Вкус полыни на губах

День ото дня навыки управления тёмной энергией улучшались. Вначале беспорядочно бегавшие туда-сюда мертвецы, теперь уже осознанно преодолевали препятствия на пути к указанной цели. Ломать в щепки большие деревья стало лёгкой разминкой перед тем, как заняться по-настоящему серьёзным делом – ломать кости. Сюэ Ян направлял погибших со злобой в сердце мертвяков друг на друга, отбирая для дела только самых свирепых. Ничего не подозревающий Чан, не замечал, как его покорный супруг изменился, едва вернувшись в родной дом. Тот целыми сутками мог не выходить из своих покоев. Днями напролёт Сюэ Ян постигал новую для себя науку, подогреваемый жаждой мести. Не заметил Чан Синь и понемногу менявшуюся ауру вокруг молодого заклинателя. Каждый раз возвращаясь со своих прогулок, Сюэ Ян демонстративно оставлял на столике журнал со своими зарисовками местных пейзажей и животных. Встреченные им по пути зверушки и птицы, были тщательно прорисованы. Создавалось впечатление, что они сейчас сойдут с листа и примут свои натуральные размеры и облик. Настолько реалистично Сюэ Ян их изображал. Однажды Сюэ Ян забрёл очень далеко в горы, куда нога человека до этого не ступала. Согласно той самой книге из сундука тайной библиотеки, растущая высоко в горах дикая орхидея под названием «венерин башмачок», также могла избавить омегу от нежелательной метки. Её, в отличие от традиционных средств, можно было использовать при беременности. Результат был надёжнее, чем от чистотела с мятой. Но всё же данное лекарство имело свои побочные эффекты. При употреблении в неправильной дозировке омега становился легко возбудимым, агрессивным, а иногда и просто опасным для общества. Поэтому издавна орхидея была запрещена для использования в этих целях. Знания о возможности подобного применения остались лишь в таких запрещённых книгах, типа той, что владела семья Сюэ из Янлина. Не найдя другой альтернативы, Сюэ Ян, провёл в поисках этого растения несколько часов. Ища заветный цветок, он не сразу увидел впереди лежащего на высоком валуне ирбиса. Тот лежал, купаясь в лучах солнца, подставляя свои бочка солнышку. Зверь сразу почуял в лице заклинателя сильного хищника. Если не каждый человек мог уловить лёгкое колебание энергий в ауре человека, то животное, созданное убивать, естественно, сразу признало подобного себе. Не решаясь вступать с человеком в схватку, большая кошка лежала, замерев, и смотрела своими большими глазами в глаза Сюэ Яну. А тот и не думал бояться. Новые знания вселяли в него уверенность в свои силы. Вперившись в хищника глазами, заклинатель держал свой новый меч наготове. Для того, что задумал молодой последователь тёмного пути, требовалось совершенно иное по духу орудие. Его прошлый меч был напитан светлой энергией и Сюэ Ян не хотел осквернять его кровью людей. Пусть даже и таких подонков, как Чаны. Хищная кошка решила уступить место другому хищнику, почувствовав сильную агрессивную энергию, исходящую от того. Тихо поднялась и в несколько прыжков скрылась в горах. «Хах, я уже и таким суровым животным внушаю страх», - ухмыльнулся омега. «Значит, я на верном пути. Уже скоро я избавлю себя и родных мне людей от необходимости пресмыкаться.» Сделав в тот день по памяти зарисовку животного, Сюэ Ян продолжил поиски нужного цветка. Он исходил два часа по горе, пока нашёл его. Вернувшийся позже своего альфы домой, омега получил звонкую затрещину. Сила руки его супруга была настолько большой, что омегу сбило с ног. Так как бить по животу теперь было нельзя, Чан Синь выразил свой гнев другим образом. В животе омеги росло его дитя, туда