Священная Эльфийская Империя

Ситуация с гномами на границе затянулась, поэтому туда направили резервные войска. Насколько Файонолэлль слышала, там не проводились регулярные действия, как в войну 11892 года, а армия по большей части просто стояла в Оффене, как в тылу, однако бои и перестрелки всё же случались. Участились случаи дезертирства, а кто-то поговаривал, что при такой обстановке фронт может скоро развалиться. По дороге сюда Файонолэлль снова пришлось прочувствовать тяготы военного быта. Ей казалось, что пайки урезали ещё больше, чем в войну с Медной Ордой. Она снова вспомнила времена на Северном фронте, когда почти не наедалась, когда приходилось сохранять и прятать чёрствый хлеб для поддержания сил. Пришлось снова завести такую привычку и обучить ей Тимирна. Солдаты всё чаще ругались на поваров и требовали налить больше супа или каши в тарелку, а те в ответ огрызались, что не они определяют размер порций. Но не с одним продовольствием дела обстояли плохо: форма, которую выдали военнослужащим перед путём к Южной границе, уже износилась и требовала замены, но новая всё не приходила. Файонолэлль знала это не только потому, что работала с документами, но и из многочисленных жалоб солдат. Сама она обращалась с формой бережно, поэтому та могла спокойно прослужить ещё несколько лет, однако многие то и дело рвали её в боях, зашивали заплатками и до неразличимого цвета застирывали из-за грязи, что, конечно, не могло не сказаться даже на такой грубой ткани. Чем больше горный хребет вдали приближался, тем больше Файонолэлль стала замечать бедствий вокруг. Раньше во время дороги сюда она не обращала внимание на деревни, через которые проходили солдаты, потому что её полностью поглощали мысли о фронте и её будущих действиях в войне. Однако теперь она заметила, что состояние близлежащих поселений у Северной границы примерно то же, что и у Южной: неурожаи, бедность, несчастье. Она расспросила местных жителей, и это привело её к неутешительным выводам. Гномы, конечно, не совершали набеги так часто, как орки, однако тоже зачастую разоряли деревни, когда для кражи, а когда для устрашения. Но не они были самой большой бедой местных, а эльфийские солдаты. Из-за нехватки продовольствия и жалования они мародёрствовали, отнимая последнее у и без того нищих жителей. Те ничего не могли противопоставить армии не только по причине наличия у тех оружия, но и потому что армия была силой государства, а против государства не пойдёшь. Нападение мирного жителя на солдата зачастую расценивалось как преступление, даже если в наличии были факты, подтверждающие, что это была самооборона. Многим жителям иногда не удавалось даже достучаться до правосудия, и они напрасно обивали пороги судов и канцелярий в течение многих лет. В таком случае проще было вообще не сопротивляться и покориться судьбе. Многие воспринимали последний вывод довольно буквально: повсюду возле гор Оффен Файонолэлль замечала храмы и церкви. Здесь намного чаще молились Богине Элу, чем в других регионах Гвендолина, искали в вере утешения и спасения от ужасной действительности. Когда Файонолэлль поделилась своими наблюдениями с Анайрирэ, та назвала её чёрствой из-за безэмоциональной реакции на такую информацию. По мнению Анайрирэ, которое она высказывала ещё давно, а теперь повторила, мародёрство нужно было искоренить. Она не могла без слёз слушать рассказы некоторых жителей об их судьбах. Файонолэлль на это лишь пожала плечами. Она, например, не могла вспомнить времени, когда так же сочувствовала кому-то постороннему, даже до обучения в военной школе. Это был единственный раз с отъезда Флюориэ, когда она перекинулась фразой с Анайрирэ. С Орэстэ Файонолэлль не разговаривала вообще. Не потому что не хотела — просто без Флюориэ, связующего