Семь осколков

      Адамая некогда в Катропате не было вовсе. Юго — для него прошли долгие века.       Что сейчас всплывает в памяти правда воспоминаниями — а что лишь фантазия, наложившаяся на то, что случилось позднее?       От этого, проклятье, зависели в том числе их жизни. Для них безопаснее всего было забыть про Омбраж. Вернуться уже потом, уже после всего, когда действительно войдут в силу.       Вот только слишком хорошо помнили, что потом устроила демоница. Пусть даже в первую очередь из мести, на которую сейчас повода не имеет.       Пока не имеет. А шанса у неё и не будет.       Юго выпрямился, тяжело дыша. Случайно в перемещении зачерпнул слишком много собственных сил… Но, по крайней мере, убедился, что в будущем действительно перестанет зависеть от осколков. Пусть и явно не в ближайшем… Он чуть сжал осколок в руках — тот передал толику сосредоточенной в нём силы. Немного, но и то осталось чуть больше половины, а им ещё вернуться обратно надо будет…       — Клянусь, где бы ни была эта тварь, я её… — хрипло выдохнул Адамай, но Юго прервал брата. Им лучше лишний раз ни в чём не клясться.       — Порадуйся передышке, — тихо сказал элиатроп и огляделся.       Вопрос едва ли пары минут, как одержимый обнаружит гостей прямо в центре приёмного зала замка. Там же, где, кажется, некогда и сражались с ним по пути на Ома… Если б только Юго помнил лучше!..       Омбраж умела следить через зеркала. И элиатроп был уверен, что она наверняка захочет посмотреть, что за наглецы к ней вторглись.       Впрочем, не ей одной тут подсматривать… Видению вакфу Юго более чем доверял — и прекрасно знал, что демоница в едва ли паре этажей от них. Напасть первыми из элемента неожиданности? Можно было бы, будь комнатушка, где та засела, побольше. И Юго, и Адамаю было нужно пространство.       Проиграть у них права нет. Элиатроп скрипнул зубами, вспоминая ещё не случившееся. То, что спустя века после первого освобождения некромов до древних врат в их мир докопались двенадцатиане — полбеды. Тот путь был не единственным, отдельных тварей ловили в мире периодически, но он был достаточно широким, чтобы выбравшиеся через него стали действительно проблемой.       И всё равно в тот раз можно было закончить всё куда быстрее.       Если б они не нашли себе союзника в виде Омбраж, которая сумела вселиться в элиатропку в одном из убежищ. А потом успешно сбежать со всеми вурдалаками и помочь новым «товарищам».       Её первыми «слугами» в новом теле стали элиатропы. Народ Юго, будь проклята эта демоница. А Гругалу, который тогда пытался защитить людей, она вырвала крылья.       Юго и Адамай тогда опоздали буквально на час. Только и смогли что заставить сбежать демоницу, чтобы как можно скорее можно было помочь тем, кому ещё был смысл помогать. А та война, которую можно было бы закончить за года три при худшем раскладе, растянулась на добрый десяток лет.       Омбраж не то чтобы было дело до некромов. Но она очень хорошо помнила, кто дважды ей помешал освободиться, и была мстительной. В живых из Братства Тофу к той поре был лишь один Юго.       Шелест за спиной — Юго и Адамай одновременно закрыли глаза.       — И что же за незваные гости пришли ко мне, владыке Катропата?..       Пора узнать, на что способны они на деле.              Договорить приветствие одержимому не дали: Адамай тут же выплюнул огонь. Промазал — но Юго успел несколько раз выстрелить энергией туда, куда переместился одержимый.       Один, кажется, даже задел плащ. К ору жертвы Омбраж Юго не прислушивался.       Его историю он всё ещё помнил. Страж влюбился в демоницу. И если в детстве у короля элиатропов было скорее сочувствие…       … сейчас он, гори всё чёрным огнём, слишком хорошо знал, к чему это всё приведёт. И что следом Омбраж оказалась у Рубилакса. Хорош же был страж…       — Хотите поиграть со мной?.. Поиграем!       Юго нырнул в портал, уворачиваясь от удара когтями. Одновременно — Адамай пытается напасть на одержимого сзади.       Тот закрывается плащом — а элиатроп, кувыркнувшись, успел ударить ногой в живот.       