"Всё,я сдаюсь,больше не играю"(индустрия развлечений)

Ло Сяо очень быстро узнала из Weibo Линь Цзыу, чем именно он будет занят в ближайшее время. Недавно телевидение запустило новую общественно-развлекательную программу под названием «Тёплое солнце» («Нуаньян» 暖阳). В ней несколько популярных звёзд приглашались в школу для детей с ограниченными возможностями, где они знакомились с детьми, образовывали пары и совместно выполняли задания, дабы передать обществу послание доброты и призвать заботиться о маргинализированных группах. Как главная звезда агентства OF Entertainment, Линь Цзыу, естественно, был отправлен в съёмочную группу «Тёплого солнца». Режиссёр назначил ему напарником восьмилетнего мальчика по прозвищу «Сяо Мугуа» («Сяо Мугуа» 小木瓜 — букв. «маленький деревянный дынный плод», ласковое прозвище; в китайском языке «муgua» может означать и дынное дерево, и грубую массу, но здесь исключительно нежное обращение). Мальчик был очень миловидным и нежным, с мягким и спокойным характером, но, к сожалению, имел проблемы с интеллектом. Однако, за исключением умственных недостатков, он был совершенно очарователен. Он был очень воспитанным: как только видел Линь Цзыу, сразу же, подняв лицо, честно и прямо звал его: «Старший брат». Первый выпуск программы снимали в школе. Во время перемены Сяо Мугуа получил угощение, но не стал есть его в одиночку, а послушно разделил на две части: одну съел сам, другую оставил «старшему брату». Во время перемен он не шумел и не капризничал, а тихо сидел у клумбы, греясь на солнце. Его чистое личико было одновременно изящным и нежным, а взгляд на травинки и деревья полным мягкости. В этом мире внешность решает многое, и Сяо Мугуа быстро стал вирусным в интернете. Многие «большие сёстры» писали: «Моё сердце совсем растаяло!» и единодушно называли Сяо Мугуа настоящим ангелом, сошедшим на землю: чистым, растерянным, с сердцем невинного младенца. Девушки решительно защищали своего «маленького ангела»: «Ну и что, что он глуповат?! Это же не принципиальный недостаток! И уж точно не уродство!». Программа выходила по субботам вечером, и с момента начала съёмок уже было записано три выпуска. Первый выпуск — звёзды приехали в школу «Ян Цзы» («Ян Цзы» 杨子) для детей с ОВЗ(ограниченными возможностями здоровья), образовали пары с детьми, вместе ходили на уроки и играли. Во втором выпуске звёзды и дети выполняли простые социальные задания: вместе продавали газеты у киоска, работали на кухне ресторана в качестве помощников по мытью посуды и устраивались официантами в пекарню. В третьем выпуске звёзды и дети отправились в путешествие: пикник на природе, восхождение на гору, настольные игры на свежем воздухе. Программа, снятая при участии «роскошного звёздного состава», сразу же показала взрывной рост рейтингов. Позже, с появлением трогательных эпизодов, всё больше людей стали восхищаться силой духа и невинной чистотой детей с инвалидностью, и программа получила ещё больше положительных отзывов. Ло Сяо смотрела каждый выпуск без пропусков, а в свободное время даже пересматривала повторы. С момента выхода программы Линь Цзыу и Сяо Мугуа постоянно держались в топе Weibo, ни разу не покидая список трендов. Эти двое: взрослый и ребёнок обладали исключительной внешностью. Когда они появлялись в кадре вместе, зрители любого возраста таяли от умиления. А их взаимодействие было удивительно тёплым и естественным. Например, когда ведущий спросил Сяо Мугуа, почему он оставил угощение Линь Цзыу, мальчик серьёзно ответил: «Мне захотелось есть,а значит, старшему брату тоже захотелось». Или когда они вместе продавали газеты на улице: по правилам программы ужин они должны были купить исключительно на вырученные от продажи деньги. Сяо Мугуа стоял под палящим июльским солнцем и изо всех сил предлагал газеты, весь в поту. В отличие от него, Линь Цзыу был намного стеснительнее. Ещё в начале карьеры он не желал кланяться перед боссами шоу-бизнеса, а уж тем более не хотел теперь торговать газетами на улице. Поэтому он попросил у старика из киоска маленький складной