звена, ей было сложно общаться с эльфами, которых она даже называла друзьями. У неё не было ни желания, ни идей, как можно провести время вместе. Файонолэлль сильно недооценивала влияние Флюориэ на свою повседневную жизнь. Теперь она вернулась обратно к своему закрытому состоянию, когда почти ни с кем не общалась. Вообще, Файонолэлль стала замечать, что уже привыкает к войне. Не конкретно к этой, а к войне вообще. Для неё стёрлись границы между тылом и войной, между боями и работой в штабе. Она больше не ощущала дискомфорта из-за необходимости спать в одежде, среди разговоров и при включённой лампе. Она больше не мечтала о подвигах, не тешила себя надеждами на какие-то изменения условий жизни в будущем. Подумав, Файонолэлль решила, что это всё же к лучшему. Однажды на фронт приехал гонец из столицы с ежегодным объявлением результатов плана по обеспечению армии. Пока он громким голосом зачитывал с листа новости об «увеличении порций», «пошиве нового комплекта формы» и о «заботе короля о своих подданных», среди рядовых, которых построили слушать объявление, пронёсся недовольный шёпот. Гонец проигнорировал это и продолжил читать. Потом Файонолэлль подумала, что он, наверное, привык видеть подобную реакцию. Солдаты недоверчиво щурили глаза, всё громче звучали слова про обман и надувательство. Командиры прикрикнули на высказывающихся, однако народный гнев было не остановить. Сдерживаемый много месяцев, он наконец прорвался наружу: эльфы кричали в полный голос, требовали «дать им то, что полагается по этой бумажке», не обманывать их ложными заявлениями и даже расправиться с гонцом. Роты и взводы превратились в неорганизованную толпу. Конечно, вспыхнувшее недовольство быстро утихомирили, а виновных схватили. Командиры пытались всячески заискивать перед гонцом, обещали устроить расправу над «намерено искажающими действительность» мятежниками. Файонолэлль понимала, почему: за слова рядового нёс ответственность его командир. Это было всего лишь стихийное недовольство беспорядочной толпы — его, конечно, быстро рассеяли и подавили. Однако если управлять им… Получилось бы добиться чего-нибудь?

***

Руководство не стало затягивать и присоединять новоприбывшие войска к стоящим тут уже три года. Наоборот, полковник Керенис решила пойти в наступление. Неделю части заново комплектовали, командиры разрабатывали стратегический план и разъясняли его солдатам. Вместе с этим появилось много работы, поэтому Файонолэлль снова пропадала на службе с утра до вечера. Конечно, внезапное оживление на стороне врага не осталось незамеченным среди гномов, даже при том, что эльфы старались подготовиться к наступлению незаметно. В последние дни по другую сторону гор Оффен наблюдалось нетипичное затишье. Скорее всего они что-то готовили, поэтому полковник Керенис приказала поторопиться, чтобы эльфов не застали врасплох. Масштабный план включал в себя множество полков и дивизий. Рота капитана Айвенреля должна была прикрывать левый фланг, а полковник Керенис вела основное наступление. Тимирн со своим майором был в правом фланге, поэтому они с Файонолэлль не должны были пересечься. Анайрирэ и Орэстэ попали в партизанский батальон, который должен был зайти в тыл врага и нанести удар оттуда. Эту задачу выполнял всего лишь батальон, а не дивизия, из-за особенностей местности. Пересечь горную гряду и совершить обходной манёвр, не оказавшись обнаруженными, невозможно было бы такому количеству эльфов. Местные жители показали им тайную дорогу в обход, и незадолго до выступления остальных войск партизанский батальон воспользовался ей, исчезнув в предрассветном тумане. Капитан Айвенрель высказывал опасения, что их могут обнаружить, однако полковник Керенис предусмотрела это: в случае провала операции