Гарри Поттер и Великолепный век

Она проснулась в совершенно незнакомом месте. Комнату и домом-то трудно было назвать — скорее полуразвалившийся сарай. Сквозь щели в стенах пробивался утренний свет, а снаружи доносились мужские голоса — громкие, быстрой речью, на языке, которого она не понимала. Голова была пуста. Что это за место? Как я здесь оказалась? Меня похитили?.. Дверь со скрипом распахнулась, и в комнату вошла женщина — полная, с усталым, но не злым лицом. На ней было длинное платье, а волосы скрывал плотный платок. Только тёмные брови говорили о том, что она, скорее всего, брюнетка. В руках она держала поднос с едой. — Проснулась уже? — бодро спросила она с восточным акцентом. — Как себя чувствуешь? — Где я?.. — В самом сердце Османской империи — в Стамбуле. — Что?.. Турция?.. Но как?.. Кто вы такие? — Тебя привезли корсары, — сказала женщина, будто гордясь этим. — Фарук сказал, что ты англичанка. Само небо, говорит, привело тебя к ним. Красавица ты редкая! Они-то в Испанию собирались, да шторм занёс их в Англию. Фарук нашёл тебя в лесу — без сознания лежала. Даже на корабле не просыпалась. Хорошая ты, спокойная. А то обычно девушки визжат, плачут, из корабля выпрыгивают. А ты — тихая, словно и не живая. Она поставила поднос рядом и протянула чашу с тёплым напитком. — На, выпей отвара. На ноги поставит. Тебя как зовут-то? Девушка растерянно посмотрела на неё. — Я… я… меня зовут… — губы дрожали, но ни одного имени не приходило в голову. — Что, и имя своё не помнишь? — женщина подняла брови. — Ну, может, и к лучшему. Всё равно пришлось бы забыть — семьи-то у тебя больше нет, не увидишь ты её. А имя тебе новое дадут. Так даже проще. Она усмехнулась. — А то наслушаешься одно и то же: “отправьте меня домой”, “мы вас озолотим”, — передразнила она высоким голосом. — Не понимают, что счастье своё встретили. Мы ведь их не на рынок везём, а во дворец. Надеюсь, хоть ты спокойная. Раз имени нет — я дам тебе его сама. Будешь… Хедие. На нашем языке это значит “подарок”. — Что вы несёте? — тихо произнесла девушка. — Какой ещё подарок? Вы… вы украли меня? Вы сделали так, чтобы я ничего не помнила? Кто вы такие?! Что вам нужно?! — голос её сорвался на крик. Она вскочила, бросилась к двери и дёрнула за ручку, но та оказалась заперта. — Выпустите! Вы слышите? Выпустите меня! Женщина медленно поднялась со стула. — Со “спокойной”, видимо, я поторопилась, — холодно сказала она. — Но ничего, привыкну и к твоим истерикам. Запомни: меня зовут Дайе Хатун. Так ты должна ко мне обращаться. И при встрече кланяться. Остальные правила я объясню позже. — Никогда! — выкрикнула Хедие. — Я сбегу, слышите?! Сбегу! Она прижалась к двери, чувствуя, как силы покидают тело. Дайе постучала трижды. Замок щёлкнул, и в комнату вошёл высокий, смуглый мужчина с мягкими, но внимательными глазами. — Фарук, сынок, — сказала женщина, — эта девушка собирается сбежать. — И, не дожидаясь ответа, вышла. Фарук остался стоять, не сводя взгляда с Хедие. — Сбежать, да? — его голос был спокойным, почти насмешливым. — А куда ты пойдёшь? Я ведь нашёл тебя в лесу — ты убегала от людей, которые хотели тебя убить. Забыла? Я спас тебя и привёз сюда. А ты даже “спасибо” не сказала. Он подошёл ближе, поддержал её за локоть и усадил обратно на кровать. — Поешь. Тебе нужны силы. Кстати… кто были те, что гнались за тобой? — О чём ты? — устало выдохнула она. — Уже неважно. Поешь — тебе станет легче. И не думай о побеге. Здесь повсюду охрана, и девушке одной по городу ходить нельзя. Украдут. И поверь, не факт, что другие будут такими же добрыми, как мы. — Что вам от меня нужно?.. — Для начала — чтобы ты поела и легла спать, — сказал он и вышел, заперев дверь. Хедие долго смотрела на поднос. От еды исходил аромат восточных специй, и, несмотря на страх, желудок предательски сжался. Она взяла ложку и попробовала плов. Это было, пожалуй, самое вкусное, что она когда-либо ела.