Инструкция не полна

Карта была развернута на столе — бумажная, с карандашными пометками того, что не было указано в компьютере. Саргас напряженно в нее вглядывался, пальцы рассеянно отбивали на столе какой-то однообразный ритм. «Есть переезд через реку в районе Ульна, есть развилка на Клюборк. Можно свернуть там или можно — в районе Эглоу. Там кстати есть водохранилище.» Саргас разглядывал все скурпулезно отмеченные развилки путей, затем поверх наложил карту населенности, отметил для себя самые пустынные участки, наконец достал географическую карту с указанием высот и направлений ветра, но даже так предположить, куда пойдет облако зараженных частиц, было почти нереально. Конрад приблизительно знал расположение испытательных полигонов, но владеть такой картой ему было не положено. На многих из них он даже бывал. Стоило закрыть глаза, он и сейчас мог видеть как ветер поднимает пыль, как блестит на солнце и хрустит под сапогами запекшийся в стекло песок и как солдаты с трещащими дозиметрами в руках стараются не вдыхать полной грудью. Из тех мест, что он мог найти на картах сам, можно было выбрать несколько приемлемых вариантов. Но ни одного хорошего. Самая последняя возможность свернуть с пути будет в районе Эглоу, а значит — еще есть немного времени на принятие решения. Нелепого и максимально глупого решения, но единственного, которое пока что приходило в голову. Его расстреляют за такую самодеятельность, конечно же. Саргас раздраженно свернул карты обратно, закинул в ящик и с силой его захлопнул. Затем так же нервно раскрыл занавески — да без солнечного света темно, зато никто случайно не увидит, чем он тут занимается. За окном была скромная и довольно потрепаная станция города «Трутнов». Опершись на подоконник и оглядывая рассеянным взглядом городок, Конрад подумал, что было бы неплохо высадить проверяющего на следующей станции, чтобы дальше уже не мешал решать задачу. Он нажал на кнопку интеркома и приказал Петеру, чтобы прислал инспектора в первый вагон.

***

Мартин уже успел позавтракать. Блюда в ресторане были наредкость изысканны, и не скажешь, что страна на грани голода. Здесь, в вагоне первого класса, ничто не напоминало о нищете и бесправии обычного человека. Эти миры будто не пересекались. Скорее тут можно было вспомнить о домах-музеях, некогда принадлежавших прослойке буржуазии, от которой Великое Государство избавило общество, словно от клопов. В альбоме семьи Краузе были фотографии, отображающие былой достаток — это все, что осталось. Послушав разговоры в ресторане и перекинувшись парой фраз с местной публикой, Мартин ровным счетом ничего не добился. Он хотел уже идти к начальнику поезда, когда проводник сам пришел в его купе. — Герр Краузе, майор Саргас вызывает вас к себе, просит чтобы вы скорее провели проверку. Пройдите пожалуйста к первому вагону, только не задерживайтесь. — попросил он очень дружелюбно, хотя голос звучал безжизненно. Это был другой проводник, не тот, что вчера. Он выглядел довольно измотанным и так, словно на него только что наорали. — А почему «не задерживаться»? Герр Саргас снова не в духе? — Краузе медленно, растягивая время, встал с дивана, стал неторопливо собираться. — Вы же Петер, да? Я вам сочувствую. Видел вчера как вашему коллеге досталось из-за тележки посреди коридора. Саргас слишком строг. Он стал чересчур кропотливо собирать в сумку-дипломат инвентарь для «проверки»: папку с документами, блокнот, пишущие принадлежности и зачем-то, рулетку. Затем внимательным и ложно-понимающим взглядом посмотрел на нахмурившегося проводника и продолжил: — Удобно когда «порядок» — оправдание для… всего остального. Вы можете быть откровенны. Если ваш начальник, так сказать, перегибает палку, если наказывает вас сверх меры или, например, заставляет делать что-то запрещенное, мне