капитан, руководящий батальоном, должен будет послать цветной магический сигнал в воздух. Тогда остальные войска увидят это и поспешат на помощь. Перед началом Файонолэлль зашла в кабинет Айвенреля. — Разрешите обратиться! Во время боя я должна буду находиться рядом с вами, капитан? — Главное — это твоя безопасность, Файонолэлль’ифэ. Я не хочу допустить, чтобы ты ещё раз попала в плен или была убита. Ты довольно ценная сотрудница для меня. — Как скажите. — Но дело не только в этом. Ты ведь хочешь однажды сама стать командиром? - спросил он вдруг совершенно не по уставу. - Ты изучаешь книги по военному делу и истории, советуешься с другими солдатами по вопросам тактики и организации в армии. Я бы не хотел, чтобы такой талант пропал зря. — Но… откуда вы узнали? - удивлённо спросила Файонолэлль. — Всё-таки ты моя подчинённая. - губы Айвенреля тронула лёгкая и совершенно не свойственная ему улыбка. - А хороший командир должен знать об увлечениях своих подчинённых. Я поддерживаю тебя в стремлении к знаниям. И ещё, запомни вот что: ты, может быть, не идеальный солдат, но идеальные солдаты командирами не становятся. Файонолэлль стояла, слегка поражённая такими откровенными словами. — Можешь идти. Он отвернулся, и Файонолэлль поспешно удалилась из кабинета, задумавшись. Она ещё не знала, что разговаривала с капитаном Айвенрелем в последний раз. Файонолэлль прислушалась к его словам и не отправилась в атаку вместе с левым флангом, а осталась в штабе. И это было очень удачное решение. Всё пошло не так ещё в самом начале, когда левый фланг атаковали сразу с двух сторон войска гномов, сидевшие в засаде. Они сильно задержали эльфов, из-за чего те не успели вовремя подключиться к атаке основного наступления. Однако они имели больший успех, так как им удалось вклиниться в ряды врага и разбить его строй. Капитан Айвенрель и остальные на левом фланге не знали этого, так как оказались окружены и отрезаны от основных войск. Около гор и среди холмов они имели не так много места для разворота и перегруппировки, поэтому единственным выходом было вырваться из окружения и попытаться пробраться к основным. Однако быстро сделать это не удалось. Гномы из строя, разбитого основными войсками эльфов, частично перебрались к левому флангу, присоединившись к своим. Из-за этого силы стали не равны. Капитан Айвенрель, остановив коня, с тревогой посмотрел на узкую дорогу, которая, как он помнил из плана местности, должна была соединить левый фланг с основными войсками в случае неудачи тех. Туда нужно было прорваться во что бы то ни стало, иначе гномы могли перегородить этот путь. Солдаты уже теряли боевой дух, и требовалось их подбодрить. — Эльфы! - крикнул он. - Не дайте им загородить нам путь. Давайте присоединимся к своим товарищам! Вперёд, за короля и Гвендолин! Он пришпорил своего коня и поскакал к тропинке, сметая по пути гномьих солдат. Эльфы сначала из его роты, а затем и остальные подтянулись за ними, стремительно разбивая врага. Гномы, увидев это, ещё яростнее принялись противостоять им. Внезапно стрела попала в ногу капитана Айвенреля. Он поморщился, но не отступил. Наоборот, он поскакал быстрее, почти в одиночку прорываясь сквозь ряды врага, чтобы вдохновить остальных. Однако это оказалось ошибкой: Айвенрель понял это, когда гном, с ног до головы закованный в броню, огромным тесаком перебил передние ноги его коня. Он с шумом упал вниз, стукнувшись о землю. Айвенрель, к счастью, не был раздавлен тяжестью коня, и быстро вскочил, хотя позже снова упал из-за ужасной боли в ноге от воткнутой туда стрелы. Он попытался подняться, но сзади подскочил гном и с размаху всадил ему топор в спину. Падая, последними капитан Айвенрель видел сырую землю и ноги чьей-то лошади, а потом топор размозжил его череп.