бить было категорически запрещено. Он ведь не хотел получить умственно отсталого отпрыска. Щёку Сюэ Яна обожгло жгучей болью так, что слёзы брызнули из глаз. Позже, видимо, ещё и опухнет. Картина плачущего на полу омеги смягчила сердце Чан Синя. Он поднял супруга, усадил на кровать и запретил под угрозой ещё больших побоев приходить в их покои позже него самого. Что подумают его братья и друзья. В семьях его знакомых омеги вообще из дома ноги не кажут, не то, что шляться по городу. А ему ведь теперь разрешено гулять вообще везде. Сюэ Ян слабо кивнул и заверил своего супруга, что будет возвращаться раньше. Он должен позаботиться о своём малыше. Постоянные побои обязательно скажутся на его здоровье. Значит, будет приходить раньше. На том и порешили. Поздней ночью, спихнув с себя тело спящего альфы, Сюэ Ян встал с кровати. После приставаний Чана омега отмокал в бочке больше часа. Несмотря на то, что он уже продолжительное время был помечен Чан Синем, к удушающему, выворачивающему наизнанку внутренности, запаху он до сих пор не привык. Это было выше его сил. Вот если бы можно было практиковать отказ от воздуха, как благородные заклинатели практиковали отказ от еды. Но такое даже тёмным заклинателям было не доступно. Прогнав в последнюю встречу Сяо Синчэня, Сюэ Ян размышлял, не был ли он слишком груб. Но ведь у него не было выбора. Одна часть его продолжала нашёптывать на ухо, что Синчэнь предатель, и его не надо щадить. Другая же, сохраняя в сердце образ небожителя в белых одеждах, настаивала, что того нужно спасти. Не выбрав в итоге ни одну из сторон, Сюэ Ян просто пригрозил мужчине своими мертвяками. На самом деле он не собирался претворять в жизнь озвученную угрозу. Но благо, этого оказалось достаточно – с тех пор Сюэ Ян ни разу не встретил светлого заклинателя. Продолжая спокойно проводить свои опыты, юноша, что совсем скоро станет родителем, осваивал указанные в книге техники тёмного пути. Отвар из цветков венериного башмачка был давно готов. В решающий момент, когда Сюэ Яну предстояло разорвать связь с ненавидимым всей душой альфой, он воспользуется напитком. Пока же тот был надёжно припрятан в одном из мешочков на поясе. В принципе он был уже готов. Нужно было только подгадать, когда всё многочисленное семейство Чан будет в сборе. Такой случай обязательно скоро представится. Многочисленные родственники ведь справляют многочисленные дни рождения. Сюэ Ян предвкушал скорое возвращение домой без проклятой метки. Ждал встречу с любимой сестрой и тётушкой. С Мэн Яо. Вышло же всё по-другому. События завертелись совершенно по иному сценарию, путая заклинателю все карты. Сюэ Лин приглянулась одному из её насильников. Несмотря на её благородное происхождение, выбирать в нынешних обстоятельствах не приходилось. Не желая кормить до конца своих дней бесполезную девку, Чан Синь принял решение за неё. Он поставил Сюэ Яна перед фактом. Пышного торжества не планировалось. Церемонию собирались провести в кругу семьи без лишних глаз. Даже среди семейства Чан было много желающих бросить какой-нибудь унизительный комментарий в сторону чистоты невесты. Если же свадьба проходила с привычным размахом, обязательно кто-нибудь заставил бы альфу краснеть и оправдываться. А он такое не любил. Тем более на глазах своих братьев, с которыми постоянно соперничал за внимание отца. Девушку должны были привести со дня на день. Сопровождать её должна была тётка. Всё же молодая незамужняя девица. Сюэ Лин не сообщили, зачем она едет в Долину ветров, а её брат узнал о готовящейся свадьбе лишь за день до самого торжества. Поэтому не смог предупредить