Примагнитило

От лица Лексы Лекса смотрит на часы, а затем снова оглядывается в сторону туалетов. Луны уже давно нет, и Лекса начинает подозревать, что блондинка её бросила. Она ругает себя за эту нелепую мысль. Они отлично проводят время, даже несмотря на то, что этот странный бармен крутится вокруг них, как бельмо на глазу. Хотя не будет ли совсем уж странно, если она пойдёт в туалет, чтобы проверить, всё ли в порядке с Луной? Несчастные случаи происходят постоянно... что, если она поскользнулась на мокром полу и получила сотрясение мозга? Или, может быть, она выбрала кабинку с неисправным замком и теперь заперта внутри? Она снова ругает себя. У неё есть привычка давать волю воображению, когда у неё слишком много времени на размышления. Может быть, ей стоило стать писательницей, а не юристом. И всё же ей не помешало бы освежиться. Она может снова нанести бальзам для губ и заодно привести мысли в порядок. Убить двух зайцев одним выстрелом. Только когда она добирается до женского туалета и открывает дверь, от увиденной картины у неё перехватывает дыхание. — Луна? Луна здесь, всё в порядке. Она стоит слишком близко к тому простофиле-бармену, с которым они виделись раньше... на котором, по какой-то причине, почти ничего нет. За долю секунды до того, как они замечают её, у Лексы резко сводит желудок. Её шарф обмотан вокруг них обоих, что выглядит как какая-то странная практика бондажа. Ничто в этой ситуации не говорит о том, что они «старые школьные друзья». — Лекса! — кричит Луна, отчаянно пытаясь высвободиться. — Что бы ты ни думала, что здесь происходит, это определённо не то, что здесь происходит. У Лексы кружится голова, когда Луна отталкивает Финна и поправляет свою рубашку. Она чувствует себя полной дурой. Неужели она была настолько наивна, что поверила, будто такая женщина, как Луна, действительно заинтересована в ней? Да. Так и было. — Я, пожалуй, пойду, — бормочет Лекса, вслепую нащупывая позади себя дверную ручку. — Пожалуйста, не уходи, — умоляет Луна, протягивая руку. Лекса отстраняется, как будто обожженная, и зажмуривает глаза, пытаясь блокировать необъяснимую волну вины, которую она чувствует. Пожалуйста, не уходи? Как будто она должна чувствовать себя виноватой из-за того, что хочет избежать этой ужасной ситуации. Как будто у неё есть какой-то выбор в этом вопросе. — Послушай, я думала, что мы сблизились сегодня вечером, но, очевидно, я ошибалась, — натянуто говорит Лекса, не в силах и не желая смотреть Луне в глаза. — У тебя явно что-то есть с Финном... ты вспоминаешь школьные годы или... что-то ещё. Я ухожу. Она уже собирается выйти из туалета, как вдруг чувствует руку Луны на своём плече. Она резко вырывается и оборачивается, изображая свой лучший убийственный взгляд. — Лекса, пожалуйста, дай мне объяснить. Что-то в голосе Луны заставляет её замолчать, и она медленно поднимает взгляд, устремляясь в завораживающие голубые глаза. В эту секунду она понимает, что всё кончено. Блондинка выглядит такой расстроенной, её глаза широко раскрыты, а нижняя губа дрожит. Часть Лексы хочет выслушать её, но другая часть не хочет ничего слышать. Не хочет слушать оправдания. Она уже слышала их все и даже больше. Разочарование отходит на второй план, и на поверхность всплывает злость. — Ты не обязана ничего объяснять, — шипит она, и Луна вздрагивает. — Правда, всё в порядке. — Лекса, сбавь обороты, — вмешивается