Мятежные ученики/The rebel disciples

— Кто?! — вскрикнул Бай Кэ. Цзюньсяо слегка прищурил глаза, задержал дыхание и сосредоточился, выпустив сознание («шэньши» 神识 — духовное восприятие практика даосизма/культивации, позволяющее «видеть» на расстоянии) на разведку. Через мгновение он открыл глаза и сказал: — Похоже, мы не ошиблись. В лес вошли ученики из разных сект. Бай Кэ нахмурился: — Значит, Хэнтянь и правда решили убить этих людей? Неужели глава и старейшины Хэнтянь не подумали о последствиях? Если ученики из других сект погибнут прямо на Испытательном Собрании, разве другие секты оставят это без внимания?! Неужели сила Хэнтянь стала настолько велика? — А если они решили обидеть только те секты, которые могут себе это позволить? — ответил Цзюньсяо. — Что это значит? — удивился Бай Кэ, повернувшись к Цзюньсяо. — «Могут себе это позволить»? Ты имеешь в виду те из трёх главных сект и шести второстепенных школ («Сань мэнь, Люй пай» 三门六派 — устойчивое обозначение в уся и даосских историях крупнейших школ/сект, делящихся на три главные и шесть менее значимых), которые уже настолько ослабли, что не способны поднять волну? Я слышал от Линь Цзе, что действительно есть две-три такие школы  у них так мало учеников, что они почти не отличаются от мелких, безымянных сект, и держатся лишь за счёт былой славы… Но как они могут быть уверены… Он не договорил и сам вдруг всё понял. Цзюньсяо говорил, что вся система ловушек в этом лесу создана так, чтобы заставить каждого мастера следовать именно той дорогой, которую назначила секта Хэнтянь. Если Хэнтянь распределила для разных школ разные маршруты  внешне похожие, но для нескольких из них смертельно опасные, а для остальных  как обычно, значит, они могут избирательно пожертвовать кем-то. А уж если эти лианы схватят кого-то, то от тела не останется даже костей — это идеальный способ уничтожить труп и скрыть следы! Цзюньсяо тут же подтвердил его догадку: — У каждой секты свой вход в этот лес. Бай Кэ немного помолчал, потом с каменным лицом сказал: — Значит, мы как раз попали на заминированную Хэнтянь дорогу? Цзюньсяо бросил на него взгляд и кивнул: — Хотя они всегда были уверены, что практически никто не проникнет в озеро Саньцин, всё же стоит предусмотреть дополнительные меры предосторожности. Те, кто проникает сюда из озера Саньцин и недостаточно силён, будут полностью поглощены лианами вскоре после входа в лес, даже костей не останется. А что касается тех, кто справится с лианами… Бай Кэ не дал ему договорить и сам подхватил: — …Того, кто справится с лианами, впереди ждут ещё более серьёзные испытания, верно? Цзюньсяо кивнул. — Пока не будем думать обо всём сразу. Разберёмся с одной проблемой, потом с другой. Нам всё равно искать выход из леса, поэтому идти любой дорогой  всё равно что искать. Давай сперва найдём Линь Цзе и остальных, хотя бы предупредим их. — Хорошо, — Цзюньсяо, разумеется, последовал за ним. Предупредить — это дело на минуту, а если уж Юй Сянь узнает об этом, то сможет не только сам подготовиться, но и, возможно, спасти пару несчастных новичков. Цзюньсяо, выпуская сознание, уже отметил местоположение Линь Цзе и товарищей, и теперь повёл Бай Кэ в восточную часть густого леса. — Старший предок… кхм, Сяо Бай! — Линь Цзе чуть не выдал настоящее имя Юй Сянь, но вовремя одумался, ведь рядом были другие ученики Хэнтянь. Согласно многолетней традиции Испытательного Собрания, все секты участвуют в жеребьёвке. Перед входом в долину Вэньчао стоит испытательная платформа, на которой расположены четыре врата: Цинлун («Голубой Дракон»), Байху («Белый Тигр»), Чжуцюэ («Алый Феникс») и Сюаньу («Чёрная Черепаха»), ведущие в четыре разных части долины Вэньчао. Секты, получив результаты жеребьёвки, проходят через соответствующие врата в долину, а затем сами решают, что делать: объединяться или разделяться на группы, чтобы найти выход. На пути их ждут различные испытания, и первые, кто выберутся, считаются победителями. Линь Цзе, Юй Сянь и остальные уже выслушали череду более или менее искренних приветствий от других сект, наблюдали, как главы сект тянули жребий, а затем прошли через врата Чжуцюэ на испытательной платформе у входа в долину Вэньчао, оказавшись в бескрайних дебрях густого леса. В этом году вместе с ними в одни врата попали секты Чанлин и Сюаньвэй. Обе эти секты давно пришли в упадок и едва держались на плаву. Они принимали очень мало новых учеников: вместе обе школы привели на Испытательное Собрание меньше новичков, чем четверть от одной лишь Хэнтянь. Тем не менее, ученики этих двух сект, казалось, отлично ладили между собой, то ли потому, что «беда беде подруга», то ли по иной причине. Однако ученики Хэнтянь явно смотрели на них свысока и не собирались их «тормозить», цепляясь к ним. Уже на первом же развилке в лесу внутри группы Хэнтянь возник разлад. Это происходило почти каждый раз. Хотя все присутствующие