нужно это знать. Обещаю, для вас последствий не будет. — Нет. — Петер только встряхнул головой. — Тележка стояла на путях эвакуации. Саргас всегда нервничает, когда дело касается безопасности, после, ну вы, наверное, знаете? После того случая. — Знаю, — подтвердил Мартин. — Значит, ему нравится, когда соблюдаются все правила? Это хорошо. Спасибо за информацию, я не буду заставлять герра Саргаса ждать, — он улыбнулся, сразу снимая напряжение с проводника, который до этого явно нервничал. Когда Мартин пришел к назначенному месту, его там уже ждали. Майор стоял, скрестив руки на груди и рассеянно смотрел куда-то в пустоту за окном. Он словно был не здесь и не «сейчас», а потерялся в другом мире, но, завидев Мартина, выпрямился, протянул руку для крепкого рукопожатия, в то время как его серо-голубые глаза стали внимательными, как у хищной птицы. «Не доверяет, конечно же.» «Проверка» началась с вагона-тюрьмы, потому что, поезд такой важности не мог обойтись без тюрьмы, которая сейчас пустовала. Взгляд резанул красный, пожарного цвета, огнетушитель. Краузе замер на секунду, цепляясь взором за этот чуждый здешнему антуражу предмет. Огнетушитель. В тюрьме. Последнее, что волновало Великое Государство — это безопасность заключенных. Охрана просто сидела за столиком со скучающим видом, в абсолютном безделии, но Мартин готов был поклясться, что минут пять назад они точно замышляли нечто, о чем начальник знать не должен. Таков был их фальшиво-расслабленный вид. Краузе заглянул в каждый угол, задавал вопросы, записал свои наблюдения, для вида заполнил «отчет в министерство». Далее его повели по вагонам третьего класса, закрытой на карантин столовой, потом по вагонам первого класса, которые Мартин и без того уже знал лучше, чем свои пять пальцев и, наконец, в локомотив. Сердце Мартина взволнованно подскочило. Он уже побывал во всех помещениях поезда, кроме этого, а значит — груз именно здесь и сейчас его покажут, но… Они остановились в тамбуре локомотива. Лестница наверх вела в два помещения, путь вперед преграждала тяжелая и явно бронированная дверь — на ней два замка — кодовый и с ключом. Настроение тут же упало. — Проверка закончена. Как видите, нарушений нет, — холод в голосе Саргаса мог заморозить до костей. — Давайте подпишу ваш отчет и высаживайтесь в Ульне. Как раз недалеко вам будет обратно ехать. Мартин отпрянул на полшага, не давая вырвать из рук отчет. Так и знал ведь, что просто не получится. — Так не пойдет. У нас свои порядки, а у министра — вопросы. Мне что в остальных графах прочерк ставить? Что у вас в этой комнате? — он махнул рукой на дверь. — Это, инспектор, реакторный отсек, и посторонним сюда вход строго запрещен, — Саргас оскалился, его нервы сдавали. Он выглядел как человек, который держится из последних сил. — Именно поэтому, герр Саргас, мне и нужно осмотреть это помещение. — Краузе вернул ему взгляд, острый как нож. Хочешь-не хочешь, придется вывести его из себя. — Все за этой дверью имеет высший уровень секретности — «совершенно секретно». Есть у вас уровень допуска? Нет, и быть не может, так что давайте сюда свою бумагу и катитесь. — кулаки майора сжались. Он точно защищал здесь что-то важное, и это явно не формальные требования. — Да поймите, я не могу сдать министру пустой отчёт! У него возникнут вопросы: почему один из поездов ставит под угрозу города нашей великой родины и что именно скрывает его начальник? Саргас сделал шаг вперед, он не покраснел от гнева и даже не нависал угрожающе своей немаленькой формой, но его лицо отражало холодный гнев, а кулаки сжимались, натягивая на костяшках перчатки. Краузе стало действительно страшно. — Не зарывайтесь, а то я вам напомню, кто здесь представитель власти, — процедил майор. — Уходите по своей воле. — В армии существует система