Финн. — Успокойся. Не будь так строга к Кларк. Лекса удивлённо смотрит на него. — Кто это Кларк? — спрашивает она, нахмурив брови. — Почему он называет тебя Кларк? Луна похожа на кролика, попавшего в свет фар. Финн открывает и закрывает рот, как глупая золотая рыбка. Лекса двигает челюстью вперёд-назад, ожидая объяснений. — Это моё прозвище для неё, — выпаливает Финн, когда Луна пихает его локтем в бок. — Ну, знаешь, как Кларк Кент? Супермен? Потому что она не от мира сего. Лекса непонимающе смотрит на него, а затем поднимает обе руки и отступает на несколько шагов. — Хорошо. Я оставлю вас наедине с тем странным дерьмом, которое у вас тут происходит. — Лекса, подожди. Давай я просто скажу тебе правду, — вздыхает Луна, делая шаг вперёд. — Потому что сейчас самое подходящее время для признания. — В чём ты хочешь признаться? — раздражённо стонет Лекса. С неё хватит. Абсолютно точно хватит. Всё, чего она сейчас хочет, — это вернуться домой, забраться в постель и сделать вид, что всего этого кошмара не было. Луна проводит рукой по волосам и нервно облизывает губы. Лекса очень хочет, чтобы её взгляд не следовал так пристально за движениями языка блондинки, но что есть, то есть. — Он назвал меня Кларк, потому что... меня зовут не Луна. Меня зовут не Луна, потому что я... на самом деле не Луна. — Это Кларк! Кларк Гриффин! — радостно кричит Финн, чуть ли не подпрыгивая от восторга. Лекса потеряла дар речи. Всё это бессмысленно. Что, чёрт возьми, здесь происходит? — Да, спасибо, Финн, — язвительно отвечает Кларк. — Можешь надеть свою одежду и убираться, ты и так натворил достаточно, — шипит она, грубо подталкивая его к двери. Финн, держа в руках одежду, выходит из туалета, оставляя их наедине. Когда Лекса поднимает глаза, она видит перед собой Кларк с нервной улыбкой, которая больше похожа на гримасу. — В любом случае, слушай, я была с ним здесь, потому что он сказал, что не расскажет тебе, кто я такая, если я его поцелую, — лихорадочно тараторит Кларк. — Я поступила глупо, но, по правде говоря, Лекса, я не совсем твоя пара на свидании вслепую. В поезде была эта девушка, а потом книга и часы, я... — Подожди, подожди, подожди, — перебивает Лекса, потирая переносицу. — То есть ты хочешь сказать, что ты не та девушка, с которой я должна была встретиться? — Да. — Что?! Лекса недоверчиво смотрит на неё. Она знала, что это свидание слишком хорошее, чтобы быть правдой, знала, что здесь что-то не так. И что же это за подвох: эта девушка просто сумасшедшая. Кларк смотрит на неё в ответ, прикусывая нижнюю губу и пытаясь найти объяснение. — Я знаю. Я знаю, что это выглядит плохо, — признаётся она. — Я похожа на сумасшедшую, но если подумать, то это скорее импульсивный поступок, чем что-то ещё. Лекса не может поверить своим ушам. Неужели эта девушка пытается преуменьшить свою вину? К чёрту разочарование, теперь она просто в ярости. — Кто это делает? — спрашивает Лекса, всплеснув руками. — Что за человек прячется под часами в ожидании свидания? Кларк выглядит немного обиженной. — Ладно, во-первых, я не пряталась. И это не ожидание свидания в общепринятом смысле этого слова. Та девушка отдала мне свою книгу, поэтому ты и подумала, что я — это она. — Нет. Нет, я думала, что ты — это она, потому что ты так сказала, — возражает Лекса. — На самом деле ты просто предположила, что я... — Когда ты собиралась мне рассказать? Каков был твой план? — У меня его, э-э, не