Связь

Лань Ванцзы проснулся в шесть утра по корабельному времени, хотя это не имело ничего общего с его обычным расписанием. Он должен был заступить на пост только через девять часов, но смена Лань Сичэня скоро заканчивалась, и Второй нефрит хотел поговорить с братом до того, как тот отправится спать. К тому времени, как Лань Ванцзы оделся и совершил все необходимые гигиенические манипуляции, со стороны санузла решительно постучали. Мысленно досчитав до десяти и длинно выдохнув, Второй нефрит дал позволение войти. Цзян Ваньинь, казалось, не спал эту ночь вовсе, о чем свидетельствовала усилившаяся краснота его глаз. Во всем прочем, однако, он выглядел безупречно: ни один волос выбивался из замысловатого узла, скрепленного парой деревянных шпилек. Вдобавок домашний фиолетовый наряд сменился стандартной униформой, предписанной уставом Звёздного флота. Лань Ванцзы про себя отметил, что в многослойных одеждах Юньмэна Цзян Ваньинь выглядел внушительнее, чем в тонком жёлтом джемпере. Он делал слишком очевидной его тонкокостную, жилистую фактуру. Впрочем, в своеобразной форме Звёздного флота мало кто выглядел хорошо. Уже много лет по инстанциям ходили прошения о дозволении женщинам носить брюки, шли споры, но никакого решения так и не было принято. Лань Ванцзы разделял стремление ликвидировать любой намёк на юбки на корабле. В конце концов это было просто небезопасно в критических ситуациях, на которые была богата их жизнь. Покамест на USS Гусу данную проблему решили весьма радикально: это было единственное судно во всем Звездном флоте, где не числилось женщин вообще. Объяснялось это тем, что "исторически так сложилось". - Я подумал, будет лучше, если я пойду с вами, - объяснил Цзян Ваньинь в целом очевидную причину своего появления. - Мгм, - согласился Лань Ванцзы. Его вовсе не прельщала роль сломанного передатчика. Пусть Лань Сичэнь и беспокойный капитан Юньмэна все решат между собой, а его наконец оставят в покое. Лань Сичэнь ответственно дремал с открытыми глазами в капитанском кресле. Появление на мостике посторонних, однако, заставило его встрепенуться и принять подобающий вид. - Капитан Цзян, надеюсь, ваш сон был благополучен, - любезное приветствие на фоне кругов под покрасневшими глазами могло показаться форменным издевательством, если бы не исходило из уст честнейшего и безукоризненного Первого нефрита. В его исполнении это, скорее, выглядело шансом оправдать свой не совсем здоровый вид. - Благодарю, капитан. Но я не привык залеживаться, - Цзян Ваньинь, несмотря на все косметические дефекты, в самом деле изучал мрачную, упорную энергию корабельного ядра. - Значит правду говорят, что капитан Юньмэна работает в две смены? - шутливо произнес Лань Сичэнь. - Если надо, работаю и в три, - суховато отмахнулся Цзян Ваньинь. - Не сочтите за бестактность, капитан Лань, но у меня есть сведения, которые могут вас заинтересовать. Или нет, - сделав небольшую паузу, добавил он. - Если вы знаете больше, чем я. На лице Лань Сичэня отразилось замешательство. Улыбка его медленно истаяла. - Что вы имеете в виду, капитан Цзян, - он вопросительно глянул на брата. Тот ободряюще кивнул, хотя находил невероятным способность Цзян Ваньиня формулировать даже самые простые мысли таким образом, что его хотелось выкинуть в шлюз. "Или вбить в стену и как следует съездить по лицу". Причина его темных мыслей тем временем, и не подозревая об опасности, деловито обшаривала глазами мостик на предмет подозрительных лиц. Очевидно, не удовлетворившись уровнем