Священная Эльфийская Империя

Как-то раз в выходной день Файонолэлль встретилась с Тимирном во время похода по магазинам за продуктами. Она уже сделала основную бытовую работу в комнате, поэтому согласилась пройтись до общежития с ним. Файонолэлль позволила Тимирну взял её сетку с овощами и хлебом, хотя раньше непременно бы отказалась. Он поведал ей, что просто прогуливался по улицам в связи с тёплой и ясной погодой. Пока он увлечённо рассказывал, что совсем недавно в одном из городских садов распустились цветы лаванды, источающие приятный аромат, Файонолэлль занимали другие мысли. Она уже давно не стригла свои волосы, в последние месяцы забывала об этом. Теперь они выросли почти до лопаток в распущенном виде. Файонолэлль дотронулась до собранных в хвост прядей и отметила, что ей стоит постричь их, когда она вернётся в жилище. — …Файонолэлль’син, не хочешь сходить туда? Мы не долго, просто полюбуемся на лаванду. Тебе обязательно надо почувствовать её восхитительный аромат. Она отцветёт через месяц, а следующего сезона придётся ждать год. — Нет, я занята. Мне надо постричь волосы. — А куда к парикмахеру ходишь? Не посоветуешь? — Я не хожу к парикмахеру. Я сама стригу себе волосы. — Сама? - Тимирн удивлённо наклонил голову. - А так разве удобно? Файонолэлль пожала плечами. — Я привыкла. — А ты не хочешь вырастить длинные волосы, как у меня например? Тимирн выбежал вперёд и эффектно, с немалой гордостью тряхнул блестящим и ровным каскадом своих русых волос. — Нет. За ними неудобно ухаживать, а толку никакого. — Ну почему же, для красоты. Слушай, Файонолэлль’син, а может быть я тебе их постригу? — Что? - Файонолэлль даже остановилась на месте от неожиданности. - Зачем? — Чтобы всё сделать ровно и красиво! Не переживай, - подмигнул Тимирн. - я имею в этом опыт. — Ну… почему бы и нет. - Файонолэлль слегка смутилась, но сохранила нейтральное выражение лица. — Отлично, давай скорее к тебе. Заодно твои продукты занесём. Тимирн уже бывал у Файонолэлль до этого, поэтому она не стеснялась его приглашать. Когда он посетил её жилище в первый раз, то совсем ничего не сказал насчёт её скромного убранства (хотя Файонолэлль подозревала, что все его мысли до этого озвучила Флюориэ, пришедшая с ним: та не постеснялась раскритиковать в комнате всё). Так что несвойственный Файонолэлль страх отхлынул. Когда они остановились у входа в общежитие, Тимирн внезапно остановился: — Подожди, а чем мы тебе волосы стричь-то будем? Погоди, я сбегаю к себе за ножницами. — Обычно я пользуюсь ножом. — Ножом?! - Тимирн был в шоке. - Единая Богиня… — Что-то не так? - невозмутимо поинтересовалась Файонолэлль. - На передовой это обыкновенные порядки. — Хотя это же ты… Чему я удивляюсь… - пробормотал Тимирн. - Ладно, хотя бы один раз в жизни у тебя будет ровная стрижка. Подожди, сейчас я сбегаю за ножницами. Вскоре после того, как Файонолэлль вошла к себе в комнату и положила продукты на стол, Тимирн вернулся. — Так, есть ли у тебя какие-нибудь ненужные бумаги? - спросил он, деловито уперев руки в бока. — Ненужные… Дай-ка подумать. Файонолэлль нагнулась, отодвинула ящик комода и достала оттуда листок с рукописным текстом. — Я думал, что у тебя найдутся какие-нибудь просроченные и забракованные документы. — В отличии от тебя, я не ленюсь на службе и мой командир не наказывает меня лишней работой. Тимирн демонстративно отвернулся и сложил руки на груди. Файонолэлль посмотрела на листок, который держала в руке. Она пробежалась глазами по строчкам и вспомнила – это было неудачное письмо