Почти успел.       Аргх… У него плащ из стали, что ли?!       Воздух накалялся. Около Юго уже трещали искры вакфу — но на ярость дракона, что с каждым мигом разгоралась сильнее, скоро начнёт плавиться пол.       Одержимый сделал несколько странных движений — и вокруг взметнулся… туман?       С закрытыми глазами было не понять.       Но видение вакфу оно «замутнило». А ещё — ядом обожгло кожу.       Юго взвыл от боли — но времени не было. Буквально за мгновение до того, как Адамай выплюнул очередной поток пламени, сдобрив его огнём с рук, элиатроп успел выскочить из портала ближе к потолку.       Внизу прогремел взрыв.       «Адамай, ты как?!»       «Сойдёт!.. Проклятье, почему эта дрянь горючая?!»       По крайней мере, «видеть» сейчас легче. Юго ветром разогнал оставшиеся скопления тумана — а следом руки вспыхнули голубым.       Несколько выстрелов, затем обрушиться сверху — одержимый едва-едва, но успел увернуться. Чтобы следом получить от дракона удар в челюсть — и от него уже не увернуться.       Юго переглянулся с Адамаем — из пола разом выстрелили путы вакфу, приковывая одержимого. Следом Ад наложил на него заклинание немоты и слепоты — и только тогда они смогли выдохнуть и открыть глаза.       — Слишком быстро, — пробормотал он. — Что-то не так.       — В тот раз тоже у нас никто не покалечился, — возразил Юго. — Хотя я не помню, как победили… А у одержимого меньше сил, чем у самой демоницы.       Адамай снова скептично качнул головой, но что-то ещё говорить не стал. На то, как он следом пнул одержимого под рёбра, элиатроп только задумчиво хмыкнул. Смысла в этом действии определённо не было, но хоть немного ярость брата усмирило.       Демоны достаточно оберегают свой сосуд, чтобы сейчас стражу ничем особым это не угрожало. А даже если и так… хуже, чем после нескольких лет одержимости, один пинок не сделает.       Да и не Юго вещать о благородстве к поверженному врагу. Слишком много сам сотворил.       Вещать и желания, в общем-то, не было. Сам бы добавил сверху — вот только ничем не поможет.       — Надо с ней что-то делать…       — Шею свернуть — и конец истории! — глаза дракона вспыхнули голубым. Он наклонился прямо над прикованной рукой одержимого, всё ещё судорожно извивавшегося, и оскалился. — Или тебя лучше сразу разорвать, Омбраж?..       В том, что Адамай, если ему дать волю, всё это исполнит, сомнений у элиатропа не было. Разве что вопросы, как он собирается выбирать.       От следующего взвизга у Юго даже заложило уши. Он поморщился: за столько лет уже забыл, как порой бьёт голос демонов.       — Что?! Я верхновная жрица ночи, демоница пяти элементов на службе!..       — На службе Рушу, из которого, Голтард мне свидетель, даже коврик для ног паршивый, — «скучающе» отозвался Юго. Сам он верховным демоном в таком качестве не пользовался, но вот полубог-иоп отзывался вполне определённо. На деле он больше был настороже, чем пытался взбесить шушу. Как она отреагирует? — А мы — близнецы из рода Элиатроп и Дракона. Лучше заткнись, пока от тебя голова болеть не начала.       Аргх. Как много бед будет из-за одного маленького кольца. Из-за одной мстительной дуры!.. Юго с шумом выдохнул, пытаясь успокоиться. Адамай этого делать определённо не желал, напротив черпая сейчас в злости своеобразную силу, а вместе им злиться слишком опасно. Сначала надо быть обоим уверенными, что контролируют свои силы.       Просьбу исполнять Омбраж не пожелала, и элиатроп постарался абстрагироваться от её обещаний то кары, то подкупа. Хотя, может, сразу на себя заклинание глухоты наложить?.. Адамай так точно уже над этим подумал: слух у близнеца был чувствительнее.       Говорить дальше пришлось наполовину по связи, чтобы слова не потерялись в шуме.       — Адамай, есть проблема. Чтобы прикончить, надо освободить.       — А то я не знаю!.. — Адамай сейчас находился в гибридном обличье, и от его оскала в другой ситуации даже Юго бы стало неуютно. Но сейчас — лишь устало подумалось, что, видимо, и у близнеца свои способы контролировать злость в вот таком полупроявлении. — Жаль, вместе с кольцом просто не уничтожить…       — Вот именно. Адамай, битву с освободившейся Омбраж мы… вряд ли вытянем, — со скрипом признал Юго. Одержимый был объективно не настолько силён, насколько элиатроп успел подумать, разобрались с ним быстро — и всё равно не обошлось без пары проблем. Руки всё ещё горели от ядовитого облака, а Адамай буквально дымился и наполовину был в копоти. Прежде, чем тот успел что-то возразить, элиатроп продолжил: — Если её освобождать — то разбираться с ней сразу с концами. Мы и в тот раз сделали это… не без проблем.       Демоницу загоняли в угол много лет. Можно было бы быстрее, но у элиатропов была надежда, что одержимых можно спасти, так что их старались в первую очередь захватывать, а не убивать. Увы, дурную шутку в последнем бою сыграло не это. Слишком большое стечение обстоятельств.       Объективно Омбраж была куда слабее что Юго, что Адамая, и даже сейчас они бы могли рискнуть и сразиться. Вот только шушу была крайне увёртливой. Будь сейчас близнецы в полной силе, это бы не стало проблемой, что с ней делать, они теперь знали. Но сейчас ещё торопиться не стоило.       — Загнать в барьер, а там прикончим, — коротко рыкнул Адамай.       — Барьер возвести ещё время надо, — поморщился Юго. — Я без рун сейчас не сделаю, а это на несколько часов работы. В лучшем случае, если я в принципе сумею. К тому же ты не сможешь разом сражаться и защищать себя, лучше калекой не становиться.       Они могли, скорее всего, одолеть Омбраж и сейчас. Возможно, что даже без проблем.       Возможно.       А им нужны были гарантии. Демоница пока заточена, она не основная проблема, сколько бы бед в будущем не принесла — бой с ней можно отложить. Юго с братом же в свою очередь надо быть в как можно лучшей форме к сражению с Ноксом…       … и Юго, кажется, начал думать как Гругал. Тц. Но в какой-то степени старый дракон всё же был прав.       — Хмф, — Адамай недовольно фыркнул и стянул с одержимого кольцо. Омбраж снова заорала, и Юго снова всерьёз задумался над заклинанием глухоты: близнец явно уже им воспользовался и с Юго разговаривал в первую очередь по связи. — Ну и что… — он подкинул кольцо в воздух и поймал, — предлагаешь делать?       — Пока не знаю, но здесь и сейчас сражаться — не вариант, — элиатроп бросил взгляд на стража Омбраж. Уже определённо бывшего: оставлять демоницу ему в любом случае нельзя. Её магия снаружи стала рассеиваться, вопрос пары минут, когда и сам страж придёт в себя из обморока, вызванного снятием одержимости. Или сюда примерно в то же время уже ворвутся люди. Лучше б ему до той поры очнуться, как бы народ самосуд не устроил…       Иопа было отчасти жаль. В этом и беда наследственный стражей шушу: слишком часто демоны одерживали вверх над потомками тех, кто их заточил. Предки этого, как смутно припоминал Юго, были вампирами на самом деле, но в какой-то момент род владык Катропата стал человеческим. Забавно, что Омбраж в какой-то мере вернула к истокам…       — Я эту дрянь к Гругалу не потащу!..       — А здесь рисковать хочешь?       — … Тц, нет. Но всё равно!..       — А если где-то во внешнем мире спрячем, как думаешь, она через сколько лет сбежит?!       — Аргх, ну почему нельзя просто уничтожить сосуд…       Юго чувствовал, что Адамай уже в принципе признал то, что здесь и сейчас сражаться с лично демоницей не стоит. Но вот остальное…       Щёлк.       Элиатроп вздрогнул и заозирался.       — Что такое? — мигом насторожился близнец, забыв разногласия.       — Ты не слышал? Как щёлкнуло что-то, — Юго озадаченно потёр уши. —Как… Как стрелка часов.       Последние слова он закончил еле слышно.       Сейчас с часами ассоциировался только один человек.       — Сам ведь заметил явно, я себя оглушил, лишь бы её не слышать… — Адамай бросил взгляд на Омбраж, сжал кольцо в кулак (новый крик был куда глуше и не таким долгим), а следом «стряхнул» с себя чары. — Ты точно уверен?..       — Нет… — элиатроп прикусил губу. На первый взгляд в видении вакфу всё было спокойно. Да, скоро до замка добегут местные жители, но ещё пара минут есть, а насчёт стража пока можно было не волноваться.       Щёлк. И снова — будто стрелка часов чуть повернулась.       Ненамного, но…       — Юго, время!.. — полузадушенно выдохнул Адамай — и элиатроп понял и сам.       Время.       Треклятое время.       Вот почему страж всё ещё не очнулся. А местные жители не добежали.       И как только не заметил. В видении вакфу всё равно ведь можно понять.       Они ведь двигаются так, как двигаются для бега. Но едва переставляют ноги.       И птицы с летучими мышами снаружи. Если б летали так — давно бы упали.       Кто-то замедлил время во всей округе, кроме как для самих Юго и Адамая.       Щёлк.       Теперь элиатроп замечал, как потоки вакфу постепенно замедляют свой ход. Дурак… Искал заклинания — а это даже и не заметил!       Несколько «ручейков» начало перекручиваться. Довольно быстро для общего течения — и одновременно сильнее замедлялось всё снаружи.       Будь он с братом обычными людьми, уже бы застыли. А так — лишь немного «увязли», и то лишь потому что знали.       Иначе бы даже не заметили, что что-то не так.       — Юго, это телепортация! — вскрикнул Ад, глядя прямо на «ручейки» — и следом элиатроп мгновенно узнал формирующиеся чары сам.       В горле пересохло.       Он не глядя нашарил в кармане осколок — и быстро, так быстро, как только мог в этом «болоте», создал портал. Прошмыгнул туда Адамай — Юго замешкался лишь на мгновение.       Щёлк.       Но оба ещё успели ощутить, как время за спиной загустевает всё больше — и в буквально паре каметров от них со скрежещущим смехом появляется человек.       — Так-так… И кто же у нас тут такой шустрый?..       Портал мгновенно закрылся. Миг голубых «коридоров» — их выбросило на каком-то из берегов Ома.       У… успели?.. Юго заозирался, про видение вакфу даже не вспомнил. Адамая, сидящего рядом, трясло — и элиатроп сам понял, что у него подрагивают руки.       — Как он нас?.. — хрипло выдохнул элиатроп. Дракон заторможено качнул головой и подобрал колени к себе.       — Потому что Гругал и ты были правы… Он действительно следит своими ноксинами за Миром Двенадцати. За всем, Дракон задери, Миром Двенадцати! — он запрокинул голову и истерически расхохотался. — И пришёл проверить, кто вакфу там излучает столько!..       А это значит… Юго сглотнул.       … что едва только он или Адамай появятся сравнительно близко от ноксинов — часовщик придёт.       Снова.       На мгновение показалось, будто его рука всё же успела схватить Юго, и пальцы железной хваткой сомкнулись на плече.              

***

             Юго считал, что Адамай не сдерживается? Ха-ха… Будь дело действительно так — вокруг Ома бы не дожди шли, а сплошные шторма.       Злость копилась, лёгкие «покусывания» друг друга с близнецом не помогали, а тот, кажется, вовсе ничего не замечал, утонув в себе. Адамаю оставалось только стиснуть зубы и пытаться управиться с эмоциями самому, надеясь, что если всё же не успеет, то выплеснутся они не сильно. Не так, как это чаще всего бывало.       Злость на Юго, на Гругала, на себя была уже слишком привычная. Юго — что тот слишком застревает в прошлом и ничего вокруг не замечает, разве что сокрушается с завидной частотой. Гругала — что желает умереть и за отношение к внешнему миру. Себя… что в принципе осмеливается злиться на братьев.       Когда выяснилось, что Омбраж нашла себе несчастного для одержимости, так удобно оказалось пусть и ненадолго, но всё перенаправить на неё. Счёты к демонице у дракона и впрямь были изрядные в любом случае.       Вот только кое-что оказалось сильнее злости. Достаточно, чтобы, пусть и вряд ли надолго, изгнать её без следа из души Адамая.       Страх.       Когда к ним телепортировался Гругал, белый дракон не смог сдержать облегчённый выдох.       Щёлканье, как немного заклинившая стрелка сдвигается на одно деление.       Время уже замедлено до какого-то болота. И каждое движение требует в раза полтора больше сил.       