Вкус полыни на губах

«Почему ты так уверен, что будет девочка, А-Ян?» - спросил Синчэнь мужа – тот настаивал на этом. «Потому что она разговаривала со мной, совсем как Юйлань в своё время. Ошибки быть не может», - уверенно ответил Сюэ Ян. Омега доедал уже пятый персик. Только он собрался за шестым, как Синчэнь поднял блюдо со спелыми фруктами и поставил его вне досягаемости Сюэ Яна. «Скоро ужин. Ты сейчас налопаешься фруктами, а потом нормальную еду есть не будешь.» Сюэ Ян зло зыркнул на своего альфу. Вечно тот его ограничивает в еде. То нельзя, это нельзя. Он, можно сказать, одним воздухом питается по вине мужа. Только на прошлой неделе любимый брат привёз для беременного А-Яна лотосовые семена, как жестокий Синчэнь отобрал их и стал выдавать строго по несколько штук в день. Его аргументация была проста – питательно, но вредно в больших количествах. А омега-то всего и хотел, что слопать пару-тройку коробочек. Видя, как супруг смотрит на него, заклинатель добавил в свою защиту: «Между прочим, А-Ян, лично для тебя я каждый день готовлю целую гору острых блюд. Никто, кроме тебя, это не ест, а на готовку уходит много времени. Ты уже одним этим сильно нагружаешь свой желудок. – и уже более удручённо добавил. - А я тебе в этом потакаю.» «И ничего они не острые. Я ж не виноват, что вы такое есть не можете», - возмутился Сюэ Ян. Он обиженно поджал губы и собирался, приняв горделивый вид, выйти из-за стола с идеально ровной спиной. Вот только на восьмом месяце сделать это было проблематично. Живот был очень большим, спину тянуло, ноги болели. Специально для него семья перестала есть за низенькими столиками. Теперь они принимали пищу только на кухне за большим столом, за которым раньше Сюэ Ян готовил. Омега так расстроился, что у него отобрали лакомство. Что-то бубня себе под нос, он ушёл на крыльцо. Там ему давно заботливый муж соорудил что-то наподобие скамейки, только длинной, как кровать. Сверху на ней лежала гора одеял и подушек, куда Сюэ Ян, продолжая бубнить, забрался. Достал из-под одной из своих подушек заначку любимых карамелек и по одной начал их бессовестно поедать. Синчэнь знал об этом, но не решился отбирать у омеги и эту радость. Он понимал, что супругу тяжело, он стал быстрее уставать и вообще день ото дня его раздражительность становилась всё сильнее. Заводился с полоборота, обижался на всё, а потом, отдохнув, приходил подлизываться. Подумав о том, что скоро возлюбленному станет хоть немного полегче, Синчэнь продолжил нарезать овощи на ужин. Договорившись между собой, родители добавили к урокам каллиграфии и изучению магических талисманов ещё уроки фехтования на деревянных мечах. Синчэнь тренировал детей каждый день. Он знал, что с рождением малыша, времени на регулярные занятия будет не хватать. Он пообещал омеге помогать во всём, что касалось ухода за маленьким ребёнком, и собирался сдержать это обещание. Когда с готовкой было покончено, Синчэнь накрыл на стол и вышел на крыльцо звать всех. Его А-Ян уснул, укрывшись одним из одеял. Развалившись чёрным брюхом вверх, в ногах заклинателя спал их котик. Синчэнь не переставал удивляться их таким взаимоотношениям. Этот маленький хищник, который уже был достаточно стар, целыми днями раньше пропадал на охоте. Он мог на неделе несколько раз притащить домой то дохлую мышь, то какую-нибудь птицу. Бросить её на крыльцо и показать своему хозяину «смотри, мол, вот он я, твой добытчик, никто, кроме меня нормально не позаботится о тебе.» Когда же кот понял, что его хозяин ждёт ребёнка, он стал всё больше времени проводить дома, рядом с Сюэ Яном. Маленький защитник не воспринимал Синчэня всерьёз. Что бы тот не говорил ему, пропускал мимо ушей. Но стоило лишь омеге бросить взгляд своих красных глаз на него – становился