Aqua Regia

Тео [15:22] привет В этот раз статус сообщения сменяется на «прочитано» почти моментально. Серена [15:23] Привет! Как продвигается работа над музыкой? Вообще-то он должен был написать Стиву. Даже собирался ему написать. Уже открыл переписку, нажал на поле для ввода текста, но потом быстро свернул и зашёл в другой контакт. Тео [15:23] хорошо) я набросал скелет для главной темы Тео [15:24] хочешь послушать? Серена [15:24] Такие вещи лучше не кидать по сети, у нас с этим строго Серена [15:25] Я могу передать Стиву, чтобы он заскочил к тебе Тео [15:26] не хочу отвлекать его от работы Тео [15:26] может заедешь за флешкой? Серена сомневалась, что ответить. Чувства подначивали, с усмешкой намекали, что он пишет это, чтобы увидеться с ней. С ней, именно с ней. Но разум твердил, что ничего подобного и быть не может, что это всего лишь рабочий вопрос и нечего тут искать подоплёку и скрытые смыслы, и нечего давать зелёный свет бессмысленным надеждам. Хотя стоп, каким вообще надеждам? Когда это вдруг она стала надеяться на… на что вообще? Они виделись три раза, один раз попили быстро кофе в перерыве между работой, другой раз недолго посидели в кафе… Нуууу… как сказать «недолго». Вообще-то очень даже долго. Даже «капец как долго». Но это вообще ни о чём не говорит! Или говорит? Да какая разница, он ни давал ей никаких знаков, он вообще возможно с кем-то встречается. Или даже женат. А кольцо у него было? Да чёрт возьми, почему эта мысль теперь не давала покоя? Не было у него никакого кольца. Наверно. А стоило приглядеться повнимательнее. Сейчас бы не приходилось мучиться от неопределённости. Да какой неопределённости, если тут всё предельно ясно: Тео сейчас – её коллега, и они обсуждают рядовой рабочий вопрос. И хватит тут разводить нелепые мечтания и терзаться мыслями, от которых только ладони потеют. И губа, вон, вся искусана. «Да что со мной такое?» Серена [15:30] Скинь адрес, я заеду по дороге в отель Да уж, это очень «по дороге в отель». Придётся сделать нехилый такой крюк, такси влетит в копеечку. Ну и ладно, спишет на бизнес расходы. Хоть бы переписку не пришлось прикладывать для подтверждения, что поездка была необходимой. Машина остановилась на углу Деннинг-роуд и Пилгримс-лэйн. Опять этот чёртов дождь. Только начинало казаться, что погода приходит в норму (хотя что такое «норма» по местным понятиям – тема для отдельного обсуждения), как с неба снова начинало лить. Всю прошедшую неделю более-менее светило солнце, и как будто даже начиналась весна, и вот опять. Серена раскрыла яркий жёлтый зонт над головой и захлопнула дверь. Такси двинулось с места, оставляя её на перекрестке. Трёхэтажное здание из серого кирпича в типичном стиле для лондонского жилого района. Два входа, один с белой дверью, один с синей. И какой из них ей нужен? Ладно, начнём с первого. Серена поднялась по ступенькам и набрала на коммуникаторе нужные цифры. Аппарат пискнул и выдал ошибку. Она попыталась второй раз, третий, но результат остался прежним. Тогда она постучала. За дверью послышались шаги. – Это не та дверь, – крикнул кто-то сбоку. Серена обернулась, чтобы сквозь дымку дождя разглядеть говорившего, и в этот же момент дверь открылась. – Добрый день, чем могу вам помочь? – на пороге стоял приятный пожилой джентльмен в жилете и рубашке. – Я… ээээ… – все мысли вдруг пропали из головы. – Ты ошиблась дверью, – где-то за спиной, но уже ближе, вновь раздался голос, а вместе с ним торопливые шаги по хлюпающей под ногами воде. – Простите, мистер Браун, это моя подруга, она немного заблудилась. По тротуару, без зонта и куртки, под дождём бежал Тео. Серена улыбнулась, а вслед за ней и названный мистер Браун. – А, Тео, здравствуй, а я уж обрадовался, что эта милая леди пожаловала ко мне в гости, – дружелюбно рассмеялся он. – Привет, – выпалил Тео, теперь уже по-свойски залезая к ней под зонт, так что Серене пришлось поднять его выше над головой. – Извините за беспокойство, сэр, мы пойдём. – Он бережно взял её под локоть и потянул за собой вниз по ступенькам. Серене оставалось только тоже быстро изобразить извинение на лице и поспешить за ним. Он повёл её чуть дальше, взбежал по ступенькам и вежливо распахнул уже нужную дверь. Она, как смогла, отряхнула капли дождя с зонта, прежде чем войти. – Я слышал, как ты звонила соседям, и