Бог грома

Глава 18. Пучина отчаяния. Часть 3. Беллатор собирается покончить с Люцифером и заносит руку, но оказывается слабее клише со спасением в последний момент и его сметает волна. Назарик начал действовать. Аинз в сопровождении Девероны и подчинённых, среди которых засветились трое с восьмого этажа. Седой и крайне мускулистый брахман с каменными руками, плитой с письменами в половину роста и татуировками по всему телу — «Лорд Несокрушимой Скалы Ива». Женщина в чешуйчатом платье с огромной арфой и конечностями из воды от икроножных мышц и локтей — «Владычица Бушующих Морей Нереида». Жрица Мико с каштановыми волосами, завязанными в хвост и сиреневыми глазами, наложила на группу баффы, используя навык класса, сравнимого по редкости с «Затмение» и «Громовержец». Ива эмоционально хвалит Люцифера за его старания, раздражая всех вокруг. На замечание Альбедо тот заявляет, что слышать ушами — одно, а вот, чтобы дошло до самой души, нужно говорить от всего сердца и со всеми эмоциями, как он. Демиург соглашается, воодушивив его, но Нереида отмечает, что это сарказм из-за чего Ива впадает в кратковременную депрессию. Маре приободряет его и получает благодарность, а также статус гнома. В ответ на поправку насчёт расы, Ива заявляет, что важно, кто ты в душе, к недоумению тёмного эльфа. Люцифер не слишком воодушевлён тем, что им приходится полагаться на других, особенно на нежить. Это приводит к небольшой перепалке между ним и стражами Назарика, особенно Шалтир, но Деверона его ставит на место комментарием, что они не справились и причины не важны. Люцифер спрашивает насчёт остальных стражей Аментес и Деверона отвечает, что те переводят дух и заметают следы. Беллатор возвращается. Нереида играет на арфе. «Песнь Моря: Танец Гейзеров» создаёт столбы воды под давлением. Беллатор их в полёте минует и дышит огнём, но Ива легко блокирует атаку каменной стеной, а затем сбивает его самого на землю каменным шквалом. Ива и Нереида со стуком плиты и звуком арфы используют навыки «Зов Земли: Болото» и «Песнь моря: Тюрьма Атлакамани» обездвиживают ноги цели, а затем ещё и заключают в пузыре. Аинз спокойно подходит и касается драгоноида, чтобы истощить его негативной энергией. На сопротивление он просит не упрямиться, чтобы всё закончилось до появления Рубедо, но это, разумеется, не помогает. Беспорядочными волнами электричества и огнём Беллатор уничтожает пузырь, осушает болото и даже ранил бы Аинза, но тот вовремя отпрыгнул, а затем был прикрыт Альбедо. Начинается битва стражей Назарика и Люцифера против Беллатора, где последнего довольно легко сдерживают, атакуя дуэтом и по очереди. Шалтир желает выпендриться, поскольку рядом Аинз и это становится ошибкой. В ответ на лишний удар Беллатор контрударом сносит ей разом четверть здоровья и, словно тряпичной куклой, отбивается, пока ему не сбивают равновесие заблокировавшая удар Альбедо и атаковавшие в ногу и руку Люцифер с Себасом. Деверона наблюдает за битвой, отмечая, что наиболее эффективны атаки Коцита. Готовя второе сверхуровневое заклинание, Аинз даёт команду «сейчас» и Деверона переносит его с Беллатором на выжженное поле, где последний утратил контроль. Аинз успешно активирует заклинание «Негативная зона», распространив негативную энергию на площадь в километр. Растерянный, Беллатор вскоре кидается на Аинза, но поле усеяно различными ловушками. Не только заклинаниями, в отличие от оригинальной версии истории. Драгоноид, получая немало урона от яда, тьмы, ледяных и водных взрывов, а также дебаффы, прорывается и со всей мощью бьёт, однако Аинз оказывается миражом. Беллатор пропускает рассечение реальности со спины. Настоящий Аинз, наблюдая с неба, отмечает, что миражи созданы заклинанием третьего уровня и чуть колеблятся, но Беллатор даже со своими обострёнными чувствами повёлся, чего даже с мобами из игры бы не случилось, но Беллатор вскоре разгадывает трюк и Аинзу приходится вступить в «честный» бой, где он постоянно отступает, использует призывы для отвлечения внимания и как живые щиты, наблюдая за сокращением очков здоровья чрезвычайно сильного, но прямолинейного и глупого противника. Как только значение падает до 15%, Аинз использует расширенную антигравитационную магию, поднимая часть поля битвы высоко в небо. Отвлечённый этим ходом и сиянием звёзд, Беллатор пропускает заклинания тройное усиленное «рассечение реальности» Аинза и «полярный коготь» его только призванного стихийного черепа. Беллатор в бешенстве атакует, но все удары Аинз предугадывает, хоть и многие довольно трудно разглядеть, легко контратакуя. Когда противник внезапно заряжает «Удар Зевса» и «Гальванический шторм», Аинз деактивирует антигравитацию и кулак проходит в сантиметре от головы, а молния выстреливает вдаль и рассеивается. Падая, Аинз использует магию полёта, чтобы корректировать свой курс и, лавируя между кусками земли, устанавливать ловушки. Беллатор, разумеется, попадается на них, получая урон. Призевлившись, Аинз немного волнуется. Маны осталось немного, а Беллатора не видно из-за пыли, поднятой рухнувшими пластами земли. Услышав движение, Аинз применяет «Тело сияющего Берилла», но удар Беллатора останавливает меч-пила. Рубедо с лёгкостью откидывает драгоноида от своего господина и просит инструкций, особенно насчёт применения протоколов, которые представляют собой системные команды по распределению характеристик. В сути, навыки, позволяющие адаптироваться под разных противников, доступные благодаря редкому классу, вместо привычной ультимативной способности. Аинз запрещает использование протокола «Штурм» из-за гарантированной смерти Беллатора. Приняв это во внимание, Рубедо наседает на цель. Тот пытается отбиваться, но по всем физическим параметрам проигрывает, а смена протоколов на «Скорость» с ударами ногами и «Крепость», повышающие стойкость и защиту, заставляют его разорвать дистанцию и призвать двух ангелов, но те стали бить друг друга, к сдержанному удивлению Рубедо. Беллатор, взлетев, использует «дыхание грома», но Рубедо трансформирует руку и легко пересиливает его навык выстрелом, а затем, сблизившись прыжком, хватает за морду. Кисть отделяется и выпускает сеть. Лишённый сил и сброшенный на землю Беллатор возвращает человеческий облик. Очнувшись, Белл видит присевшую рядом с ним Рубедо. Та с любопытством спрашивает, что случилось, но Белл сам пытается собрать картинку. Пока он приходит в себя, успевают явиться остальные. Аинз отчитывает его за случившееся, но Белл, пока не до конца осознавая произошедшее, надевает маску беспечности, разозлив друга ещё сильнее и вынудив перейти на крик. Услышав, сколько он принёс разрушений и убийств совершил, которые наверняка поднимут шумиху на мировой арене и привлекут лишнее внимание сильных сира сего, Белл пытается что-то сказать, однако, кроме извинений, лучше ничего не подбирает и телепортируется прочь. Аинз, вздохнув, извиняется перед Девероной за то, что сорвался. Та относится к этому с пониманием. *** Лорд-Дракон Вечной тьмы, потративший целый день на изучение подозрительных событий последних двухсот лет в библиотеке Риферана, летит по следу искажений, вызванных применением Первобытной Магии, натыкаясь на сокрытый от чужих глаз город, полный нежити. Он приземляется возле давно высохшего фонтана. Некая сущность пытается запугать гостя, но Лорд-Дракон Вечной Тьмы успешно провоцирует его встретиться лицом к лицу. Из красного дыма собирается вдвое меньшего размера