Иллюзия счастья

      Он продолжал быть рядом, целовать меня. Этот порыв страсти кружил голову, спирал воздух, а все тело робко дрожало. Сильные руки Херобрина уволокли меня на пол, крепко прижимая к широкой груди. Я начал таять словно долька шоколада во рту. Я чувствовал, как его ладонь скользит по моей щеке, поглаживая ее большим пальцем. Мне стало так хорошо, я чувствовал себя в этот момент абсолютно счастливым. Наверное, мне не хватало все это время такой нежности и любви, а теперь мне ее дают. Джон ведь любит меня, как собственного сына, а именно так еще никто ко мне не относился, как это делает Херобрин. В груди сердце билось так быстро и громко, словно птица, запертая в грудной клетке. Мои руки обхватили сильную шею, стараясь подольше остановить этот момент. Я хотел, чтобы этот поцелуй, такой горячий и искренний, длился вечность. В голове витала мысль о том, что вот оно счастье: быть любимым и желанным, чувствовать это каждой клеточкой своего тела. Так много хотелось спросить, но одновременно меня устраивала эта тишина, где мы вдвоем.       Я начал чувствовать, что мне не хватает кислорода, Херобрин отстранился от моих губ, улыбнувшись. Он не стал меня отталкивать, а лишь сильнее прижал к себе, обхватывая за талию. Я краснел, смущался, но не сопротивлялся, лишь уткнулся носом в его плечо. Парень молчал, мне не хватало смелости заговорить первым. Все, на что ее хватило, это зарыться пальцами в его макушку, поглаживать волосы, перебирая пряди. Херобрин дышал так тихо, еле заметно, но мне доводилось чувствовать жар от каждого выдоха на своей шее. По телу бегали мурашки, каждая клеточка тела была напряжена и ждала, что будет дальше. — Ты такой милый, когда дрожишь, — Херобрин говорил тихо и так спокойно, словно для него это какая-то обыденность. — Я это не контролирую… — Мне это так нравится, если честно. Особенно все твое красочное смущение на бледном лице. — Я раскраснелся сильнее, а его это позабавило. — Прекращай… — Тебе ведь это нравится, как и то, что происходит. Хочешь сказать, я не прав? — Конечно, ты абсолютно прав, но не могу же я так просто это признать. — Иди знаешь куда? — я попытался нахмуриться, но не получилось. Херобрин расплылся в блаженной улыбке и хихикнул. — Обязательно схожу, как буду свободнее, а пока я очень занят. — Чем же? — Получаю удовольствие. Ты ведь такой теплый и мягкий. — Его ладони блуждали у меня по спине, сминая футболку. Я терял счет времени рядом с ним, потерял все свои рациональные мысли. Более того, я даже не заметил, в какой момент его руки оказались под моей одеждой, сжимая горячую кожу. — Херобрин… — я тихо шептал ему на ухо, сильнее прижимаясь. — Какого черта? — Тебе не нравится? Могу остановиться. — Я просто… Я не понимаю, что происходит. — По-моему, тут все очевидно. Разве нет? — он улыбнулся и заглянул в мои глаза, вызывая еще большие мурашки. — Мне нет. Если ты собираешься взять с меня оплату натурой. А именно за все, что ты сделал для меня, я против такой оплаты. — Я нахмурился и схватил его за руки. Он недолго помолчал, опуская взгляд на мои ладони, что сжимали и останавливали. — То есть вот оно как… Это все, что ты хотел сказать? — он закусил губу и тяжело вздохнул. — Я, конечно, не подарок, характер у меня тот еще, но… Как ты мог обо мне такое подумать? — он переменился в лице, а я начал жалеть о своих словах. Ляпнул не подумав, задел его, и теперь вероятнее всего это конец. Херобрин цокнул и отвел взгляд, после чего телепортировался, оставляя меня одного на полу. — Я… Херобрин, вернись. Я не это имел в виду! Пожалуйста…? — в ответ была лишь тишина. — Да, блять… Умею я момент испортить. Навряд ли он вернется ближайшее время. Зачем я это сказал…       В