сестру и как-то морально её приготовить. Приехавшая девушка была сразу окружена толпой служанок. Они помогли принять ей ароматную ванну. Лепестки роз и питательные масла придали коже невесты благоухание. Снимали бесконечные мерки для подгона наряда. Ухаживали за её лицом и телом. Сюэ Лин просила отправить весточку брату о своём приезде. Ей отказали. Тогда она хотела сама к нему пойти. Её не пустили. Тётушку ещё перед самым входом в отведённые покои увели в другую сторону, оставив девушку одну. Она не понимала, к чему её готовят. Никто не разговаривал с ней. Эта таинственность пугала. Также сбитая с толку тётка хотела вернуться обратно к племяннице, но её силой увели в другую сторону. Затолкали в комнату и закрыли входную дверь на ключ. В тот вечер все члены семьи Сюэ коротали оставшееся до свадьбы время под неусыпным надзором охраны. Сюэ Ян рвался к сестре. Он понимал её страх и боль, как никто другой. Но мерзкий Чан отказывался его отпускать. Омега ломал голову, придумывая мощный аргумент, чтобы ему позволили проведать А-Лин. Видя, как беспокоится муженёк, что его сестре тоже придётся каждый день раздвигать ноги перед нелюбимым мужиком, Чан Синь проявил небывалую щедрость. Всё, что его волновало, - это секс. И покорность Сюэ Яна. Он дал ему выбор: тот либо доставит своему альфе удовольствие, стоная в голос под ним и упрашивая оттрахать пожёстче, и тогда сможет увидеть сестру до свадьбы. Либо же встретится с ней лишь во время отдачи поклонов. Прекрасно понимая, что Сюэ Яну хочется не просто посмотреть на сестру, но и поговорить с ней, он предвкушал приятные минуты, когда будет вдалбливаться в такое приятное узкое нутро омеги. Когда тому нужно было что-то, он умел хорошо попросить. Естественно, Сюэ Ян согласился. Он знал, какая его сестра сильная и смелая. Но в жизни не слышавшая в свой адрес ни слова грубости, испытавшая её по полной в последние дни, А-Лин не смогла бы остаться такой, какой была прежде.. Ему, как родному брату, нужно было найти нужные слова, чтобы приободрить её. Сказать, что это всё не надолго. Что нужно потерпеть ещё чуть-чуть. Он уже почти готов осуществить свой план. Произнесёнными словами «любви и желания», пока этот мерзкий человек нависал над ним, Сюэ Яну удалось выторговать себе полчаса для разговора с сестрой. Выходя из комнаты, он отчаянно пытался отогнать утреннюю тошноту, мучившую его всё чаще и чаще. С рыбным запахом, которым он, казалось, уже весь пропитан, омега ничего поделать не мог. Поморщившись, он попытался абстрагироваться от этого невыносимого запаха и быстро зашагал к дому, куда поселили Сюэ Лин. У сестры была истерика. Она ни в какую не хотела надевать свадебные одежды. Богато украшенное драгоценными камнями красное одеяние валялось смятым комком на полу. Девушка отчаянно вырывалась из рук державших её служанок. Сюэ Ян поспешил сестре на помощь, оттолкнув от неё надсмотрщиц. Те не решились нападать на супруга хозяйского сына. Раз Сюэ Ян был тут, значит, он получил позволение навестить невесту. «А-Ян, что происходит?», - плача, спросила сестра. «Зачем меня заставляют надевать эти одежды?» «Дорогая, - целуя девушку в лоб, Сюэ Ян проговорил, - я не в курсе, кто это. Но, как я слышал, это заклинатель из свиты Чан Синя. Он попросил отдать тебя в жёны и этот... одобрил брак.» Парень старался, чтобы его голос звучал спокойно и ровно. Чтобы сестра не смогла понять, что он сам дрожит. Когда накануне Чан поведал ему, кто будет мужем его прекрасной А-Лин, Сюэ Ян хотел накинуться на супруга и ударить его. В бешенстве он даже уже замахнулся. Когда его дорогой муженёк увидел руку, что