Тайна Примали

Кровь, погони, страсть

Жить любой ценою

Я не смел упасть

Ты была со мною

(Из песни “Двое против всех” — Король и Шут)

***

Куда исчезла Йера? Гарретт не знал, что думать. Он зашел к Бассо в Буррик, но скупщик воровку не видел. Тогда единственным шансом понять, что с ней произошло, стал Корнелиус. Дождавшись ночи, мастер-вор отправился в его дом. Старика там не оказалось, и Гарретту пришлось подождать. Он занял время изучением книг в его кабинете. Увидев тень вора в комнате, Корнелиус даже вздрогнул. Потом включил свет и поприветствовал мужчину, накидывая пальто на вешалку у входа. — Корнелиус, Йера не заходила к тебе в последние дни? — Ах, Йера… — он задумчиво поправил очки. — Нет. Что-то случилось? — Не видел ее уже три дня. — Я не знаю, Гарретт… но постараюсь узнать что-нибудь по моим связям. Пожалуйста, приходи завтра. Пока я больше ничем не могу помочь, но, надеюсь, что с ней все в порядке. Вор кивнул и молча покинул дом Корнелиуса. Мысли о Йере не выходили у него из головы. Может он сделал что-то не так? На это не было похоже… Скорее всего, с ней действительно что-то приключилось. И ему хотелось думать, что ничего серьезного и страшного. Весь следующий день прошел для него в тревожном ожидании, и с наступлением вечера он снова пришел к Корнелиусу. Тот встретил его у двери. Лицо его было мрачным, он протирал очки салфеткой. — Перейдем сразу к делу, Гарретт. У меня есть кое-какие новости. Кажется, Йера попала в беду. Один из моих информаторов узнал ее по плакату. Стражники увели ее в Южный район. А там ее видели возле Покоя Сирены. Ее посадили в лодку, а дальнейшее местонахождение неизвестно. Но… мы знаем, что ее искал Норткрест. Я предполагаю, что она на острове, в приюте Мойры. Что-то вроде психбольницы. Если она действительно там, то барон приложил к этому руки, я уверен. Не знаю, что он с ней там делает, но явно ничего хорошего. Попасть туда тоже будет не просто. Но это единственная зацепка. Гарретт слушал его, сжимая челюсти. Мысль о том, что Йера могла быть в руках у Норткреста… только усиливала беспокойство. — Южный район, Покой Сирены… — повторил он, обдумывая услышанное. — И приют Мойры. Это плохие новости. — Да, Гарретт. Будь осторожен, Норткрест ничего не оставит на произвол судьбы. — кивнул Корнелиус. — Я понимаю. Он развернулся и направился к выходу. Его мысли уже были заняты тем, как проникнуть в приют. Остров, на котором он располагался, был затянут пеленой мрака и тайн, а еще был известен своими безжалостными методами лечения. Когда мужчина шел по темным улицам города, то вспоминал о том, как они с Йерой работали вместе, об их поцелуе в шкафу… Она заслуживала спасения. Он вернулся в свою башню и начал приготовления. А на следующий вечер, когда тени стали длиннее, а город окутала тьма, Гарретт уже стоял на краю причала. Пустая лодка покачивалась на волнах, готовая к отплытию. Вор сел в нее и начал грести к острову, где находился приют Мойры. Добравшись до берега, он осторожно сошел с лодки и осмотрелся. Мрачное здание возвышалось над ним. Его окна были закрыты решетками, а вокруг царила давящая на виски зловещая тишина. И даже туман казался каким-то неправильным, скрывающим что-то странное… или страшное. Ветви абсолютно лысых сухих деревьев нависали сверху словно лапы. Гарретт начал искать способ проникнуть внутрь. Найдя на втором этаже неохраняемое окно, он воспользовался когтем, чтобы подняться и открыть его. Внутри было темно и сыро, стены были покрыты плесенью и глубокими царапинами, в воздухе пахло затхлостью. Если бы эти стены были подобны стенкам ракушки? Что бы они сказали? О чем бы они кричали? Проходя по коридору, вор прислушивался к каждому звуку. Он не мог позволить себе ошибку и знал это. Поэтому каждое его движение было точным и осторожным. Сейчас Гарретт надеялся найти хоть какую-то подсказку о местонахождении Йеры. Медленно продвигаясь мимо одной из комнат, он услышал приглушенные