После тебя

–Ты мой выбор, даже если он кажется глупым, — произнесла Настя, приближаясь к Мише и пытаясь его обнять. Однако Миша легко отстранился от неё, что стало для Насти невыносимой болью. Она любила его всем сердцем, и теперь была возмущена его нелогичным поведением и тем, что он бросает её. –Нет, пойми меня, Насть, — произнёс Миша, испытывая боль от этих слов. Он понимал, что так будет лучше для них обоих, хотя и не осознавал, что на самом деле Насте был нужен только он. –Не хочу понимать! Не хочу! — воскликнула Настя, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. — Я думала, что мы будем вместе, хотя бы до конца школы! –Насть... Пойми, я несерьёзен и сам это понимаю. Тебе нужен кто-то более серьёзный, чем я... — начал Миша, но Настя перебила его: –Да ты мне нужен! Никто другой не нужен, это ты пойми! — воскликнула она, а затем быстро успокоилась и стала ждать, что же скажет Миша. Она не хотела первой разрывать секундную тишину. –Насть, пойми меня, мы слишком разные. — произнёс Миша, пытаясь убедить её хрупкими аргументами. Хотя они даже его не убеждали, он надеялся, что Настя отступится от него и найдёт более подходящего парня. — Ты заслуживаешь большего, а я не смогу этого большего обеспечить... –Большего?.. — Настя нервно рассмеялась, и в её смехе слышалась горечь. Она отступила на шаг и взглянула на парня заплаканными глазами, желая броситься на него. — А кто решил, что мне нужно это «большее»? –Насть, я не хочу чувствовать, что тяну тебя вниз... Всё глубже и глубже... От этого никому из нас не будет хорошо, — произнёс Миша, опустив взгляд и глядя себе под ноги. –А кто-то говорил, что ты тянешь меня вниз? Или я сама этого говорила?.. — Она схватила его за руку и попыталась заглянуть ему в глаза, но Миша лишь высвободил свою руку, и этот жест разбил её сильнее любых слов. –А если через год ты поймёшь, что я — ошибка? И ты просто потратила на меня своё время, свою молодость... — продолжал Миша, и каждое его слово причиняло Насте невероятную боль. –Миш, ты... ты же любишь меня? Так же по-прежнему, как и раньше?.. — С каждой минутой Насте становилось всё больнее и хуже. Она уже не могла контролировать себя. –Люблю... Но иногда этого мало. — Ответил Миша уже безэмоционально. Для Насти это было последней каплей. Настя начала разворачиваться и уходить, но Миша одёрнул её и развернул к себе лицом. –Насть, прости меня... Пожалуйста. — Он подошёл ближе и обнял девушку, стараясь не видеть её слёз. Но Настя не приняла его утешение и оттолкнула парня. –Не надо мне твоих утешений... — произнесла она, сдерживая гнев и злость, а также печаль и боль. Оттолкнув Мишу, она направилась в сторону дома, чувствуя на себе его взгляд, но он не пытался вернуть её обратно. Настя шла по улице очень медленно, еле перебирая ноги. Словно каждый шаг давался ей невероятным усилием. Её взгляд был устремлён в никуда, слишком больно было. Она не могла сосредоточиться ни на чём, поэтому просто шла. Движения Насти были слишком механические: ноги сами несли её домой. Её глаза были красными от слёз, выплаканных во время ссоры, а ресницы слиплись от влаги. Бледное лицо выражало боль и горечь, и она всё ещё не могла поверить в эту правду. Губы слегка дрожали, но Настя сжимала их, пытаясь сохранить хоть какие-то остатки самообладания. На мгновение она замирала, а затем снова продолжала идти, не имея сил что-либо обдумывать. Настю выдернуло в реальность привкус металла на языке. Она прикусила губу до крови, и именно это вернуло её в реальность. Кусала себя, чтобы не закричать и не разрыдаться прямо посреди улицы. Вытерев кровь с губы тыльной стороной руки, она продолжила свой путь, медленно и с каждой секундой теряя смысл