Someone special

— Порш, — губы Вегаса касаются задней стороны шеи мужа, ладони скользят по животу, — Порш, я соскучился… — Вегас, — стройный и обворожительно красивый Порш, улыбаясь сжатыми губами, аккуратно освобождается из объятий мужа. — Не сейчас. У меня встреча с клиентом. Помнёшь рубашку. — К чёрту твоих клиентов! — Вегас опять хватает своего мужа. — К чёрту твою работу! Давно говорил — я в состоянии обеспечивать нас обоих. — Нет-нет, — сладко щебечет Порш, — игриво задевая изящными пальцами острые скулы Вегаса. — Мы изначально договорились — я не стану сидеть в золотой клетке. Так что — увидимся позже, милый, — последнее Порш произносит с едва уловимыми нотами иронии.       Вегас хмурится и втягивает носом терпкий аромат парфюма Порша. — Обязательно так душится для клиентов? — Мой муж — известный бизнесмен. А я, — Порш кокетливо склоняет голову набок, — его золотая визитная карточка. — Ты должен принадлежать только мне. Как и твой аромат, — скалится Вегас.       Порш, закончив крутиться перед зеркалом, делает томным взгляд и, согнув длинную ногу в колене, соблазняюще ведёт ею по ноге Вегаса. — Ты это специально? Чтобы я точно никуда тебя не отпустил? — заводится Вегас.       Порш убирает ногу, подходит к нему и шепчет на ухо, задевая горячими губами мочку: — Увидимся, муж.       Вегас рычит, но Порша уже и след простыл. А затем мужчина садится в кресло возле туалетного столика Порша. Там куча разных уходовых средств и флаконов с парфюмом. Вегас смотрит на своё отражение, освещённое лампами по периметру зеркала.       Вегас Корнвит Тирапаньякун. Тридцать лет. Бизнес-партнёр своего двоюродного брата Кинна. Когда их отцы ушли на покой, передав «Тирапаньякун-Банк» своим сыновьям, Вегас и Кинн решили управлять им на равных и делить всё — успехи и поражения. Но Вегас никак не предполагал, что ему придётся делить с Кинном мужа. Кинн тоже женат. Кажется, Вегас несколько раз встречался с его мужем на корпоративных мероприятиях. Но сейчас даже не вспомнит, как тот выглядит.       Всё началось несколько месяцев тому назад. У Вегаса нет никаких реальных доказательств, но их взгляды, когда Порш бывает у него на работе и «случайно» пересекается с Кинном, несколько случаев, когда Вегас улавливал на коже мужа парфюм своего бизнес-партнёра и странные переписки заполночь, когда Порш думает, что муж спит… Всё это давно наводит Вегаса на гложущую изнутри мысль: Кинн и Порш спят друг с другом.       Вегас достаёт телефон, включает специальноое приложение и задумчиво произносит вслух: — Что же за клиент ждёт тебя в девять вечера в пятизвездочном отеле, Порш? Хоть бы геолокацию отключал, чтобы не травить мне душу.       Порш по собственному желанию выбрал работать, а не сидеть дома «на шее обеспеченного мужа». Он занимается организацией VIP-туров по стране и за её пределами.       Вегас знает, что ведёт себя отчаянно глупо и делать этого сейчас никак нельзя, но он набирает Кинна. Включается голосовая почта. — Ну-ну, ты тоже в режиме «не беспокоить» сейчас. Чёрт! — Вегас стучит по краю туалетного столика Порша. — Ты ведь женат, Кинн, какого хрена… мы кузены, у нас бизнес, а мне придётся, если получу доказательства, бить тебе морду из-за моего мужчины?

***

— И как это понимать, Порш?       За неделю до Рождества Вегас в недоумении смотрит на Порша, пакующего свой чемодан Louis Vuitton. — Слушай, такой сложный клиент попался. Но денег — как у дурака фантиков, — начинает тараторить Порш с обворожительной улыбкой, перед которой чертовски трудно устоять. — Настаивает, чтобы я лично показал ему весь маршрут, если ему понравится — купит тур на семью из четырех человек! Это буквально пять дней, милый, и я — твой. Договорились? — Скоро Рождество, Порш. — Как раз к нему и вернусь. Ну, что ты приуныл? — Порш обнимает его за шею и быстро целует в губы. — Ах, я тоже буду скучать, — Порш отстраняется и возвращается к чемодану. — Пять дней пролетят незаметно. Ваш банк закрывает финансовый год. Ты же сам на работе будешь пропадать, верно? — Угу. — Ну вот, — обоими лисьими глазами подмигивает ему Порш.       Как мило. И Кинн летит в командировку. И тоже на пять дней. Мило. Мило…

***

— Кинн, прошу тебя, не поступай так со мной… — Боже, Пит, это работа, моя работа, как ты не можешь понять?! Хотя, действительно, что ты вообще можешь понять? Ты же не работаешь.       Вегас понимает, что не вовремя, совсем не вовремя заглянул в кабинет Кинна без стука. Секретаря не было на месте, некому было предупредить, что Кинн сейчас со своим мужем. — Я так надеялся на эту поездку, ты ведь давно хотел в горы на Рождество. Это был мой подарок… — Пит, — Кинн смягчает голос и приобнимает мужа за плечи. — Я понимаю, ты расстроен, но…       Кинн наконец-то замечает смущённо стоящего в дверях Вегаса, который почему-то не посчитал нужным хотя бы из вежливости покашлять. — Э-э, Вегас? — Извини, Кинн, — Пит оглядывается и Вегас здоровается с ним, — Кхун Пит, простите, что ворвался вот так, но там подъехали инвесторы, они ждут нас. — Сейчас буду, — Кинн убирает руки от стоящего с бледным лицом Пита. — Подожди меня здесь, раз уж дома тебе не сиделось, идёт? Полчаса и мы договорим.       Они выходят, но Вегас делает вид, что забыл документы в своем кабинете, так что Кинн спускается на лифте один. А его бизнес-партнёр тем временем возвращается совсем не в своей кабинет. — Кхун Пит?       Стоящий у окна Пит оборачивается к нему и в недоумении хлопает глазами с красными прожилками. В руке зажаты буклет в снежном оформлении и конверт.       Симпатичный, милое круглое личико с ямочками и завитки чёрных волос за маленьким ушами. Но ничего особенного. И, конечно, до ослепительной красоты Порша далеко. — Да, Кхун Вегас… — Не пугайтесь. Есть разговор. Думаю, вам будет полезно кое-что знать…       Что ж, Кинн. Ничего личного. Только бизнес.