Иллюзия счастья

      Я взял свой железный меч, надел кожаную броню и на всякий случай прихватил лук со стрелами. Мной двигала бешеная отвага и желание найти маленькую девочку, которая пропала из-за меня. Если бы я был настойчивее, если бы отказал, то она бы давно была с отцом дома, пила чай и готовилась ко сну. Почему я поступил так глупо, почему не подумал про опасность, будто совершенно забыл о нежити и всевозможных бедах.       Мой путь лежал от места, где лежал мак в самую глубь леса. Отступать было нельзя, так как я был ответственным за случившееся, мне и решать проблему. Я чувствовал вину исключительно за собой, а не за кем-то еще. С этими мыслями сделал первый шаг навстречу темноте в лесу, а после еще и еще, пока позади меня не исчез свет от деревни. Я крепко взял в руки факел, освещая вокруг себя пространство, продолжая звать ребенка, стараясь быть тихим и незаметным. Нежити поблизости не было, или так только казалось на первый взгляд. Где-то стали греметь кости, я тут же спрятался за дерево, а после рванул и одним ударом снес череп с плеч, обезвреживая лучника. Кости с грохотом упали на землю, подбирая их для дальнейшего использования и преобразования в костную пыль.       Я впереди слышал зомби, где-то шипели пауки, перебирая толстыми лапами по земле с характерным топотом. Мною постепенно овладевал страх, но желание спасти Нюсю было во много раз сильнее. Я словно отважный лев, защищающий львят от опасности, которая подстерегает их на каждом ходу, и за каждого детеныша готов рвать и метать обидчиков. — Нюсь… Нюся… — я передвигался тихо, пробираясь через листву, стараясь не попасться на глаза.       Девочки нигде не было, только тьма и большое количество нежити. С каждым разом, заходя все глубже, появлялись новые отчетливые звуки, характерные для всех видов монстров. Очередной паук зашипел возле меня, моментально спровоцировав меня на атаку. Нельзя допустить, чтобы подбирался кто-то так близко, поскольку, где один, там и вся толпа. Я погасил факел, когда глаза достаточно привыкли к темноте, чтобы не привлекать к себе больше внимания. Мимо меня прошел зомби, абсолютно не замечая моего присутствия, точнее, когда заметил, то меня уже не было на том месте. В темноте они видят хуже, чем при свете, но нельзя забывать, что они видят в разы лучше, чем обычные люди.       Пробираясь через очередные кусты мне выпал шанс попасть на тот склон, где Херобрин спас меня. Кстати, об этом… Он сказал, что всегда бдит за мной, видит и присутствует. Мог ли он украсть ребенка? А зачем? Он не станет вредить ни мне, ни деревне, где я живу. Даже если у него свои личные счеты. Это не мог быть он… Хотя, исходя из нашего диалога, он очень одинок. Так почему бы не украсть ребенка в свое темное королевство для поддержания социума? Если так подумать, то это отличный способ получить нового подопытного, как я. Вырастить Нюсю в нечеловеческих условиях, воспитать под себя, да еще и поработить разум, если та ослушается. Ну это в его стиле, только я сомневаюсь, что он бы так поступил.       Пока я был в раздумьях, сзади подкрался зомби, который сразу кинулся в мою сторону, мне пришлось отбиваться. Где один, там и два, там, где два — уже толпа. Я был абсолютно неосмотрителен и подпустил их слишком близко. Паре зомби успел снести голову с плеч, а на других энергию тратить не стал, а рванул, что есть мочи в другую сторону, ныряя в темноту леса.       Я исследовал куст за кустом, каждую ямку, заглянул под каждое дерево, пока не наступил в воду по самое колено. Запах стоял специфический, тухлый и невыносимый. Рядом с моей рукой в жиже плавала ряска, а поодаль от нее кувшинка. Где-то в темноте послышалось кваканье лягушки, когда наконец-то до меня дошло — болото. Я стоял в тухлой воде у самой границы с болотом, наполненным ужасными запахами и трясиной. Ногу постепенно затягивал ил, и мне пришлось экстренно покидать воду, вставая на твердую землю. Не может Нюся уйти так далеко, это уже какая-то ерунда. Болото слишком далеко от деревни, мне самому было тяжело его найти, так как ребенок мог сюда