дракон. Немного удивлённый разницей в габаритах, тот представляется, как Риг Вальлам Кин Лудборн, Вампирический Лорд-Дракон. Гость интересуется местом, но Риг оказывается несговорчивым и грозится задействоать неких элитных зомби, если чужак не покинет это место немедленно. Последний встаёт на дыбы и представляется. Куда менее древний Риг даёт заднюю, переходя с угроз на просьбу покинуть это место. Их прерывает один из бродящих низкоуровневых зомби басистым голосом приказывает Вампирическому Лорду-Дракону привести гостя к «нему». В просторном тронном зале замка, куда через выбитые окна и пробитую крышу проникал лунный свет, свернувшись, обитал дракон с белой чешуёй. Увидев старого товарища и учителя, тот поднял голову и, отпустив Рига, начинает разговор с едких комментариев по поводу того, что, наконец, Великий Нааргус набрался смелости покинуть пещеру. Последний парирует этот выпад, отмечая, что Илим предпочёл отсиживаться здесь, однако чувствует огромную силу, которая сокрыта в нём. Хозяин замка отвечает, что не сидел без дела и отбросил почти всё, чтобы выступить против угрозы Грязи Императора. Ещё даёт намёк, что сталкивался с игроком. Нааргус переходит к делу и предлагает объединить силы с ним и Сияющим. Илим соглашается, бросив пару комментариев про извращенца и спрашивает насчёт других. Новости о Мастере Меча его огорчили и замотивировали ещё сильнее, но желание привлечь Ца тот встретил агрессивно, заявив, что предателю нет места среди них. История тринадцати героев и Бога-Дракона теперь для Нааргуса проясняется. Илим воспользовался хаосом, учинённым Злыми Богами, чтобы собирать души. Платиновому пришлось себя раскрыть перед товарищами, чтобы сравнять шансы, но даже так он сильно уступал и мог проиграть, если бы Илим его не недооценивал. Хуже, но Ца владел методом Императора. Использовав сильнейшее из доступных ему заклинаний, он едва не убил Илима, вынужденного инсценировать свою смерть, а сам утратил значительную часть сил, плохо справившись с контролем. Илим заявляет, что в следующем столкновении не проиграет. Нааргуса его уверенность радует, однако закономерный вопрос он задаёт. Илим рассказывает, что столетие назад он столкнулся с одним из ублюдков Императора, который пришёл с группой авантюристов разграбить мёртвый город. Илим поглотил души его союзников, а самого победил и захватил в плен, чтобы тщательно изучить. Лорд-Дракон сомневается, но уверен, что тот помер от старости. Куда важнее, что Илим на данный момент успел разработать и отточить многочисленные заклинания на основе своих исследований. Нааргус заинтригован и даже хочет увидеть демонстрацию, но бывший ученик не заинтересован в бесполезной показухе, отмечая, что щита души у него нет и просто подождав он может восстановить лишь ману. С досадой. Нааргус это принимает, отмечая, что надеется увидеть это хотя бы во время тренировки и собирается уходить. Илим предлагает напоследок посетить его магическую лабораторию, где он хранит различные предметы, включая средство связи. Нааргус отмечает, что оно будет очень кстати. *** В пирамиде Аментес гнетущая атмосфера из-за произошедших событий, хоть и большая часть жителей не знает подробностей. Форотида, расстроенная, покидает покои Белла. Деверона рискует зайти и видит их господина возле кровати в окружении пустых и не совсем бутылок. Бросив пустой взгляд на подчинённую, её уныло приветствуют, а затем берут очередную бутылку, осушают и бросают в сторону, разбивая. Видеть подобное ей больно, поэтому она просит его прекратить, но тот отвечает, что это единственное в чём он действительно хорош. Деверона забирает бутылку пространственным навыком, однако Белл говорит, что у него полно этих подруг и на всех использований не хватит, привычно называя девочкой. Это становится последней каплей и она закатывает истерику на тему того, что всё время не только верно служила, но и старалась добиться признания с его стороны, чтобы он перестал видеть в ней ребёнка, относился всерьёз, пусть она и детище его девушки. Он реагирует на это спокойно, лишний раз себя унижая признанием, что ребёнок здесь точно не она и даже признаётся, что завидует ей, красивой, умной и исполнительной. Присев, Деверона пытается его приободрить и признаётся, что ей всё известно про мир 2138, «Иггдрасиль», подлинную натуру их создателей, Акайо, но она готова и дальше поддерживать последнего. Белл опускает руки ещё сильнее и, не сдержав слёзы от мысли, насколько он жалкий, выдвигает предположение, что на самом деле не хочет вернуться назад, а просто ищет повода, чтобы из страха перед неизвестным отсрочить настоящее желание — умереть. Деверона обнимает его и, прижимая к груди, уверяет, что вместе они смогут решить проблемы. Чувствуя, как господин неловко обнял её в ответ, девушка улыбается. На вопрос может ли она побыть с ним какое-то время, та со слезами радости соглашается. Глава 19. Инстинкт. Рубедо в библиотеке Назарика читает различные книги. Больше всего её впечатляют сказки. Альбедо приносит ей очередную книгу. Рубедо благодарит и жутко улыбается. Не впечатлив сестру, она делает вывод, что её программе «сложно» с этим справляться. Альбедо хвалит Рубедо, подметив, что та постепенно совершенствуется. Младшая предлагает ей почитать мануал Пунитто Мое по Мировым Врагам. Особое внимание девушек привлёк «Зависть». Самурай в чёрных искажённых жижей доспехах с потрёпанным белым плащём, больше похожим на шарф, маской Они и нодати с кристаллом: походивший на встроенные в броню Чемпионов Мира. Девушки вспоминают Белла и рассуждают на тему его лояльности. Альбедо считает, что тот угрожает их безопасности. Рубедо солидарна, но считает, что нужно просто его побить и он вновь станет другом. Её сестра скептически относится к этому методу и прощению вообще, задев чувства младшей, которой очень понравилась сказка, где герой простил предавшего его ради любви товарища перед смертью последнего от рук искусительницы. Вскоре заявляется Маре с целью вернуть книгу и приглядеть за Рубедо вместо Альбедо, которую вызвал к себе Аинз. Младшая этим огорчена, но смиряется. Оставшись наедине с Маре, она пугает его попыткой улыбнуться приветливо. Расстроившись, она вспоминает свою лучшую подругу, которая понимает её лучше всех. *** На четвёртом этаже Аментес секретарша-ламия ищет пропавшего начальника, спрашивая всех на пути, включая драконов и находит его в глиняной резиденции *** Белл просыпается и размышляет о правильности своих действий, обнимаемый голой Девероной на собственной кровати. Она просыпается и заигрывает с ним, однако утренний позыв требует, чтобы тот отошёл в уборную. Сделав дело, он слышит во время мытья рук в раковине ехидный голос и видит в зеркале поверх своего человеческого отражения драгоноида. На просьбу отстать Беллатор не соглашается и хвалит за содеянное. Акайо спрашивает понимает ли Беллатор, что теперь ему стыдно ещё больше и последний, заливаясь смехом, напоминает, что у них одно тело, поэтому чувства связаны и напоследок просит его стараться за двоих, чтобы кино было зрелищнее. Притворившись, что не слышал этого, Белл покидает уборную и видит проснувшуюся Деверону, сияющую от счастья сильнее, чем когда-либо на его памяти. Он говорит, что вряд ли есть необходимость спрашивать насколько хорошо ей спалось. Чуть смутившись, девушка отвечает, что полночи не смыкала глаз, но чувствует себя прекрасно даже без кольца. Смущённый, Белл присаживается на кровать, а затем