как шёлковый. Вилял хвостом и тёрся о ноги. Он давал гладиться остальным, особенно, если за это ему потом перепадала вкусняшка, но вот доверять и ложиться вверх брюхом он позволял себе только рядом с Сюэ Яном. Когда Синчэнь подошёл к спящему супругу, кот тут же проснулся и стал следить за действиями альфы. Тот легонько коснулся плеча спящего и потормошил его. «А-Ян, милый, просыпайся, ужин готов. Я пойду позову детей, а ты пока вставай.» Омега нехотя сел на своей «кровати», потирая глаза ото сна. Потянувшись, он посмотрел вслед любимому супругу. Ему очень нравилось разглядывать красивую фигуру заклинателя. Да и весь Синчэнь был в глазах омеги невероятно красивым. Кот, поглядев на хозяина, тоже вытянулся копчиком назад, прогибаясь в спине. После чего спрыгнул со скамейки и стал ждать, когда и хозяин встанет, чтобы пойти ужинать. «Папочка, у нас точно будет сестрёнка, ты уверен?» - спросил Сюэ Яна его сын после того, как все перебрались обратно на крыльцо. Синчэнь заварил вкусный травяной чай и теперь разливал его по чашкам. После того, как раздал каждому ароматный напиток, сел, облокотившись о столб. Он понимал, почему Линфэн спрашивал это. Женщин-заклинательниц было достаточно в их среде, но всё же мужчин было в разы больше. Мальчику катастрофически не хватало общения с такими же ребятами, как и он сам. Их друзья в этом городе были сплошь обычными людьми. Сюэ Ян это тоже понимал и всё чаще задумывался о том, чтобы переехать куда-нибудь в более оживлённое место. «Да, сыночек, думаю, это будет девочка.» - он потрепал волосы сыну, подумав, как быстро пролетело время. Ещё недавно он заворачивал этого мальчишку в пелёнки, а скоро этот ребёнок обзаведётся своим личным мечом и станет настоящим заклинателем. Он был и рад, и огорчён одновременно. Посмотрев на дочь, он также представил её в будущем. Девочка не питала особой любви к заклинательскому искусству, но прилежно осваивала новые знания. Юйлань больше интересовало целительское дело и все новые знания, что давал ей по этой части отец, впитывала в себя, как губка. «Папочка, а что если у нас потом ещё братик будет, а?» - не отставал Линфэн. «Милый, - улыбнувшись ребёнку, объяснял Сюэ Ян. – даже если у вас в будущем появится братик, ты будешь уже достаточно взрослым. Может быть, поступишь в какой-нибудь клан или даже орден на обучение. Тебе будет не до этого.» «Но папа, я всё равно хочу брата. Вот у Юйлань будет сестра, а я что же? Буду один?» - возмутился Линфэн. «Ну, во-первых, - вступил в разговор Синчэнь. – сестра будет у вас обоих. А во-вторых, твой любимый папочка очень устаёт. Видишь, как тяжело ему даётся эта беременность.» «Ничего страшного, Синчэнь. – Омега с любовью посмотрел на мужа и продолжил, глядя на сына. - Но в любом случае, молодой человек, в ближайшие два-три года ждать братика не стоит.» Увидев радость на лице сына после этих слов, он всё же добавил: «А может и дольше. Я с вами-то двумя замучился. А тогда была А-Цин. А ваш снрдобольный отец будет вечно пропадать на ночной охоте или его вызовут домой для решения дел в клане. А как же я один буду справляться? Вы-то уже вовсю будете строить глазки молодым омегам. Разве дождусь я от вас тогда помощи. Нет, – и, сам поверив в такой сценарий, Сюэ Ян махнул головой, отметая тем самым возможность зачатия ещё одного ребёнка в будущем. – остановимся на этой малышке.» Линфэн сидел, чуть ли не плача, а Юйлань тихо допивала свой чай, поедая конфету за конфетой. Она заметила, как родители переглянулись, пряча улыбки в ладонях, поэтому не придавала слишком большого значения словам родителя. Но, если брат этого не заметил, то она пока рассказывать не будет. Пускай немного потомится. Когда с чаепитием было покончено, все зашли в дом. Убрав чистую посуду на