Мятежные ученики/The rebel disciples

С точки зрения строгой логики, то, что Бай Кэ называл «видением», не было обычным явлением, потому что он не зависел от таких факторов, как яркость света. Будь то день или ночь, солнечно или облачно, он всегда видел не более чем тёмные силуэты людей на фоне глубокой чёрной пустоты. Сам он точно не знал, что именно он видел. Души? Или нечто подобное? Но одно было точно: независимо от того, были это люди или предметы, их изменения были минимальны. Никогда не бывало ситуации, когда силуэты в один день были настолько тусклыми, что их почти невозможно было различить, а на следующий день — ясными, как днём. И наоборот — тоже не происходило. Даже Бай Цзысю, который был относительно нестабильным, колебался лишь между слегка тусклым и слегка ярким состоянием в зависимости от степени его безумия. Для большинства людей и вещей яркость оставалась стабильной, практически не меняясь на протяжении многих лет. Но сегодня вечером, когда Бай Кэ вошёл в коридор, неся на спине Бай Цзысю и остановившись перед тусклой лестницей, он уже почувствовал нечто необычное. Обычно, даже с закрытыми глазами, Бай Кэ мог видеть силуэты перил лестницы в коридоре — слабые и размытые, не ярче чёрного фона, но достаточные для того, чтобы он уверенно поднимался по ступеням, следуя этим контурам. На протяжении многих лет не было никаких изменений, даже когда он ранее поспешно спускался по лестнице, всё оставалось таким же. Однако в этот раз, когда Бай Кэ вошёл в коридор и на мгновение собрался с мыслями, он увидел лишь полнейшую тьму. Если бы не он сам и слабое свечение, исходящее от руки, обвившей его шею, он мог бы подумать, что снова ослеп. Впервые в жизни Бай Кэ немного позавидовал фонарику. К сожалению, ни он сам, ни его ненадёжный отец на спине не были способны хоть как-то осветить коридор. Поэтому, простояв некоторое время без каких-либо изменений, Бай Кэ неохотно открыл глаза. На самом деле, если быть честным, Бай Кэ особенно не сопротивлялся тому, чтобы открывать глаза. Хотя бабушка Чэнь в юности причинила ему немалую психологическую травму, спустя несколько лет она значительно стёрлась. Просто в повседневной жизни Бай Кэ прекрасно обходился с закрытыми глазами, редко сталкиваясь с подобной полной тьмой, как сегодня, поэтому ему не нужно было открывать глаза и усложнять себе жизнь. Но сегодня было иначе. Если бы он был один, то даже если бы  блуждал и натыкался на вещи, это не имело бы значения, но с таким грузом, как Бай Цзысю, на спине, слепое шарканье по лестнице, скорее всего, вызвало бы переполох во всём здании, прежде чем они вообще добрались бы до своей цели. Однако, как только он открыл глаза и привык к темноте, контуры перил лестницы действительно появились. Не раздумывая, Бай Кэ шагнул вперёд, шаг за шагом, устойчиво поднимаясь вверх. Как раз когда он достиг второго этажа и повернул, чтобы продолжить подъём, Бай Кэ поднял голову и был ошеломлён открывшейся перед ним картиной. «...» Что происходит? Что это за маленькие огоньки, порхающие вокруг, словно мотыльки? Что это такое... они хаотично метались, почти задевая лицо Бай Кэ; он крикнул: «Осторожно, впереди опасность!» Конечно, это был бы поступок только самого Бай Цзысю. Эти рассеянные огоньки в коридоре были явно ярче обычного, но они летали без цели, в состоянии замешательства и беспокойства. Бай Кэ попытался вспомнить, когда в последний раз он открывал глаза в этом коридоре и что видел, но затем с некоторой беспомощностью осознал, что на самом деле никогда раньше не открывал глаза здесь. Даже в те два года, когда он был наиболее любопытен, у него, похоже, никогда не было желания выяснить, что он может увидеть в этом коридоре. Но даже без воспоминаний Бай Кэ не считал нормальным явлением наличие такого количества рассеянных огоньков в коридоре. Ведь каждый раз, когда он видел эти огоньки, они были рассеяны вокруг силуэтов людей, которые умерли. — В здании кто-то ещё умер? Или это от старика У, который умер месяц назад? — пробормотал себе под нос Бай Кэ. Но на этажах выше не жили пожилые люди... Бай Кэ на мгновение замешкался, но в итоге продолжил подниматься. Не по какой-либо другой причине, а просто потому, что, когда он был совсем маленьким, настолько маленьким, что едва мог это помнить, казалось, кто-то дал ему совет: «Когда почувствуешь опасность — иди домой». Эта, казалось бы, обычная фраза необъяснимо осталась в его памяти. Он не мог вспомнить, кто её сказал, каким был голос или какая была сцена в тот момент, но он помнил именно это предложение. На самом деле, если говорить строго, это утверждение было не совсем верным, но люди всегда особенно подвержены влиянию определённых глубоко укоренившихся детских воспоминаний, поэтому Бай Кэ, с возрастом, всякий раз, когда сталкивался с чем-то необычным или неприятным, первой своей реакцией делал всё, для того чтобы  вернуться домой, и сам иногда находил эту привычку необъяснимой. Однако в этот момент он всё ещё придерживался этой фразы, не только из-за своей подсознательной реакции, но и из-за Бай Цзысю на своей спине. Но по мере того как он продолжал подниматься, парящие светящиеся точки становились всё многочисленнее и двигались всё более хаотично. Брови