Именем веры, во имя себя

На уроке Минджон сидела смотря в окно, не загадочно как бывает в драматичных-романтичных фильмах. А смотрела на проходящих мимо стариков, детей с родителями, но мысли снова и снова упирались в ту фразу. Простую, но будто с грязным следом на кончике языка. В ту фразу, которая не складывалась в её голове и шла против всех моральных принципов. Даже религиозных, хоть она и была атеисткой, но воспитание на всех одно. "Как же противно... Фу." Минджон скривилась, чувствуя себя довольно странно, но ей точно было мерзко от этого. В особенности от себя, но перевела взгляд на учителя, который объяснял новую тему по химии, пытаясь отвлечься от накатывающих чувств, что как будто грязь на белых кроссах. Тем временем, в другом абсолютно классе, Джимин сидела на первой парте, смотря в тетрадь. "О Господи, я ведь не согрешила, так ведь? Прости, что подумала о неправильном союзе" Она закрыла глаза, и тут ей в голову будто белым по чёрному высветилось слова "лесбиянка", она резко открыла глаза. Начал нарастать стыд, злость, чувство мерзости от этого слова, что сказала Минджон. Ю хотела просто провалиться сквозь землю, но вместо этого, слегка скатилась на стуле вниз, спрятавшись за тетрадь, подняв ее до уровня носа и смотря в одну точку перед собой. Пытаясь переварить этот негатив. "Я... Буду молиться усерднее, с чистого сердца, только пожалуйста, Боже, охраняй меня от подобного..." Джимин мысленно умоляла Его об этом, сгорая от стыда, неловкости, гнева и ненависти к фразе, которую просто услышала, которая просто была о чем-то... Запретном. Зазвенел звонок, перерыв. И вот столкновение - минджон идет с лицом, которое говорит о раздражительности, а рядом Хару с сияющей улыбкой и фразами, — Минджон.. Ты сегодня выглядишь словно богиня, что спустилась с небес...- на что та лишь демонстративно закатывает глаза, цокая недовольно. И Ю Джимин, что шла навстречу.... В наушниках, скорее всего слушала церковный хор, чтобы улететь от мыслей запретных. Ни одна не посмотрела на другую, но напряжение в воздухе было. Как если бы столкнулись люди, что начали призирать или ненавидеть друг друга. А все из за одной ошибки, не того времени и вообще не к месту мысли. — ууууу, я прям слышу, что Джимин слушает какой-то бред, - усмехнувшись сказал Хару. Минджон покосилась на него, — чего ты там тявкаешь? — ой, да ладно тебе, кто будет слушать ор в пару голосов? Мин резко выдохнула через нос, прикрыла глаза, остановилась... И тут что-то кольнуло в груди, больно, странно но пока что выносимо, — завали пасть, я даже слышать про эту Джимин не хочу. Идём, — она потянула его за ворот рубашки дальше по коридору. Джимин же естественно этого не услышала, она шла дальше в школьную библиотеку, хор будто бы заиграл сильнее, когда она краем глаза заметила взгляд Мин - пропитанный злостью, холодом и нотами ненависти, что будто отдавали отблеск в глазах, придавая цвету ее глаз - необычайно холодный и отчужденный оттенок. Тем временем, Хару и Ким уже сидели на скамейке в столовой. - слушай.... А у тебя все нормально вообще? а то выглядишь злее чем обычно, - осторожно, тихо спросил парень, слегка наклонившись к Мин. Она же в свою очередь, резко метнула головой в его сторону, злобно прищурив глаза и нахмурив брови, - ты щас серьезно? - ну.. да. может быть мы не виделись все лето, но я ведь чувствую тебя, деточка.. - слегка пафосно, растянуто в ударениях, и с абсолютным покерфейсом ответил Хару, смотря ей в глаза. - боже, просто заткнись - о нет, я не оставлю это просто так, Мини-джони - прости, что? - с явным нарастающим раздражением - прощаю. не кипятись, чайник - еще одно такое слово, мультик... и я не буду себя сдерживать, - это действительно было последнее предупреждение от Минджон. Внутри и так все кипело, буря не успокоилась, она лишь стала сильнее. А Хару, что бил не в то место и не был хоть чуточку вежлив - лишь усугублял и так нестабильное состояние девушки. - мультик? да кто бы говорил, кукла - возмущенно, без тормозов. Мин медленно закрыла глаза, сжала челюсть, выдохнула через нос, и потом, посмотрев на него из под ресниц... Врезала ему пощечиной, - отвали от меня, недопарень, - она резко встала и быстрым шагом вылетела из столовой. Хару остался сидеть с красным следом на щеке, шлейфом ее сладких но острых духов, и с челюстью... которая имела все шансы упасть в пол. В библиотеке было тихо, это как раз то - что нужно было для Джимин. Тихое, малолюдное место, где можно было бы экстренно помолиться и хоть часть грехов, хоть даже не своих - смыть с себя. она отошла в самый дальний угол библиотеки и чуть ли не упав на колени, сложила ладони и прижала их к губам, шепча, - Господь... прости ее за эти слова и плохую речь... прости, что я осмелилась подумать о том, что не задумано тобой.. такого больше не будет... пожалуйста, услышь меня.. - это говорилось с таким отчаянием, страхом перед Ним, страхом перед собой и своими мыслями, что отдавалось чистым сердцем и вытекало как есть. Не красиво, по детский, но так искренне, что если бы это кто-нибудь услышал - ему бы стало ее жаль. Она молилась, весь перерыв, шепча одно и то же, но не менее искренне. Наверное, это была одна из самых чистых ее молитв за последний год. И одна из самых горьких, на вкус и в душе.