допусков, — Краузе выбросил рискованную карту. — Вспыльчивых офицеров не берут командовать важными заданиями. Вы сами выстроили порядок во всех вагонах. Он безупречен! Дополнительный электрогенератор для аварийного питания, огнетушители в каждом вагоне, все кабели аккуратно закреплены и промаркированы, идеальная чистота в коридорах. Если и есть человек, способный предотвратить аварию — то это вы! А если в моём отчёте окажется пустота, министр сделает вывод, что вы непригодны для этой миссии. Слова как холодная вода окатили Саргаса. Ладони разжались, хмурость с лица сошла — он отшагнул, бросил взгляд на папку с отчетом и, похоже, принял логику собеседника. Мартин понял: майор боится впасть в немилость. Грозный военный — а найти уязвимость проще простого. Как и в прошлый раз, это было точное попадание и Мартин снова ощутил неприятное чувство вины. Это было несправедливо, Краузе знал про Саргаса слишком много. Но благородная цель требовала жертв. — Послушайте. Я не пущу вас туда ни при каких условиях, но вместо этого могу показать пульт управления. Запишите показания приборов, если нужно. Этого хватит? — предложил майор. — Лучше, чем ничего. Думаю, с этим можно работать. Краузе согласился с неохотой. Он уже понял, что путь в реакторный отсек проходит через Саргаса — через код в его памяти и через его ключ. Значит, надо использовать все возможные средства. Они поднялись на второй этаж, в кабинет начальника. Здесь было довольно уютно, удобно и функционально. Излишней роскоши не было, но кресла около кофейного столика выглядели удобно, как и кресло у пульта управления. На столе стоял недопитый чай, брошеный второпях, на полу лежал тонкий ковер, у окна даже нашлось место для растения в горшочке. Этот цветок вызвал у Краузе улыбку — он был здесь как единственный нефункциональный элемент, он существовал только для того, чтобы радовать взгляд и напоминать о чем-то живом и хрупком. Пульт же наоборот, казался здесь чужеродным. Он был большим и сложным, с тремя мониторами, под ними — клавиатура и панель управления. Справа торчал рычаг стоп-крана. За мониторами установлена станция связи и компьютерный блок автоматизированного управления. Около пульта стоял рабочий стол, на нем — бюст Вождя, а рядом — стопка книг. Среди учений Вождя и учебников военного искусства Мартин заметил приключенческий роман — еще одно доказательство человечности хозяина кабинета. А когда Мартин перевел взгляд чуть в сторону, у него в горле встал ком — он увидел в рамке небольшое фото с сослуживцами. Может это те, кого он не смог спасти? Саргас нажал несколько кнопок на пульте, на экране высветилась техническая информация. — Вот, здесь показатели реактора, уровень излучения, количество топлива, уровень воды… Краузе подошел и послушно записал, хоть и не понимал в этом совсем ничего. Однако, его радовало, что все показатели находятся в зеленой зоне. — Вы довольны? — ожидающе спросил Саргас. — Я? — Мартин не сразу понял суть вопроса, все еще витая в мыслях о фото и об огнетушителе, который он видел в тюрьме. — Вообще-то да. На моем прошлом месте работы… — он и правда решил поделиться той историей? Да, поделится, только опустит тот факт, что «работа» была совсем не добровольная. — … произошел пожар. Проводка была старая и случилось короткое замыкание. От задымления было трудно найти выход, многие задохнулись. Из-за халатности погибли люди и медицинская помощь… опоздала. Её вообще не было. Когда загорелся барак с заключенными, начальник лагеря разве что убедился, чтобы пожар не перекинулся на остальные бараки, а какое кому дело до жизней «врагов народа»? — А у вас… — продолжил Мартин. — У вас такого быть не может. Саргас слушал внимательно, опустив голову и скрестив руки. Казалось, он о чем-то напряженно, почти болезненно, думал. — Вот оно что, вы