Операция «Желтый»

Хотя их компания продолжала собираться в полном составе, пятничный вечер друзья предпочитали проводить со своими девушками. Майк и Оди зависали дома, Лукас и Майк болтались по городу или на природе. Дастин либо сидел на холме, чтобы выйти на связь со Сьюзи, либо запирался в комнате, экспериментируя с антеннами. Подходить к нему в такой момент было себе дороже. Каждую пятницу Уилл оставался один. Он выучил расписание всех телевизионных и радиопрограмм, но когда они надоели, стал ходить в библиотеку или даже делать домашку на понедельник. С наступлением лета список доступных занятий слегка сократился. Временами Уилл помогал маме с ужином, но она набрала дополнительных смен, чтобы собрать их к учебному году, и теперь возвращалась часов в одиннадцать. На этой неделе он планировал порубиться в приставку с Джонатаном, но брат неожиданно пригласил Нэнси. Пришлось выйти на улицу, чтобы их не смущать. Лес навевал не самые радужные воспоминания, так что Уилл занял лавочку недалеко от школы, и разложил около правого бедра художественные принадлежности. На его последний день рождения День рождения друзья, скинувшись, подарили ему огромный набор карандашей. Уилл налюбоваться на них немог: раскладывал по цвету и жесткости, следил, чтобы серебристая надпись «Prismacolor» не смотрела внутрь коробки, и подтачивал с такой осторожностью, что еще ни разу не обломил грифель. Когда с подготовкой было покончено, Уилл положил альбом на колени и стал зарисовать несложный пейзаж. Он не был любителем рисовать с натуры, но пятницы погружали его в меланхолию, и картинки, которые он мог изобразить «из головы», не стоили того, чтобы пачкать бумагу. Простенькая бегония — совсем другое дело. Никаких дурных мыслей. Никаких монстров. Уилл выбрал цветочек, какими алели все городские клубы. Учился работать с тенями, накладывая лепестки друг на друга. Получалось неплохо для самоучки. Он изрисовал три странички, изображая один цветок за другим, когда заметил, что к вечеру стало холодать. Ветер норовил перелистнуть страничку. Уилл какое-то время боролся с ним, придерживая альбом левой рукой, но когда порывы усилились, ластик и другие мелочи пришлось распихать по карманам. Он еще не растерял творческий настрой, но лучше остановиться, пока его имущество не разлетелось по всему Хоукинсу. Когда Уилл разложил карандаши по ячейкам, одна оказалась пустой. Не хватало самого яркого оттенка, который он держал в руках всего пару минут назад. Хотя красный должен был сразу выделяться хоть на асфальте, хоть на газоне, под лавкой его не обнаружилось. Видимо, укатился. Уилл застегнул все карманы рюкзака и, низко склонившись над землей, двинулся по направлению ветра. Прочесывая траву кончиками пальцев, он продвинулся метров на тридцать, прежде чем увидел начищенные носки уставных туфель. — Что ищешь, приятель? Уилл медленно поднялся взглядом от брюк к серо-коричневой рубашке и молодому лицу. Большие глаза, прикрытые тенью фетровой шляпы, подозрительно сузились. — Карандаш, — сглотнул он. — «Карандаш»? Это сленг какой-то? — Нет! Я рисовал, и тут э-э, ветер подул. Уилл подскочил, суетливо отряхивая штаны. У него был редкий талант выставлять себя идиотом. Пожалуй, даже Оди, выросшая в лаборатории, реже притягивала косые взгляды. — Рисовал? Ну, покажи, — явно не поверив, хмыкнул полицейский. Уиллу пришлось послушаться. Замок как назло заело, но со второй попытки он все-таки вытащил альбом. Полистал, выбирая рисунок поприличней. Какие-то были слишком личными, какие-то — слишком девчачьими. Время тянулось мучительно медленно, и от неловкости Уилл начал потеть. В итоге он открыл случайную страницу, и повернул от себя, не глядя. — Весьма… талантливое юное дарование, — глаза нового знакомого лучились весельем. — Я офицер Грей. — Уилл Байерс. Вы здесь недавно, да? Из-за Изнанки он немало пообщался не только с полицией, но со всеми спецслужбами Джорджии, и Грея среди них точно не было. Такой человек хоть как отложился бы в памяти: крепкий, но худой, гораздо выше среднего. И лицо какое-то… европейское, что ли. — Да, только перевелся. Из Огасты. Говорят, тут работы поменьше. — Сомневаюсь, — Уилл потупил взгляд, прижимая альбом к животу. — Город обычно тихий, но бывает и… всякое. Но шериф тут крутой. — Значит, я не ошибся с выбором. С новосельем меня! Уилл чувствовал, как припекает щеки. Люди куда-то подевались. Вот уже несколько минут он говорил практически наедине с посторонним мужчиной. Мысли, еще недавно занятые только творчеством, медленно уплывали не туда. — Ладно, еще свидимся, Уилл, — вдруг распрощался полицейский. — И на будущее — не показывай всем подряд такие рисунки. Не все поймут тебя также хорошо, как я. Грей подмигнул, прежде чем развернуться спиной. У Уилла волосы на затылке зашевелились, но в этот раз дело было не в Свежевателе Разума. Медленно, будто открывая простынку для опознания мертвого тела, он взглянул на рисунок. На нем Мэтт Диллон из фильма «Изгои»* томно обхватывал губами сигаретку. Жалея, что не умер в Изнанке, Уилл сорвался с места и рванул к дому. Высоко над его головой парил алый воздушный шар.

