…твое начало и конец за горизонтом

***

Гермиона проснулась от собственного резкого вздоха. Простыня под ней была холодной и влажной от пота. Сердце колотилось где-то в горле. Она села, судорожно вцепившись в одеяло, и несколько секунд прислушивалась к знакомым звукам дома: скрип половиц на кухне, отдаленный стук посуды, приглушенные голоса родителей. Дыхание постепенно выравнивалось. Она была дома. В безопасности. До возвращения в Хогвартс оставались считанные дни — всего лишь одна поездка на такси до Кингс-Кросс завтра утром. Она спустилась вниз, натянув на себя халат. На кухне пахло кофе и поджаренным беконом. Мистер и миссис Грейнджер, улыбаясь, обсудили с ней планы на день, говорили о том, как соберут её завтра. Гермиона кивала, откусывала тост, но вкус почти не чувствовала. Мысли были далеко.

***

Через несколько часов она сидела за своим письменным столом в комнате. Перед ней лежал чистый лист пергамента с заголовком «Продвинутые трансмутационные свойства кристаллических структур». Перо замерло в воздухе. Она не могла сформулировать ни одной связной мысли уже третий день подряд. С досадой она отшвырнула перо, и оно покатилось по столу, оставляя мелкую черную каплю. Вместо этого она потянулась к книге, лежавшей на краю стола: «Сновидения и их толкования в мире магии» Гилдероя Локхарта. За месяц книга была изучена вдоль и поперек, но ответов она не давала. На прикроватном столике лежала тетрадь, где она прямо после пробуждения пыталась конспектировать обрывки снов. Записи получались сбивчивыми, бессмысленными: «зеленый свет», «шепот», «горький запах трав», «черные глаза». Это никуда не вело. В её домашней библиотеке не было ничего серьезнее Локхарта. Она с тоской смотрела в окно, представляя бесконечные стеллажи Запретного отдела. Там она найдет ответы. И, возможно, встретит его — единственного, кто, как она смутно догадывалась, мог понять природу навязчивых видений.

***

Вечер опустился на комнату мягким сумраком. Гермиона погасила основную лампу, оставив только маленький ночник на тумбочке. Он отбрасывал теплый ореол на стопку учебников и фотографию родителей. В доме стояла полная, звенящая тишина, нарушаемая лишь редкими скрипами старых стен. Она легла в кровать, укрывшись до подбородка. Теплота постели, знакомый запах своего мыла и стирального порошка — всё это обычно успокаивало. Сейчас же каждый мускул в ее теле был напряжен. Сердце билось часто и мелко. Она боялась закрывать глаза. Сны приходили к ней уже месяц, каждый раз становясь ярче и настойчивее. Они не были кошмарами в чистом виде. В них была странная тягучесть и чувство чужого, пристального внимания. Она не понимала: это было пророчество, магическое вмешательство или просто её собственный ум, сведенный с толку летней учебой? Может, она так усердно готовилась к ЖАБА по Зельеварению и Защите, что её сознание начало проецировать образ самого требовательного профессора? Мысль заставила её повернуться на бок. Она уткнулась лицом в подушку, стараясь дышать ровно. Сон не шёл. Он стал врагом, полем битвы, куда её уносило против воли. И в центре этого поля неизменно возникала одна и та же мрачная, бескомпромиссная фигура.