стульчик, сел в тени дерева, разложил газеты на земле, надел шляпу, уперся подбородком в ладонь и молча ждал покупателей. Конечно, съёмочная группа не допустила, чтобы фанатки пришли на помощь своему кумиру. В итоге он просидел весь день и смог продать лишь один экземпляр «Справочного сообщения» («Цанькао сяося» 参考消息 — реальное название китайской газеты) за 3,8 юаня. А вот Сяо Мугуа добился больших успехов: его карманы были полны монет, руки пусты, и он, весь в горячем поту, счастливо побежал искать Линь Цзыу. Увидев «доходы» Линь Цзыу, он остолбенел, замер на месте и через некоторое время робко спросил: — Старший брат… На 3,8 юаня что можно купить? Хватит на миску лапши? Линь Цзыу прищурился, взглянул на вывеску лапшевой «А Сян» на другой стороне улицы и неспешно ответил: — Самая дешёвая «янчуньмянь» («янчуньмянь» 阳春面 — классическая простая лапша без начинки, букв. «весенняя лапша») стоит пять юаней. Ничего, я съем булочку. Сяо Мугуа заволновался: — Этим не наешься. Потом будешь голодать. Линь Цзыу, которому было совершенно неинтересно участвовать в этом мероприятии и который хотел лишь поскорее вернуться в отель и лечь спать, похлопал мальчика по голове: — Старший брат не будет голодать. Но Сяо Мугуа, казалось, не услышал. Он немного посмотрел на Линь Цзыу, затем вдруг вытащил из кармана горсть монет и сунул их ему в руку: — Я куплю твои газеты. Я куплю все твои газеты. Теперь Линь Цзыу опешил: — А ты? Сяо Мугуа наивно наклонился, поднял газеты, рассыпанные Линь Цзыу на дороге, и сказал: — Я пойду продам их ещё раз. Когда продам у нас будут деньги. Пойдём вместе есть KFC. В тот момент, глядя на маленького, неловкого мальчика, поднимающего тяжёлую стопку газет, Линь Цзыу почувствовал, как у него защипало в носу. А зрители программы и вовсе рыдали, сморкаясь и вытирая слёзы. С этого момента Линь Цзыу перестал стесняться: он взял Сяо Мугуа за руку, и их симпатичный, красивый кумир стоял у обочины дороги, громко и неловко выкрикивая: «Газеты! Свежие газеты!». Его лицо под закатным солнцем слегка порозовело. Сяо Мугуа стоял рядом и радостно помогал собирать деньги. С математикой у него было плохо, и он медленно, с трудом считал сдачу, но никто из очереди покупателей не проявлял нетерпения. Все мягко и терпеливо относились к нему, некоторые даже тихо помогали Сяо Мугуа считать и исправляли его ошибки. Позже в интервью Линь Цзыу, несмотря на свою привычку отшучиваться, на этот раз был необычайно искрен: — Когда он передал мне все монеты, заработанные за целый день, я действительно был тронут. В интернете многие пишут, что Сяо Мугуа ангел. Я хочу сказать: это правда. Хотя его интеллект уступает сверстникам, от него я узнал качества, которых у меня самого нет. Я очень люблю этого ребёнка. Когда он говорил это, на его лице была неподдельная нежность. Фанатки чуть не падали в обморок от восторга, а журналисты немедленно опубликовали статьи вроде: «Король Линь впервые в жизни публично признался в любви: Сяо Мугуа такой тёплый и трогательный». Девушки визжали: «Этот мерч я беру! Так тепло!» «Кто-нибудь заметил, что глаза у Сяо Мугуа немного похожи на глаза Линь Цзыу?!» «Просто как братья! Так мило!» Вскоре GIF-анимации, где Сяо Мугуа делится угощением с Линь Цзыу, были повсюду. Также можно было найти классические нарезки: из третьего выпуска, где Линь Цзыу одевает Сяо Мугуа, застёгивает ему ремень безопасности в байдарке, или момент, когда Сяо Мугуа, весь в креме от торта, целует Линь Цзыу в щёку, оставляя на ней следы взбитых сливок. Но даже Линь Цзыу, страдающий манией чистоты, не разозлился,а наоборот, весело стёр крем и намазал его на нос мальчику. Девушки писали: «Мы просто таем от сладости!» Программа становилась всё популярнее, а популярность Линь Цзыу, и без того находившаяся на пике, выросла ещё сильнее его «горячность» перекрывала даже трёхмесячную жару («саньфу» 三伏 — самый жаркий период лета в Китае). Именно в этот период, благодаря переговорам агентства OF Entertainment, фильм «Вопрос Дао» («Вэнь Дао» 问道 — название философского характера, букв. «вопрошать