комнате было тихо, холодно и так одиноко. Никогда не замечал это, за все годы, что я живу здесь один. Именно сейчас эти пустые стены стали давить на меня своей абсолютной пустотой. Я начал слышать звуки аквариума, как плавает аксолотль в нем, хотя до этого они были мне абсолютно безразличны. Начал ловить себя на мысли, что мне некомфортно здесь находиться. Внутри все сжималось, душило и не давало никакого спокойствия, когда по щеке побежала первая слеза. Мне нужно было его найти, извиниться и сделать все, чтобы это забыть. Я чувствовал себя полным идиотом, который упустил свое счастье и те положительные эмоции от момента. — Я просто не хотел, чтоб это было оплатой… Я просто хотел искренности. Почему ты ушел, не дав даже договорить? Я бы… — я говорил тихо сам с собой, роняя горячие слезы на пол большими каплями. Мне не удавалось их остановить и сосредоточиться, потому перестал сопротивляться. — Я просто хотел знать, что между нами… Я просто хотел понять… Я…       Мне ничего не оставалось, как встать с пола и пойти спать. Я вернулся в кровать, укрываясь одеялом с головой, чтобы скрыться от всего на свете. Обжигающие слезы все так же катились по моему лицу, делая подушку мокрой. Ничего не хотелось, абсолютно ничего, кроме его присутствия здесь и сейчас. Лучше бы он меня ударил за такие слова, нежели бросал и оставлял в полной тишине. Мне становилось холодно, дышать с каждым разом было все труднее из-за заложенности носа. Я не помню, как провалился в сон.       На утро было все, как обычно, много работы, беззаботно играющие дети, блуждающие големы. Встать с кровати было очень тяжело, но другого выбора у меня не было, надо работать. Фил просил принести ему угля, а то запасы закончились, надо было еще занести ягоды нашему зельевару. Все же ликер был вкусный, крепкий, думаю, он понравился бы всем взрослым. Хотя стоило бы сделать градус пониже, чтоб на утро не мучила жажда. Все-таки мне кажется, головная боль бы преследовала меня утром, но Херобрин… Опять я о нем. Я почувствовал непонятную точку внутри, которая сжимала мою грудь. Ладно, займусь деревней, потом буду искать это чудо и просить прощения. Тоже мне, обиженка. Так, надо было заглянуть к Джону, он говорил, что есть задание для меня.       Первым делом я направился именно к нему, поскольку мне бы перепал завтрак, а также все его просьбы были мелочны. Не то чтобы другая работа мне была в тягость, просто Джон всегда меня жалеет. Если так подумать, то и на день рождения он никогда ничего ни у кого не просит, просто чтобы близкие пришли и отметили его праздник. Он всегда так рад, когда я прихожу, искренне встречает с широкой улыбкой и дружескими объятиями. Этот раз не стал исключением: — Стив! Давно не виделись, целую ночь! Как у тебя дела? Проходи-проходи. У меня тушеные грибы как раз только с пылу с жару. — Спасибо, Джон. От завтрака я не откажусь.       Мы сели за стол и принялись завтракать вдвоем, попутно обсуждая, как дела в деревне у жителей. Я мог редко видится с определенными личностями, но Джон абсолютный сплеткник. Если он с кем-то не поговорит и не узнает, как у того дела — день прожит зря. Джон рассказывал последние новости нашей деревне, бодро черпая ложкой свое блюдо. Я же любил посмаковать, поесть подольше и прочувствовать отчетливый вкус грибов. Он рассказал про Нюсю, у которой скоро день рождения и переключил внимание на меня. — Это и есть моя просьба. Я обошел всю нашу деревню и не нашел ничего подходящего. Мне нужно, чтобы ты нашел тюльпаны. Она очень любит цветочки, но я на все прошлые день рождения дарил разные. Мне не хватает только тюльпанов, но не простых. — А золотых? — я улыбнулся, доедая грибы и отставляя пустую тарелку. — Ну типа того, — он улыбнулся в ответ. Их существует четыре вида, мне нужно каждого вида по три штуки. А еще штуки три хаустонии для пышности букета. Справишься? — Обижаешь, конечно. Когда это я не справился бы? Как раз Филу за углем пойду и соберу все цветочки тебе. — Благодарю, Стив, ты настоящий друг.       