уточняет ситуацию касательно завтрака и визита в Драконье Королевство. Деверона отвечает, что первый им принесут в постель, а визит назначен на три часа, поэтому можно потратить время на очень приятное. Её попытка соблазнения заканчивается успехом. *** Аинз принимает у себя послов Теократии, Квейса и двух людей другого писания. После небольшого обсуждения инцидента и уточнения принятия вины, Альбедо с одобрения господина выдаёт послам бумаги, обязующие Теократию выплатить компенсацию за причинённый ущерб в размере полутора миллиарда золотых. Послы сомневаются, что ущерб действительно соответствует заявленной сумме. Аинз размышляет про себя, что реальный ущерб ниже даже с учётом миллиарда за инцидент с Шалтир. Альбедо давит на посла, отмечая великодушие господина. Аинз её успокаивает и удивляет послов, отмечая, что решение принимать должно руководство после обсуждения, а не послы на месте. Отмечая, что требования ещё не окончательные, Аинз говорит о том, что открыт для предложений альтернативных вариантов, однако в случае их отсутствия или отказа платить Колдовское Королевство объявит войну. Квейс отнёсся с пониманием и даже немного зауважал Аинза за терпение. *** Проходит несколько часов. Белл в одежде, напоминающей маскировку Аинза во время танца с Шалтир из вебки, беспокоится, что наряд чересчур вычурный, но Деверона его успокаивает. Он спрашивает про состояние Нилии. Заместитель отмечает, что физически всё прекрасно, но ментально смерть её покалечила, что даже хорошо. Белл отмечает жестокость таких размышлений, припоминая, что он фактически вытащил девушку из пирамиды. Надеясь, что враг будет обнаружен, он меняет тему. Деверона хочет похвастаться перед Суреддо, что она теперь девушка их господина, но тот считает, что пока рано и, глядя на достопримечательности столицы Драконьего Королевства из окна кареты, вновь меняет тему на выбор более подходящего, чем просто Уилбур, имени для него. Упоминание Лавкрафта заставляет Деверону думать, будто это некий босс. *** Премьер-Министр застаёт Драудиллон за увлечённы. чтением записей её дедушки, но времени почти нет, поэтому берет на руки и уносит, к большому возмущению последней. Гостей Драконьего Королевства встречают со всеми почестями, особенно Деверону, популярность которой вызывает некоторое беспокойство со стороны королевы и её ближайшего окружения, включая главную горничную. Белл представлен, как Уилбур Мордигиан Херберт Уэст Итакуэ Ньярлатотеп. *** В королевском саду за столом Драудиллон хотела увидеть лицо Уилбура, но тот лишь слегка приподнимал маску. Абсолютно точно случайно пролитый королевским слугой в сторону гостей напиток становится причиной использования Девероной остановки времени. Драудиллон притворилась, будто подвержена ей тоже. Ужаснувшись, она поняла с кем имеет дело и, когда движение возобновилось, мягко предлагает подписать договор о сотрудничестве их государств и поговорить наедине, как правитель с правителем. Деверона относится к этому с подозрением, но господин соглашается. *** Закончив с формальностями, Драудиллон, глядя на столицу из окна в своих покоях, спрашивает устроившегося в кресле Уилбура, что конкретно ему нужно. Тот рассказывает сказки, что у них почти ничего нет, однако ему не особо верят. Драудиллон боится, что Альхазред собирается поработить Драконье Королевство, но Белл отрицает, уверяя, что названные Девероной причины истинны. Королеча признаётся, что им почти нечего дать и, предлагая себя, бросается в обнимку, умоляя защитить Драконье Королевство. Сдержав интуитивное желание отбросить в сторону, Уилбур мягко похлопал её по спине и делает встречное предложение рассказать о Первобытной Магии, чем слегка шокирует. Драудиллон притворяется, будто не знает ничего подобного, но Уилбур подмечает с юмором, что не заинтересован Драудиллон, ведь предпочитает женщин постарше. Это её радует. Приняв истинный облик и чувствуя себя намного увереннее, она пытается соблазнить Уилбура, который чувствует очень сильное влечение к ней и едва может пошевелиться. Всему виной Беллатор, который одобряет кандидатуру Драудиллон в качестве матери для потомства. Акайо вяло сопротивляется, но королева говорит, что сдерживать инстинкты не стоит, подмечая, что по запаху отчётливо понимает его связь с драконами. Она легко пересиливает Уилбура под управлением Акайо, который тратит все силы на внутреннюю борьбу, и признаётся, что знает о его сущности игрока. Достав из комода некое зелье, королева его выпивает и целует Уилбура. Последний интересуется, что за зелье она выпила. Драудиллон с улыбкой отмечает, что некогда такое же зелье привело к рождению противоестественного дитя. Это мощное зелье перестраивает организм для повышения шанса зачать ребёнка, включая даже ситуации, когда расы несовместимы. Королева предлагает связать враждующих с давних времён игроков и истинных драконов. Уилбур говорит, что читал «Ромео и Джульетту», подмечая, что ничем хорошим это не закончилось и очень просит Драуидиллон воздержаться. Последняя эту пьесу, конечно, не знает, а мольбам только умиляется. Уилбур зовёт на помощь. Ворвавшись с главной горнмчной и увидев, что происходит, Деверона в ярости называет её сукой и собирается использовать «Рассечение Реальности», но Уилбур прикрывает королеву собой. Извинившись, гости покидают покои королевы. Главная горничная просит Драудиллон объясниться. Королева отмечает, что, возможно, получила рычаг давления на союзников. *** Деверона молча садится в карету и сверлит Белла взглядом. Тот объясняется, но девушка отмечает, что не против нескольких жён, просто Драудиллон не слишком достойная кандидатура и мнение того драгоноида-гедониста учитывать не следует. Сняв маску господина и приложив руку к его щеке, она говорит, что поможет ему забыть Драудиллон навсегда. *** Вечером Аинз сидит за документами, пришедшими из Агранда, пожелавшего заключить торговые соглашения. Ещё предстоит разобраться с поставками гуманитарной помощи Святому Королевству, продлением контрактов наёмных дварфов и окончательным утверждением мирного договора с Теократией. Ментально устав, он спрашивает время у Альбедо, помогавшей ему с большей частью документов. Обрадовавшись, он решает отложить дела и проветриться перед встречей с союзниками, которые вскоре прибывают. Аинз принимает Белла и Деверону в своём кабинете, где они обмениваются информацией. Он слегка разочарован очень скудными сведениями о Первобытной Магии, добытыми союзниками. Белл жалуется, что Драудиллон запросила слишком уж много и признаётся, что случилось. После небольшой паузы Аинз переспрашивает и получает тот же ответ. Альбедо желает удачи во имя общего дела. Белл ищет помощи у друга, но тот предпочитает подбодрить и досрочно завершить встречу. На слова Белла «нельзя так бросать в беде» Альбедо говорит, что её господин не может постоянно решать за него проблемы. Аинз предлагает гостям вернуться в Аментес, однако Белл неожиданно просит возможности проведать пленников из Теократии. Причина такого желания остаётся известна лишь ему одному, но Аинз разрешает под наблюдением посетить Ледяную Тюрьму. *** Где-то в подземельях толпа заклинателей совершает ритуальное убийство двух людей Теократии. Наблюдая, одиннадцать членов Зуррернона обсуждают новости о том, что глава фактический глава тела бездны через свою любимицу требует все их исследования. Они, разумеется, недовольны. Лидер, который также состоит в упомянутой организации и является ночным личом, поднимает вопрос о потенциальной возможности свержения того ублюдка, но, разумеется, члены Зуррернорна очень сомневаются, что подобное возможно, но лидер предлагает вариант, который решил обсудить за спиной коллег из Тела Бездны, а именно, заручиться поддержкой недавно заявившего о себе Аинза Ул Гоуна. Глава. 