конфиденциальности, Цзян Ваньинь небрежно заметил: - Кажется, я удерживаю вас на мостике дольше положенного, капитан Лань. Ваша смена закончилась вот уж как две минуты. Позвольте проводить вас до каюты. Лань Сичэнь слегка нахмурился, но понятливо кивнул. Он сдал пост на мостике и двинулся в сторону лифтов. Лань Ванцзы и Цзян Ваньинь отправились за ним. Начинать разговор по пути не было смысла: постоянно кто-то останавливал капитана, чтобы поздороваться или передать вот очень важные сведения, без которых несколько часов звездолет точно не переживет. Во всяком случае именно такие мысли отражались на лице Цзян Ваньиня. Он-то бы давно уже рявкнул, чтобы его никто не беспокоил по всякой ерунде. Но тем и отличался выгодно безупречный и всегда приветливый Лань Сичэнь. Лань Ванцзы ощутил прилив гордости за своего брата. Тем не менее, стоило всем троим пересечь порог капитанской каюты, как с лица Лань Сичэня стекла приветливая улыбка. Он жестом предложил всем сесть, затем серьезно и чуть утомленно посмотрел на Цзян Ваньиня и произнес: - Я вас слушаю. Тот кивнул в некоем подобии благодарности и открыл на своем браслете досье. - Скажите, капитан Лань, вам знаком этот ромуланец? Лань Сичэнь вгляделся в карточку с именем, в фотографию, а затем приказал искусственному интеллекту развернуть списки экипажа и вкинул в систему карточку с браслета Цзян Ваньиня. Замелькала сверка данных. Через шестьдесят три секунды корабельный искин пискнул и приятным женским голосом произнес: - Данные не найдены. Лань Сичэнь озадаченно нахмурился. - Капитан Цзян, расскажите, пожалуйста, все с начала: кто этот ромуланец, в чем вы его подозреваете и почему ищите на моем корабле. Глаза Цзян Ваньинь опасно сузились. Ему явно не понравилась формулировка заданных ему вопросов. Лань Ванцзы, который уже знал больше, чем его брат, почувствовал некоторую досаду за Цзян Ваньиня и неловкость за брата, и запоздало удивился своим чувствам. - Капитан Лань, - меж тем сухо ответил Цзян Ваньинь, - этот ромуланец был в составе террористической группы, захватившей Юньмэн. Прежде он числился в списках военнопленных. Однако теперь он там не значится. Между тем не далее, как вчера я встретил его здесь, на Гусу. Потому я решил обратиться к вам и узнать, что сейчас происходит с этим ромуланцем, и не представляет ли он угрозы для корабля и его миссии. По мере сказанного во взгляде Лань Сичэня росло напряжение. - Вы уверены, капитан Цзян? - наконец осторожно спросил он. - Много времени прошло, вы могли ошибиться. Логика Лань Сичэня была понятна, Лань Ванцзы сам накануне прошел через те же рассуждения, однако теперь ощущал себя заинтригованным. Разгадка была ему интересна, не считая того, что результат расследования напрямую касался его корабля. - Он мог изменить свое имя, - заметил Второй нефрит. - Тогда в базе военнопленных имя тоже могло измениться. - Разумеется, я подумал об этом, - проворчал Цзян Ваньинь. - Но раз я этого Су Шэ узнал, значит лицо его сильно измениться не могло. - Хотите сказать, что вам за ночь удалось просмотреть все фотографии? - изумился Лань Сичэнь, недоверчиво покачав головой. - Но ведь там тысячи лиц! - Миллионы, - поправил Цзян Ваньинь.