к родителям. Каким-то зимним вечером Файонолэлль расчувствовалась от ностальгии по родному дому и решила послать весточку отцу и матери. Но письмо не получилось: то Файонолэлль не знала, о чём рассказать, то терялась в догадках, о чём спросить. Все выражения, которые она перебирала в памяти, казались ей глупыми и неподходящими. Так письмо и осталось ненаписанным. Файонолэлль помотала головой, отгоняя ненужные мысли. Она засунула листок обратно в ящик комода и вынула оттуда чистую бумагу. — Это подойдёт? — Да. - Тимирн взял листок из рук Файонолэлль и достал ножницы. - Ты садись пока… куда-нибудь. И ещё, принеси свою расчёску. Похоже, что он ещё не очень ориентировался в её комнате. Файонолэлль взяла расчёску из комода и села на стул, стоящий рядом с кроватью. — Так, расчёску нужно намочить. Погоди-ка… Можно какую-нибудь чашку? Файонолэлль пока не понимала, что он задумал, но встала со стула и достала свою кружку. — Отлично. Я сейчас. Тимирн взял у неё из рук кружку и вышел из комнаты, и через минуту возвратился. — Я набрал немного воды в кулере, чтобы туда-сюда не бегать. Садись пока обратно и сними резинку. Внутренне Файонолэлль несколько удивилась подобным манипуляциям. Ей казалось, что стричь волосы довольно легко – достаточно просто нагнуться, собрать их в ладони и обрезать ножом. Тимирн подошёл к ней сзади, держа в руке бумагу на манер подноса. Он подставил листок под волосы, а рядом на комоде разместил кружку с водой. Потом обмакнул расчёску в воду. — Нужно слегка намочить волосы, чтобы они выпрямились. - пояснил он. Потом он провёл мокрой расчёской по волосам Файонолэлль, снова обмакнул её и сделал то же самое ещё несколько раз. Обычно Файонолэлль не обращала внимание на такие будничные вещи, как расчёсывание волос или собирание их в хвостик — это составляло её рутину. Но от прикосновений Тимирна всё внутри словно перевернулось, а щёки тронул жар. Файонолэлль была одновременно удивлена и смущена, однако радовалась, что Тимирн не видел выражение её лица. Он тем временем отложил расчёску и взял ножницы. — Тебе до какой длины сделать? — А? - Файонолэлль слегка вздрогнула. - До плеч. Похоже, что у Тимирна действительно был опыт в стрижке волос, потому что он довольно быстро управился, ловко оттягивая пряди волос, обрезая их и сравнивая, чтобы они получились одинаковой длины. Файонолэлль всё это время сидела неподвижно, боясь пошевелиться. — Ну вот и всё. - сказал он наконец, отойдя в сторону, чтобы оценить результат. - И волосы почти высохли. Файонолэлль достала зеркало и посмотрелась в него, поворачиваясь то в одну сторону, то в другую. Действительно, получилось намного аккуратнее, чем она делала прежде. — Спасибо. - сказала она, уже совладав со смущением. — Обращайся! - Тимирн подмигнул ей. - Ну всё, я, пожалуй, пошёл. Позже Файонолэлль много раз вспоминала эту ситуацию и при этом часто дотрагивалась до волос. Кто бы что не говорил, а Тимирн умел смущать её…

***

Не всю жизнь солдат в Таирасе занимали военные заботы. Местные жители часто устраивали различные праздники и фестивали, как национальные, так и государственные. В такие дни военнослужащим давали выходные — только это и заботило Файонолэлль. В основном она не принимала участие в народных гуляниях, а военные мероприятия в последние годы не вызывали у неё ничего, кроме скуки и отвращения. Они везде были одинаковы — что в столице, что здесь, и казались Файонолэлль сплошной ложью. Зато Тимирн любил праздники — и мирные, и военные. Весной должен был состояться важный день для