***

Они собрались в забегаловке напротив видеопроката, где работали Робин и Стив. Посетителей было под завязку, так что пришлось вшестером сесть за столик, рассчитанный на четверых. Дастин зажал Уилла в самый угол, и они толкали друг друга локтями каждый раз, как приподнимали стакан или ложку. Обстановка резала глаза. Желто-синяя плитка на полу и стенах, ярко-красные стулья придавали кафе искусственный вид. Сидя около окна перед скатертью в шотландскую клетку, Уилл чувствовал себя персонажем с рекламного баннера «Coca-Cola». Еда тоже была так себе: в говяжьих котлетах чувствовался привкус прогорклого масла. — Вчера я впаял новый генератор колебаний, — с набитым ртом Дастин шепелявил больше обычного, — и Сьюзи меня услышала. Из комнаты! Только помех слишком много. Может, если я увеличу амплитуду модулятора… Сначала Уилл честно пытался вникнуть, но потом только вид, что слушает. Когда Дастин закончил рассказ, все за столом вздохнули с облегчением. — Как вы вчера отдохнули? — спросила Макс. Уилл взглянул на нее с подозрением. Макс — не любительница светских бесед ни о чем. — Да как обычно, — Майк пожал плечами, обмакивая картошку в сырный соус. — Хоппер все мечтает мне голову оторвать. — И ничего… странного не было? — замялась Макс, и Лукас подстолом взял ее за руку. Уилл почти рассказал о знакомстве с полицейским, но вовремя передумал. Его до сих пор мутило, когда он вспоминал этот рисунок. Несколько месяцев назад Уилл остался дома один. Сидя с альбомом перед телевизором, он набросал одного из героев фильма. А когда закончил, скомкал и выбросил рисунок, испугавшись скрытого в нем чувства. Только дурак бы не понял, что Уилл рисовал с эмоцией, которую недопустимо испытывать к другому мужчине. Этот очевидный акцент на чужих губах и пальцах… Вчера Уилл выкинул его во второй раз, а теперь боялся подходить к альбому. Как в фильмах ужасов герои не могут избавиться от проклятых предметов, так и его теперь, похоже, будет преследовать собственная похоть. — Макс, — заговорила Оди, не замечая метаний Уилла. — Что случилось? — Не знаю, — она наклонила голову, завешивая лицо волосами. — Мы с Лукасом были на ролледроме. Часов в девять вечера. Там было человек сто, а потом раз — и никого. — Изнанка? — Майк подался вперед. — Не похоже, — вмешался Лукас. — Изнанка вся такая… блеклая и противная. А дром, наоборот, как будто ярче стал. Но все равно жутко. Как в плохом сне. — И я, кажется, видела Билли, — шепотом добавила Макс. Смерть брата сильно ее подкосила. Целый год она сторонилась их компании. Только недавно они с Лукасом снова сошлись, но прежней Макс так и не стала. Билли был запретной темой, и вот теперь какая-то тварь снова портила их жизни. — Ты почувствовал что-нибудь? — спросил Лукас у Уилла. — Нет, — сказал он, чувствуя, как подрагивает нижняя губа. — И я тоже, — добавила Оди. — Но я поищу. Уилл вцепился в стакан обеими руками. Совесть мучила из-за того, что он не рассказал про рисунок, но этот случай мог не иметь отношения к делу. Поделиться постыдной тайной — выше его сил. Уилл расскажет, если жизням друзей будет угрожать опасность. И после этого, может быть, все же покончит с собой.