20. Богохульство. Игнорируя остальных пленников Теократии, Белл останавливается перед камерой Антилин. Завязывается непринуждённая, к удивлению наблюдающих, беседа. Деверона ревнует уже ко второй местной девушке за день, совсем не понимая, что такого в этой мерзкой полукровке, но мысли оставляет при себе. Белл заинтересован происхождением Антилин, однако та не горит желанием это обсуждать и беспокоится за последствия её действий, но Белл рассказывает, как обстоят дела на данный момент. Ей становится легче от мысли, что пока у Теократии есть надежда. Закончив, Белл уходит. Напоследок Антилин благодарит его за помощь её родине. Тот отмечает, что почти ничего не смог сделать и благодарить следует Аинза. Когда посетители ушли, один из пленников сомневается, что сказанное Беллом про данный Теократии шанс правда, но Антилин уверена в обратном. *** Капитан Угольного Писания и его оставшиеся в столице товарищи недовольны возможным помилованием Клементины и сбором средств из казны на удовлетворение требований Колдовского Королевства, однако кардиналы непреклонны и, задавив авторитетом и напомнив о статусе их сильнейшего бойца, прогоняют их. По пути они встречают нового главу Солнечного Писания, который поднимает эту тему, но капитан и остальные вежливо дают понять, что не хотят говорить и уходят, поздравив Иана с повышением. Он размышляет о монстрах Колдовского Королевства, что сумели без лишней крови поставить Теократию в столь унизительное положение и ужасается Аинзом Ул Гоуном, который при всей его силе, не спешит её использовать даже при настолько удобной ситуации. Он собирается уходить, но слышит тревогу. *** Во время заседания верхушки Теократии стена взрывается, ранив Ивона щебнем. Через пробоину они видят хаос, охвативший столицу. Подчинённые докладывают о множестве очень сильных призраков, атаковавших Теократию. Конечно, сперва подозревают Аинза, но Понтифик в этом очень сомневаеися и приказывает мобилизовать все доступные силы, чтобы оттеснить противника и подготовить пути для возможного отхода. Сама мысль сдачи столицы очень не нравится присутствующим, но они готовы принять участие в этом плане и даже выступить на поле боя. *** Люди Теократии пачками гибнут от когтей и зубов, игнорирующих броню, в битве даже против одного искажённого призрака, сопоставимого с героями, но с тактическим преимуществом всё же держатся. Члены Угольного Писания на внешних стенах тоже испытывают трудности, не считая подоспевшего капитана, легко побеждающего врагов одним ударом. Тот просит у товарищей прощения. На резонный вопрос десятого места он отвечает, что его задержал призрак, сильнее этих. То, насколько легко капитан справляется, привлекает внимание Дэкема, явившегося из дыма верхом на Бегемоте. Он использует заклинание «Зелёная цепь», чтобы парализовать членов писания, но капитан без труда разрывает лианы, а затем освобождает подчинённых. Дэкем требует выдать украденное дитя, зачатое столетие назад, но, получив отказ и вызов на бой, решает показать свою мощь без помощи Бегемота и довольно неплохо противостоит капитану, десятому и второму месту Угольного Писания, но полубог Теократии просто сдерживался и ранит щеку Дэкема. Последний критикует себя за навыки фехтования и рассуждает над захватом капитана, чтобы позже заставить размножаться с эльфийками королевского происхождения, а затем активирует способность клинка. Капитан блокирует, но его копьё рассекают вместе с нагрудником. С хлынувшей кровью тот утрачивает боеспособность, но короля отвлекают члены писания и небольшое подкрепление. Максимиллиан через телепортацию спасает капитана. Дэкем немного расстроен. Бегемот, понимая намерения призывателя, раскрывает живот, показывая сосуд. *** Аинз принимает в тронном зале группу из Зуррернорна, которые восхваляют его ауру повелителя смерти. Попытку в откровенную лесть он распознаёт и, восхищённый его проницательностью глава культа признается, что главной причиной их появления является нынешний лидер вышестоящего культа. Расспросив подробнее про «Труп Бездны», Аинз не обещает ничего серьёзного, но даже «подумать» хватает для восхищения. В ходе своих расспросов он для образа заявляет, что чувствует, будто «смерть обошла женщину» и ему признаются в воскрешении Клементины для сбора информации. Он далеко не сразу вспоминает старую знакомую, но хорошо играет во всезнающего. Успокоившись, что спектакль с Момоном работает, он немного успокаивается и, отпустив членов культа, обсуждает их предложение с Альбедо. Та выражает опасения касательно их проблемы. Аинз её позицию разделяет, однако всерьёз задумывается о том, чтобы принять их предложение и зовёт к себе Флудера, который может рассказать больше про Зуррернорн и «Труп Бездны». *** Дэкем, превративший почти двести тысяч человек из столицы Теократии в искажённых призраков, раздражается от мысли, что не знает, куда дальше идти, чтобы забрать своё дитя. Призраки, среди которых возник ещё один вид, чувствуя его намерения и частично обладая памятью своих прошлых воплощений, отыскивают в разрушенной библиотеке карту и отмечают следующий пункт назначения, а также дают отчёты касательно Антилин. Декем, успокоившись, думает о том, чтобы отправиться сейчас, но решает отдохнуть денёк здесь, как и подобает королю-победителю, требуя подобрать для него покои. Глава 21. Амбиции короля. Часть 1. Сумевшие избежать действия сосуда люди Теократии отдыхают в убежище посреди ночи и обмениваются мнениями насчёт произошедшего. Кто-то даже подвергает веру сомнению, вызвав осуждение со стороны выживших кардиналов. Беренайс и Рэймонд наблюдают, как жрецы заботится о сильно пострадавшем капитане Угольного Писания, комментируя форму раны и выражая свою обеспокоенность. Третий полубог и Руфус без вести пропали, часть людей из писаний погибла, другая пленена Колдовским Королевством. Они не понимают откуда у Короля Эльфов такая мощь, гораздо превосходящая самые смелые их ожидания, но это не самая страшная проблема. Из-за атаки Дэкема сбор средств для Колдовского Королевства прерван, а столица, полная богатств, недоступна. *** Аинз не очень доволен просьбой послов Теократии дать им отсрочку и думает о процентах, но всё же проявляет терпение и, отметив для себя, что попытки мирно урегулировать конфликт, привели к позитивному сдвигу в отношениях с Агранд и рядом других государств, перебарывает свои опасения казаться слабым, ещё и соглашается позволить проведать пленников. Разумеется, под охраной Колдовского Королевства. *** Декем очень хорошо выспался и позавтракал первоклассными запасами из складов Теократии. Не зная точно насколько сильны новые пятиметровые слуги в тёмных плащах с раздутыми руками, он проводит небольшой спарринг между одним из них и Бегемотом, оказавшись приятно удивлённым их равным противостоянием. Лишний раз подчеркнув исключительность эльфийской крови, он благодарит за сосуд того демона и размышляет о возможности заставить того пожалеть о своём решении, но сохранить ему жизнь и оставить себе в качестве шута. «Идилию» прерывает внезапно заявившийся гость — доспех. Ца требует