забраться. Есть только одна возможность, ее сюда привели… — Я об этом пожалею… — я взобрался на возвышенность и тяжело вздохнул, надеясь, что все получится. — Херобрин… Если ты меня слышишь, явись. Ты мне нужен… — гробовая тишина, ни звука, даже нежить где-то стихла, оставаясь далеко от болота. Будто она сама боялась этого жуткого места. — Херобрин, я очень тебя прошу. Приди! — я начал звать его всеми силами, верить, что он услышит. Он же раньше приходил только от одной моей мысли, что сейчас то не так. — Да блять… Ну, конечно. Когда ему надо, он тут как тут… — я присел на корточки и тяжело вздохнул, виня себя в собственной беспомощности и глупости. — Вот опять ругаешь меня ни за что, — сказал знакомый голос сзади, вставая в свою естественную позу, скрестив руки на груди. — Слышу я тебя, слышу. Не забывай, что у меня тоже есть дела… Зомби сами себе занятие не придумают. — О! Ты пришёл! Я так рад тебя видеть! — я вскочил на ноги, уже желая поприветствовать своего друга объятиями, но Херобрин опять избежал их. — Ну да, а что оставалось делать? Не приду, ты же потом припоминать будешь. Лучше сразу весь твой бред послушать, а потом уйти. — То есть я всегда бред несу?! — я нахмурился и уставился на парня, что стоял от меня в метре. — Ой бля… Началось. Успокойся, агрессор. Что хотел? — Херобрин усмехнулся, явно довольствуясь моим возмущением. — Да пошел ты… — Как скажешь, — он тут же исчез с характерным звуком. — Прекрати так делать и вернись! Я не просто так все это время тебя звал! — Ты только что сам меня послал, может, определишься уже? — Херобрин… — Ладно-ладно. Я внимательно слушаю тебя, припадочный, — он присел возле рогоза, слушая, как тот шуршит. — Тут такое дело. У нас в деревне ребенок пропал, его кто-то утащил и… — И ты думаешь, что это я. Потому вызвал меня на этот разговор? Издеваешься? — Я этого не сказал и даже не думал. — Лукавишь, Стив. Ты подумал. Одинокому мужику только и давай воровать детей для рабства или что-то в этом роде, — он явно разозлился и встал, уверенно подходя ко мне вплотную. — Если бы я так думал, я бы тут не стоял, а звал бы тебя дома. Какая разница, где ты появишься? Да и поговорить ты всегда можешь со мной или забрать меня к себе, дети ни к чему. — Я старался его успокоит, и вроде даже стало получаться. Он сменил гнев на милость и вернулся на исходное местоположение, начиная водить пальцем по грязной водной глади, путая ряску между собой. — Так зачем я тебе? — Херобрин, ты ведь все можешь… Найти мне ее. Я обошел весь лес, доходя до того обрыва, я прошелся под каждым кустом, на поляне. Ее нигде нет… Я уверен, что ты способен на это. Пожалуйста… — я подошел к нему и присел, кладя ладонь ему на плечо. — Я готов на все, чтобы только Нюся оказалась сегодня дома в целости и сохранности. Помоги мне, я очень тебя прошу… — Прямо на все готов? — в пустых глазах я вдруг увидел свет. — Звучит интересно и интригующе… — Помоги мне найти ребенка… — Ладно, сейчас… — Херобрин уселся в позу лотоса под деревом, закрывая глаза и сосредотачиваясь. Он посидел так пару минут, после чего раскрыл веки, а на месте глазных яблок были две черные бездны. Я перепугался, отпрянул и тут же упал, споткнувшись о корягу. — Что за… Херобрин? — я судорожно пытался найти объяснение тому, что происходит. Мне было до ужаса страшно видеть его таким, даже больше, нежели с пустыми глазными яблоками. Их отсутствие вовсе лишало меня дара речи и возможности рационально думать. Хотелось бежать и не оглядываться, но желание помочь Рику и Нюсе было сильнее.       