Дао», указывает на духовные искания. Тот фильм,который снимали в Италии.), тематика которого считалась запретной, наконец прошёл цензуру и получил разрешение на показ в материковом Китае. Когда Линь Цзыу узнал эту новость, его обычно спокойное лицо не смогло сдержать волнения — его миндальные глаза («таохуа янь» 桃花眼 — поэтическое обозначение красивых, слегка приподнятых глаз, считающихся признаком обаяния) мгновенно засияли. Лу Чжэ и Бай Сяочуй, громко радуясь, прыгали вокруг него, а он сам невольно сжал губы. Его красивое лицо будто озарила лёгкая, тёплая аура. Он взял телефон и отправил сообщение «У-хуа Жоу» («У-хуа Жоу» 五花肉 — «пятислойный бекон», прозвище босса/директора агентства, основанное на игре слов и личном юморе; не переводится), с которым обычно вёл себя крайне сдержанно: — Спасибо, босс. Отправив сообщение, он вышел из окна редактирования SMS. В списке контактов, где имя босса начиналось на «У», было ещё одно имя, тоже начинающееся на «Л». Он молча посмотрел на имя «Ло Сяо», и в его тёмных глазах медленно проплыла томная и нежная тоска. Но в конце концов он ничего не сделал, как и обещал ей, больше не стал тревожить её жизнь. Линь Цзыу выключил экран телефона и вдруг смутно вспомнил виллу в Италии, где Ло Сяо играла даосского монаха Юнь Лина. Её спокойная, изящная красота, белые одежды, белее снега, изящество и величие внешности всё это было словно жасмин («йэлайсян» 夜来香 — ночной жасмин), проросший в его сердце и мягко сияющий в темноте. Он интуитивно чувствовал, что её роль станет хитом. В нём смешались радость и волнение: радость оттого, что та, кого он любит, наконец проявит перед миром свою кратковременную, как цветок эпифиллума («таньхуа» 昙花 — цветок, распускающийся на несколько часов, символ мимолётной красоты), красоту; и волнение от мысли, что их единственную совместную сцену на экране увидит весь мир. Но это трепетное возбуждение быстро прошло. Он вдруг вспомнил о кратковременных слухах между ним и Ло Сяо. Хотя он и не видел самую злобную публикацию с её «доксингом» («жэньроу вэйбо» 人肉微博), даже сама мысль о том, что он причинил ей боль, заставила его почувствовать, как рушится прекрасный сон. Всё великолепие перед глазами мгновенно погасло. Он молча сидел, подперев щёку рукой, погрузившись в раздумья. Потом он повернулся к Лу Чжэ. — Бамби. — А? — Я думаю… — лицо Линь Цзыу стало бледным и холодным, как будто он наконец покорился судьбе, лишившись всякой живости, — я думаю, ты мог бы спросить… нельзя ли максимально… вырезать сцены Ло Сяо из «Вопроса Пути»? Лу Чжэ на мгновение замер, но быстро понял, что имеет в виду Линь Цзыу, и в его глазах мелькнуло сочувствие. — Линь Цзыу, ты же знаешь это невозможно. Линь Цзыу почти умоляюще посмотрел на него: — Прошу тебя. Я лично возмещу все убытки. Лу Чжэ покачал головой: — Я попробую. Но… Он взглянул на Линь Цзыу, и сердце его сжалось от жалости. Он открыл рот, но в итоге только вздохнул. — Ладно. Сделаю всё возможное. Но, как и говорил Лу Чжэ, в этом деле было задействовано слишком много людей. Желание Линь Цзыу вырезать сцены Ло Сяо было крайне трудноосуществимо. Вскоре вышел трейлер «Вопроса Пути». Пяти минутный трейлер появился повсюду: в домашних телевизорах, на экранах в метро, в автобусах и даже в видеорекламе. Прохожие не могли не заметить этот фильм с роскошным составом и запретной тематикой. Люди в гостиных, в тесных вагонах метро, в автобусах, набитых как сардины, смотрели на роскошную рекламу, и даже пожилые зрители не могли оторваться от необычных, резких кадров фильма. И в этом пятиминутном трейлере также была включена часть сцен Ло Сяо. Именно тот момент, где она стоит во дворе: стройная, как сосна и бамбук, изящная, как орхидея, в белоснежной даосской одежде с длинными рукавами, касающимися земли. Её взгляд, холодный и скрыто печальный, устремлён на Линь Цзыу: — Всё, что было вчера, не стоит упоминать. После этого фрагмента, словно намеренно подливая масла в огонь, на экране появилась выделенная золотыми буквами строка: [Старая любовь из одной школы как от неё отказаться?]