объяснений. Декем сперва отчитывает незнакомца за наглость и заявляет, что ищет своё дитя. Разумеется, владея информацией, платиновый вполне понимает о ком Декем и, осудив вероломные действия, нападает, но встречает мощное сопротивление даже не Бегемота, быстро закрывшего Декема, а высокоуповневого призрака, короткого боя с которым ему оказалось достаточно, чтобы сделать некоторые выводы. Вспомнив товарища из Тринадцати Героев, он просит прощения, решив убить ненавистного тому, но всё же отца, но усиления Первобытной Магией оказываются неэффективными против призрака, как и барьер. Декем, тоже проигнорировавший попытку себя изолировать, смеётся над платиновым, но хвалит за способности, предлагая сдаться в плен. Ца отказывается и отступает, предостерегая от дальнейшей агрессии, совсем не впечатляя короля. *** Вернув повреждённый доспех в строй, Ца отменяет «Трансплантацию души» и делится информацией с Кармиллой. Той больше всего интересно, почему столь опасный тип вообще разгуливает. Ца объясняет, что деятельность Дэкема ограничивалась лесом на территории королевства эльфов, поэтому его не трогали. Кроме того, этих призраков раньше определённо не было. Кармилла интересуется их силой и получает неоднозначную оценку, а затем порцию опасений из-за количества. Это даже вынуждает Ца задуматься о том, чтобы ослабить свою хватку в отношении Кармиллы. *** Тут задумывалась сцена из деревни тёмных эльфов про их быт. Не особо интересна из-за существования 15-го тома. Несколько эльфов замечают надвигающиеся волны тьмы, обращающие всех несчастных в призраков, но паника даже начаться не успевает, как всё население погибает и улетает на зов сосуда. *** Ближе к вечеру Антилин и пленников переводят в тюрьму Э-Рантела под наблюдением Маре и Коцита. К ним пускают Квейса. Убедившись, что их состояние более, чем стабильное, он рассказывает о случившемся в столице. Переполняемые праведным гневом, они надеются на скорое урегулирование конфликта с Колдовским Королевством. Квейс не желает снижать их боевой дух, поэтому умалчивает о ситуации вокруг сделки с Аинзом и собирается уходить, как вдруг поднимается шумиха, которую видно через решётки. Король Эльфов разрубает пространство и оказался на стенах Э-Рантела. Рыцари Смерти реагируют мгновенно, но женщина-ангел позади, окутанная светом, легко уничтожает их одной только аурой и даже способность выжить с единицей очков здоровья не помогает, ибо урон проходит дважды. Не восстановившийся город атакуют сотни призраков из портала. Сосуд использовать Дэкем не рискует, желая для начала отыскать Антилин. Момон легко рубит призраков низкого и среднего уровня перед стеной, а затем бросается к Дэкему, но ему не даёт подойти высокоуровневый. С небес на короля обрушивается молния. Прочувствовав силу, король обращает свой взор на Нарберал и, как мерило силы, вызывает Бегемота. Тот использует дальнобойные залпы грязи, вскоре сбивая на землю и подавляя её в ближнем бою. Дэкем подмечает, что всего за пару дней ему довелось встретить больше сильных существ, чем за продолжительную жизнь. Пленив одну из Плеяд, король ждёт хороших вестей. Коцит и Маре отбиваются от призраков, но пара высокоуровневых становятся большой проблемой и почти беззащитную пленницу легко похищают через тени. Коцит пытается это предотвратить, однако не успевает. Аинз в замешательстве наблюдает с балкона за хаосом и даже свойства тела нежити ему почти не помогают собраться, но Альбедо его отрезвляет мольбой отдать приказ. Собрав волю в кулак, Аинз принимает командование. Стража города перегруппировывается и даже почти даёт отпор, но противник без особого сопротивления отступает. Дэкем, увидев Антилин, комментирует её внешность, спровоцировав на оскорбление и даёт ей пощёчину за неуважение. Напоследок он хочет использовать сосуд, однако эффекта нет. Предполагая, что причина в достижении дневного лимита, он с ухмылкой заключает, что жители Э-Раннтела всё равно такой чести не достойны и уходит с пленниками и армией прочь, закрыв портал за собой. *** Аинз разносит офис в ярости от случившегося под носом и, успокоившись, зовёт стражей и Альбедо. Подчинённые извиняются за свою малополезность. Опровергнув это, Аинз винит себя за случившееся и рассказывает, что видел на записи удивительно этих призраков, именуемых несчастьями. «Сосуд Пандоры» мог призывать в день тысячу малых уровня тридцать, сто уровня шестьдесят и десять великих уровня девяносто на срок двадцать четыре часа ценою опустошения маны, а после высвобождения сосуда может появиться Сущность Надежды сотого уровня, которая должна быть враждебна, но это могла быть дезинформация, судя по увиденному им сегодня. Его слова заставляют нервничать, ибо несчастий оказалось куда больше. Предположив, что свойства предмета изменились или имелась возможность абьюза его механик, Аинз подмечает удачное стечение обстоятельств для Теократии. Альбедо передаёт, что послы вступились за жителей Э-Рантела и сразу после нападения отправили срочный запрос на встречу. Всё ещё подозревая неладное, Аинз решает её одобряет, но сперва намерен привлечь к делу одного должника. *** Белл в Золотом Лесу дремлет на коленях Сурредо, играющей расслабляющую композицию. Пробудившись, он видит плохо спрятанные трупы на верхушках деревьев и задаётся вопросом сколько существ здесь погибло за последнее время. Сурредо говорит, что не считала и быстро меняет тему на его отношения с Девероной. Ему неловко говорить о подобном, но Сурредо настаивает и даже советует проводить больше времени с её подругой, чувствуя недостаточно сильный запах. Он считает подобное странным, ведь и так уделяет девушке много внимания, но Сурредо считает, что это не так и, возбудившись, снимает кимоно, чтобы показать, как нужно проводить время. *** Аинз в сопровождении Девероны и Себаса застаёт друга связанным между деревьями положении. Сурредо, раздражённая тем, что слуги не сообщили ей о гостях, накидывает кимоно. Белл же рвёт паутину и спрыгивает вниз, к её робкому недовольству. Деверона что-то записывает себе в блокнот. Себас не придаёт этой ситуации значения. Белл спрашивает почему с ним не связались заранее. Деверона говорит, что пыталась, как и Аинз, который вдобавок отмечает, что знал о предпочтениях Белла в фемдоме и шибари. Последний отрицает, но делает лишь хуже и, смирившись, интересуется причиной визита. Аинз рассказывает о случившемся. Сбитый с толку, Белл комментирует, что жителям Э-Ранела не очень везёт и соглашается, но потерял шлем, который Сурредо достаёт откуда-то из-под кимоно и целует перед вручением. Деверона возмущённо промолчала. Белл не желает уточнять, где конкретно Сурредо хранила его шлем и, надев, преисполняется решимостью надрать задницу Дэкему, но Аинз говорит, что это хочет сделать сам и вообще им нужен план действий, а также подвергает сомнению желание товарища выступить лично на поле битвы в полную силу, но быстро смиряется, вспоминая, насколько упёртым тот может быть. Глава 22. Амбиции короля. Часть 2. Под рассвет в одну деревню тёмных эльфов приходят отряды Теократии, Аинза и Белла. В их составе двое игроков, члены Писаний из Э-Рантела, часть Писания Карающего Пламени, Аура, Маре, Момон, Деверона и пара сотен мобов до тридцатого уровня для оцепления территории из Аментес на всякий случай. Догадываясь, что произошло, группа очень быстро проверяет окружение на наличие или отсутствие врагов. Убедившись, что никого поблизости нет, капитан Писания