Херобрин сидел беззвучно, казалось, он вовсе не дышит, и его грудная клетка не шевелится. Мне было жутко, я подполз ближе и стал ждать, пока он выйдет из транса. Не знаю, сколько сижу, смотрю в бездонные глаза, наполненные пустотой и мраком. В какой-то момент Херобрин задышал, глубоко и отчетливо, а после закрыл глаза и вернулся в свое обычное состояние. Он поднялся на ноги и многозначно посмотрел в сторону болота. — Что случилось? Что это было? — Ты о чем? — он так спрашивает, будто не сидел длительное время без дыхания. — О том, что ты сидел и притворялся мертвым. — А, это… Я же говорил, что умею владеть разумом. Так что тебя удивляет? — Когда ты это делал с коровой, то такого не происходило… — Ну, да. Я спокойно владею разумом без транса на определенном существе, а сейчас я мельком прошелся своим собственным сознанием внутрь нежити в округе. Согласись, если бы я искал ее с тобой сам, или с помощью телепортации — это было бы долго. А так, я посмотрел область глазами существ, что рядом. Понятно? — Жуть… Ты даже так умеешь? — Не беси меня, Стив… — Ты нашел Нюсю? — я спросил с глубокой надеждой, схватив парня за предплечье. — Да, но я не могу туда пойти и забрать ее. На болоте в пару метров отсюда находится хижина ведьмы. Она украла девочку… Она не нежить, а человек, осведомленный о моем существовании. У нее стоят защиты от моего присутствия, потому пробраться и овладеть ее разумом я не могу. — Так, хорошо. Какой тогда план? — Боже… Ты идиот… Идешь к ней в хижину, отрубаешь голову и забираешь девку. Ты же меня просил найти ее, а не решить твои проблемы за тебя. — Все-все. Я понял. Сам сделаю…       Я фыркнул и направился в сторону, куда показал Херобрин. Я шел ровно по указанному пути, чтобы не сбиться с курса и не потерять надежду на спасение Нюси. Я чувствовал, как парень сверлит меня взглядом, явно недоволен моими поступками для жителей в очередной раз. А мне плевать! Они — моя семья. Я должен им помогать, быть надеждой и опорой… Вот только силы мои на исходе. И вроде я могу на них положиться, но по ощущениям они совершенно не могут мне помочь… Чего нельзя говорить о Херобрине. Он сильный и могущественный, властный, может закрыть тебя собой, спасти, а потом надавать тебе за это же. Временами он ничего даже парень, а иногда начинает залупаться на ровном месте, а бороться с этим я не в силах. Думаю, его бы пассии очень повезло…       Спустя полчаса я был уже у хижины ведьмы, что стоят посреди болота, тухлой воды и плесени. Вокруг нее клубился плотный туман, окутывающий ее словно по определенному контуру. Может, это и был тот самый барьер, о котором говорил Херобрин… В окне я видел Нюсю, что жалобно смотрела по сторонам, но не видела меня. Это было хорошо, иначе бы по ее реакции сама владелица домика тут же истребила угрозу. Я спрятался за деревом, наблюдая за окружением, бабка внутри задумчиво хмыкала и хихикала, то прыгая вокруг котла, то пританцовывала возле Нюси. Сама девочка была явно напугана, но не смела кричать и звать на помощь. Малышка, наверное, уже сорвала голос и уверена, что ее никто больше не найдет. Ничего, держись. Я уже тут…       Я увидел, как ведьма вышла из хижины и отправилась в сторону деревьев в другую сторону от меня. Мне хватило пару прыжков, чтобы оказаться внутри и обнять Нюсю, крепко прижимая к себе. До меня дошло пару секунд, что это не девочка, а кукла, а сама бабка стояла уже позади меня. — Не нашел! Не нашел! — она стала дразнить меня и хихикать, тут же кинув в меня зельем ослабления. Я не мог двинуться и даже достать меч. — Нюся твоя не тут, не тут. Я ее съем позже. — Отпусти ее! Она всего лишь ребенок! — Ребенок… Жеребенок. Какая разница? Вкуснятинка. — Ах ты мерзкая бабка… — Голубчик мой. Не груби хозяину дома, в который пришел! А то можешь и не выйти… — она снова захихикала и кинула в меня зелье утомление и отравления. Мне было жутко плохо. все болело и не было сил подняться, пока бабка танцевала вокруг меня. — Он не поможет тебе, его тут нет. Ты умрешь, ты умрешь. — Что? — Твой дружочек не придет, не спасет. Я звала его тогда, я погубила то дитя, а он виноват оказался. Дурачок поверил моему туману. — Так это ты! Из-за тебя погибли невинные люди! А он лишился дома и семьи! — Глупый Стив, ему не нужна семья, не нужен ты. Он гниль и тварь, что я породила из плоти зомби и глаза паука. Был человеком, а стал полубогом. А таким, как он, не нужны глупые жители, он не умеет чувствовать, любить и сопереживать. Он лишь жалкая оболочка. — Не говори так! Он живой, он добрый, хороший! Он не такой, как та нежить, что бродит в ночи. — Глупо считать