всех жителей, круглая дата — 11900 лет со дня основания государства, День Гвендолина. На самом деле, эта дата была весьма условной. Пусть эльфы жили долго и тщательно сохраняли письменные исторические источники, спустя почти двенадцать тысяч лет даже они не могли быть уверены в достоверности тех или иных дат. Помимо военного парада, возглавляемого полковником Керенис, ко Дню Гвендолина в Таирасе планировали открыть ярмарку с народными промыслами и ремёслами. И то, и другое было необходимо для того, чтобы показать «единение исторической памяти и народной воли». Штабные войска уже начали репетицию парада и занимались этим довольно часто. Тимирн радовался, что теперь они проводили намного больше времени на свежем воздухе. После очередной репетиции военным дали небольшой перерыв, и они разбрелись неподалёку. Файонолэлль встала возле угла какого-то дома, забравшись под крышу, чтобы с той не капала вода. Тимирн заметил её и подошёл. Они поприветствовали друг друга, и Тимирн тоже встал под навес рядом с ней. — Как я рад, что наступила весна! - воскликнул он, щурясь то ли от солнца, то ли от удовольствия. - Я очень люблю это время года. После долгой холодной зимы, которая успевает надоесть, наступает период слякоти и потепления, и ты всё ждёшь и ждёшь, а настоящая весна всё не наступает. Ты уже успеваешь привыкнуть к грязному талому снегу, чёрным голым ветвям, к ещё по-зимнему сероватому небу, и тут внезапно, всего за несколько дней случается чудо. Весна приходит по-настоящему и мгновенно заполняет собой всё: и землю, и воздух, и сердце. Всё преображается до неузнаваемости, на всём чувствуется печать обновления, оживления. Словно кто-то за одну или несколько ночей заменил все элементы природы на новые, а мы заработались и не заметили. Стоишь вот тут под крышей, и внезапно наступает осознание, что… Ай! Тимирн резко дёрнулся, и повёл плечами: за шиворот ему упала большая холодная капля. — Вот же!.. Такой момент испортился. - он зажмурился от неприятного ощущения и обнял руками плечи. - Бр-р, а водичка-то ещё холодная… Может я зря так поспешил с выводами о наступившей весне? Капли-то точно лёд! — Не знаю. - ответила Файонолэлль, и её лицо озарила насмешливая улыбка. — Ты что, смеёшься надо мной? А вот и зря! - Тимирн состроил показное недовольное лицо. - Такое может случиться с каждым, вообще-то, и с тобой тоже! Он сложил руки на груди и вскинул подбородок, но потом тотчас же подпрыгнул на месте и скорчил лицо, потому что новая капля попала на его затылок. — Ай-ай-ай, да что же такое! Тимирн выскочил из-под навеса. Файонолэлль ещё раз улыбнулась, да так, что образовались морщинки около глаз. — Вот почему на тебя они не падают, а, Файонолэлль’син? - возмутился Тимирн, но, не получив реакции, замолчал. - Ладно, посмейся, что уж. — Я не смеюсь. — Над такими ситуациями тоже полезно посмеяться. Не всё же время с недовольным лицом ходить. — Это моё обычное лицо. - спокойно ответила Файонолэлль. - И я почти никогда не смеюсь. — Да? Тогда это значит, что когда-нибудь я заставляю тебя засмеяться, вот увидишь! — Правда? Ну, попробуй. Тимирн хотел ещё что-то добавить, но тут прибежал посыльный с приказом об окончании перерыва и начале репетиции. Файонолэлль пошла к своим, но почему-то её щёки тронул лёгкий румянец. Приближалась ярмарка промыслов и ремёсел. В другой раз Файонолэлль проигнорировала бы её, потому что не интересовалась народным творчеством, но однажды её посетила мысль, что там можно будет присмотреть какой-нибудь подарок Тимирну. Сначала она отмела