вот-вот коснётся его собственного лица, он выпустил подавляющие волю омеги феромоны. Он жестоко наказал своего распоясавшегося супруга. Он брал Сюэ Яна долго и жёстко. Как обычно. Но теперь каждый новый толчок сопровождался не менее сильным ударом по ягодицам. Вчерашнюю ночь омега спал на животе, всё тело было в ссадинах, синяках, а ягодицы горели нещадно. А сегодня утром за возможность увидеться с А-Лин он подвергся ещё одному истязанию. Сюэ Ян прекрасно понимал, что его драгоценная сестра будет подвергаться точно таким же издевательствам, выйдя замуж за приспешника его собственного насильника. Жестом попросив оставить их наедине, Сюэ Ян тихо прошептал сестре на ухо: «Милая, у меня есть план. Я обязательно тебя отсюда вызволю.» «Когда будете возвращаться из храма, вы обязательно пройдёте через рыночную площадь. Там я создам небольшую суматоху. Тебе лишь надо будет постараться пробраться ко мне, как можно ближе. Я перенесу нас оттуда в другое место. Хорошо, милая? Ты запомнила?», - вглядывался в лицо сестры Сюэ Ян, пытаясь понять, осознала ли та смысл сказанных слов. «Да», - еле произнесла Сюэ Лин. Робкий луч надежды зажёгся в уже потухших глазах. Сюэ Ян обнял сестру за плечи и продолжал: «Ничего не бойся. Доверься брату. Я обязательно тебя спасу от этих извергов.» Уже успокоившаяся девушка, сама надела праздничный наряд. Попросила поправить причёску, которую сама же до этого и испортила. Заглядевшись на такую красивую сестру, Сюэ Ян думал, вот бы женихом его дорогой А-Лин был бы кто-то другой. Какой-нибудь отпрыск благородных заклинателей... Она заслуживает участи гораздо лучшей, чем ей выпала. Красные одежды так идут его дорогой сестрице. Светлая от природы, кожа Сюэ Лин, оттенённая одеждами выглядит и вовсе нефритовой. Такая очаровательная. Если бы не печаль в глазах. «Обещаю, что после спасения её глаза больше не будут такими, как сегодня», - давал себе слво омега. Ещё раз обсудив с сестрой свой план, Сюэ Ян ушёл. Ему нужно было найти Мэн Яо, если он в городе. Не успел он выйти за ворота поместья и пройти триста шагов, как его схватив за рукав, утянули в узкий переулок. Сначала он хотел наброситься на напавшего с кулаками. Когда же мужчина перед ним снял капюшон, Сюэ Ян опустил руки. Оказалось, Мэн Яо сам его искал. Впервые за долгое время он не удержался и отправился к родному дому. Чтобы не попасться охране, Мэн Яо дождался глубокой ночи и лишь тогда подошёл к дому. Но там никого не оказалось. Лишь рано утром пришедшая женщина, ухаживавшая за садом, сообщила, что его мать с сестрой в срочном порядке покинули дом и поехали к брату в Ханчэн. Заклинатель разместил учеников в маленькой деревеньке, подальше от шнырявших повсюду отрядов. Сейчас не было смысла тащить за собой ребят. Возможно, в семействе Чан опять планируется какое-то торжество и нужно присутствие семьи Сюэ. Поэтому он встал на меч и полетел в город, где сейчас была вся его немногочисленная родня. «Ты как раз вовремя. Мне нужна твоя помощь», - сказал Сюэ Ян, хлопая друга по плечу. «Сестру выдают замуж за одного из этих ублюдков, прихлебателей Чан Синя. Во время церемонии я её незаметно уведу оттуда. Встретимся за городом. Там я передам тебе Сюэ Лин, а сам вернусь за тётушкой. Твоя задача - увести сестру, как можно дальше. Потом мы встретимся и все вместе вернёмся домой.» «Постой. Каким образом ты планируешь вернуться? Разве они дадут тебе спокойно вернуться обратно, забрать матушку и уйти?», - недоверчиво спросил Мэн Яо. «Это оставь мне. Я разберусь», - успокоил друга заклинатель. «У меня есть способ всё сделать быстро и незаметно». «Как-то звучит