Мы еще поговорили немного о делах на ферме, перекинулись словами о погоде, и я отправился дальше. Ненадолго забежал домой и схватил пустую бутылку из-под ликера. Я собрал все ягоды, которые выросли и были у земли, после чего занес их к зельевару. — Привет-привет. Смотри, что принес. — О, Стив. Это же ягодки. Тебе понравился ликер? — Люк отошел от стойки зелий и подошел ко мне. — Ликер был потрясающий, на утро ощущалась только жажда. Голова не болела, пился легко. Очень вкусный. — Я рад слышать, хорошо. Я тогда начну делать свежие бутылки с ним, как раз скоро праздники. — Прям во множественном числе? — я удивился, Джон ничего за них не говорил. — Ну да, день рождения Нюси, потом будет день труда, потом день семьи, а далее по мелочи. Там и фермерские праздники, день рыболовства. Не говоря уже о других днях рождения. Там и Барри отмечает ровно тридцать лет, юбилей. Так что праздников много, надо готовиться. — Ого, а я и забыл… — Ничего страшного, тут все не упомнить даже если всю жизнь живешь в деревне. — Но ты же помнишь, — я тяжело вздохнул и скрестил руки на груди. Было стыдно за свое незнание, хотя все повторялось из года в год. — Я? Не, у нас все Джон помнит, а потом всем напоминает. Я в этом году просто календарь завел и вписываю туда все праздники. Очень удобно, кстати. — Люк посмотрел на меня и заметил разочарование на лице. — Не расстраивайся, ты не один, кто может забывать. Иногда и фермеры забывают, что у них праздники, а вспоминают только, когда мы с Джоном приходим с чем-нибудь крепким. — Ладно. Спасибо, что просветил. Я побежал, у меня еще много дел. Удачи с ягодами! — Давай, спасибо, что зашел!       Я улыбнулся Люку и отправился к Филу для получения очередного задания. Если честно, после того как я потерялся в шахте, мне очень не хочется туда возвращаться. Но если я туда не схожу, то жизнь в деревне затормозится, а потом и вовсе остановится. Не будет факелов, у Барри не будет на чем готовить, у оружейника на чем плавить и делать инструменты для деревни. Железом же лучше работать, чем камнем или вообще деревом. Так что у меня не было другого выбора, как пойти и добыть уголь про запас на ближайший месяц или два. — Привет, Фил. Я пришел. — Он остановил работу и обратил на меня внимание. — Привет, Стив. Сходишь за углем? Мне не помешало бы. — Да, хорошо. Сейчас оденусь, возьму снаряжение и на поиски. — Да, кстати. Я тебе факела подготовил побольше, еще держи новые кирки. Что еще… Броня у тебя свежая есть, часы есть… Меч нужен? Стрелы? — Это все есть нетронутое. Не переживая, все есть, — я взял новые кирки и факела, после чего расстался с Филом.       Я быстро дошел до дома и стал собираться в поход в пещеру. В этот раз я взял достаточно с собой еды, а также часы, чтобы не попасть в передрягу, как в прошлый раз. Долго думал, какая броня лучше. Вроде я не иду сражаться и хочется быть налегке, потому стоило бы надеть кожу. А с другой стороны, никогда не знаешь, что затеет нежить, и нужно надеть железо. — Была не была…       Я Надел железный нагрудник и ботинки, а все остальное взял из кожи, так сказать, компенсировал некоторые недостатки одного другим. После взял еще немного про запас и отправился в пещеру.       Мне повезло, прямо на входе были некоторые залежи угля, которые я моментально вскопал. Когда жила закончилась, я отправился глубже, чтобы поскорее найти достаточное количество угля и отправиться домой.       