чего-либо. Зайдя в подъезд, Настя медленно провернула ключ в замочной скважине и зашла в квартиру. Закрыв дверь на один оборот, она скинула верхнюю одежду и прошла в комнату, где никого не было — только Настя и пустая квартира. Ледяная пустота в душе временами сменялась волнами острой, почти физической боли. Она легла на кровать и начала плакать в подушку, но всё длилось недолго. Потихоньку Настя успокаивалась и начала засыпать. Так она проспала до вечера. Резко проснувшись, она в первые секунды не понимала, где находится. Девушка осознала, что лежит на кровати, свернувшись калачиком, а за окном солнце уже клонилось к горизонту, отбрасывая длинные тени. Настя немного поправила волосы, растрёпанные после сна, которые падали ей на лицо. –Почему... — прошептала она, а её тело всё ещё дрожало от рыданий. Сдавленный плач хлынул из неё, болезненная дрожь снова пронзила тело. Пальцы машинально теребили пуговицу на рукаве. Ей было больно это осознавать, но она понимала, что это правда. Давящая тишина в комнате показывала ей, что она одна. Она посмотрела на себя: помятая одежда после сна, кожа, горячая от слёз. Настя потянулась к телефону, чтобы уйти в интернет, но, увидев время, поняла, что нужно садиться за уроки. Сидя за столом, она успела заплакать пару страниц разных тетрадей. Свитшот был помят хуже, чем любая простыня. Настя отвлеклась от домашки и отошла от стула примерно на середину комнаты. Она сняла свитшот и осталась в одном топе, никогда не носила рубашки под верхом. Она аккуратно сложила свитшот и убрала его в бельевой ящик, затем сняла школьные брюки. Всё это нужно было бы погладить, чтобы завтра Настя выглядела опрятно. Но сейчас ей было не до этого. Она взяла телефон и увидела, что сегодня пятница. Видимо, у неё так сильно болела голова, что она думала, что сейчас только четверг. –И как теперь дальше?.. — Настя хотела бы найти в ком-то поддержку. Она опустилась на кровать и стала смотреть на ковёр, пытаясь собраться с мыслями. Она видела, как дрожали её пальцы. Сжала кулаки, боль моментально пронзила ладони, и она резко ослабила хватку. Решила лечь спать прямо так, слишком уж плохо ей было. На следующее утро Настя чувствовала себя морально и физически уставшей. Как только она проснулась и села на кровать, обхватив колени руками, в горле снова подкатил ком. Но Настя решила постараться успокоиться и забыться, не хотела больше вспоминать. Она взяла телефон, открыла чат с Мишей и решила, что нельзя заканчивать на такой плохой ноте. –«Миш, ты прости за моё вчерашнее поведение. Предлагаю просто общаться». — Когда Настя писала это, слёзы наворачивались на глаза. Она не могла ещё отвыкнуть от той боли, но как-то продолжать жить надо. Спустя месяц Настя уже потихоньку отошла. Совсем успокоилась и спокойно говорила с Мишей, но всё равно иногда она приходила домой и плакала ночью напролёт. Теперь в груди было пусто, но эта пустота не была уже такой сильной. Она глядела по ночам сериалы, а в школе была вялой. Это было её утешение, правда, очень тяжёлое. Утром она просыпалась по будильнику в 6.50, засыпая порой лишь в шесть. Настя использовала слишком много косметики, чтобы скрывать мешки под глазами. –Так дальше не может продолжаться... — сказала Настя себе под нос в школе. Она не заметила, как наткнулась на Елисея и упала, стукнувшись спиной о каменный пол. Она подняла взгляд на Елисея и смотрела ему в глаза. –Что не может продолжаться? — Елисей протянул руку девушке и посмотрел ей в глаза. Взгляд Насти был измучен и источал мольбу о помощи. Чтобы кто-то мог быть рядом. –Сможешь, пожалуйста, прийти ко мне сегодня?.. — Настя взяла его за руку и поднялась на ноги. Она отряхнулась и посмотрела ему в глаза.