- Но я задал конкретные параметры поисков по костной структуре черепа ромуланца, которого мой искин зафиксировал вчера, и тому снимку, что хранился в базе данных. Если бы этот... - он поджал губы, удержав крепкое ругательство, - ромуланец числился среди военнопленных, я бы его там нашел. - Если так, то возможности ваших технологий поистине поражают, - произнес Лань Сичэнь слегка ошеломленно. - Ваше ядро, должно быть, очень мощное. Цзян Ваньинь нехотя кивнул. Он не любил обсуждать свое ядро, питавшее всю систему имплантов, главным образом потому, что по слухам во время трагедии на Юньмэне его лишился. Однако никаких документальных свидетельств этому не было, а наследник колонии модификантов почти сразу воспрял живее всех живых, потрепанный, но очень злой и готовый рвать ромуланцев голыми руками. - Хорошо, допустим, что вы правы, - осторожно продолжил рассуждения Лань Сичэнь. - Бывший преступник проник на борт Гусу под чужим именем. Но вы сами только что видели, что в списках экипажа его нет. В противном случае искин распознал бы его, как и вы, по фото. - Я не утверждал, что он - член экипажа, - угрюмо проговорил Цзян Ваньинь. И тут Лань Ванцзы осенила очевидная, в общем, догадка. - Он может быть не в списках экипажа, а в составе группы, следующей на Медею-5, - произнес он на долю секунды быстрее, чем обычно привык, что выражало степень его волнения. Брови Лань Сичэня приподнялись. Он быстро нажал несколько клавиш на панели и задал команду поиска. На этот раз искину потребовалось двадцать секунд, чтобы обработать запрос и выдать результат, который все трое ждали с невольным напряжением. Под очередной писк открылась вкладка. - Су Миньшань, - прочитал Цзян Ваньинь холодным, ровным голосом. - Сотрудник МолинКом, начальник службы безопасности экспедиции доктора М'Байе, - добавил Лань Сичэнь, открывая вкладку с подробной информацией. - Ну и что? Данную экспедицию курирует Звездный флот. Адмирал Цзинь лично отвечает за благополучный исход миссии на Медее-5. - По-вашему, адмирал Цзинь знает все на свете? - упрямо возразил Цзян Ваньинь. - Этот Су Миньшань, или как там его, мог скрыть свое прошлое. Свидетелей осталось не так много. Кто же ожидал, что я объявлюсь на Гусу и узнаю его? Лань Сичэнь опустил глаза и тихо, но твердо произнес: - Капитан Цзян, я понимаю ваши чувства, но не вижу причин для беспокойства. Скорее всего, в системе базы произошел сбой. Скоро все исправят, переживать не о чем. - Не думаю, что это так, - отрезал Цзян Ваньинь. - Склонен поддержать капитана Цзян, - счел нужным вмешаться в спор Лань Ванцзы, до того молча наблюдавший за ними. - Сбой в системе маловероятен, поскольку запрос относительно Су Шэ был проигнорирован. Он посмотрел на Цзян Ваньиня в поисках подтверждения информации, и тот кивнул. - Все так. Боюсь, капитан Лань, все не так просто, как вам бы хотелось. А я, уж извините, не люблю, когда сложно. Тем более, если дело касается бывших террористов. - Думаю, все не так, как вы представляете, капитан Цзян, - ответил Лань Сичэнь устало. - Удалить кого бы то ни было из баз Звездного флота не так просто. Если это было сделано, значит это может касаться нужд Федерации, о которых мы с вами не имеем никакого понятия. - Согласен, - нехотя признал Цзян Ваньинь, и добавил: - Но я все равно призываю вас быть осторожным с этим Су Миньшанем. Может, и не Звездный флот удалил его из базы. В любом случае, я не верю, что бывший террорист может быть замешан в чем-то хорошем. Лань Сичэнь покачал головой. - Рискую с вами не согласиться, капитан. Даже если когда-то этот ромуланец совершил ошибку, я считаю, что он, как и все, заслуживает второй шанс. Лицо Цзян Ваньиня на миг застыло, а затем его исказила страшная гримаса. Запахло озоном, и с треском вокруг кольца на его правой руке начали формироваться молнии. - Ошибку? - переспросил он на