впервые участвовали в Собрании, большинство слышали от старших товарищей о типичных ситуациях. И разлад одна из них. Как и во многих сектах, ученики Хэнтянь не отличались особой сплочённостью. Из одного набора обычно находилось два-три близких друга, а с остальными отношения были минимальны. Большинство предпочитало общаться со старшими учениками или наставниками: ведь если у тебя есть пара доброжелательных старших, ты можешь избежать многих ошибок на пути культивации. Щедрые старшие не только давали советы, но иногда даже брали симпатичных младших на совместные тренировки. С годами это приводило к тому, что ученики разных старейшин неявно сплачивались в группы. За редким исключением, большинство дружило только с теми, кто учился у того же старейшины. Со временем это превратилось в настоящую внутриклановую конкуренцию, и на Испытательном Собрании ничего не менялось. Поэтому каждый раз, когда ученики Хэнтянь входили в долину Вэньчао, уже после двух-трёх развилок они распадались на несколько мелких отрядов. Почти никогда не случалось, чтобы в одном отряде оказались ученики разных старейшин. И тот отряд, который первым находил выход, приносил славу своему наставнику. Это уже стало негласной традицией. И этот раз не стал исключением. Из почти пятидесяти учеников Хэнтянь быстро образовалось семь отрядов. Хотя у Хэнтянь всего пять старейшин, а глава секты уже лет десять не берёт новых учеников… Лишние два отряда появились так: один отделился от группы старейшины Хунцзюнь, другой  от старейшины Хунсянь. Причём этот последний отряд был весьма своеобразен  всего три человека: Юй Сянь, притворяющийся Бай Кэ, Линь Цзе и Мэн Си, следовавший за ними. — У меня такое чувство, что, когда они свернули на ту дорогу, они смотрели на нас, как на идиотов… — скривился Линь Цзе. Мэн Си слабо пробормотал: — А разве нет? Линь Цзе моргнул, но тут же услышал, как Мэн Си указательным пальцем ткнул по очереди в троих и сказал: — Три… новичка. Линь Цзе: «……» — он чуть не забыл, что Юй Сянь скрывается под обликом Бай Кэ! Теперь, когда подумаешь, их команда выглядит как группа самоубийц! Однако он с видом глубокомысленного мудреца покачал пальцем перед носом Мэн Си, а затем указал на группу впереди: — Не забывай про них. Он имел в виду учеников сект Чанлин и Сюаньвэй, шедших впереди. Эти двое групп, похоже, даже не думали о победе, ведь за последние сто лет ни один победитель Испытательного Собрания не выходил из их сект. Поэтому они просто проходили испытание ради практики и, не испытывая конкуренции, мирно шли вместе. И выбрали они ту же дорогу, что и Юй Сянь с Линь Цзе. Значит, до следующей развилки они могли считаться союзниками. — Я слышал от одного старшего брата, что в начале испытаний в лесу долины Вэньчао встречается много развилок подряд, чтобы быстрее рассеять толпу. Потом их становится меньше, — сказал Линь Цзе. — Ага, — кивнул Мэн Си. — Если впереди снова будет развилка, и они пойдут не с нами, наша команда станет совсем слабой. — Нет, — неожиданно заговорил Юй Сянь, скрываясь под личиной Бай Кэ и до этого молчавший, чтобы не выдать себя. — Я только что коротко пустил сознание на разведку. Вокруг, на первый взгляд, всё спокойно, значит, ловушки либо скрыты под землёй, либо придут с неба. А две из тех дорог, которыми пошли группы Хэнтянь, вскоре сольются с нашей. Мэн Си широко распахнул глаза: — Сознание?! В долине Вэньчао ученики обычно не могут выпускать сознание и не могут парить в воздухе! Сяо Бай, ты крут! Юй Сянь опешил, потом кашлянул и сказал: — Нет, я лишь слегка проверил ближайшую зону. Дальше не вижу. К счастью, настоящий Бай Кэ из-за малоподвижного образа жизни был бледнее большинства, а в зеленоватом лесном свете его лицо выглядело особенно бледным. Мэн Си взглянул и решил, что тот сильно истощён, поэтому не только не усомнился, но ещё и похлопал его по плечу: — Ты молодец! Отдыхай, успокойся, лицо-то совсем белое. Пока они говорили, из-за ближайшего дерева вышли двое и направились прямо к ним. На них были такие же одежды учеников Хэнтянь, но лица казались совершенно незнакомыми. Линь Цзе опешил: — Вы кто… Мэн Си тоже выглядел растерянным  он явно не узнавал этих людей. Ученики Чанлин и Сюаньвэй, и так не знавшие учеников Хэнтянь, лишь мельком взглянули и пошли дальше. Только «Бай Кэ» (Юй Сянь) дёрнул уголком рта и тихо сказал подростку с резкими чертами лица и чуть более высокому ростом: — Зачем так переодеваться? Надоело смотреть на взрослую внешность? Решил вернуться в пятнадцать лет и помолодеть? И ещё эта молчаливая маска… Он перевёл взгляд на второго юношу  худощавого, с холодными чертами лица и со вздохом добавил: — Уже почти тысячу лет не видел, как он выглядел в юности. Я уже и забыл, а ты отлично помнишь! — В лесу вдруг столько людей. Так удобнее, — ответил высокий юноша. — Мы зашли, чтобы предупредить вас: будьте осторожны с ловушками Хэнтянь.