было. — Конечно, его не... — Лекса недоверчиво качает головой. — Потому что никто не мог предусмотреть такой провал. Кларк неловко переминается с ноги на ногу. — Я хочу сказать, что наверняка люди совершали и худшие поступки, — робко предполагает она. — Я сейчас пытаюсь вспомнить хоть что-нибудь, — невозмутимо отвечает Лекса. Между ними повисает неловкое молчание, и Лекса изо всех сил старается сдержать эмоции. Почему это должно было случиться именно с ней? Как будто на её личной жизни лежит проклятие. В глубине души она жалеет, что ложь Кларк раскрылась, ведь ещё пять минут назад это было лучшее свидание в её жизни. Она знает, что это нелепо. Это нереально. Кларк не могла вечно притворяться Луной. Луной, которая, по словам Ани, идеально ей подходила. Она чувствует, как у неё сжимается сердце, потому что, вероятно, всё, что Кларк рассказала ей о себе сегодня вечером, было ложью. — Не думаю, что эта девушка тебе подходила, — говорит Кларк, нарушая молчание. Лекса резко поднимает голову. — Что ж, теперь я никогда этого не узнаю. Ты ведь позаботилась об этом, не так ли? — Я просто пыталась найти свою вторую половинку в современном мире, — продолжает Кларк, пытаясь выбраться из ямы, которую сама же и вырыла. — Я следовала советам из той книги, которую ты так любишь. Лекса усмехается и закатывает глаза. Она даже не читала эту дурацкую книгу. В лучшем случае она бегло просмотрела её в поезде, чтобы иметь хоть какое-то представление о том, о чём говорит Луна. То, что она делает дальше, становится полной неожиданностью. Она смеётся. Долго и громко, позволяя абсурдности ситуации взять над ней верх. Она понимает, что это странная реакция. Кларк смотрит на неё так, будто у неё внезапно выросла ещё одна голова, а потом сама начинает хихикать. Затем они обе смеются как идиотки, но Лекса резко останавливается и снова хмурится. — Кто ты вообще такая? — спрашивает Лекса скорее саму себя, чем кого-то другого. — Кларк Гриффин, — широко улыбается блондинка и протягивает Лексе руку для рукопожатия. — Привет. Лекса трясёт головой, не понимая, какого чёрта она вообще этим занимается. Она говорит себе, что всё ещё находится в этом туалете только потому, что хочет получить ответы. — Ты вообще занимаешься триатлоном? — спрашивает Лекса. Кларк хмурится. — Это уже второй вопрос, который ты задаёшь? — А где Луна? — Понятия не имею. Наверное, суёт свой нос в дела какого-нибудь другого одинокого человека. Похоже, у неё это хорошо получается. Лекса сдерживается, чтобы не рассмеяться, потому что она злится. На самом деле злится. Уникальное саркастическое чувство юмора Кларк было одним из тех качеств, которые привлекали Лексу. Это одна из тех вещей, которая их объединила этим вечером. Сейчас она не хочет об этом вспоминать. Попытки Кларк обратить ситуацию в шутку не сработают. — Ты вообще выпускник Оксфорда? — с подозрением спрашивает Лекса. — Нет, я училась в Дареме. — Иисус, блядь, Христос. Кларк хмурит брови. — Ладно, это было немного неуместно. — Что было неуместно, — возражает Лекса, с трудом сдерживая гнев, — так это то, что ты сорвала моё свидание и заставила меня думать, что ты — это кто-то другой. Гневный взгляд Кларк сменяется выражением искренней вины. Она открывает рот и снова его закрывает, опустив глаза в пол. На мгновение Лексе кажется, что она вот-вот извинится. Но Лекса не стала ждать и, развернувшись на каблуках, вышла из туалета.