мертвое за живое. А также глупо надеяться, что он спасет тебя… Что же… Может тебя тоже сделать таковым? — она улыбнулась и взяла кинжал, поднося к моему глазу. — А девку в подмастерья возьму. Пусть мучает таких жалких людишек, как ты и Херобрин. — Нет… — мне хватило силы достать первое, что было в кармане…красный факел. Я поставил его у ног ведьмы, как вдруг белена вокруг хижины пропала. Защитный барьер был снят в момент внесения в дом бабки вещи, принадлежавшей Херобрину. — Что? Что ты наделал? Зачем ты его сюда привел?! — женщина завопила, тут же побежала к выходу, как с силой ее затолкнули обратно, переворачивая горячий котел. — Нет! Нет! Это не должно… — Заткнись ты уже… — Херобрин стоял абсолютно, сверля с особой лютой ненавистью женщину, лежащую на полу с ожогами. — Ты та тварь, что убила меня… — Я сделала тебя богом! И это твоя благодарность? — А я просил?! Я не просил ни о чем! Я лучше бы от голода сдох, чем позволил бы стать тем, кто я есть сейчас! — Херобрин кричал громко и устрашающе, что я не мог пошевелиться с места, хотя действие зелья уже прошло. — Не трогай меня! Не смей! Я пыталась помочь тебе! — Я сказал — заткнись! — Херобрин пнул женщину в плечо, с силой наступая и вдавливая ее в кипяток. Он стоял на ней, опираясь лишь половиной своего вес, после чего зыркнул на меня через плечо. Я нервно сглотнул и отполз. — Девочка за теми деревьями, она в клетке. Освободи ее и уходи, как можно дальше, не оборачивайся. Вы выйдете к деревне. — Но… Я не думаю, что это верная дорога, я шел, петляя и… — Я тебе что только что сказал? Не испытывай мое терпение, блять. Возьми свою Нюсю и съебался быстро. Не оборачиваясь, ни ты, ни девка. Обернетесь — заблудитесь и сдохнете. Ясно? — Да… — Так и хули ты еще здесь? — он замахнулся мечом и ударил лезвием в стену, рассекая блок досок до середины. Я не стал испытывать его терпение и рванул с места. — А теперь ты… Мы здесь останемся вдвоем…       Я больше ничего не слышал, только сердце звенело в ушах. Я нашел клетку с Нюсей, максимально быстро освобождая ее. — Нюся, молчи, ничего не говори, дорогая. Повязку не снимай, умоляю тебя… — Хорошо… — заплаканная девочка приняла повязку на глаза и тут хе прижалась ко мне. Мы услышали дикий крик ведьмы, и он явно был не последний. Нюся вздрогнула и вцепилась руками мне за шиворот.       Я рванул с места, не оборачиваясь, не думая, не сожалея ни о чем. Мне было плевать, что будет с той ведьмой, мне нужно донести ребенка в целости и сохранности. Мы бежали вперед, пока сзади все больше было адских и мучительных криков истязания ведьмы. Чем быстрее был я, тем быстрее голос полумертвой женщины был тише и слабее. Не оборачиваться, главное, не оборачиваться. — Моя повязочка… — Нюся, опустила взгляд на повязку, которая уже летела назад. Я закрыл крошке глаза рукой и рванул быстрее. — Не смотри! Не смотри. Закрой глаза и не смотри!       Девочка вся дрожало, да и меня самого трясло от усталости, страха и нервов. Трясло так, что вот-вот подкосятся ноги, и я упаду на хрупкую девочку. Мне было жутко страшно, страшно от того, что я увидел. Херобрин в гневе — это самое смертоносное, что можно увидеть. И все, что было до этого — это были лишь цветочки… Если так подумать, то ведьма права, он полубог. И мне остается лишь догадываться, на что он еще способен. Я определенно не знал о всех его магических способностях. И наверняка его перевоплощение, телепортация, невероятная сила это не весь букет того, что он умеет.       Я увидел деревню, опустил Нюсю на ноги и схватил за маленькую ручку, ведя к дому. Нас уже ждал Рик, тут же подхватывая малышку на руки и со слезами забирая в дом. У меня голова шла кругом, все тело ломило от усталости и боли после зелья отравления. Я медленно побрел к дому, уже изнемогая и чувствуя, что вот-вот потеряю сознание. Мне оставалось зайти в дом, как меня с силой и болью вытошнило прямо у крыльца. Я побелел, в глазах потемнело, и я упал. Упал в собственную лужу рвоты, холодный, голодный и уставший. Я никогда не стану более злить его и испытывать терпение… Мне очень страшно…