расплывчато, ты не находишь, Сюэ Ян? Расскажи мне весь план, чтобы я мог тебя подстраховать, если что». Мэн Яо подумал, что его брат решил пожертвовать собой и сейчас пытается выглядеть бесстрашным. Но Сюэ Ян не терпел возражений. Повторив ещё раз свои слова, прозвучавшие как приказ, он назвал место встречи и был таков. Мэн Яо не оставалось ничего иного, как подчиниться воле брата. Никто никогда в Янлине ни к чему его не принуждал, не давил. Заклинатель никогда не чувствовал себя неродным в этой семье. Но понимая и принимая силу, что чувствовалась в его брате, он всегда уступал. Да и в Мэн Яо не было нисколько амбиций добиться чего-то выдающегося. Лишь бы его близкие были живы и здоровы. Этого ему было достаточно. Раз Сюэ Ян уверен, что ему под силу вызволить матушку и сестру, остаётся лишь быть там, где условились, чтобы реализовать план брата. Сюэ Ян едва успевал вернуться к себе в комнату, чтобы сменить повседневное платье на более подобающее случаю. Пока он находился в гостях у тестя, ему запрещалось носить траур по отцу. Чан Синь уже был в нетерпении. Пора было выходить, а Сюэ Яна всё не было. Стянув с едва вошедшего омеги верхнее ханьфу, он сунул ему в руки ярко красные одежды. «Мне нравится, когда ты в красном», - сказал он, поганенько улыбнувшись, будто не помогает одеваться, а наоборот. «Твоя сестра не обидится», - добавил он. Сюэ Ян планировал надеть другое платье, но на споры не было времени. Да и не настолько это было важно. Всё равно скоро он скинет все эти отвратительные тряпки и наденет родные сердцу тёмно-зелёные одеяния. Процесс принесения обетов не занял и десяти минут. Сухо обменявшись заурядными клятвами, молодые вышли из храма. На площади, как обычно, была толпа. Дождавшись, когда процессия подойдёт ближе, Сюэ Ян незаметно выпустил из рук талисман. Откуда ни возьмись, появилась целая тьма огромных крыс. Они бежали прямо на толпу, продирая себе дорогу меж ногами прохожих. Женщины и дети визжали. Кто-то вцепился в своих спутников-мужчин, кто-то пытался залезть на прилавки и статуи, украшавшие площадь. Во всей этой суматохе никто не заметил, когда Сюэ Ян оказался рядом с невестой. Та лишь успела расцепить руки со своим уже мужем, когда Сюэ Ян схватил её за руку. В голове омеги засела мысль, что что-то важное ускользнуло от его внимания. Но думать об этом было некогда. Он выпустил талисман перемещения из рук и вмиг испарился. Взбешённый Чан Синь, вместо своего омеги, поймал рукой воздух. Отец семейства, униженный на глазах своих подданных, быстро удалился в поместье, рявкнув на ходу чтобы тот шёл за ним. Заставив всех разойтись по домам и терпеливо ждать новостей, Чан Синь поспешил к отцу. Когда за молодым альфой закрылась, он получил мощный удар в солнечное сплетение. Сложившись пополам в ногах отца, Чан Синь хватал ртом воздух. Глава клана ронял свои удары куда придётся. Больше всего в своей жизни он ненавидел прилюдное унижение. Да ещё перед кем. Сплошь одни бедняки. Они же разнесут вести во городам и весям. Над ним теперь будет потешаться вся Поднебесная. Бросая удар за ударом, он выплёскивал весь гнев на своего сына. Чан Синь не пытался уклоняться. Зная нрав отца, пока тот не выпустит всю свою ярость, он не успокоится. Бесполезно просить. Поэтому набрав между ударами воздух в лёгкие, он выкрикнул, выплёвывая изо рта кровь: «Отец, прости, что подвёл. Я всё исправлю. Я приведу обоих обратно.» Рвано дыша, он продолжил упрашивать: «У нас осталась ещё тётка. Сюэ Ян обязательно вернётся за ней.» Глава клана, изрядно уставший, остановился ненадолго. Обрушив на сына ещё несколько мощных ударов, он