Значит, решено, — Не Минцзюэ оттащил Не Хуайсана за шкирку. Он остановился, прежде чем снова повернуться к Вэй Усяню. — Ты. Если ты ничему здесь не научишься, даже не смей думать о возвращении в Цинхэ. Для Цзян Фэнмяня, Цзян Яньли и Цзян Ваньиня эти слова прозвучали сурово. Брови Цзян Яньли нахмурились, и она взглянула на Вэй Усяня. Она ожидала увидеть слезы на глазах, как у её брата, когда его ругает мать. К их удивлению, улыбка Вэй Усяня стала еще ярче. — Да, Глава Ордена Не! Я вас не разочарую. — Увидимся. — Спасибо, Глава Ордена Не! — крикнул Вэй Усянь. Он добежал до края пристани и смотрел, как Не Хуайсан с энтузиазмом машет рукой. Он повторял это движение в ответ, пока лодка не превратилась в маленькую точку.