сразу понял, в чём дело, – проговорил Тео и запустил ладонь в ставшие влажными волосы. – Ты промок, – голос Серены прозвучал немного встревоженно, – не заболеешь? – Нет, – с усмешкой ответил он, – я родился в этом климате, мне не привыкать. Ах, ну да, точно. Он помог ей снять верхнюю одежду и провёл в дом, сразу на второй этаж, в импровизированную студию. – У тебя очень симпатичный район, – сказала она, преодолев первый пролёт. – И дом. – почему вдруг банальная вежливость стала звучать так странно и наигранно? – И интерьер. – Спасибо, – отозвался Тео с улыбкой, от которой стало немного легче. После того дня в кафе она всю неделю ловила себя на ощущении, что этот момент жутко хочется повторить. И ловила себя за руку, когда открывала сообщения в телефоне и находила их короткую переписку. Потому что – ну что она могла написать? У них не было общих вопросов по работе в данный момент, и скорее всего не появилось бы в обозримом будущем. Конечно, если бы Тео вдруг сам ей не написал. А теперь, когда они шли по коридору его дома (его дома!), она и вовсе позабыла все слова. А вообще-то, умение составлять их в предложения было её главной задачей, делом, которым она зарабатывала себе на жизнь! И тут оно внезапно подвело. Последний раз она ощущала себя такой же растерянной, когда на съёмочную площадку приехал суперизвестный актёр, и дар речи пропал просто от самого осознания, что этот небожитель ходит среди них, простых смертных. Правда потом выяснилось, что он – отличный парень без звёздных заскоков, так что неспособность вымолвить ни слова быстро прошла. А до этого она ловила ступор… когда в киношколе познакомилась с милым будущим оператором. Они провстречались следующие четыре года. Тогда ей тоже с трудом удавалось находить слова, она постоянно несла какую-то чушь, и её подруга-сокурсница шутила, что с таким подходом диплома ей не видать. И вот теперь всё повторялось. Только вообще-то (!) с тех пор она стала старше и уже может не вести себя как влюблённая школьница. Погодите, влюблённая..? Серена мысленно укорила себя за неверно подобранное прилагательное. Оно тут совсем ни к чему. Надо быть внимательнее. Студия располагалась в небольшой комнатке на втором этаже. Стены были обиты звуконепроницаемым покрытием, всю площадь занимали самые разные инструменты – от цифрового пианино до небольшой барабанной установки. Серена старалась двигаться аккуратно, чтобы ненароком ничего не задеть и не сломать. А вот хозяин студии так сильно не церемонился: он быстро проскользнул мимо неё к клавишным и устроился на стуле. – Я тут кое-что набросал, вот, – длинные пальцы перебирали распечатки на подставке для нот. – Я думала, ты просто отдашь мне флешку, – немного натянуто усмехнулась она. Ей нравилось находиться в доме Тео, но в то же время было дико некомфортно. – Ээээ… – он поднял на неё немного растерянный взгляд, как будто она сказала что-то совершенно очевидное, о чём он совсем не подумал, – нууу… да, конечно, я записал всё для Стива, просто… эммм… – теперь у него слова застревали в горле, – ты торопишься? – наконец нашёлся он. – Нет, вовсе нет, – этот ломаный диалог напоминал игру в «горячую картошку», только перекидывались они чувством неловкости, – я буду рада послушать. – Да? Здорово, да, окей, – его лицо моментально посветлело, но он тут же отвёл взгляд в сторону и взъерошил волосы на затылке. Серена огляделась в поисках стула, пододвинула его к себе поближе и аккуратно присела на край. По ощущениям, стул был натыкан иголками. Или набит горохом. – Ты хочешь сыграть вживую? – уточнила она. Чёрт их знает, этих юных гениев с их новомодной техникой, может цифровое фоно умеет воспроизводить треки с флешки. Или по памяти. – Да, – уверенно ответил Тео и прямо посмотрел на неё, отчего Серена ещё сильнее заёрзала на стуле. «Ну-ка возьми себя в руки и прекрати это» – Вау, – выдохнула она, но получилось опять как-то слишком неровно. Тео улыбнулся, и на секунду градус волнения немного снизился. Но лишь на секунду. Потому что уже в следующую он занёс пальцы над клавишами и начал играть. Существуют ли вообще слова, способные описать подобное? Волшебный, завораживающий, красивый, мелодичный, мощный, гармоничный – эпитетов в языке много, вот только ни один не казался достаточным, исчерпывающим. Музыка словно заполнила собой всё