Вкус полыни на губах

Как только Сюэ Яну исполнилось 13 лет и у него случилась первая течка, в глазах всех знакомых альф он стал очень желанен. Многие из них говорили ему, что мало того, что он внешне очень привлекателен, так ещё и его запах буквально заставляет их, как зомби, ходить повсюду за ним. Слишком сладкий, слишком манящий. Сюэ Ян же был целиком и полностью поглощён учёбой и желанием прославить свой клан. Никакие дорогие подарки и прочие знаки внимания от весьма представительных семей не обращали внимание омеги на себя. Так год за годом парень игнорировал ухаживания альф разного уровня привлекательности и положения, пока не встретил Сяо Синчэня. Его будущий супруг привлекал Сюэ Яна своей неземной красотой, как будто сошедший с небес небожитель. Высокий и широкоплечий. Взглянув на него в одежде никто бы и не догадался, что всё его тело – это сплошные мускулы. Классические черты лица, сдержанность в проявлении эмоций делали Сяо Синчэня в глазах молодого омеги очень притягательным. Не старавшийся быть привлекательным в глазах других людей, он всё же приковывал к себе внимание, даже когда просто шёл по улице. Его осанка и благородная поступь всегда выдавали в нём воспитанника очень благородного семейства. Вежлив и приятен в общении, справедлив и скромен. Другие постоянно пытались бахвалиться перед ним своими достижениями, семьями или же своими мускулами. А то и тем, что отличало омег от альф и дарило первым море наслаждения. Сяо Синчэнь при их первой встрече ни слова похвалы в свой адрес не сказал, только удивлялся, чем он такой обыкновенный мог привлечь Сюэ Яна. Над головой Сяо Синчэня Сюэ Ян разве что нимб не нарисовал – таким ангелом для него был его альфа. И сейчас, лёжа в одной постели со своим небожителем, Сюэ Ян до сих пор не мог поверить в своё счастье. Принимая каждую подаренную ласку, каждое прикосновение, он отвечал с ещё большим жаром. Распаляясь всё сильнее, молодой омега списал слегка усилившийся жар тела на возбуждение. Плюс – где-то в подсознании не отпускала мысль, что если его план провалится, он просто не сможет дальше жить. С другим альфой... Но все рациональные мысли были заглушены желанием подчиниться, отдаться этому невероятному альфе, что захотел его себе в мужья. Поэтому, в очередной раз отбросив все сомнения в правильности своих поступков, он на инстинктах прижался к Синчэню, раздвигая свои ноги шире. На секунду погрузившись в свои невесёлые думы, он не заметил, как руку на члене сменил рот. Сюэ Ян буквально задохнулся от нахлынувшего наслаждения от жаркого рта, ласкающего его. Сладкий стон, сорвавшийся с его уст, дал понять Синчэню, что он делает всё правильно. Альфа тоже всю свою жизнь занимался только развитием своих заклинательских способностей, не обращая внимания на заигрывающих с ним напропалую омег. Действуя инстинктивно, он всё же умудрился дарить своему партнёру наслаждение. Запах омеги будоражил голову Сяо Синчэня. Он из последних сил сдерживал желание обладать, продолжая ласкать член Сюэ Яна губами. Он то заглатывал до основания, то выпускал член полностью изо рта. По аромату, исходящему от тела под ним, он понимал, что омеге очень хорошо. Прячась между двумя округлыми ягодицами, маленькая дырочка пульсировала и выделяла смазку, привлекая внимание альфы к себе, давая понять, что ей тоже требуется его внимание. Он продолжал насаживаться ртом на член Сюэ Яна, параллельно вставляя два пальца в манящее отверстие. Смазки вокруг было очень много, а внутри было приятно горячо и влажно. Не успев погрузиться, пальцы были плотно охвачены упругими стенками. Сяо Синчэнь начал двигать ими вперёд-назад, доставляя такой стимуляцией ещё больше удовольствия своему любовнику. Мечась по постели от переизбытка новых сладостных ощущений, Сюэ Ян вцепился в волосы Синчэня, не давая тому поднять голову. Насаживаясь на пальцы внизу и горячий рот сверху, парень желал получить всё удовольствие, которое только мог подарить ему альфа. Видя, как хорошо его любимому и понимая, что сам уже на грани, он вытащил пальцы из тела. Обмазав свой давно стоящий член смазкой Сюэ Яна, он наконец-то вошёл. Сначала только головкой. Но