***

Однако левый фланг всё-таки смог присоединиться к основным войскам и наступление завершилось удачно. Эльфы прогнали гномов из гор Оффен, а те вынуждены были позорно бежать. Их решили гнать дальше, однако сначала следовало разобраться с ранеными и убитыми. Файонолэлль заметила возвращавшихся с битвы ещё полчаса назад, а теперь выбежала вниз из штаба, по пути столкнувшись с Тимирном. Он тоже не участвовал в сражении, однако, похоже, уже успел оказаться внизу и теперь поспешно поднимался наверх. Когда Тимирн заметил Файонолэлль, на его лице промелькнуло сначала удивление, а потом тревога. Он остановился на полпути и опустил глаза. — Что-то случилось? — Файонолэлль’лиэль… - Тимирн поднял глаза, и Файонолэлль увидела в них плохо скрываемую тревогу. - Ты ещё не знаешь? — Что не знаю? Файонолэлль с беспокойством вгляделась в Тимирна, и нехорошая догадка шевельнулась у неё в голове. — Говори, что случилось. — Капитан Айвенрель’лион… Он… - Тимирн пытался что-то сказать, но слова застряли в горле. — Он погиб? - упавшим голосом спросила Файонолэлль. Тимирн кивнул. Файонолэлль опустила голову. Она не могла прийти в себя ещё несколько часов, находясь в каком-то странном оцепенении. Файонолэлль отвечала на чьи-то вопросы, следовала за кем-то, ходила туда-сюда, но не до конца осознавала, что она делает. Очнулась она только тогда, когда увидела повозки, доверху нагруженные трупами, завёрнутыми в белую ткань. Скоро их должны были сжечь, а затем собрать пепел, отвезти на кладбище, рассыпать по земле и посадить на этом месте деревья, соответственно древней эльфийской традиции. Файонолэлль не пришла взглянуть на труп: всё равно в этом не было смысла. Не понятно в каком часу она пришла к себе в комнату в бараках и просто легла на кровать, не раздеваясь и развернувшись к стенке, как часто делала раньше в минуты жизненной неопределённости. Она по привычке не обращала внимания на разговоры и шум её соседок по комнате. Она не плакала — слёз не было. Безусловно, за все годы, которые она провела на службе у капитана Айвенреля, она успела к нему привыкнуть. Даже привязаться. Поначалу он казался ей чрезмерно холодным, строгим и отстранённым, однако со временем стал для неё кем-то вроде наставника. Да, между ними не было полного доверия, а отношения не переходили грань рабочих, однако Файонолэлль со временем стала замечать, что он ценит её профессиональные и личностные качества, а она старается не разочаровывать его не только из-за перфекционизма и дисциплинированности. Айвенрель, возможно, понимал, что Тимирн «плохо» влияет на его подчинённую — это читалось в его словах и взглядах, однако не пытался ограничить их общение, а наоборот, позволял им вещи, выходящие за рамки устава. Например, именно он разрешил им пойти купаться в озере во время обратного пути от Южной границы к Таирасу, хотя всё ещё помнил про то, как они сбежали перед ужином на опушку леса по пути на войну с Медной Ордой. Он не требовал от Файонолэлль слишком много на службе, хотя знал, что она училась в военной школе. А теперь его больше не было. Файонолэлль не знала, что с ней будет дальше. Переведут ли её к другому командиру или назначат на другую должность? Вероятнее всего было первое, хотя и второе могло случиться. На следующее утро её вызвала к себе полковник Керенис. Файонолэлль раньше никогда не говорила с ней лично, поэтому она непременно бы волновалась, если бы не подавленное состояние, не отпускающее её со вчерашнего дня. Когда Файонолэлль отворила дверь в кабинет и сложила руки в замок, перед ней предстала высокая женщина с чёрными волосами, собранными в нетипичный для эльфов пучок. Её левый глаз от лба и щёку