эту идею, но та не давала ей покоя. Тимирн уже многое сделал для Файонолэлль, так почему же ей не отблагодарить его каким-нибудь красивым и практичным подарком? Правда следом встал вопрос: а что вообще понравится Тимирну? Тут Файонолэлль оказалась в тупике. Теперь она подумала, что, на самом-то деле, плохо знала Тимирна. Она вспомнила только то, что ему нравится природа. Но разве её можно потрогать или подарить? Несколько дней Файонолэлль провела в размышлениях, а потом её внезапно поразило: помимо природы Тимирн обожает всякие ненужные безделушки! У него же вся комната ими забита. Файонолэлль вообще удивлялась и не понимала, зачем ему столько всего. Например, неужели он спит на этих маленьких расшитых подушках? Файонолэлль сомневалась: она даже трогала их, проверяя на мягкость, и пришла к выводу, что спать на них неудобно. Тогда зачем они, любоваться, что ли? В любом случае, пристрастие Тимирна к ненужным мелочам играло ей на руку. Файонолэлль не сомневалась, что сумеет подобрать что-нибудь подходящее. Однако когда настал день ярмарки, она усомнилась в своём выводе. Перед ней раскинулись ряды разноцветных палаток и прилавков с огромным числом товаров, и Файонолэлль совершенно не знала, что ей выбрать. Прежде этого она отослала Флюориэ в другую часть города под предлогом праздничного концерта бардов. Однако теперь она жалела о своём решении, ведь та точно смогла бы чем-нибудь помочь. «Ладно, я справлюсь и самостоятельно.» - решила Файонолэлль. Первыми в глаза ей бросились ожерелья и подвески из бисера, очень яркие и сплошь покрытые узорами, так что от долгого разглядывания у Файонолэлль зарябило в глазах. Она помотала головой, поморгала и подумала, что Тимирн не носит такие украшения. Следом она увидела декоративное мыло. Мыловары из района около Таираса помимо обычного иногда изготовляли мыло в виде фигурок и красили их. Там были и совы, и зайцы, и пирожные, и ягоды, совершенно неотличимые от настоящих. Правда, насколько Файонолэлль слышала, такими фигурками было неудобно пользоваться, к тому же краска быстро слезала. А потом она увидела колокольчики, однако не совсем обычные и вовсе не маленькие и изящные. Их вылепили вручную из глины, поэтому они имели неровный и даже грубоватый вид. Колокольчики были стилизованы под тёмно-зелёных лягушек или окрашены в песочный, серо-голубой или светло-коричневый. Язычки тоже имели неровную форму, напоминающую лапки лягушек или стройных рыбок. Это было именно то, что нужно! Файонолэлль пока не знала, куда Тимирн их повесит: на дверь, чтобы они звенели, или около стола к гирляндам, чтобы просто любоваться. Однако она купила парочку, которые продавщица заботливо завернула в бумагу и уложила в её корзину. Следом внимание Файонолэлль привлекла посуда в похожем стиле — маленькие блюдца, кружки или подставки с неровными краями, покрытые эмалью. Она взяла пару блюдец и кружку, после чего решила возвратиться в жилище. Тимирн был слегка удивлён подарком от неё на День Гвендолина, но обрадовался колокольчикам, блюдцам и кружке. Ему понравилась ручная работа и цвета (хотя насчёт последних Тимирн добавил, что было бы лучше поярче и повеселее). Он поблагодарил Файонолэлль за подарок, из-за чего та ощутила странное душевное тепло. Однако потом Флюориэ, увидевшая это, отвела Файонолэлль в сторонку и зашептала той, что дарить подарок на День Гвендолина — это уже как-то слишком. На непонимание в глазах Файонолэлль она, вздохнув, пояснила, что выражение симпатии и день основания страны – это совсем несовместимые вещи.