пространство, обняла его и укутала, мягкой пушистой пеленой легла на каждый предмет в крошечной студии – на пару барабанных палочек, на пюпитр, лампы, струны. Она кружила, обволакивала, нежно прикасалась, трансформировалась, а затем крепко сжимала в объятиях. Ноты лились волнами, то накатывали на берег, то убегали обратно, оставляя после себя светлую грусть. Он идеально попал в настроение. Как это вообще возможно? Особенно после торопливых, сбивчивых объяснений Стива. Ей было трудно вообразить, что кто-то способен придумать подобное. Да ещё и сыграть вот так, при единственном живом зрителе, ни разу не сбившись, безупречно и отточено. И он назвал это «скелетом»! Ха! Да тут бери и записывай, всё готово! Впрочем, что она понимала в музыке – она и играть-то ни на чём не умела. К тому же, это Стиву решать – готово или не готово. Когда пальцы перестали бегать по клавишам, Серена обнаружила, что всё ещё сидит с тупой улыбкой на лице, хотя музыка, кажется, уже давно стихла. – Вау, – снова выдохнула она. Красноречивей некуда. Особенно для человека, который занимается, мать твою, Серена, подбором слов. Буквально – пишет сценарии! И всё, что удаётся выдавить из себя, это «вау»? Боги, какой позор. Она притворно откашлялась. – То есть… у меня реально нет слов, – оооо, ну да, так «намного» лучше, – это очень круто, – ну хоть что-то, – думаю, Стиву дико понравится, – вот! Вот! Надо сворачивать в рабочую плоскость, потому что сейчас всё это выглядит как-то по-идиотски. Тео кивнул и поджал губы, но без раздражения. – Спасибо, очень на это надеюсь, – он упёрся ладонями в колени, слегка согнувшись. – И это всего лишь «скелет» трека? – немного преувеличенно удивилась она, – Что же тогда нас ждёт в итоговой фазе? Это правда мега круто, я даже как-то растерялась, – последние слова слетели с языка сами собой. Но, кажется, именно это и воодушевило Тео больше всего. Он наконец улыбнулся и как будто даже выпрямился. – Да, я тоже. – А ты-то почему? – она всё пыталась совладать с голосом, стараясь звучать естественно и непринуждённо как обычно, но всё никак не получалось. Вот и теперь напористости было чуть больше, чем требовалось. – Ну… – он отвернулся обратно к клавишам и провёл подушечками пальцев по выступающему чёрному ряду, – я хотел, чтобы понравилось тебе. – Мне очень понравилось, – теперь она отозвалась тише, чем нужно. – Это ведь фильм по твоему сценарию, – продолжил он. Уголки её губ невольно потянулись вверх. – Хотел отразить в мелодии твой замысел, – он повернулся и посмотрел ей прямо в глаза, – И впечатление. «От тебя» – Спасибо, – наконец нормальным голосом ответила она с улыбкой. Первой за всё это время по-настоящему искренней, не натянутой или наигранной, а естественной. В студии повисла тишина, и от звукопоглощающего покрытия она становилась только сильнее. Ей хотелось пододвинуться и обнять его, но это казалось неуместным, будто они ещё не так хорошо знакомы для подобного. Хотя она успела узнать о нём очень многое – где рос, где учился, где бывал. А главное, она успела проникнуться к нему симпатией. Эти его забавные жесты в моменты, когда чувствовал себя не на своём месте: как запускал ладонь в волосы на затылке, как перебирал пальцами мелкие предметы, как старался держаться на шаг дальше в компании малознакомых людей. Она находила всё это безумно очаровательным, таким чистым и неподдельным, в отличие от всего того глянцевого, искрящегося и картонного мира, в котором жила обычно. В отличие от всех тех людей, которые только старались предстать перед публикой «тонко чувствующими», а на деле слишком часто оказывались лицемерными, испорченными и просто жадными до славы. «Спасённые звонком», кажется так называлось старое шоу из 90-х? А как насчёт «разбитые звонком»? Такое описание подошло бы им сейчас гораздо лучше, когда в сумке Серены завибрировал телефон. Гипнотический зрительный контакт пришлось прервать, чтобы выудить проклятый чёрный прямоугольник. – Да, – ответила она, смахнув вправо кнопку на экране. – Ну что, ты забрала флешку? – голос Стива на той стороне как обычно был слегка задыхающимся, как после короткой пробежки. – Ага, да, – кивнула Серена и краем глаза заметила, как Тео вновь принялся перекладывать нотные листы в стопке, а затем потянулся к карману. – Ну супер, вечером тогда занеси в номер, я