через нос пересекали два тёмных неровных шрама. Теперь, когда Файонолэлль увидела их вблизи, то поняла, что их оставили магией. Файонолэлль встретилась с пронзительным взглядом чёрных глаз, а затем заговорила. — Полковник Керенис’лиан, прапорщик Файонолэлль по вашему приказу прибыла. — Думаю, что тебе уже известно о героической гибели капитана Айвенрель’лиона во время последней операции. - сразу начала Керенис сухим голосом. - В связи с этим я повышаю тебя до звания лейтенанта и даю под командование десятый взвод. Файонолэлль не смогла скрыть удивления. Она — и сразу лейтенант! И командир целого взвода! На минуту она забыла о смерти Айвенреля, а на лице появилась радость. — Так точно! - отчеканила она. — Ты безупречно служишь уже семнадцать лет, к тому же закончила военную школу. Покойный майор Айвенрель’ифэ хорошо отзывался о тебе и твоих навыках. Поэтому я надеюсь, что ты разумно распорядишься вверенными тебе жизнями солдат. Завтра моя посыльная принесёт тебе документ с краткими сведениями о каждом, а через несколько дней проводит тебя к твоим подчинённым. Пока что познакомься с ними, потому что десятый взвод не будет участвовать в грядущем наступлении и останется в тылу. — Есть! Весь следующий день Файонолэлль провела, готовясь встретиться с будущими подчинёнными, и это отвлекло её от навязчивых мыслей о гибели своего начальника. Она помыла голову, почистила форму от пыли и проверила, не нужно ли где-то её заштопать, а потом стала придумывать приветственную речь. Чтобы другие находящиеся в комнате барака не мешали ей, она решила уединиться за зданием. Во время того, как она ходила взад-вперёд и бормотала себе под нос разные варианты вступительных слов, её обнаружил Тимирн. — Вот ты где! Капитан Айвенрель не был так ему близок, поэтому уже сейчас Тимирн выглядел по-прежнему. Однако на его лице читалось беспокойство. — Меня не пустили к тебе вчера, а утром я не нашёл тебя около кухни. Я очень переживал за тебя… Файонолэлль’лиэль, не стоит хранить переживания в одиночестве. Я бы мог тебя выслушать. — Уже не нужно. Моя главная проблема насчёт моей нынешней роли теперь решилась. Полковник повысила меня до лейтенанта и назначила командиром взвода. — Правда? - глаза Тимирна округлились, а затем он улыбнулся. - Поздравляю с повышением! Вот уж не думал, что ты так быстро обгонишь меня по карьерной лестнице. — А сейчас я занята придумыванием речи для моих подчинённых. Я увижу их через несколько дней. Если так хочешь помочь, то предложи идеи для приветственных слов. — Хм, надо подумать. С чего обычно начинают речи? - Тимирн отошёл на пару шагов и принял величественную позу. - Здравствуйте, солдаты Гвендолина! Сейчас наша страна переживает непростые времена. Возможно, настанет день, когда мужество оставит род эльфов, мы предадим друзей и разорвём все узы дружбы, но только не сегодня! За нашего короля! — Всё-таки мне кажется, что это чересчур… - осторожно возразила Файонолэлль, пребывающая в чувстве стыда. - Я же не веду их на последний смертный бой. Я просто представляюсь им как новый командир. Помимо ненужного пафоса, в речи Тимирна ей не понравилось упоминание короля в таком героическом свете. — Ладно, раз нужно что-нибудь попроще… Здравствуйте, солдаты, расскажите что-нибудь о себе. — Кстати, полковник же говорила, что её посыльная принесёт мне документ с характеристиками солдат десятого взвода сегодня. — Что-то она задерживается. — Впрочем, ты не понаслышке знаешь, что такое — не редкость. - ехидно заметила Файонолэлль. — Эй! - возмутился Тимирн. - Но, вообще, разве посыльная полковника Керенис’лиан должна допускать такие промахи? Я думала, что она всех там держит в ежовых