даже этого хватило, чтобы омега резко открыл глаза. Пальцы не шли ни в какое сравнение с размером его альфы. Пытаясь не причинить боли, Синчэнь дал время привыкнуть к его размеру и только когда тело под ним опять расслабилось, продолжил вторжение в сладкую глубину. Поглаживая поддатливое нежное тело под собой, он потянулся поцелуем к губам Сюэ Яна. Тот беззастенчиво стонал на каждую подаренную его телу ласку. «Быстрее... прошу», - стонал Сюэ Ян, почти срываясь на крик. И Синчэнь перестал сдерживаться и начал наращивать темп, вбиваясь мощными толчками в сладкое нутро омеги. То полностью выходя, то вбиваясь вновь, он доводил своим членом омегу до исступления. Тот лишь беспомощно мял простыни и хватал ртом воздух. Чувствуя приближение оргазма, Сюэ Ян лишь простонал: - «Сейчас». Поняв его, Синчэнь обхватил рукой член Сюэ Яна и начал скользить вверх-вниз, вызывая ещё больше сладострастных стонов в груди своего омеги. Белая, вязкая жидкость забрызгала животы обоих любовников, распространяя вокруг сильный мускусный запах. «Метку...», - продолжая хватать ртом воздух, еле слышно выстонал Сюэ Ян. «Поставь мне метку. Прошу.» «Все же увидят! Ты уверен? Пути назад не будет.» «Даа», - содрогаясь в сладких конвульсиях ответил омега. «Хорошо», - только и смог ответить Синчэнь, продолжая вбиваться в желанное тело. Уворачиваясь от очередного поцелуя в губы, Сюэ Ян упрямо подставлял любовнику свою шею. Будоражащий все внутренности и заставляющий отозваться на зов запах полыни кружил голову. Член Синчэня был крепко сжат стенками анального отверстия Сюэ Яна, не выпуская его и не позволяя продвинуться дальше. Оргазм накрыл их обоих. Долго изливаясь в тело возлюбленного, Синчэнь уже собирался выполнить просьбу любимого, когда резкий непрекращающийся стук в дверь заставил обоих прийти в чувство. Накрыв Сюэ Яна одеялом, Сяо Синчэнь, прошептав «Я сейчас», быстро спрыгнул с кровати, на ходу одеваясь. Открыв дверь, он увидел перед собой адепта, что пришёл с донесением от отца. Нужно было срочно явиться к главе клана. Отец после очередного собрания со старейшинами и выслушивания о проделках учеников Синчэня был не в духе. Ребята в очередной раз забрались в Пристань лотоса. Когда-то давно ещё юный Вэй Усянь пустил слух среди сверстников, что отцветшие лотосы на лотосовых полях гораздо вкуснее тех, что продавали на рынке. И с тех пор поклонники Старейшины Илина, стараясь всячески подражать своему кумиру, творили всё, что в своей юности делал Вэй Усянь. Иногда с не очень приятными последствиями. Сяо Синчэнь уже отчитал всех негодников, но естественно знал, что сам он получит в разы больше, как несостоявшийся наставник. Деваться было некуда, понимая, что проведёт в кабинете отца очень много времени, он сказал Сюэ Яну: - «Скорее всего я задержусь. Отец в ярости из-за того, что опять пришлось выслушивать от молодого главы клана Юньмэн Цзян претензии в адрес клана.» «Этот глава уж очень не сдержан на язык, говорит всё, что вздумается», - добавил Сяо Синчэнь. «Поспи пока, я наверно приду через пару часов», - с этими словами он потянулся с поцелуем к Сюэ Яну. «Боюсь, я не смогу задержаться так надолго», - мгновенно погрустнел омега. Ему нужно было возвращаться домой до рассвета, иначе его своевольный побег раскроется. «Пожалуйста, поставь мне метку и я возвращусь домой», - попросил Сюэ Ян, удерживая Синчэня за локти. Возбуждение спало, голова прояснилась и теперь Сяо Синчэнь наконец осознал, чем они только что занимались. Понимая, что старшие будут явно не в духе, если прознают про их связь. А если же увидят у жениха Сяо Синчэня ещё и метку до свадьбы, беды и вовсе не миновать. Ещё раз поцеловав своего омегу, он ласково сказал: «Малыш, всё же я думаю, что это плохая идея. Давай повременим с обменом метками?» Сюэ Ян смотрел на него округлившимися от непонятного Синчэню страха глазами, ещё крепче прижимая руки альфы к себе: «Пожалуйста, я прошу тебя... Ты обещал.» «Никогда бы не подумал, что он такой капризный», - подумал про себя альфа. Адепт за дверью нетерпеливо постучал опять в дверь, напоминая о необходимости поспешить к отцу. Не желая расставаться с любимым, но и понимая, что