Карающего Пламени, выбравший подходящий домик на дереве, зовёт всех, раскрывает самую точную карту этой части мира среди виденных игроками и объясняет особенности местности. Столица эльфов к северу отсюда. Разведка, перехватившая эльфийку по имени Мьюги с матерью, а также нескольких других беженцев, докладывает о десятках тысяч призраков, что кажется очень подозрительным, ведь раньше появлялось больше. Аинз предполагает, что малые несчастья могут сливаться в более могущественную разновидность, поэтому им следует быть осторожнее, но план остаётся неизменным. Теократия, Момон и Аура вызволяют пленников, Белл и Маре отвлекают призраков лобовым вторжением, Аинз выискивает Дэкема, чтобы «поговорить» с ним, как правитель с правителем. Белл советует Аинзу спешить, ибо не собирается долго с призраками возиться, тем более с поддержкой. Аинз принимает вызов с неким азартом, вспоминая «перехват убийства». *** Антилин и Нарберал приходят в себя. Вокруг множество несчастий вплоть до высших. Первая молча обдумывает действия, понимая, что без снаряжения им выбраться не под силу точно. Нарберал же переходит в наступление без раздумий, но тут же ложится с одного удара от высшего несчастья. Видя это, Антилин отмечает глупость напарницы Момона, которая, вроде бы, должна хорошо анализировать ситуацию, как авантюристка высшего ранга. Вскоре их навещает Дэкем. Разделяемый прутьями подземелья с ними, он рассказывает про своего отца, побеждавшего драконов и кем тот являлся. Факт наличия в ней крови одного из убийц Суршаны Антилин находит весьма ироничным, а затем троллит Дэкема тем, что он только бледная тень выдающейся личности. Дэкем соглашается, но считает, что для покорения мира хватит и более слабых потомков, не раскрывших весь потенциал их расы, не говоря про превосходящих. Антилин откровенно насмехается над ним, говоря, что его кругозор уже бутылочного горла. Дэкем отмечает, что однажды преуспел и Нарберал с Антилин наверняка могут ему родить могучих детей. Под оскорбления дочери он выбирает между вырубить или «оказать честь» лицезреть весь процесс, но мысли прерывает землетрясение. *** Маре использует АОЕ заклинание и сметает внушительную часть поселения эльфов. Белл извиняется перед всеми, чьи дома пришлось сравнять с землёй, а затем возвращает свой боевой настрой и кричит на весь лес разные пришедшие в голову оскорбления в адрес короля эльфов, некоторые из которых могут показаться Маре оскорбительными, поэтому он извиняется. Вскоре отовсюду появляются несчастья. Затмевающая всё численность заставляет игрока нервничать, что удивляет Маре, ведь им говорили про десятки тысяч. Белл добродушно отвечает, что услышать и представить одно, а вот лицезреть на деле немного другое. Маре с неловкой улыбкой такой ответ принимает. Сделав глубокий вдох, Белл провоцирует большинство несчастий броситься за ним в погоню к небу. Раздосадованный тем, что погналось совсем немного, он мгновенно уничтожает пару тысяч грозовой аурой. Оставшиеся за пределами радиуса действия не атакуют Маре, но тот убивает малых одним ударом посоха, а обычных за пять-шесть ударов. Белл рад, что их оружие способно бить призраков. Маре замечает позади Белла движение и предупреждает об опасности, но тот не успевает и пропускает удар от умело спратавшегося великого несчастья. Падая к земле, Белл переворачивается и приземляется на ноги. Маре, отбиваясь, бежит на помощь, но Белл приказывает ему сохранять некоторую дистанцию, собираясь биться в полную силу. Великие несчастья атакуют со всех сторон физически и магически. Уклонившись от заклинаний с негативной энергией, Белл замечает, что враги позади стремятся попасть под них, чтобы восполнить утраченное здоровье. *** Группа по вызволению пленников успешно пробирается в подземелье, найденное Аурой, но путь к пленницам преграждают несчастья, среди которых три великих. Аура использует особое дыхание, чтобы отвлечь врагов, пока остальные освобождают пленниц. Товарищи передают Антилин комплект её стандартной экипировки, а также сегментированную косу, однако расклад не особо меняется. Призраки в замкнутом пространстве используют его на полную, вынуждая отступить на поверхность. *** Пока остальные сражаются, Аинз вообще без встречного сопротивления добирается до дворца. Сменив экипировку на ту, что носил Люци★фер, он, понимая, насколько Дэкем стал опасным противником, как в бонуснике с Илимом, подавляет тревогу и заявляется в тронный зал. Увидев скучающего на древесном троне эльфа, он удивляется, что найти его было столь просто. Дэкем говорит, что будущему королю мира прятаться не следует и спрашивает зачем Аинз пришёл, отмечая, что тот отвлёк его от важного дела и выражая надежду, что причина веская. Гость отвечает, что Дэкем нанёс оскорбление Колдовскому Королевству, лично ему, подверг опасности его подданных и, самое главное, похитил драгоценную подчинённую. Дэкем отвечает, что ей выпала честь, стать матерью для его могучих детей наравне с его дочерью. Аинз врёт, что надеялся решить всё мирно, но теперь просто не может позволить столь мерзкому отродью и дальше бесчинствовать. Усмехнувшись, Дэкем заявляет, что истинный король волен поступать, как вздумается. Аинз подмечает, что НИП, возможно, посчитали бы также и вызывает Дэкема на дуэль. Последний соглашается и делает взмах мечом, но эффекта, как с капитаном, нет. Не понимая, что не так, он вызывает Воплощение Надежды, как и планировал Аинз. Явившееся из стены позади трона Существо, взмахом ангельских крыльев создаёт взрыв света и сокращает дистанцию, намереваясь врезать по цели металлическим посохом с тёмной сферой. Аинз едва успевает избежать удара без использования магии, а затем телепортируется к Дэкему, однако тот призывает Бегемота, зажимая Аинза между двумя высокоуровневыми призывами. *** Отбиваясь от десятков великих несчастий, Белл вынужден использовать заклинания и навыки. Окружение против них бесполезно, поскольку они меняют плотность тел, когда им выгодно, ещё и меняя приоритетный тип зашиты. Уничтожив последнего противника, Белл выдыхает и спрашивает Маре, как у него с маной. Тот отвечает, что совсем немного потратил и восхищается запредельной силой друга Высших Существ, но торжество резко прерывает атака неизвестного существа под высокоуровневой невидимостью, которого Белл перехватывает на инстинктах, а Маре использует магию, чтобы сбить невидимость Палача-Потрошителя. Ощутив сопоставимую физическую силу, Белл готовится к новому сражению, что содрогнёт лес. Глава 23. Амбиции короля. Часть 3. Аинз бросает статуэтку смены в Первородного Элементаля перед его ударом и успешно меняется с ним местами. Воплощение Надежды получает небольшой урон и блокирует возможность телепортации. Дэкем использует «Милосердие Шореи Робутса», но лишь этим и ограничивается. Аинз отступает в полёте, размышляя, как Дэкем мог призвать такого элементаля, будучи слабее его самого, если судить по очкам здоровья. Битва намного короче, чем в оригинальной истории, поскольку Аинз отвлекает всех призывами низкого и среднего уровня, а затем использует козырь в сочетании с криком баньши, уничтожая всех призывных существ. Дэкем в шоке вспоминает шута и его подчинённого. *** Битва с Палачом примерно такая же, как в оригинале. Сложная с кучей подлянок, ещё и комбинированием навыков «Иггдрасиль» с боевыми из этого мира, но в итоге Белл с помощью Маре, который того обездвижил, побеждает комбинацией навыков, оставившей на