Попытаться «вырваться», разорвать чары, освободиться от их влияния целиком — и увязнуть.       Слишком шустро сплетается магия, что перенесёт самого часовщика.       И хриплый смех в спину.       Если б Нокс добрался до Юго…       — Гругалорагран рад, что вы вернулись, младшие братья… — медленно и задумчиво проговорил он, чаще «посматривая» слепыми глазами на Адамая, — хотя и хотел бы знать, что случилось и зачем вам заточённый демон?       Только сейчас дракон понял, что всё ещё сжимает кулак. Кое-как его получилось разжать — Омбраж попыталась было что-то негромко вякнуть, но пальцы едва ли не сами собой сжались обратно. До хруста.       — Долгая история, — стараясь унять дрожь в голосе, ответил Адамай. — Эта шушу в том времени много что сдела… Юго!       Близнец начал оседать на пол, и дракон едва успел помочь ему опереться. Напряжённо он всмотрелся в бледное, покрытое испариной лицо элиатропа.       — Всё нормально… — пробормотал Юго. Вот только — едва слышно, себе под нос. — Просто чуть… перенапрягся.       Ноги у него дрогнули, на мгновение на Адамая навалилась вся тяжесть брата — Богиня и Дракон, вот вроде носится что ветер, а не пушинка!.. — и дракон от неожиданности охнул.       — Нормально?!       Юго быстро заморгал, будто перед глазами у него встала какая-то пелена, а затем тряхнул головой. Гругал тем временем, тревожно вздохнув, присел перед элиатропом: в человеческом облике наставник всё ещё был высок. Юго схватился и за него, и на мгновение перед этим дракон снова ощутил на себе весь его вес.       Он тревожно вгляделся в лицо близнеца, сам не зная, что именно хочет там найти, и в вакфу. Последняя дала ответ больше — Юго исчерпал себя сильнее, чем после самой долгой тренировки.       А он, когда было настроение, после них пластом лежал!       — Он тебя достал?! — едва не вскрикнул белый дракон, лишь чудом сумев сделать это достаточно тихо: брат поморщился на громкое начало, как от боли.       Проклятье, если б только сам Адамай был расторопнее!..       — Кто достал, Адамай? — уточнил Гругал. — И что произошло с младшими братьями? Гругалорагран не может запретить вам путешествовать наружу, но если Юго так истощила телепортация…       — Не… Нет, — заплетающимся языком выдавил элиатроп. — Не совсем…И, Ад, не достал…       Юго снова покачнулся, на этот раз уже едва не упав, и Адамай едва успел его перехватить, чтобы удержать. В глазах на мгновение помутнело — почему, не настолько тяжёлый всё же, и сам Адамай не так истощён!.. — и если б Гругал не забрал Юго себе на руки, то упали бы уже оба.       Белый дракон с благодарностью посмотрел на наставника, на едва не мгновение забыв, что тот не может видеть.       — Спасибо, Гругал.       — Ему несложно, — качнул головой чёрный дракон, легко удерживая Юго на руках — даром что элиатроп хоть и был всё ещё мальчишкой внешне, но уже отнюдь не таким мелким, как два года назад, когда только прибыл на Ома. Он ещё пару мгновений пытался удержать глаза открытыми, но в итоге не выдержал. Но с обмороком-сном пока ещё боролся. — Так что случилось? Гругалорагран может чем-то помочь?       — Магия времени… — Говорил близнец так тихо, что Адамай слышал только за счёт драконьего слуха. — Из высших, хорошо ещё тонким слоем… На телепортацию ушла вакфу осколка, а вот преодолевать её пришлось самому, вот и…       — Ты же вечно на грани истощения ходишь… — едва не застонал Адамай, наконец сообразив. Юго при всём своём поверхностном отношении к тренировкам всё же умудрялся постоянно находить возможность выплеснуть немного больше вакфу, чем надо. За счёт этого потихоньку рос — но и на магию такое влияло. — Но ты ведь там ещё вроде не…       Дракон осёкся. Сейчас, когда руки близнеца безвольно повисли, рукава куртки уже не скрывали запястий. И кое-что, случайно замеченное на них, Адамаю крайне не понравилось.       Он подошёл и задрал рукав до локтя.       Затем — подлез, проверив другую руку. На ногах было легче, штаны Юго предпочитал свободные.       