полку, Синчэнь ушёл в спальню к мужу. Кто-то из детей читал, кто-то просто о чём-то тихо мечтал, лёжа в кровати, а родители, уединившись в своей спальне, наслаждались краткими минутами тишины. Совсем скоро в этом доме будет очень громко. ** Через месяц на свет появилась их вторая принцесса Сяо Мэйлинь. Пухлощёкая, как все малыши, девочка родилась здоровой и миловидной. Родители не могли налюбоваться на свою крошку. Роды прошли хорошо. В этот раз Синчэнь заранее нашёл повитуху, и когда пришло время рожать, та была благополучно доставлена в город И. За щедрую плату женщина ожидала начала родов на месте, что оказалось очень удобным. Сюэ Ян был благодарен Вселенной за то, что в этот раз он был не один, а со своим любимым. А-Цин он тоже был безмерно благодарен в своё время, но всё же предпочёл бы, чтобы рядом с ним находился супруг. Когда девочку обмыли и укутали в чистую простынь, Синчэнь сел на край кровати и начал её разглядывать.  «Сяо Мэйлинь так похожа на нашего А-Яна», - с любовью в голосе приговаривал он не то себе, не то супругу. «Дай... дай мне, пожалуйста, её», - попросил Сюэ Ян. Ему не терпелось поскорее увидеть своё дитя. «Она прекрасна. - Синчэнь наклонился к своему омеге и поцеловал в лоб. После чего аккуратно передал ему дочь. - Спасибо за то, что подарил её нам, малыш.» Было так приятно наблюдать за Сюэ Яном с младенцем. Омеге очень шла беременность. А теперь, после родов, видя его с маленькой крохой на руках, которую тот заботливо обнимал, Синчэнь не мог сдержать счастливой улыбки. Ставший по воле судьбы (или по своему собственному решению) жёстким, где-то злым, и очень недоверчивым, с появлением детей, омега смягчился. Когда же в его жизнь вновь вернулся заклинатель в белом, Сюэ Ян постепенно, руша все построенные внутри себя барьеры, опять обрёл спокойствие и гармонию в душе. Нежный, ласковый и очень тактильный, он больше не смотрел на самого альфу затравленным взглядом. Больше не ждал подвоха и нанесения обиды. Он просто доверился своему любимому мужчине и был счастлив. Синчэнь так бережно заботился о супруге и новорождённой малышке, что даже дети не смогли остаться равнодушными. Несколько раз застав отца, старающегося изо всех создать им максимально комфортные условия, суетящегося вокруг них, они не смогли сдержать слёз. В их раннем детстве не было заклинателя в белом, поэтому они искренне радовались, что их сестрёнке повезло больше. ** С момента рождения малышки семейство Сяо прожило в городе И ещё два года, когда на пороге похоронного дома появился таинственный незнакомец. Он пришёл, когда уже вечерело. Сюэ Ян дома готовил ужин. Мэйлинь сидела при нём, играя с тряпичной куклой. Сяо Синчэнь с двумя старшими детьми собирался на ночную охоту. С недавних пор они начали ходить вместе. Поначалу Сюэ Ян противился этому, но объективно понимая, что дети должны знакомиться и с этой стороной заклинательского мира, в конечном счёте уступил. Сяо Линфэн первым увидел вошедшего во двор мужчину и, преграждая ему путь к дому, спросил: «Ты кто такой? Зачем пришёл?» Незнакомец оглядел мальчишку с ног до головы, после чего хмыкнул, отмечая очевидное сходство. Он однозначно пришёл по адресу. «Значит, они ещё тогда...», - подумал он про себя, но вслух ответил: «Я друг твоего отца. Меня зовут Сун Лань. Скажи, Сяо Синчэнь дома?» «Цзычэнь, как ты здесь оказался?» - выходя из-за угла дома, промолвил Синчэнь. Он был так рад видеть старого друга. Потянулся было к нему с объятьями, но вспомнив нелюбовь мужчины к прикосновениям, в последний момент отступил и просто помахал ему рукой. «Здравствуй, Синчэнь. Я правильно понял – это твой сын?» - указывая на Линфэна, спросил он. «Да. Уже совсем большой. – с гордостью произнёс заклинатель. – Мы как раз собирались на ночную охоту.» Подумав