Бай Кэ постепенно нахмурились, и его шаги немного замедлились. Однако всего было девять ступеней, и, как бы медленно он ни шёл, он всё равно должен был добраться до верха... Так Бай Кэ повернул за угол коридора и оказался перед лестницей, ведущей на третий этаж. Одним взглядом он мог увидеть свою дверь, но его удивило то, что, помимо привычного, но тусклого силуэта входной двери, у двери стояли двое людей. Силуэты этих двух людей оказались неожиданно яркими, намного ярче, чем у большинства людей, которых Бай Кэ видел, даже сравнимыми с тётей Пан и Цзунцзы, с чёткими чертами лица. Хотя между ними было ещё некоторое расстояние, Бай Кэ мог видеть выражения их лиц — слегка... искажённые. Из-за врождённой слепоты Бай Кэ в последние годы мог по-настоящему различать черты лица лишь у очень немногих людей, и ещё у меньшего числа мог прочесть выражение их лиц. Поэтому, когда речь шла о «выражениях», Бай Кэ не совсем понимал. Он мог улавливать только простые эмоции, а всё более сложное он воспринимал как искажённое. Однако это «искажение» было лишь мгновенным. Если бы не особый способ видения Бай Кэ, выражения лиц этих людей не были бы такими очевидными на фоне чистого чёрно-белого контраста, и любой обычный человек, проходя мимо, мог бы ничего не заметить. Эти двое почти сразу же приняли вежливый и улыбающийся вид, склонили головы в сторону Бай Кэ у подножия лестницы и сказали: «Здравствуйте». Бай Кэ был несколько удивлён, а в сочетании с теми мгновенными «искажёнными» выражениями, которые он только что заметил, насторожился. Однако, несмотря на свои мысли, он по-прежнему внешне сохранял обычное спокойное выражение лица, безэмоционально кивнул им, затем слегка опустил голову в тусклом коридоре, укрепил хватку на Бай Цзысю и продолжил подниматься по ступеням. Светящиеся точки вокруг него становились всё многочисленнее. Наконец, когда Бай Кэ оказался перед своей дверью, он наконец обнаружил источник этих светящихся точек. Эти, казалось бы, хаотичные, шумные и оживлённые светящиеся точки исходили все из груди более низкого из двух людей. Этот человек стоял немного позади, и половина его тела была скрыта за высокой и худой фигурой, из-за чего это было трудно заметить, если не подойти ближе. Конечно, если бы это был не Бай Кэ, любой другой человек не заметил бы этого даже стоя прямо перед более низким человеком. Однако в этот момент то, что привлекло внимание Бай Кэ, были не эти светящиеся точки, а три странных существа, которые оказались скрыты за этими двумя людьми. Они назывались странными существами потому, что были ростом примерно в половину человека, с волосами, вьющимися по земле, а там, где должны были быть лица, были видны две пары глаз. С того самого момента, как Бай Кэ заметил их у двери, эти глаза были устремлены на него, пристально глазели на него пустым взглядом, будто смотрели на труп или что-то безжизненное. Но самым пугающим были их острые, заострённые зубы. Бай Кэ чувствовал, что даже корова не выдержала бы нескольких укусов от таких зубов. Более того, их контуры были ещё чётче, чем у высокого и низкого человека, и даже превосходили тётю Пан и других. Перед такими монстрами Бай Кэ почувствовал, что не имеет значения, полностью ли он закрывает глаза или нет. Даже если его глаза и были страшными, они не были страшнее этих трёх существ. К тому же они были лишь наполовину открыты... Была ли это врождённая храбрость или врождённое спокойствие, но перед такой странной сценой на лице Бай Кэ по-прежнему не было заметной реакции, будто он видел всего лишь двух людей, улыбающихся с добротой. — Извините, вы можете пропустить меня? — Бай Кэ притворился глуповатым, обращаясь к высокому худому человеку, удобно стоявшему прямо перед дверным замком. На самом деле ему действительно нужно было как можно быстрее попасть в дом, потому что Бай Цзысю на его спине был совсем не лёгких. Если он задержится здесь, Бай Кэ не сможет того выдержать. Однако высокий худой человек не подавал признаков того, что собирается уступить. Вместо этого он вежливо указал на соседнюю дверь и сказал Бай Кэ: — Здравствуйте, братишка, мы пришли повидаться с вашими соседями из квартиры 302. Мы их дальние родственники. У моей сестры в этот раз свадьба, и мы случайно проезжали мимо, чтобы вручить приглашение. Но, похоже, их нет дома — мы долго стучали в дверь, но никто не открыл. Вы не знаете, куда ушла их семья? Говоря это, высокий худой человек будто бы естественно протянул руку и похлопал Бай Кэ по плечу, одновременно сдвигаясь в сторону, позволяя коротышке позади него естественным образом приблизиться к боку Бай Кэ. — Вы их дальние родственники? — Да, мой брат и я ведём небольшой бизнес в Сючэне. Мы здесь в командировке по делам, просто проезжали мимо. Полуоткрытыми глазами Бай Кэ бросил взгляд на двух людей, которые удобно оказались на расстоянии менее вытянутой руки от него, затем бросил взгляд на трёх существ, стоящих позади, которых обычные люди не могли видеть. По мере движения двоих людей Бай Кэ тоже постепенно вставал, будто просто следовал за ними, и три монстра вокруг Бай Кэ оставались молчаливыми... «...» Родственники? Бизнес? Командировка? Вы осмеливаетесь выдумывать ещё более наглую ложь?