рукавицах. — Поверь мне, служившей в Линтаре, халатности среди руководства там больше, чем ты предполагаешь. — Почему же ты так говоришь? У руководства дел невпроворот, так что можно простить им небольшую задержку… Тимирн хотел сказать что-то ещё, но вдруг прибежала какая-то эльфийка, вроде бы посыльная одного подполковника, насколько помнила Файонолэлль. Она сообщила, что майор требует Тимирна к себе, и тот поспешно удалился. Вечером к Файонолэлль всё-таки постучалась посыльная Керенис с тонкой папкой, прижатой к груди. Она явно запыхалась и торопилась покончить со всеми делами до конца рабочего дня. — Вот сведения о ваших солдатах. Файонолэлль приняла из её рук папку и, только когда та уходила, бросила запоздалое «Спасибо». Десятый взвод был довольно разномастным: тут присутствовали и новобранцы, и опытные солдаты, и добровольцы, и недавние выпускники военных школ (не из Линтара, конечно, но всё же). Видно было, что солдат выдернули из привычных мест, собрали с разных краёв, и эта непростая компания теперь должна была ужиться под её руководством. Впрочем, не то чтобы Файонолэлль не устраивало такое положение вещей. Как-то раз она прочитала в книге, исследующей пропаганду во времена предыдущей королевы, что из непохожих эльфов легче слепить то, что нужно их командиру, тогда как уже сформированных и примерно одинаковых эльфов сложнее идеологически перекроить. Хотя, как отмечал автор, с последними ситуация может выйти лучше в том случае, если требуется определённый результат. Вскоре Файонолэлль нашла комментарии к той книге, где подвергались сомнению многие доводы автора и оспаривалась эта точка зрения. Файонолэлль пока не имела опыта управления людьми, так что не могла сравнить два мнения со своим опытом. Она пока ещё не знала, что конкретно будет «лепить» из своих солдат и будет ли, но решила, что если и пытаться кого-то идеологически настроить, то лучше делать это с большим количеством эльфов, чем взвод. Хотя… начинать же с чего-то надо. Через два дня посыльная полковника Керенис позвала Файонолэлль познакомиться с десятым взводом. Она поправила очки, съехавшие на переносицу, а потом начала говорить. — Десятый взвод был образован совсем недавно, во время новой комплектации здешних частей. Они потеряли командира в последней битве. Это я говорю для того, чтобы ты не переживала, как солдаты примут тебя, если будут уже привыкшие к своему прошлому лейтенанту. Посыльная обернулась к Файонолэлль, но не обнаружила на её лице ни благодарности, ни понимания. Она, похоже, забыла, что та должна была знать эту информацию из документа, который она сама же и принесла. Дальше посыльная не стала продолжать разговор, и они молча проследовали к внутреннему двору, который также использовался как плац для тренировок. Там уже находились примерно тридцать или тридцать пять эльфов. Кто-то сидел на перевёрнутом ящике, кто-то скучающе наблюдал за небом, а некоторые переговаривались. Увидев Файонолэлль и посыльную Керенис, они медленно встали и сложили руки замком один за другим. — Здра… тву-те!.. Лей…нант Фай-о… ноэ-ллиан! - грянул нестройный гул голосов. «Похоже, придётся начинать не с знакомства…» - с мысленным вздохом подумала Файонолэлль. — Почему стоите вразброс, когда командир перед вами стоит?! - крикнула она. - А эти завывания вообще не похожи на приветствие! Она подскочила к эльфийке, которая держала в руке надкушенную булочку. — Это что такое?! Запрещено есть, когда командир разговаривает! А потом к эльфу, у которого шинель была сняла и повязана на пояс за рукава. — Почему одежда не по форме?! Вы думаете, раз потеплело, то можно наплевать на правила?! Солдаты замерли на месте