что-то в своей голове, Синчэнь добавил: «Пойдёшь с нами? Вряд ли ты до этого был в этих краях.» И не давая другу опомниться, хозяин дома потянул друга за рукав в дом: «Ты ещё не видел А-Яна, Юйлань и Мэйлинь. Сейчас поужинаем и можно выдвигаться в путь.» Сун Лань шёл следом за другом и пытался сообразить, с кем тот ещё собирался его знакомить. Сюэ Яна он, естественно, видел. И не раз. Но вот, кто остальные? Неужели за эти три года они нарожали ещё двоих? Когда успели? Линфэн молча шёл за мужчинами, разглядывая богатые одежды уже не незнакомца. Когда же в доме пришедший заклинатель встретился сначала со взрослой Юйлань, а затем с малышкой Мэйлинь, всё встало на свои слова без лишних объяснений. Сюэ Ян обернулся на шум и увидел того, кому в прошлой жизни вырезал собственноручно глаза. Картинка, представшая перед ним, была настолько реалистичной, что тарелка супа, которую он держал в руках, выпала из рук. Горячая жидкость пролилась на его ханьфу. Вскрикнув от боли, он подскочил на месте. «Хорошо, что детей рядом не было.» - успела мелькнуть в голове мысль. Синчэнь тут же подошёл к супругу, взял его, ещё ошеломлённого внезапной встречей, за руку и отвёл переодеваться в спальню. Он понял, почему Сюэ Ян испугался. Ведь у него была активирована память предыдущей жизни. Он вспомнил всё, что натворил тогда. Даже спустя три года омега не мог без содрогания вспоминать тот период своей прежней жизни. Альфа взял Сюэ Яна за подбородок и заставил поднять опущенную вниз голову. «Запомни, ты ни в чём не виноват.» - чётко сказав это, он поцеловал мужа в губы и взял за руку. Когда они пришли на кухню, Юйлань убрала всё с пола. Девочка внимательно посмотрела в лицо Сюэ Яна, а затем – ещё раз оглядела гостя. Это была защитная реакция, которую с братом они отточили ещё с детства – в случае чего защищать родителя. От других. И от себя самого. Увидев, что тот уже успокоился, она перестала пристально следить за движениями гостя. Разлив суп по тарелкам, она расставила их на поднос и вынесла в гостиную. Там уже был сервирован стол на четверых. Сяо Синчэнь кормил дочь из своей тарелки, так как омега был верен своим вкусовым пристрастиям. Девочке же такая острая пища была ни к чему. Поняв, что гость у них задержится, Юйлань вынесла ещё одну чашку супа с приборами. Отец семейства пригласил друга присоединиться к их скромной трапезе. Привыкшие обычно громко что-то обсуждать, при Сун Лане члены семьи Сяо молчали. Даже младшая девочка ела, не издавая никаких звуков. Сюэ Ян был весь, как натянутая струна. Омега с замиранием сердца ждал, что гость вцепится ему в глотку и вытребует обратно выколотые глаза и жизни убитых друзей. Иррациональный страх сковал всё его тело так, что он он не мог спокойно поесть. Сун Лань не понимал такой реакции. Сколько в голове не перебирал, он не мог вспомнить, чтобы когда-то между ними был конфликт. Когда ужин закончился, старшие дети разошлись по своим комнатам. Сюэ Ян тоже оставил старых друзей наедине. Забрав дочь, он ушёл в свою спальню. «Получается, ты многодетный отец», - усмехнувшись, начал разговор Сун Лань, когда они вышли на крыльцо. Сяо Синчэнь тоже улыбнулся и просто ответил: «Да.» «И вы смогли забыть старые обиды и начать всё заново.» - констатировал заклинатель. Синчэнь кивнул. «Единственное, чего я не понимаю, Синчэнь, почему твой супруг так на меня смотрит. Почему он так меня боится?» Синчэнь отвёл глаза в сторону. Ему не хотелось врать единственному другу. Но и не считал себя вправе говорить правду. Так или иначе сейчас они в другой реальности и та тайна является только тайной его А-Яна. Если этот князь Царства мёртвых открыл эти знания лишь ему, значит он и будет решать, кому и что открывать из своей прошлой жизни. Налив другу чашку чая, он