***

Как-то раз Флюориэ позвала Файонолэлль на встречу в выходной день, обещая обсудить какую-то «важную тему». Файонолэлль недоумевала, что за тема такая, для обсуждения которой необходимо встретиться наедине в кафе, ведь обычно для рассказа последних новостей хватало обеденных перерывов и прочих случайных встреч. Как бы то ни было, в назначенную дату Файонолэлль с утра сделала уборку, потом причесалась, собрала сумку и пошла в нужное кафе. На её удивление, оно не соответствовало обычным предпочтениям Флюориэ — ни бардов, ни выпивки, ни танцев. Напротив, здесь было очень тихо и даже уютно: выключенные лампы с овальными абажурами, мягкие диваны и подушки, цветы в горшках и пейзажи на стенах. Флюориэ встретила её как всегда с радостью. Она уже заняла столик и помахала Файонолэлль, приглашая сесть рядом. Она заказала себе освежающий коктейль со льдом и листьями мяты, Файонолэлль взяла такой же. Отпив немного из стеклянного стакана, Флюориэ, наконец, приступила к разговору. — И так, я хочу поговорить о Тимирн’сине. — О нём? Зачем? - спросила Файонолэлль, однако голос выдал её смущение. — Файонолэлль’син, не притворяйся, ты прекрасно понимаешь, о чём я. Ты к нему определённо что-то чувствуешь. — Д-да не чувствую я к нему ничего, мы друзья! — Я же всё прекрасно вижу. А иначе стала бы ты хвататься за любую возможность провести с ним время и поступаться своими принципами, выгораживая его правонарушения? — Это лишь дружеская симпатия, ничего более. — Да ладно, я же не осуждаю тебя, совсем наоборот! Тимирн’син — прекрасный молодой эльф. И добрый, и весёлый, и заботливый… И внешностью вышел: мягкие волосы, милое лицо. Он — однозначно хороший выбор, я скажу тебе как его подруга! Файонолэлль было неловко из-за того, что Флюориэ так открыто расписывала его положительные качества, словно говорила о своём ребёнке или коте. — Правда я удивлена, как он мог тебе понравиться — он же так на тебя непохож. - между делом заметила та. - Тимирн не соблюдает дисциплину и порядок, а для тебя они святое. Он очень любит природу и вообще красоту, а ты этого совсем не понимаешь. Файонолэлль молчала. — Хотя знаешь… противоположности же притягиваются! - Флюориэ ахнула, выпучила глаза, а затем закатила их. - Слушай, вы определённо созданы друг для друга. Иначе и быть не может! Такие разные, но полюбили друг друга… ах, это так романтично! «Её голова напрочь забита любовными романами…» - подумала Файонолэлль, а затем вздохнула. — Хотя-я-я… Нет, Тимирн’син — определённо не лучший выбор для тебя. Честно говоря, я знаю эльфов и получше. Ты, небось, видишь в нём только хорошие черты, но я сейчас раскрою тебе глаза на истинную правду вещей. Он никогда мне не рассказывает про свои рискованные поступки и идеи, чтобы я не разболтала! - Флюориэ обиженно надула губы и свела брови вместе. - Нашёл секреты! Ничего, что я его подруга, а друзья делятся между собой всем? Он совсем не воспринимает меня всерьёз, будто я ребёнок. Да и вообще, он постоянно меня подкалывает и критикует! Особенно потешается над моей готовкой. А сам он шеф-повар что ли? Файонолэлль сидела с обречённым выражением лица, ожидая, когда гневный монолог подруги закончится. — Нет, Тимирн’син — просто ужасный эльф, терпеть его не могу! - Флюориэ сложила руки на груди и демонстративно отвернулась. - Нет, Файонолэлль’син, даже не думай иметь с ним дело, он не достоин тебя, он подлый и мерзкий, в нём нет ничего хорошего. Лучше брось его немедленно и никогда не вспоминай! — Да я вроде пока с ним не вст… - рассеянно попыталась оправдаться Файонолэлль. — Обманщик, совсем тебе голову запудрил! - прервала её Флюориэ, драматично всплеснув руками. - Бедняжка, ты пала жертвой его порочного обаяния! Давай я тебя обниму и утешу! Флюориэ протянула руки к Файонолэлль через стол, обняла её шею и притянула голову к себе, рыдая то ли фальшиво, то ли по-настоящему. — Стой, нет, не надо… - пробормотала Файонолэлль, пытаясь освободиться из цепкой хватки.

***

Всё-таки Флюориэ определённо помешана на любовных романах, решила Файонолэлль. А ещё неясными оставались её отношения с Тимирном. Файонолэлль считала, что они были друзьями, но при таком огромном количестве нелестных слов, которые та про него сказала, у Файонолэлль появились сомнения в прочности их дружбы. Хотя на следующий день они снова были не разлей вода. Файонолэлль потерялась в догадках. И всё-таки, Файонолэлль не понимала, почему она в мыслях всё чаще представляла Тимирна и себя вместе, не понимала, почему она так радовалась, когда видела его и почему ждала их встречи, почему обращала внимание на все слова, которые он говорил про неё, почему стала вести себя иначе. Ещё и Флюориэ подливала масла в огонь… А потом внезапно поняла. Она попросту влюбилась.