Ближе к вечеру мне удалось собрать два стака угля, немного железа, даже золота. Я не стал сразу выбираться на поверхность, решил провести ночь в пещере. Разрыл небольшой туннель, который позже расширил и разместил там печи, верстак и сундук. Мне нужно было продуктивно провести время до утра, иначе сойду с ума от скуки. Я закинул руду, уголь и стал переплавлять все, что нашел, а пока печи работали, стал рыть в разные стороны, вдруг получится найти что-то еще.       Вечер и ночь прошли быстро и незаметно, если так можно сказать. Все, что я смог добыть за это время и переплавить я забрал с собой, отправляясь обратно в деревню. У меня было достаточное большое количество железа, золота, угля, даже нашел медь и тоже пустил ее на переплавку. Насколько я помню, мне нужно было найти аметист для того, чтобы сделать подзорную трубу. Уж больно мне хотелось ее иметь в своем инвентаре для дальнейшего использования высоко в горах. У Скира в книге было написано, что с ее помощью можно видеть очень далеко, открывать для себя удивительные пейзажи и места, до куда бы ты сам добраться на своих двоих не смог бы.       По пути домой уже по утру я стал бродить по полянам, собирая красивые цветы и формируя красивый букет. Мне очень нравилось то, что получалось, как красиво играли цвета тюльпанов друг с другом. Розовые хорошо сочетались с белыми, а красные отчетливо выделяли оранжевые. Все бутоны были еще закрыты и маленького размера, и это было отлично. Ко дню рождения Нюси, а именно завтра, тюльпаны как раз дозреют и расцветут. Дальше я нашел хаустонию, разместив ее веточки вокруг основного букета для создания объема. Мне очень нравилось то, что получалось, а когда было готово, то аккуратно упаковал в бумагу и спрятал в рюкзак. Максимально постарался, чтобы ничего не угрожало безопасности букету, его красоте и целостности.       Я вернулся в деревню уже к обеду, голодный и уставший. Мне нужно было зайти сначала к оружейнику, отдать все ресурсы, которые я смог добыть, а позже зайти к Джону. Кузня уже во всю работала, только и виднелся дым из трубы от работающей печи. Я зашел и передал все ресурсы Филу, получив одобрительный кивок и слова благодарности. — Фил, я спросить хотел. Ты не знаешь, где можно найти аметист? Может, есть определенные знаки, что его скопление где-то совсем близко? Я всю ночь копал, но так и не нашел ни один. — О, аметисты… Я слышал, что они скапливаются в самостоятельную маленькую округлой формы пещеру, там разрастаются и светятся фиолетовым цветом. На самом деле я ни его, ни алмазы в руках не держал, поскольку никто так глубоко не заходил в пещеру. Да и незачем по своей сути, если тебе интересна обычная размеренная жизнь жителя. — Но разве тебе не хотелось бы увидеть из воочию? Подержать в руках и… — И? Я могу, наверное, создать из них орудие труда, оружие и броню, но смысл? Ты ведь у нас в безопасности, под защитой. У тебя есть неограниченные возможности жить в одной кожаной броне, поскольку никто ее не успевает тебе разрушать. Нежить сюда не заходит, а если и так, то големы быстро с ней расправляется. Что еще нужно? — Тут ты прав, но… Неужели тебе не хотелось бы подержать их хотя бы в руках? Это ценный и дорогой ресурс. — Может мне еще в рамку поставить? — Фил пренебрежительно цокнул и отвел взгляд. Я понял, что разговор окончен.       Я быстро покинул место спора, желая поскорее разгрузиться у Джона. Какая-то черная полоса, с Филом поругался, Херобрина обидел. Я ведь ничего такого плохого не сказал ни одному, ни другому, но зато я везде виноват.       