тоже чуть не сгорели, — подытожил он. — Теперь понимаю, почему вас так волнует безопасность. Майор больше не торопился гнать Мартина как можно скорее, он погрузился в напряженное молчание. Краузе растерянно блуждал взглядом по помещению, ища, за что еще зацепиться. Был у него один план, но это только на крайний случай. — Что теперь будете делать? — подал голос Саргас. — Сойдете в Ульне? Крайний случай настал. Краузе зажмурился и потер переносицу, как будто у него заболела голова, затем развернулся, слека пошатываясь подошел ко столу, оперся о столешницу. — Мне что-то нехорошо. — Что такое? Давление поднялось? — Саргас еще был скептичен первые пару секунд и, видимо, недоволен новым промедлением, но теперь, когда Мартин марстерски разыгрывал предобморочное состояние, он, похоже, испугался. Он подхватил Мартина под руку и быстро довел до кресла, усадил, сел рядом на корточки, посчитал пульс на запястье. — На поезде нет врача, но в городе есть, я могу вызвать скорую. — Нет, не нужно. Просто голова закружилась, у меня такое бывает. Сейчас только посижу немного, — Краузе стало стыдно. Он хотел только потянуть время, а получил чужое неподдельное волнение. Кого он пытается сломать? Того, кто уже однажды не успел спасти и кто всё ещё носит это в себе. — Какие лекарства вы пьете? Давайте поищу что-нибудь в своих таблетках, — продолжил Саргас. Два пальца он все еще держал на пульсе. — Сердцебиение у вас ровное, но частое, — заключил он, неверно принимая бешено кипящие эмоции Краузе за симптом болезни. Мартин нервно усмехнулся. — Перестаньте, герр майор, я не настолько старый. — Разве я сказал, что вы старый? — Саргас заметно расслабился, на лице отразилось облегчение. — Просто всякое бывает. Хотите воды? — Не откажусь. Майор встал, налил воды в чистый стакан, поднес его прямо к губам Краузе, вызвав у того еще один нервный смешок. — Да перестаньте, я не умираю, — он взял стакан из рук, осторожно, не боясь попутно коснуться чужих пальцев, бросил взгляд на собеседника и выпил. — Вот что, — Саргас прервал молчание. — Станция уже скоро, но вы лучше останьтесь. Мало ли? Отдохните, возьмите перерыв в работе, раз уж вас отправили в командировку. — Не знаю… нужно сдать отчет, — Мартин внутренне ликовал. — Да перестаньте, Краузе, отправите свой отчет по почте. В конце концов, наблюдать за безопасностью проще всего на месте. «Зачем он это сказал? Почему передумал? Отказываться нельзя. Неужели так подействовала моя «болезнь»?» — Мартин был в замешательстве. — Пожалуй. Я пока что останусь. Саргас подал ему руку, предлагая помочь подняться с кресла. — Вам лучше? Давайте провожу до купе. Это было неожиданно и сбило с толку еще больше. Забота не показательная, а настоящая. «Нельзя привязываться!» Краузе, в сомнениях, но всё же позволил ему помочь, однако: — Провожать не нужно, герр майор, — он выровнял голос. — Это было бы излишним. Саргас даже смутился, что предложил такое проверяющему, словно даме в беде. — Подпись, — нашелся он, затем подобрал оставленный на столе отчет, подписал, вручил обратно хозяину. — Обратитесь к проводнику, он поможет отправить.

***

Когда инспектор ушел, Саргас сел обратно за стол и разложил карты. Возможно ли довериться этому упертому человеку? Может ли быть, что он подскажет правильный маршрут, куда свернуть для наименьшего ущерба? Может он даже покроет сабботаж Саргаса и выставит это как случайность или стихийное бедствие? Почему-то Конраду казалось, что он не из тех, кто будет рад взрыву города, а значит… он не враг? Хотелось верить. А еще он уязвим, совсем не как карьерист или безумец из штаба. Конрад все еще помнил, как резко он ослаб и как позволил о себе позаботиться. Может и так, а может он просто хороший игрок. В любом случае, лучше держать его рядом. В близкую цель, если что, проще стрелять.