Адамай скрипнул зубами, а на мгновение в сердце снова вспыхнула привычная злость. Только направленная уже на богов.       Сволочи лицемерные!.. Так им, по словам Харебурга, повтор прежней судьбы Юго нужен?!       Как он, по их мнению, должен справиться?!       И будто им мало было того, что они забрали ещё тогда!!!       — Может Гругалорагран узнать, что делает Адамай?..       — Меня на предмет использования вместо плюшевой игрушки оценивает, — немного завозился Юго на руках дракона. Было слышно, что со сном он борется уже с трудом.       На шутку Адамай внимания не обратил.       — Треклятые кандалы… Гругал, я потом объясню, — торопливо пообещал он, кое-как заставив себя с шумом выдохнуть. Полегчало. Но ненамного. — Сейчас Юго надо отдохнуть как следует.       И снова бросил взгляд на близнеца.       Двенадцать ожогов, по форме напоминающих браслеты. По три на каждой конечности, у каждого — свой узор. Каждый — соответствует своему божеству.       Дракон скрипнул зубами. Он ещё раньше, в той жизни, не понимал, как Юго сумел согласиться на это. Понимал, почему — но не мог понять, как. Не мог понять и до сих пор — если только не думать, конечно, что он как-то сумел предвидеть, что случится на самом деле.       Близнеца тогда, после окончания новой войны с некромами, когда пантеон стабилизировался после «замен», поставили перед выбором. Или он покидает планы смертных и ищет себе обитель средь Астрального Плана хоть и в Инглориуме даже.       Или лишается, по сути, всей своей магии. Целиком.       Адамай не знал, в какие именно слова это всё облёк пантеон, знал только результат, когда из заап, только чудом не ставших для Юго последними сотворёнными, почти что вывалился под ноги истощённый брат.       Кандалы действовали только в Мире Двенадцати, целиком запечатать силу боги не смогли. Сказали, что якобы и не хотели. За его пределами Юго её сохранил, но вот покинуть сам, без чужой помощи, уже и не мог. Да и на самой планете в итоге постепенно по каплям магия снова стала просачиваться… Но те практически два десятилетия Адамай едва ли забудет.       Близнец напоминал тень от самого себя. И даже когда выяснилось, что всё же боги не смогли справиться с задачей до конца и силы примерно как у обычного элиатропа Юго сможет использовать, если постарается, снова прийти в себя он так и не смог.       А следом уже и решили покинуть Мир Двенадцати.       Понять богов Адамай тоже мог: приятного мало, когда среди тех, кто под твоим присмотром, бродит кто-то непредсказуемый и достаточно сильный. Вот только Юго был не единственный, кто мог бы причинить проблем. Но остальных было уже не так легко шантажировать.       Понять мог. Простить — нет.       — По крайней мере, в этой жизни они работают как-то иначе… — пробормотал дракон. Сейчас ожоги на коже брата уже тускнели, и Юго в принципе пробудил магию и использовал её. Будь всё по-прежнему, он даже не смог бы. Понять бы границу той силы, когда они активируются. Что-то подсказывало дракону, что это не последний раз.       Треклятая Дюжина. Если так рассчитывают на Юго — зачем это?!       Будто брату мало всего остального!..       — Гругалорагран ничего не понимает и смеет надеяться, что младшие братья потом расскажут ему, — вздохнул тем временем старый дракон. В голосе сквозили смирение и обречённость, и Адамая кольнул стыд. — И ещё… Гругалорагран хотел бы напомнить Адамаю, что шушу самое место в их родном пекле. Гругалорагран бы на месте Адамая отправил демона туда… пусть и более коротким способом.       Кольцо в всё ещё сжатой руке похолодело, и дракон поморщился. Прикончить бы Омбраж прямо сейчас…       — Целиком с тобой согласен. Но сперва, — Адамай качнул головой, — надо будет позаботиться о Юго.       Какое-то невнятное «ага» от близнеца — и следом тот на руках Гругала окончательно обмяк. Почувствовал, что это всё же был сон, белый дракон облегчённо выдохнул.       А с Омбраж надо будет следом разобраться. Не сейчас, но как только смогут.       А до тех пор без присмотра её оставлять нельзя… Аргх.