Джон встретил меня на пороге собственного дома, забрал букет и улыбнулся, когда взглянул на него. — Красивый, долго собирал? — Пришлось повозится, — я улыбнулся в ответ. — Спасибо тебе большое, чтобы я без тебя делал. Он получился очень красивым. — Кстати, Джон… Я хотел спросить про грядущие праздники. Зельевар сказал их достаточно много. — О… Да, вылетело из головы, чтобы напомнить тебе… Извини, я не специально. — Ничего страшного, просто, если нужна будет помощь с организацией или чем-то еще. — Я знаю, что могу положиться на тебя, Стив. Я обещаю обратиться к тебе за помощью, если это будет нужно, а пока мы сами. — Ну хорошо. Я тогда буду на подхвате. До встречи, Джон! — Давай, дружок. Хорошего дня!       Я очень устал после долгой работы в шахте, ведь мне совсем было не до сна. Мысли были об одном, поскорее бы оказаться в кровати и познакомить лицо с подушкой. Мои запасы еды заканчивались, нужно будет зайти к Барри и купить у него мяса, да и к фермерам было бы неплохо зайти и выкупить овощи. Интересно, у меня вообще есть изумруды в запасе, или это тоже уже в дефиците. Голова такая тяжелая, уже даже не соображает от усталости ничего. Когда я все же оказался дома, мне пришлось успеть снять с себя броню и упасть на кровать. Она казалась такой теплой, мягкой и удобной.       Крепкий сон длился до самого вечера, наполняя меня силой и энергией. Я проснулся от стойкого ощущения, что на меня кто-то смотрит, но не вызывало страх. Это означало только одно, что пришел Херобрин и ждет, когда я открою глаза. Мне очень хотелось поговорить с ним, обсудить то, что произошло, но я понимал, что стоит открыть глаза, как он уйдет. Пока я думал, как мне с ним заговорить, чтобы не вспугнуть, он первый прервал молчание: — Ты не спишь, не притворяйся. — Голос был монотонным и холодным, быть может до сих пор из-за обиды. — Чего пришел? — Поговорить. Или это тебе не нужно? — я развернулся на кровати в его сторону. Херобрин сидел на стуле возле края постели и пристально смотрел на меня, держа руки в замке. — Нужно, я просто не ожидал увидеть тебя сейчас. Да еще и сам пришел… — А что? Планировал сам меня найти? Интересно, как бы у тебя это получилось. — Так… Мы поговорим? — Я устал, если честно, ходить вокруг да около. Ты мне не безразличен, наоборот, очень важен и нужен. — Он тяжело вздохнул и опустил голову. — И я не собирался брать оплату натурой, я лишь проявлял чувства так, как умею. А ты сразу начал обвинять… Это было обидно и… — Ты ведь даже не дал мне договорить и ушел. Ты всегда будешь избегать так серьезные разговоры? — Постараюсь больше так не делать. Я правда изменюсь, — он посмотрел на меня с такой надеждой, что мое сердце начало таять только от одной мысли. — Я верю тебе, Херобрин. Охотно верю, поскольку ты тоже очень важен для меня. — Я тут принес в качестве извинений… — Херобрин достал из кармана пару кусков аметиста. — Слышал краем уха, что он тебе нужен, а у меня как раз возле городка скопление. — Что ты, не стоило… — я был так удивлен и с охотой взял аметисты в руки, начиная активно рассматривать и крутить в руках. — Я прощен? — он улыбнулся, наблюдая за мной, моей искренностью и смущением. — Ну конечно. Я бы и без подарка тебя простил за твои выходки, ведь деваться мне некуда. — И еще, если… Если так удачно складывается между нами, то. — он немного замялся и замолчал. — Я согласен. Мы могли бы попробовать что-то… — я покраснел от собственных слов, да и на лице Херобрина появилась блаженная улыбка и румянец на щеках. — Вот и славно, — он встал со стула и направился к выходу. — Ты не останешься у меня? Я думал… — Не сегодня, у меня много дел. Так что я приду позже, не скучай. — Он отправил мне воздушный поцелуй и телепортировался. Я был сражен наповал таким жестом и абсолютно растворился в чувствах, ощущая себя самым счастливым опьяненным любовью человеком.