голоса и стал слушать. — Барон приказал держать ее здесь до дальнейших указаний, — говорил мужской голос. — Он сказал, что она может быть опасной. — Да… я слышал. Но интересно, зачем ее привезли именно сюда? — спросил другой. — Это не наше дело. Главное — следовать приказам. И не будешь беды знать. Гарретт понял, что они говорят о Йере. Он продолжил путь. Ходил по коридорам, в которых изредка появлялись куда-то спешащие медсестры. Вор не смог найти девушку ни в приемном покое, ни в женском отделении. Поэтому он отправился в процедурный центр. Пришлось избегать встреч с врачами и санитарами. В центре Гарретт подслушал разговор медсестер. — Ох, нет… пациентка №152 на цокольном этаже. Ее посещает барон Норткрест. Да, каждый день. Но она в остром состоянии, ничего не помогает. Даже терапия водой не снимает эту симптоматику. Сейчас санитары привязали ее к кровати, надеемся, что к утру она придет к спокойному состоянию, и врач сможет приступить к основному лечению. В голову полез до боли неприятный образ, как Йеру, связанную, погружают под холодную воду, достают, погружают, достают, а она каждый раз старается жадно вдохнуть, но не успевает. Он тряхнул головой, стараясь выкинуть эти мысли. Гарретт отправился искать проход к этому самому цокольному этажу. Из закрытых палат доносилось бормотание пациентов. Внизу было какое-то особенное отделение. Двери палат были заперты, и вору нужно было добыть ключ, чтобы попасть внутрь и найти Йеру. Он предположил, что стоит искать его в кабинете главного врача. Гарретт подкрался к двери и осторожно проверил замок. Ему удалось открыть его с помощью отмычки, и, войдя внутрь, он начал искать ключ. Стол врача был завален бумагами и медицинскими инструментами. Вор внимательно осматривал каждый уголок, пока, наконец, не нашел нужный ключ в одном из ящиков стола. Затем он вернулся в коридор и начал заглядывать в глазок каждой двери в поисках Йеры. Это было жуткое зрелище: в каждой палате находились пациенты в самых разных состояниях, многие из них бормотали, а некоторые даже кричали. За очередной дверью он увидел привязанную к кровати бледную девушку с черными волосами. Она выглядела изможденной и смотрела в потолок пустым взглядом. На ней было такое же белое длинное платье, похожее на простынь. Мужчина почувствовал как что-то больно сжимается в области груди. Он быстро открыл дверь и подбежал к девушке. — Гарретт… — прошептала Йера, не веря своим глазам. — Тише, — сказал он, освобождая ее от ремней. — Мы должны уйти отсюда, и как можно скорее. Вдруг по пустым коридорам пронесся вой сирены. По всему приюту объявили тревогу. Гарретт замер на мгновение, а потом быстро подскочил к двери и закрыл ее изнутри. — Внимание, в здании посторонний! Администрация приюта настоятельно просит сдаться и вернуть ключи. Никто не пострадает. Йера поднялась, и, едва стоя на ногах, шевельнулась. Гарретт заметил, что ее запястья и щиколотки были стерты в кровь от ремней. Она все это время не сдавалась и пыталась вырваться. Волосы прилипли к мокрой шее и лицу, а под глазами появились темные круги.  — Лжецы… — проговорила она хриплым голосом. — Норткрест знает, что ты пришел за мной. Шум в коридоре усилился, послышались шаги в коридоре. К палате подошли люди, и кто-то начал громко стучать в металлическую дверь. — Открывайте! Вы все равно не уйдете! — это был голос Элиаса Норткреста. Гарретт окинул взглядом помещение и заметил вентиляционную решетку у пола в углу комнаты. Он открыл ее с помощью гаечного ключа, и изнутри повалила пыль. Мужчина понял, что вентиляция ведет вглубь приюта, еще ниже. В неизвестность. Там точно был либо подвал, либо запутанные подземелья… целые недра… но другого пути у них не было. Шум за дверью усиливался. Барон, очевидно, был решительно настроен, и каждый момент был критически важен. — Мы должны уходить отсюда, — сказал Гарретт. — Вентиляция ведет глубже в приют. Это единственный путь. Держись, Йера.