***

— Чертовски нелепо, — бормочет себе под нос Лекса, направляясь обратно к выходу. Она собирается взять пальто и сумку и убраться к чертовой матери. Какая пустая трата времени. Аня, наверное, описается от смеха, когда узнает об этом. — Мне кажется, ты немного перегибаешь палку, — кричит Кларк ей вслед. Отлично, она идёт за ней. Неужели эта женщина никогда не уйдёт? Лекса знает, что ей следует проигнорировать её, но она останавливается и поворачивается к блондинке, которая чуть не врезается в неё. — Да неужели? — язвительно спрашивает Лекса. — Ты думаешь, я слишком остро реагирую? Кларк кивает. — Да. Да, вообще-то, так и есть. — Ну и как бы ты себя чувствовала, Кларк, — усмехается Лекса, намеренно растягивая её имя, — если бы девушка, с которой тебя познакомили на свидании, девушка, которая, как тебе сказали, идеально тебе подходит, оказалась какой-то беспринципной сумасшедшей? Хм? Кларк закатывает глаза. — Хорошо. Во-первых, я не сумасшедшая. А во-вторых... — Аня сказала, что мы подходим друг другу, — вызывающе отвечает Лекса. Кларк усмехается. — Поверь мне, это бы не сработало, — возражает она, уперев руки в бока. — Эта девушка читает книги по саморазвитию, читает нотации незнакомцам об их личной жизни и носит ситцевые свитера! Теперь настала очередь Лексы закатить глаза. Кларк выглядит не менее раздражённой, продолжая свою тираду. — И она «работает в городе». Что это вообще значит? Я имею в виду, когда люди так говорят, что это значит? — Это значит, что она успешная выпускница Оксфорда с... — Опять ты со своим Оксфордом, — восклицает Кларк, всплескивая руками. — Ты просто одержима. — язвит она, качая головой. У Лексы слегка отвисает челюсть, когда Кларк проталкивается мимо неё и продолжает идти к выходу. Ей не нужно потакать Кларк, не нужно мстить, но неважно. Она не отступит. Поэтому она идёт за ней, чувствуя, как с каждым шагом её гнев нарастает. — Ну разве это не классический ответ женщины, которая недовольна своим выбором профессии, потому что побоялась взяться за что-то посложнее, — съязвила Лекса, и Кларк застыла на месте. — Извини, что у меня высокие требования к потенциальным партнёрам. Кларк оборачивается, её глаза вспыхивают от гнева, а ноздри раздуваются. Ладно, возможно, Лекса немного перегнула палку с этим комментарием. Это был удар ниже пояса. Может, ей стоит извиниться и... — Довольно щедрые слова для женщины, которая так отчаянно нуждалась в любви, что позволила себя подставить, не спросив даже о внешности, — язвительно замечает Кларк, скрещивая руки на груди. — Ты просто решила, что твоя спутница — первая более-менее приличная девушка, которую ты встретила на вокзале. Как тебе такие высокие требования? Если бы они не спорили, как дети, посреди боулинг-клуба и если бы Лекса не была так зла, она бы сказала Кларк, что та выглядит гораздо лучше, чем «наполовину прилично». Но дело не в обстоятельствах. Они спорят. И Лекса злится. Она занимает оборонительную позицию. Кларк задела особенно чувствительную струну своим «отчаянным» комментарием. — Знаешь что, Кларк? Этот мрачный взгляд тебе очень идёт. Меня совсем не удивляет, что Кейт гуляла направо и налево. Ой, подожди... никакой Кейт нет! — А жены у тебя нет, да? Потому что она тебя бросила! — Ой, — думает Лекса. — Да, — говорит она с максимально возможным сарказмом. — И знаешь что? — говорит Кларк, делая паузу, чтобы облизать губы. — Вот что ты делаешь, вот как ты себя ведёшь. О, я так ранена и отвергнута, пожалуйста, помоги мне, привлекательная незнакомка, о которой я ничего не знаю. — Возьми себя в руки. Лекса мрачно хмурится. — И это говорит женщина, которой пришлось украсть чужое свидание, чтобы вообще его получить, — невозмутимо отвечает она. Они были так поглощены друг другом... ну, своей ссорой, что она не заметила, как они подошли к стойке. Парень за стойкой смотрит на них со смесью тревоги и неловкости. — По крайней мере, я не хожу с таким видом, будто