месте попадания огромную воронку. Белл падает без сил и просит Маре идти дальше, предпочитая немного отдохнуть. Позже его находит побитая группа Момона. Аура спрашивает, где Маре и, получив ответ, закидывает вымотанного игрока на спину, к неоднозначной реакции остальных, и бурчит, что не ожидала увидеть его побитым так скоро. Белл отвечает, что и сам этого не ожидал. *** Аинз использует «Рассечение Реальности», нанеся большой урон Дэкему и доведя до слёз от боли. Рухнув с трона, тот пытается собраться, однако Аинз истязает его магическими стрелами перед тем, как подобрать сосуд и меч. В этот момент появляются остальные. Антилин в ярости кидается на Дэкема, но потолок ломает избежавший смерти Палач-Потрошитель проникает Палач и отбрасывает девушку. Дэкем ищет спасения от союзника, но тот лишь использует сосуд для обращения Дэкема в Великое Несчастье, а затем исчезает с ним в небытие. *** Проходит несколько дней. Оставшиеся кардиналы Теократии обсуждают последние события, решение Антилин стать следующей правительницей Королевства Эльфов и пропажу реликвии Шести Богов, подозревая во всём Аинза, но не имея доказательств. *** Выжившие эльфы вернулись домой и оплакивают погибших. Аинз, наблюдает за этим из окна, общаясь через «сообщение» с Альбедо по поводу итогов совместной с Теократией операции и хвалит за похищение Мирового Предмета Теократии и предложение давления на Антилин, что вынуждена стать связующим звеном между их странами для гарантии мира. *** Момон присматривает за Антилин, которую служанки нарядили в непривычную ей одежду, спрашивая, готова ли она. Девушка интересуется не из привязанности ли вопрос и получает отрицательный ответ. Чуть расстроившись, та говорит, что будет пытаться заслужит благосклонность всеми силами ради будущего Теократии. Ответ Момона вполне устраивает, но на всякий случай в качестве советника к девушке приставляют замаскированного доппельгангера. *** Белл сидит на вершине дворца. Ему не даёт покоя тот очень сильный тип, который едва не добил их с Маре, ещё и совмещая навыки из Иггдрасиля с боевыми из этого мира, что он первым делом говорит отыскавшему его Аинзу, обеспокоенному появлением очередного могущественного участника событий даже сильнее, особенно из-за того, что неизвестный бросил Мировые Предметы, хотя умел пользоваться, как минимум, одним из них, предлагая не торопиться с испытанием, опасаясь эффекта бомбы замедленного действия. Причастность ко всему Дэкема их интересует, но шанс его допросить был упущен. Чтобы отвлечься от негативных мыслей, Белл рассказывает о инициативе Тауруса насчёт соревнований между их гильдиями. Это кажется Аинзу интересным, однако в первую очередь он предлагает вместе отметить грандиозную победу. Белл всецело соглашается и даже предлагает восьмой этаж Пирамиды Аментес для этого. Аинз не против. *** Тем временем… Ближе к центральной части континента располагалась могучее государство полулюдей. В прекрасно освещённом зале собрались самые высокопоставленные его члены — восемь министров и премьер, что их возглавлял, верховный судья, что следил за законностью принятых высшим советом министров решений, и маршал армии. Темой для обсуждения на собрании стало нападение драконоподобного чудовища на одно из поселений их государства. Четырёхрукий маршал был единственным представителем человеческой расы здесь, однако, будучи закалённым ветераном, не стеснялся в выражениях. Его лицо «украшал» шрам от когтя дракона. Фыркнув, маршал развернулся. — Куда это вы, Тарклас? — Наведаюсь в приближенные к месту катастрофы поселения и опрошу жителей. Возьму с собой «их» для убедительности… Громкий звук удара об стол. Один из министров резко встал. — Ни в коем случае! Сейчас, когда поблизости такое чудовище, мы не можем разрешить использовать наше мощнейшее оружие в разведке! — Старый дурак! Если чудище будет обнаружено, то его лучше сразу уничтожить!.. — А НУ ВСЕ ЗАМОЛЧАЛИ! Как только в зале стало тихо, премьер продолжил. — При всём уважении к вашим заслугам в прошлом и вашей силе, сопоставимой с легендарной Ивилай, вы забыли, почему вам не удалось возглавить нас? — Платиновый не позволил. — ответил, сквозь зубы, маршал. — А почему напомнить? Ваши милитаристические взгляды крайне непопулярны в народе. Вам уже давно стоит прирять тот факт, что сейчас другая эпоха и прежние взгляды… — ВОЙНА ОСТАЁТСЯ ВОЙНОЙ НЕСМОТРЯ НИ НА ЧТО! СЕЙЧАС СОСЕДИ ПРИВЕТЛИВО УЛЫБАЮТСЯ, В ТАЙНЕ НАТАЧИВАЯ КЛИНКИ! МЕНЯЕТСЯ ЛИШЬ ОБОЛОЧКА, А НЕ САМА СУТЬ! — Вновь за своё… — пробормотал один из министров. — Решим голосованием. Кто за то, чтобы дать маршалу добро на использование кавалерии? — спросил премьер. Четверо подняли руки. — Кто против? Поднялись четыре руки, включая премьера. Один министр воздержался. — Что же, маршал, я, от имени совета, даю вам право использовать половину от общего числа кавалерии големов. Все согласны? Присутствующие молча кивнули и даже недовольные, включая маршала, смирились, не желая более возражать. *** Пирамида Аментес. Восьмой этаж. Храм Кицунари. 20:09. Огромный стол был накрыт и усыпан самыми разнообразными яствами. От музыки, издаваемой различными японскими музыкальными инструментами хотелось уйти в пляс. Все присутствующие были одеты в кимоно, соответствующие по стилю и цвету их привычным одеяниям. Особенно непросто подобрать его было Коциту, чьи ледяные кристаллы из спины выпирали. К счастью, был экземпляр, что полностью подстраивался под владельца и растягивался достаточно легко. — Бухай! — воскликнул Иэясу и разом осушил кружку. — Добавки! — воскликнула Мотсуре. — Эй, ты не одна вообще-то! — возмутилась Аура, что пила сок, в отличии от Мотсуре. — Я хочу больше сакэ, девочка. Чего ты, пьющая сок, возмущаешься? — Воспитанием твоим занимаюсь! Кроме тебя здесь ещё много желающих!.. — Да ладно тебе! Его на всех хватит! Особенно после одной реформы… Мотсуре игриво улыбнулась и посмотрела на парочку коллег. — Да? Иэясу, Сэймей? — Ой, да пошла ты… — ответил подвыпивший самурай. Мастер оммёдо проигнорировал выпад некоматы. — Так им и надо… — ответила Тсуме, сидящая сбоку и положившая себе палочками в рот тофу. — Ки-ха-ха! Согласна! Нам больше достанется! Девушка прижала младшую коллегу себе ближе к груди, но та её резко оттолкнула. — Убери от меня свои бидоны! — Ч-чего?! У меня не такая и большая грудь! — Ничего под!.. Тсуме увидела Иэясу, что хлопнул обеими руками себя по груди с издевательской ухмылкой. Сэймей тихо посмеялся. — …Да я тебя прямо здесь в суши закатаю… — А силёнок то хватит? — ДА НЕ ВОПРОС!!! Девочка резко выхватила короткие кинжалы, а Сэймей быстро выпил свою порцию и обнажил катану. Внезапно их остановили Хасами, Футокучи и Хари. Первые две удерживали Тсуме, вторая им помогала своими волосами, а заодно удерживала Иэясу, который вообще не сопротивлялся. Удерживать Тсуме было очень тяжело для трёх НИПов семьдесят пятого уровня, ведь, хоть она и не специализировалась на чисто воинских классах, уровень у неё был выше на пятнадцать голов. Иэясу же чистый воин и вырвался бы очень легко, если бы пожелал. — Хы… Он потянул ладони снова к груди, но его руки связали волосы Хари. — Прошу вас, хватит… — Ладно… Сходишь со мной на свидание? — Нет. Игроки сидели в центре стола, как и подобает лидерам. По бокам от них сидели Альбедо и Деверона. Ещё немного по сторонам Актёр Пандоры, который уступил место коллеге рядом со своим отцом, и Лаго с Диа, которым было просто не охота спорить, ибо