ответил: «Он просто чувствует, что с твоим приходом, что-то кардинальным образом изменится.» И тут Сяо Синчэнь не врал. Даже себе. Он прекрасно осознавал, раз его друг пустился в путь и таки нашёл его, значит что-то случилось дома. «И он прав. - подтвердил вымышленные опасения омеги Сун Лань. – Прости, что приходится сообщать так поздно. Мне очень жаль.» Заклинатель взял паузу, чтобы набрать воздух в лёгкие, после чего продолжил: «Синчэнь, твоя мать... она умерла.» Заклинатель в белом потерял на мгновение дар речи. Он не был особенно близок с матерью, но всё же она была его родителем. Переварив новость, он всё же спросил: «Когда?.. Из-за её болезни?» «В начале лета. После твоего отъезда ещё год всё было хорошо, а потом она опять слегла. Тогда я хотел отправиться искать тебя, но она была категорически против. Она сказала, что благодаря болезни многое переосмыслила в своей жизни. Она очень сожалела, что недодала тебе той материнской любви, в которой ты нуждался. Жалела, что не помогла тебе уговорить отца, когда ты просил помощи.» Помолчав немного, он будто вспомнил что-то и полез в карман ханьфу. «Вот. Твоя мать просила передать тебе это письмо и это.» – Сун Лань протянул другу листок бумаги, сложенной в несколько раз, и маленький мешочек серого цвета. Письмо Синчэнь спрятал за пазухой – его он прочитает потом. А развязав мешочек, он вытащил оттуда красивую подвеску с фениксом из сердолика. Он вспомнил это украшение. Когда-то давно, когда он был гораздо младше Линфэна с Юйлань, мать пообещала передать это украшение второй половинке сына. Но когда же тот решил отправиться на поиски любимого, родительница ничего ему не отдала. Ни подвески, ни своего родительского благословения. Синчэнь и без украшения был бы ей очень благодарен, если бы мать одобрила его выбор. Но вышло так, как вышло. Из задумчивости заклинателя вывел его друг: «Твой отец... - он неодназначно хмыкнул. – женился в прошлом месяце на подруге твоей матери. Ты должен её помнить. У неё ещё дочь есть. Та, которую глава Сяо прочил тебе в жёны.» Успев заметить на лице друга лёгкую гримасу отвращения, Сун Лань продолжил: «Если бы твоя бабушка не вышла ко мне в горах, я бы искал тебя ещё очень долго. От неё я узнал про твоего брата из Гу Су, а он, в свою очередь, рассказал, где ты живёшь. Но вот про Сюэ Яна с детьми твой словоохотливый братец ничего мне не сказал. – усмехнулся он. «Синчэнь, Глава Сяо уже стар. Он просил найти тебя и вернуть домой... Но вот как он воспримет новость, что ты нашёл Сюэ Яна и что у вас есть трое детей, одному богу известно.» Сун Лань допил чай и, дав другу немного времени переварить информацию, добавил: «В общем, твой отец ждёт, что ты вернёшься. И чем быстрее, тем лучше. Твоя мачеха лезет во все дела клана. Учит молодых и старых жизни. А самое главное – глава прислушивается ко всем её советам... Прости, что должен тебе всё это говорить, но я думаю, что ты должен быть в курсе.» Синчэнь кивнул на это, задумался на секунду, а потом сказал, грустно улыбаясь: «Дорогой друг, сегодня, как мы с детьми и планировали, мы пойдём на ночную охоту. Я давно им обещал. Если хочешь, присоединяйся к нам. А завтра, мы с тобой отправимся в путь. А-Яна с детьми я не повезу туда вслепую. Сначала мне необходимо встретиться с отцом и всё с ним обсудить.» Сун Лань кивнул, соглашаясь. «Если ты устал и хочешь отдохнуть, то можешь расположиться в моём старом доме. Я покажу, где он находится.» «Нет нужды. Я пойду с вами» - перебил друга гость. Дожидаясь, пока Сяо Синчэнь обсудит новость с мужем, Сун Лань сидел на пороге похоронного дома и рассматривал звёздное небо. Цикады во всю пели свои песни, не замолкая ни на миг, а в воздухе чувствовался насыщенный сладкий аромат гибискуса с лёгким цитрусовым оттенком.