выиграла в лотерею, — парирует Кларк. — О, посмотрите на меня, у меня престижная работа юриста и квартира в Кенсингтоне, — щебечет она, плохо изображая Лексу. — Но чего я действительно хочу, чего я действительно хочу, так это снова влюбиться. Хм. Значит, Кларк всё-таки обратила внимание на список. Поди разберись. Парень за стойкой настороженно смотрит на них и отдаёт им пальто вместе с сумочкой Кларк. — Я снова влюблюсь, — шипит Лекса, натягивая пальто. — Очевидно, что ты ничего не знаешь о любви со своим циничным взглядом на мир и защитным сарказмом. — Да ладно, — бормочет Кларк, поднимая сумку. — Удачи тебе. Лекса пристально смотрит на Кларк, которая перекидывает сумку через плечо. Никогда в жизни она ещё так не злилась на другого человека. — Большое тебе спасибо, было приятно не познакомиться с тобой, и поздравляю тебя с твоей огромной пачкой лжи, — говорит Лекса с видом человека, поставившего точку. — Где моя сумка? — спрашивает она, обращаясь к администратору. — Боюсь, это всё, что было, — нервно пожимает он плечами. Лекса поворачивается к Кларк. — Где моя сумка? — Откуда мне знать? — огрызается Кларк, роясь в своей сумке. — Почему у меня твой блокнот? Она показывает Лексе предмет, вызвавший недовольство. — Чёрт. Должно быть, мы оставили мою сумку в баре, — фыркает Лекса. — Ты оставила её в баре, Лекса. Не я, — с ухмылкой поправляет Кларк. — До свидания. — Ох, там действительно важные документы от клиента, — громко вздыхает Лекса. — О, как сексуально, — невозмутимо замечает Кларк, направляясь к выходу. — Я прямо из офиса! — О, так ещё сексуальнее! — кричит Кларк, не оборачиваясь. Она уже взялась за ручку двери, но тут же замирает и разочарованно вздыхает. — Фу, твои чёртовы документы и мой блокнот... с моей речью! Кларк не даёт никаких объяснений и выбегает из здания, размахивая сумкой, перекинутой через плечо. Лекса на секунду замирает в недоумении, а затем бежит за ней. Она понятия не имеет, о какой речи говорит Кларк. Может быть, девушка читает лекцию о том, как быть грубой и неприятной? В этом она точно преуспела бы. — Подожди, что за речь? — спрашивает Лекса. Любопытство берёт верх, и она идёт за Кларк. — Сегодня 30-я годовщина свадьбы моих родителей, — ворчит Кларк, оглядывая улицу. Лекса глухо смеётся. — Всё становится только хуже и хуже. Ты не только украла чужое свидание вслепую, но и бросила своих родителей в один из самых важных моментов их жизни, — недоверчиво восклицает она. — Тебе действительно стоит задуматься о том, почему ты делаешь то, что делаешь, и не делаешь то, что не делаешь. Эта девушка, думает Лекса, эта девушка — просто катастрофа. Так почему же какая-то часть её хочет продолжать спорить с Кларк? Не хочет просто позволить ей уйти в ночь, кипя от ярости и сарказма? — Отлично, — пожимает плечами Кларк. — Пойду заберу свою речь. Она поворачивается и идёт по улице, а Лекса ловит такси. — Эй, что ты делаешь? — спрашивает Кларк. — Я поймаю такси и вернусь в бар. А как ты думала? — резко отвечает Лекса. — Это в десяти минутах ходьбы. — Нет. Идти как минимум 20 минут. — Это займёт 10 минут! — Ты, кажется, ужасно в этом уверена, Кларк. — Потому что это факт, Лекса. — О, это факт? Это факт, не так ли? — снисходительно говорит Лекса. — Как и то, что ты занимаешься триатлоном? Вот что я тебе скажу: я поеду на такси, а ты можешь бежать, плыть и ехать на велосипеде до бара, и посмотрим, кто доберётся туда первым. Кларк смотрит на неё с открытым ртом. — Что? — Ты даже не знаешь, кто такой триатлонист, да? — невозмутимо спрашивает Лекса. — Я знаю! — неубедительно возражает Кларк. Она определённо этого не знает. Уголок рта Лексы вот-вот приподнимется в ухмылке. Она сдерживается. Она прибережёт это удовольствие на потом, когда выиграет. — Что ж, в таком случае, Кларк, готовься, не торопись... Кларк уже бежит по улице. Лекса запрыгивает в такси и выкрикивает адрес бара водителю, пока машина набирает скорость.