делать это с Девероной бессмысленно. Акайо залпом выпил содержимое своей чашки. Аинз, при виде ссоры двух НИПов, повернулся к другу. — Слушай, это нормально вообще? — Да, это норма для них. Обычно это ни к чему не приводит… — Что значит «обычно»? — Ну, бывает, что лёгкие раны нанесут друг другу, а так ничего особенного… Что ненормально, так это то, что у меня закончилось сакэ! Суреддо, что вызвалась разливать всем выпивку, спешно подбежала к возмущённому господину и налила ещё порцию. Девушка наклонилась к его уху и с улыбкой прошептала: — Хотите испробовать алкогольный поцелуй? — А?.. Деверона покосилась на подругу, и та прикрыла улыбку рукой. В следующее же мгновение, девушка схватила чашку своего господина, залпом закинула саке из чашки в рот и в стремительном рывке поцеловала его, давая выпить напиток из своего рта. Подобный жест был встречен, по большей части, восхищенными возгласами и похвалой. Альбедо просто сгорала от зависти и чуть не сломала палочки для еды, ведь она хотела подобное провернуть с Аинзом, но это было невозможно, по крайней мере, в привычном понимании. Демиург поправил очки. — Понятно. Вы зашли довольно далеко, Деверона-сан. Люцифер и Лилит повторили выполненное коллегой действие друг с другом, но уже обоюдное, что вызвало немногим меньше восторга. Белл посмотрел на довольную подчинённую и улыбнулся, а затем посмотрел на чашку Аинза. — Эй, Сур, ты почему не налила гостю? Это не вежливо… — Но Белл-сама… — Я не могу пить. — ответил Аинз вместо неё. Акайо перебросил руку через плечо друга. На что Альбедо покосилась, а затем спустя несколько секунд закрыла глаза и молча принялась есть рис. — Ну и ладно! Я выпью за тебя! Давай! Нужно стукнуться же! — Нас тут слишком много… — Ой, ну хоть с кем-то хотя бы! — …ладно. — Отлично! Сур! — Да! Коцит и Таурус обсуждали свой досуг. — О, так ты тоже предпочитаешь больше одного оружия и тренироваться в свободное время? — Да. Однако. Без. Достойного. Противника. Это. Почти. Бесполезно. А. Сейчас. Я. Слишком. Занят. — Согласен. Передо мной тоже иногда встаёт подобная проблема. Товарищи часто заняты всякими миссиями. Как и я… О! Идея! Таурус резко поставил руку на стол. — Кто кого? — У меня. Четыре. Руки. Это. Нечестно. — Тогда используй одну любую! — Тогда. Приготовься. Я. Не. Проиграю. Коцит ухватился за руку соперника. — О! Делаем ставки! — воскликнула Мотсуре. — Простите, но стол выдержит? — спросил Себас. — …Ну да… Наверное… — разведя руками, ответила некомата. Пока большинство НИПов развлекались, Альбедо произнесла: — Нелепость… — Не скажи… — ответил Аинз. Альбедо непонимающе посмотрела на своего господина. — Для товарищей крайне важно подобным образом развлекаться и сближаться. Посмотри на них. Возможно, это кажется глупым, но они искренне счастливы. — …Да, вы правы… — Вот именно! Это помогает укреплять связи! Как мне с предметами из сокровищницы! — воскликнул Актёр Пандоры, что сидел рядом с Альбедо. — О! Вот он шарит! Не то, что ты… — издевательски сказал уже подвыпивший Белл в сторону Альбедо. От такого её глаз нервно задёргался. — Может не будете влезать в чужие разговор… Рубедо протиснулись между игроками и посмотрела на кружку Беллатора. — …Это вредно. — У меня мощное сопротивление к ядам… Рубедо поставила руку на стол. Нигредо пыталась её оттащить, но та даже с места не сдвинулась. — Не думаю, что это честно. — прокомментировала Шалти, сидевшая напротив. Рубедо в непонимании наклонила голову набок. — Белл-сан пьян. Мне кажется, что это скажется на результате. — с улыбкой ответила Шалти. Рубедо взглянула на чашку Белла и быстро её присвоила. — Эй! — Я выпью больше. — …Чего?! Белл резко встал. Деверона оперлась на руку и улыбнулась. — Ну всё, жди беды… Белл-сама, она же автоматон… — Да плевать! Я никому не проиграю! Будь ты хоть трижды невосприимчива! Рассуждения игрока явно заявляли о том, что он не совсем понимает, что говорит. Аинз устало выдохнул воздух из несуществующих лёгких и прикрыл глаза рукой. — Нечестно… Я тебя пощажу. — сказала Рубедо и просто ушла. — Э! А ну стой! — Ещё мне! — воскликнула Астарта. — Тебе уже хватит! — крикнула Елизаздра. — Я хочу ещё конфет! — возмутилась Нега, у которой случился припадок. — И тебе хватит! Белл подсел к Маре и пододвинул чашку ближе к нему. — Я-я не х-хочу. Спасибо… — Да ладно тебе! — Он ещё ребёнок! — возмутился Аинз. — Да? Сколько тебе? — С-семьдесят восемь… — Вооот! Больше двадцати! — У эльфов другое исчисление! — Да ладно тебе! Он же чуток попробует! Аинз посмотрел на стесняющегося эльфа и Ауру, что надула щёки, словно из зависти. — …Маре, если хочешь, можешь попробовать. На этот раз разрешаю. — П-правда?.. Робкий эльф взял чашечку. Сделав глоток, он тут же отвернулся. — Ну как? — …г-горько. Не хочу больше… — Аинз-сама! Почему ему можно, а мне нет?! Я тоже много сделала! — О, не так много, как он! — громко произнес Белл, к удивлению всех присутствующих. Игрок положил руку на голову Маре от чего тот покраснел. — Вместе с ним мы уложили целую армию призраков, около тридцати из которых были девяностого уровня, ха-ха! Сказанное вызвало шок у всех, кроме Аинза. — А потом мы дали отпор мощному зомби… Или кто он там?.. Не важно! Суть в том, что он сделал больше всех! — Н-неправда… В-вы преув-величиваете… Маре покраснел из-за уставившихся на него взглядов и убежал. — Э-эй! — Оставь его. — сказал Аинз. — Да. Он не привык к такому вниманию… — с ироничной улыбкой, добавила Аура. — Вот как? Сразу видно, что Буку-чан поработала… Белл смиренно выдохнул и поднял чашку, встав, дабы сделать объявление. — Все внимание! — сказал Демиург. — Благодарю. Так, а что я хотел?.. А, да. Не так давно была проведена совместная операция Назарика и Аментес, завершившаяся абсолютным успехом! Мы сделали невероятное! Мало того, что мы заработали себе ещё большую известность и репутацию, так ещё и заполучили сразу два Мировых Предмета! Высказывание встретили бурным восторгом и аплодисментами. Сатору в душе улыбнулся, воодушевившись атмосферой, и тоже захлопал в костяные ладони. — Бухай!.. — Не, погоди секунду! Я не закончил! Потом бухать будешь… — прервал Белл подчинённого. Игрок на несколько секунд застопорился, пытаясь вспомнить, что он ещё хотел. — Вот из-за тебя я забыл… А, вспомнил! Таурус! Я всегда знал, что ты толковый мужик! Твой создатель был самым крутым в гильдии, и ты вполне оправдываешь ожидания!.. От высказывания своего господина страж испытал смешанные чувства. Его вроде похвалили, но он не совсем понимал за что. — Мы тут обсудили… Аинз, иди сюда. — Зачем? Ты ведь объявляешь. — Ай, ладно. Твоё предложение о проведении соревнования между гильдиями утверждено! Заключение Белла о предложении Тауруса было встречено очень бурными аплодисментами. Коцит повернулся к товарищу и протянул ему руку. — Похоже. Что. У. Меня. Появился. Достойный. Противник. Таурус пожал её в ответ. — Взаимно. Маре вернулся к столу и выдохнул. — О, ты как раз вовремя. Впрочем, мы ещё не утвердили правила, да и как проходить будут состязания… Но да пофиг! Главное, что утвердили их самих! Белл протянул чашку. Все поступили аналогично. Увидев, что все подняли чашки, Маре повторил жест со своей. — Предлагаю выпить за все наши прошлые, нынешние и будущие победы! Без сомнений, нас ждёт успех! Кампай! — Кампай! — воскликнули все. Празднования продолжались и не утихали вплоть до утра. Крупная победа принесла огромную награду, что значительно укрепила товарищеские узы.