тихом, свистящем выдохе. - Ошибка - это когда сел посрать, но забыл снять штаны. Вот это - ошибка. А участие в убийстве тысяч неповинных людей!.. Это не ошибка, это - преступление! - голос его сорвался на рык. - Капитан Цзян, - холодновато произнес Лань Ванцзы. Ему не нравился тон, которым разговаривали с его братом. Не нравилось поведение Цзян Ваньиня, недостойное капитана Звездного флота. На нравился сам Цзян Ваньинь, и его нервная, вспыльчивая натура. То, как легко он терял лицо и разум, потакая своим эмоциям. Предсказуемо, это лишь сильнее подогрело ненависть Цзян Ваньиня. Тот и впрямь безобразно взорвался, перейдя на совсем тихий, свистящий шепот: - К ромуланцам, уничтожившим Вулкан, у вас такое же благосклонное отношение, капитан Лань? Лань Ванцзы он показательно игнорировал. - Да, - в отличие от него, Лань Сичэнь сохранял безукоризненное, хоть и печальное самообладание. - Даже по отношению к ним. На лице Цзян Ваньиня отразилось потрясение, непонимание, но миг спустя его губы искривила злая усмешка. - О, понимаю, капитан Лань, - покивал он издевательски. - Восемь миллиардов вулканцев - слишком абстрактная величина, чтобы принимать ее близко к сердцу. Ведь все ваши близкие живы. - Как вы смеете? - возмутился Лань Сичэнь. - Я потерял отца! Я!.. Но Цзян Ваньинь не дал ему договорить. Перегнулся через стол и прошипел, чеканя каждое слово: - Я знал их лично. Всех из трех тысяч четырехсот восемнадцати человек. Каждого мужчину, женщину, ребенка. Они. Были. Моей. Семьей. Я никогда не прощу ни одного ублюдка, который заявился на мою землю и посмел их убить. Я никогда не прощу себя за то, что не смог их спасти. Так что не говорите мне о вторых шансах, капитан Лань. Договорив, он откинулся на спинку кресла и ссутулился, сложив руки на груди, словно гневная тирада забрала у него все силы. - Хватит, - произнес Лань Ванцзы, чувствуя нарастающую головную боль и давящую тоску. - Случившееся в прошлом не должно влиять на наше будущее. В противном случае он первый припер бы Цзян Ваньиня к стенке и спросил, где среди этих трех тысяч четырехсот восемнадцати человек, за которых так болело его сердце, место Вэй Усяня. Сделав глубокий вдох и выдох, Лань Сичэнь несколько смягчился и немного смущенно попросил: - Прошу извинить меня, капитан Цзян. Я не имел цели вас задеть. Однако ваши утраты не лишают меня права на свое мнение, - добавил он твердо. - Разумеется, капитан Лань, - сухо ответил Цзян Ваньинь, выпрямившись до полной неестественности. - Примите и вы мои извинения. Однако смею заметить, что я не просил ни выдать мне преступника, ни совершить над ним немедленную расправу. Хотел только предупредить вас об опасности. В остальном - полагаюсь на вас. Хорошего дня. С этими словами он поднялся и вышел, оставляя за собой шлейф негодования и задетого эго. - Думаешь, я не прав? - чуть смущенно спросил Лань Сичэнь спустя короткую паузу. - У меня нет ответа на этот вопрос, - бесстрастно ответил Лань Ванцзы, стараясь сохранить свою маску безразличия, отчаянно трещавшую по швам. Первый нефрит опустил голову, его губы тронула легкая, грустная улыбка. - Я извинюсь перед капитаном Цзян еще раз, - пообещал он. - Чуть позже. - Мгм, - согласился Лань Ванцзы, только чтобы окончательно закрыть эту тему и не дать брату увидеть, как вспышка ярости Цзян Ваньиня задела за самое больное его самого. Заставила вновь задаться вопросом, так ли Цзян Ваньинь переживает о смерти Вэй Усяня, как о гибели своей колонии? А если да, почему?.. Почему позволил ему умереть?