и выпучили глаза на Файонолэлль, которая, казалось, сейчас начнёт метать громы и молнии. — Проси-им проще-ения! - хором затянули они. Файонолэлль встала напротив солдат и сложила руки на груди. Она немного сбавила тон, когда увидела, что её слова произвели должный эффект. — Значит так, с сегодняшнего дня я такой халатности не потерплю! Армия, состоящая из таких, как вы, стала бы позором для Гвендолина! И в качестве наказания… - она на секунду задумалась, вспоминая школьные времена и наказания там. - Все вы пробежите десять кругов по этому двору! Солдаты, напуганные таким внезапным нападением на них, тотчас же бросились бежать по тренировочному плацу, нестройной толпой прижимаясь к зданию штаба. — И не срезать круг! - прикрикнула вдогонку Файонолэлль. - Маршировать я вас ещё научу, бездарности! Она посмотрела на бегущих и только теперь перевела дух, заодно оценила масштаб проблемы. Она сразу узнала муштру военной школы на нескольких солдатах, однако остальные оставляли желать лучшего. Также выделялись бывалые солдаты, но те не были настолько же дисциплинированными, как выпускники, а старались схалтурить, уложившись в правила. А вот остальные либо ленились, либо совсем ничего не умели. «Да уж, повозиться с ними придётся…» - решила Файонолэлль. После того, как они отбегали свои десять кругов, она поставила их в ровную шеренгу, что тоже не прошло гладко, поэтому пришлось орать на каждого, кто ставил ноги неправильно или выбивался из общего ряда. А потом заставила хором отдавать честь, пытаясь добиться синхронных движений ото всех. Но тридцать эльфов было не так-то просто вымуштровать, так что провозились они до того момента, когда солнце пересекло зенит и начало наклоняться в сторону заката. — Отставить! Почему правый край отстаёт? Я покажу вам, как отставать! Заново! Отставить! Файонолэлль на секунду отвернулась от солдат и заметила Тимирна, притаившегося возле угла штаба. — Подождите минуту. - сказала она. - Не двигаться! Она подбежала к Тимирну. — Я искал тебя, чтобы позвать покушать… - сказал он, боязливо глядя на сведённые брови Файонолэлль. - А то уже почти закончился обеденный перерыв. Но ты, похоже, занята… — Обед? Совсем про него забыла. - она уже сменила суровое выражение лица на обычное нейтральное. - Ладно, придётся устроить этим олухам перерыв. Она обернулась к солдатам, которые всё это время неподвижно стояли, прижав руки к швам и боясь пошевелиться. — На ваше счастье я объявляю обеденный перерыв! Но не обольщайтесь: пока я не научу вас строиться, не отпущу, поэтому ровно через полчаса все до единого должны быть здесь. Если кто-нибудь опоздает хоть на минуту, то — на гауптвахту. Однако, пока она не удалилась с тренировочного плаца, никто даже не двинулся с места. — А ты, я так вижу, уже занимаешься со своими подчинёнными? - осторожно начал Тимирн. — Тебе что-то не нравится? - Файонолэлль с вызовом обернулась к нему. — Я, конечно, не вправе критиковать старшего по званию… Но ты не думала, что так на них наседать при первом знакомстве — это чересчур? — А ты ещё не привык к армейским порядкам? Это норма даже в военных школах. — Но разве дисциплины и повиновения можно добиться только криками, наказаниями и муштрованием? Я думаю, что можно договориться и по-хорошему… — Вот скажи, - Файонолэлль заглянула Тимирну в глаза. - прекратил бы ты лениться, если бы твой начальник не нагружал тебя лишней работой за это, а просто попросил? — Ну-у, если бы попросил… Может, проявилась бы моя совесть… - попытался неловко оправдаться Тимирн, но быстро сдался. - Ладно, не перестал бы. — Об этом я и говорю. — Но я не перестаю вне зависимости оттого, наказывает он меня или нет!