рявкнул: «Иди и приведи беглецов обратно. Без них не возвращайся. Ноги переломаю.» Плюнув на пол перед сыном, он вышел из кабинета, хлопнув дверью. Та едва не разлетелась пополам. Лежащий же на полу альфа зарычал от злости. Последний раз он получал тумаков от отца уже очень и очень давно. Эта сука получит по полной. Вот только доберусь до него. Все кости переломаю. На костылях будет ходить. Исцеление потихоньку началось. Восстановив на ходу дыхание, Чан Синь собрал небольшой отряд, в который вошёл супруг Сюэ Лин. Встав на мечи, они отправились на поиски беглецов. Благодаря метке связь между супругами была сильной. Где бы ни был омега, альфа, пометивший его, мог найти того очень быстро. Рассчитывая на эту связь, Чан Синь был уверен в успехе своего предприятия. Ведь не будет же Сюэ Ян в самом деле использовать отвар, снимающий метку. Вместе с ней произойдёт и выкидыш. Ну предположим, выродок тому не всрался, но принимая подобное лекарство во время беременности, омега лишался и в будущем иметь детей. Так как растущее во чреве дитя, окружённое плацентой, крепится к матке, при уничтожении метки и попутно беременности, ядовитые соки венерина башмачка раъедают и все органы поблизости. Не зря же на подобный жест шли лишь самые отчаявшиеся. Какое бы средство не использовал омега, последствия могли быть сами ужасными. Чан Синь не думал, что Сюэ Ян будет так рисковать. Такой испорченный и пустой омега не нужен будет никому. Даже своему любимому Сяо Синчэню. Потянув из пространства воздух, он учуял свой собственный запах и уверенно полетел в сторону гор. Тех самых, в тишине которых долгие недели его омега тренировал своих мертвецов. У одиноко стоящего ясеня стояла группка людей и о чём-то оживлённо спорила. Сюэ Лин не хотела оставлять брата одного. И никто не мог её переспорить. Иначе бы омега давным-давно успел бы вернуться обратно. Увидев краем глаза приближающихся путников, Сюэ Ян толкнул одной рукой сестру в сторону друга. Другой кинул ему талисман. «Бери её и уходите. Я постараюсь быстро.» Подхватив сестру, Мэн Яо подбросил в воздух талисман и исчез. «Летите в Янлин. Им больше некуда бежать. Переверните каждый дом, каждую канаву, но приведите этих сук ко мне», - отдав приказ группе мужчин во главе с брошенным супругом Сюэ Лин, Чан Синь пошёл на Сюэ Яна. «Ты что о себе возомнил, а, сучара?», - прорычал он. Омега полез было в карман в поисках заветного бутылька. С быстро пришедшим осознанием, что отвар остался в другом ханьфу, с лица Сюэ Яна сошла вся краска. Всех своих мертвецов он схоронил в небольшом леске вблизи города. Чтобы вмиг могли добраться до поместья. Отсюда слишком далеко. Они не успеют. А без них и своего нового меча, наполненного тёмной магией, заклинатель и вовсе не сможет противостоять феромонам альфы. Будто почуяв смятение омеги, тот уже начал выпускать свой удушущающий запах. Схватил Сюэ Яна за ворот ханьфу. Тот едва доходил Чан Синю до плеч. И бросил с такой силой, что земля под омегой продавилась. Он еле поднялся, пытаясь превозмочь подавляющую его силу и дать отпор. Но нога его мучителя тут же швырнула его обратно на землю. Из носа хлынула кровь, щека опухла. Подняв за шиворот, Чан Синь заехал со всей дури кулаком Сюэ Яну в левый глаз. Тот попытался отползти подальше, но альфа опять нагнал его. Обеими ногами избивал омегу по рукам, ногам, голове, с омерзительной аккуратностью избегая попадать по животу. Не дай бог, ребёнок пострадает. На Сюэ Яне не осталось живого места, он еле дышал, прикрывая из последних сил живот. А удары всё сыпались и сыпались на него. Пока сознание не покинуло его окончательно.