Someone special

      Как бы унизительно ни было признавать реальность, но Вегасу придётся открыть этому бедолаге глаза. Тем более, пока он шёл сюда от лифта, в его голове успел родиться план мести. Сейчас ему придется сыграть роль жилетки для слёз или, на крайний случай, плеча, на котором можно поплакать… Но Вегас решил и не отступится. — Что-то случилось, Кхун Вегас? — Пит быстро смахивает капли слёз со щек. — Сейчас у меня слишком мало времени на объяснения. Но через час у нас обед. Если согласитесь встретиться со мной, скажем, в ресторане «Mermaid» в двух кварталах отсюда — обещаю, не пожалеете. У меня есть очень важная информация. Она касается нас четверых.       Пит напрягает лоб и с сомнением спрашивает: — Четверых?.. — Да. Вас, Кинна, меня и моего мужа. — Э-э… даже не знаю. Кинн тоже хотел поговорить со мной.       Вегас едва сдерживает ухмылку: сколько бы презрения он ни питал к Кинну, сейчас никак нельзя позволять эмоциям одолеть разум. — Уверяю вас, Кхун Пит: то, что я хочу сказать, будет гораздо интереснее и ценнее. Так что? Я могу забронировать столик на бизнес-ланч? — Ну ладно… — Вы на машине? — Да. И я знаю, где это. — Отлично. Буду ждать вас в два часа дня.       Пит кивает, крепче сжимая в руке свой «подарок» мужу.       Какой же ты подонок, Кинн… Такого грех не проучить. Жаль только этого мальчика. Но…

***

      Вегас помнит, как впервые привёл в «Mermaid» Порша. Муж был в восторге от греческий кухни, заказав все возможные рыбные блюда и сувлаки. Шеф-повар — коренной критянин, из семьи потомственеых рестораторов, так что знает толк в своем ремесле.       А сегодня напротив него, бледный и трепещущий, сидит Пит. — Угощайтесь, Пит. Я рискнул сделать заказ на свой выбор, надеюсь, греческая кухня не разочарует вас. И белое вино тоже. — Спасибо, — Пит делает пару глотков воды без газа, — но мы можем перейти к делу? О чем вы хотели поговорить?       Вегас прищуривается и вдруг спрашивает: — Сколько вам лет, Пит?       Пит кажется смущённым. Теребя тканевую салфетку на коленях, он тихо отвечает: — Двадцать три… Но какое это имеет отношение к тому, что вы хотели обсудить?       Двадцать три?.. Зачем ты испортил это дитя, Кинн? И продолжаешь поганить ему жизнь. — Вот как? — Вегас едва заметно кривит губы. — Выходит, когда Кинн вступил с вами в брак, вам был всего двадцать один год?       Сейчас Кинну тридцать три, он на три года старше самого Вегаса, но почему-то последний никак не ожидал, что у него настолько юный муж. Поршу тоже тридцать, как и Вегасу, и в этом смысле у него всегда было ощущение, что они на равных. — Да. Но я не понимаю… — Твой муж, Пит, спит с моим мужем. И уже давно, — Вегас решает выдать всё в лоб. — И, полагаю, нам будет проще сейчас разговаривать, если мы опустим формальности. Ты ведь не против? — Это неправда! — чуть громче приличного восклицает Пит, но затем краснет и опускает взгляд, тихо вторя самому себе: — Неправда. Вы лжёте. Не знаю, что могло произойти между вами и моим мужем, но вы клевещете на него.       Вегас ожидал подобной реакции. И, конечно, теперь вдобавок ко всему пришлось сделать скидку на возраст. — Две недели тому назад, пятница, девять вечера. Прошлая среда, Кинн ведь ночевал в офисе «так как на работе завал»? Три дня тому назад, «внезапное совещание» в одиннадцать ночи. Всё верно?       И всё-таки у Вегаса ёкает сердце. Пит без стыда льет слёзы, закрыв лицо руками.       Эй, ну что ты, мальчик, не надо. Да, не повезло. Вышел замуж за такого подлеца. Но разве слезами тут поможешь? — И командировка, в которую он летит на следующие пять дней, это, как ты понимаешь, совсем не деловая поездка. Полагаю, продолжать список его похождений не требуется? — Вегас с шумом выдыхает и делает глоток белого вина. — Он… — Пит всё ещё глотает слёзы, — он всегда говорит, что у него много работы, я всегда доверял ему… — эмоции опять берут верх, новый приступ слёз мешает Питу говорить. — Пит. Послушай. У тебя сейчас два пути: либо продолжать терпеть подобное отношение к себе и рыдать над своим подарком Кинну — куда ты там купил тур, в горы?       Пит кивает, не отнимая дрожащих ладоней от лица. — Так вот. Это первый путь. Но есть другой вариант, Пит.       Пит, наконец, осмеливается посмотреть на него — кончик носа распух красным, на ресницах блестят слезы — ну просто обнять его и утешить. Но Вегас решает приберечь сантименты. — Какой? — Проучить их обоих. И Кинна. И моего Порша.       Моего. Вегас чуть не давится смешком. Какой уж ты "мой", Порш… — Что вы имеете в виду? — сквозь патетическую бледность на лице Пита проступает краска. — Вы предлагаете мне встретиться с вами в отеле, чтобы отомстить?       Вегасу приходится сделать ещё один глоток вина. Из какого пансиона благородных мальчиков тебя выпустили, Пит? Или, скорее, из монастыря?       И хотя Пит не далек от стратегии Вегаса, план, родившийся в его голове, куда интереснее. — Я куплю у тебя билет Кинна и оплачу все расходы на курорте. Давай полетим в горы вместе?       О.       Брови Вегаса взмывают вверх, когда Пит вскакивает на ноги и возмущенным тоном принимается отчитывать его как школьника: — Что вы себе позволяете, Кхун Вегас? Как вам только в голову могло прийти подобное? Если даже… если даже то, что вы рассказали о Кинне и вашем муже правда, это не даёт вам прав… — Это не даёт мне право поквитаться с предателями? Да и потом, что в моём предложении сильно возмутило тебя? Я предлагаю тебе полететь вместо Кинна, а не проводить романтические вечера среди заснеженных вершин, занимаясь любовью под треск поленьев в камине. Ты ведь так себе представлял ваши Рождественские каникулы с Кинном? А вместо этого они с Поршем будут трахаться как кролики на всех горизонтальных и вертикальных поверхностях. Да-да, Пит, не отводи взгляд. Именно так и будет, уж я-то своего Порша знаю. Да и с Кинном знаком всю жизнь. Ну а ты в это время покорно сложишь ручки на коленочках и будешь ждать возвращения своего ненаглядного муженька. Отличная перспектива, — Вегас саркастически поднимает палец вверх и улыбается со сжатыми губами. — Как вам только не стыдно.       Не прекращая смахивать слезы с лица, Пит быстро покидает заведение. А Вегас снова отхлебывает из бокала, оплачивает нетронутый обед, оставляя чаевые, и тоже уходит из ресторана.