отец долго ждать не будет, Синчэнь решил сначала разобраться с делами клана, решительно вырвав свои руки из рук Сюэ Яна, бросил на ходу: «Постараюсь побыстрее». И с тем вышел из комнаты. Когда шаги за дверью стихли, Сюэ Ян встал с кровати, найдя за ширмой таз с водой для омовения, он обмылся, стерев с тела следы их с Синчэнем страсти. Подобрав смятые на полу одежды, он оделся и принялся ждать жениха. Сначала Сюэ Ян решил полистать книгу, которую собирался почитать Синчэнь, потом, увидев на маленьком столике у противоположной стены вазу с фруктами, он решил перекусить. Когда последний инжир был съеден, почти полкниги прочитано, вернулся Сяо Синчэнь. Пройдя в комнату, он мог наконец-то немного расслабиться. Налив себе в стакан воды из графина, Синчэнь подошёл к задремавшему в кресле Сюэ Яну. Тяжёлые блестящие чёрные волосы спадали на плечи молодого омеги, Сяо Синчэнь погладил парня по голове. «Какие мягкие. Словно шёлк», - успел подумать Синчэнь, когда омега проснулся и поднял на него свои большие красивые глаза с красными зрачками. «Ты долго, А-Чэнь. Мне пора уже возвращаться», - потянувшись, промолвил он. «Отец был сильно зол. Молодой господин Цзян его сильно отчитал.» «Странно. Мне твой отец показался очень милым и добрым мужчиной», - с сомнением в голосе ответил Сюэ Ян. «Да, он бывает и таким. Ты видел его только в добром расположении. Всё же этот союз выгоден нам не меньше, чем вам. А мой отец любит выгодные сделки», - задумавшись на мгновение, ответил Сяо Синчэнь. Он вспомнил, как отец после того, как проводил будущих родственников, начал без стеснения вслух рассуждать об открывающихся для них перспективах, забыв, как до этого весь вечер только и делал, что говорил о возвышенном: о помощи друг другу, о зародившихся между молодыми чувствах. «Когда хочет, отец может быть очень приятным собеседником», - думал Синчэнь. Присев на корточки, он коснулся губами губ омеги, оставляя лёгкий поцелуй. «Останься на ночь, а утром я сам провожу тебя до дома.» «Я и так задержался. Мне давно уже пора уходить.» Сюэ Ян положил свои руки на грудь альфы, подставляя шею. «Сяо Синчэнь, прошу выполни мою просьбу. Я больше ни о чём не прошу.» Боясь получить отказ, он добавил: «Если хочешь, я до самой свадьбы не появлюсь у вас, чтобы не привлекать внимание к метке. Никто и не заметит. А дома... мои домашние и вовсе не будут против, если на мне будет твоя метка. Пожалуйста», - прижимаясь всем телом молил Сюэ Ян. Сяо Синчэнь не понимал этого упорства. Далась ему эта метка. Только что получив серьёзный нагоняй от отца, он не хотел получить ещё и за это. Этот проступок будет ему стоить гораздо дороже. Подумав ещё раз, он нежно обняв в ответ своего жениха, всё же ответил: «Нет, А-Ян. Мы должны подождать. Прости я не могу.» «Ты не понимаешь, тебе нужно заявить свои права сейчас. Потом...» «Потом будет уже слишком поздно», - закончил свою мысль про себя Сюэ Ян. Синчэнь продолжал сидеть на корточках, не двигаясь. Посидев в тишине немного и понимая, что никакими уговорами он не получит желаемого, Сюэ Ян молча встал. Проходя мимо Сяо Синчэня, его притянули обратно к широкой груди. Синчэнь погладил парня по голове и прошептал в самое ухо: «Не заметишь, как пройдёт осень, зима и наступит весна. Отбрось свои страхи, я никуда от тебя не денусь. Не успеешь оглянуться и мы станем супругами.» Целуя омегу за ушком, в место рядом с железой, а потом в губы, Синчэнь сказал: «Перестань капризничать, будь хорошим мальчиком, Сюэ Ян». Омега был оскорблён этим тоном. Будто он был капризным маленьким мальчиком, которого пытаются успокоить всем семейством, а он всё не прекращает реветь и просить сладости. Мягко отстранившись, он прошёл к окну. Кинув холодное «прощай», Сюэ Ян встал на меч и вылетел из окна в непроглядную ночь. Звёзд не было, луны тоже – ничто не освещало молодому омеге путь домой. В груди зародилась какая-то непонятная грусть. Он не хотел думать о плохом, но подлетая к дому всё ближе, чувствовал всё явственнее свою обречённость. Влетев под утро в заранее открытое окно своей спальни, не раздеваясь, омега упал на кровать и проспал беспробудным сном до самого вечера.