тут задерживаюсь. – Окей, не проблема. – Передавай Тео привет! – добавил он и сбросил звонок. Тео ухмыльнулся, но как будто с оттенком грусти. – И ему привет, – ответил он. Видимо она забыла убавить громкость динамика, и всё сказанное Стивом Тео расслышал без проблем. А может просто в тишине студии все звуки становились громче. – Вот, – он раскрыл ладонь, в которой лежала небольшая карта памяти. Только сейчас, когда она потянулась, чтобы забрать её, Серена поняла, что руки слегка вспотели. «Как и у него» – отметила про себя, когда дотронулась до его кисти. Тёплой, слегка шершавой, видимо от постоянной игры на разных инструментах. Скользкая флешка тоже выдавала этот секрет. Впрочем, это можно было списать на волнение от демонстрации мелодии. – Спасибо, – повторила она и убрала её в сумку, – что ж, я тогда, наверно, поеду, – они поднялись с мест одновременно, только Серена ещё продолжала попутно что-то перекладывать в своих вещах, нарочно роясь слишком долго и отводя глаза. Спускались по лестнице молча, теперь уже без вежливых и ненужных комментариев про интерьер. Она судорожно тыкала в кнопки на экране смартфона, пытаясь вызвать такси. Тео открыл шкаф, достал её куртку и, как истинный сын английских земель, по-джентльменски помог ей одеться. Одна рука скользнула в рукав, вторая, и Серена обернулась, чтобы попрощаться, но в тесноте небольшой прихожей Тео некуда было сделать шаг назад, и они оказались лицом к лицу. Слишком близко. До неприличия. Особенно по меркам стереотипов о местном этикете. Его руки так и зависли над её плечами в том месте, где он придерживал ткань. Серена подняла глаза вверх и перехватила его взгляд. Он двигался по её лицу, от накрашенных чёрным ресниц вниз, к губам. Казалось, можно было ощутить кожей весь путь, который он проделал. Она и сама невольно прокладывала такую же линию вдоль его черт – сперва взволнованно расширившиеся зрачки, гладкая выбритость щек и наконец приоткрытая линия рта. Словно он собирался что-то сказать, но слова замерли на месте и не желали превращаться в звук. В одно мгновение ладони легли на её плечи, и она инстинктивно подалась чуть вперёд. – Что… – еле слышно выдохнула Серена, сердце забилось неровно, волнение разбежалось от груди по всему телу, вплоть до кончиков пальцев, кое-как удерживавших сумку. Но секунду спустя она выскользнула и упала на пол, когда он придвинулся ещё ближе, наклонился и прикоснулся к её губам – несмело и коротко, а затем отпрянул, будто ужаленный. – Прости, – выпалил он и уставился в пол, убрал ладони с её плеч и сцепил в замок за спиной, – я не хотел тебя обидеть. В голове пронёсся шквал мыслей, его резко сменило порывом эмоций, и Серена, отбросив и те, и другие, на мгновение застыла в нерешительности, а затем сама потянулась к нему, хватаясь за края его рубашки, заставляя вернуться обратно, сюда, чуть ниже, где она смогла бы достать до его губ своими. И Тео ответил. Даже ярче, чем она ожидала. Казалось, теперь уже он утягивал её в поцелуй – пронзительный, порывистый, всё ещё немного не верящий, но столь желанный. Ткань куртки зашуршала, когда на талию легли ладони, притягивая ещё ближе к себе и удерживая рядом. И хотя мир как будто ненадолго замер, даря им пару минут в собственное владение, но всё же не остановился полностью, и жизнь продолжалась, совсем рядом, на расстоянии нескольких метров. О чем не преминул сообщить сигнал телефона, возвещая, что такси подъехало. Тео прислонился своим лбом к её и прикрыл глаза. – Я уже ненавижу твой телефон, – прошептал он, и Серена смешливо хмыкнула. – Мне пора, – её голос был ничуть не громче. Она сделала шаг назад, уже тоскуя по ощущению его рук на себе. Тео наклонился и поднял её сумку, а затем потянул дверь на себя, выпуская её обратно в дождливый город. Серена перехватила тонкий ремешок, ловко закинула его на плечо и сбежала вниз по ступеням. Пальцы сжали ручку дверцы подъехавшей машины, но прежде чем дёрнуть её на себя, она обернулась, ещё раз посмотрела на Тео, по-прежнему стоявшего возле входа, и улыбнулась. А затем исчезла в сумраке салона. Он прикрыл дверь, прислонился к ней спиной и выдохнул, подняв глаза к потолку. Всё произошло слишком быстро и теперь казалось выдуманным, нереальным, насмешкой воображения. И он бы поверил в это, если бы не ярко жёлтый зонт, забытый у стены.