***

Только оказавшись в одиночестве в такси, Лекса смогла собраться с мыслями. Всего за полчаса её день превратился из идеального в провальный. Она немного думает о настоящей Луне, которая, должно быть, стояла одна на вокзале и гадала, где же её девушка. Но в основном она думает о Кларк и её лжи. Самое обидное, что ей действительно было хорошо с блондинкой. Кларк весёлая, остроумная, умная, красивая... по крайней мере, такое впечатление она производила, независимо от того, было это правдой или нет (кроме красоты, разумеется, в этом она точно не могла солгать). Такси сворачивает в переулок и проносится мимо Кларк, которая всё ещё бежит в сторону бара. Начинается дождь. Проезжая мимо, Лекса не стесняется показать ей средний палец, слишком наслаждаясь шокированным выражением лица блондинки. Она задаётся вопросом, как бы всё сложилось, если бы они встретились при других обстоятельствах. Ну, знаете, если бы одна из них не обманывала. И всё же сегодня она сама была не до конца честна. Она боится возвращаться в бар, и на то есть веские причины. Велика вероятность, что она столкнётся с кем-то, с кем точно не хотела бы встречаться. С её стороны было невероятно глупо приводить туда Кларк. Когда такси подъезжает к бару, на лице Лексы на долю секунды появляется торжествующая улыбка. Но тут она видит, как из-за угла на велосипеде выскакивает Кларк. Кларк, вспотевшая и раскрасневшаяся, с мокрыми от дождя волосами, слезает с велосипеда. Лексе не терпится узнать, где эта сумасшедшая женщина взяла велосипед в центре Лондона в 8 часов вечера в субботу. Когда Кларк самодовольно ухмыляется, Лекса решает, что всё-таки не хочет этого знать. Однако Кларк недолго улыбается. Она явно выложилась по полной, чтобы добраться сюда, и теперь тяжело дышит, прислонившись к стене для поддержки. — Ты в порядке? — спрашивает Лекса, пока Кларк тяжело дышит. — Да, всё в порядке, — говорит Кларк, выпрямляясь. — Я же сказала, что это займёт 10 минут. Лекса закатывает глаза. — Надеюсь, моя сумка там. — Конечно там, — настаивает Кларк. Во второй раз за вечер она проталкивается мимо Лексы и заходит в бар. Лекса следует за ней, и первое, что она замечает, — в баре гораздо больше посетителей, чем было раньше. Она предполагает, что это потому, что большинство людей не пьют текилу в три часа дня. Она следует за Кларк к бару сквозь толпу людей, танцующих под то, что в наши дни считается популярной музыкой. Что бы это ни было, Лексе всё равно. Тот же бармен, что и раньше, обслуживает их и широко улыбается, когда видит их. — Снова здравствуйте, дамы. Ещё текилы? — весело спрашивает он. Кларк и Лекса одновременно кричат нет. — Ты не видел мою сумку? — спрашивает его Лекса. — Я оставила её здесь. Бармен уходит проверить, и как только он уходит, Кларк тоже уходит. — Куда ты идёшь? — кричит Лекса, перекрикивая музыку. — В туалет, — коротко отвечает Кларк. Она не оглядывается. — А, точно, ты там с кем-то встречаешься? — усмехается Лекса. Кларк поворачивается к ней лицом, но продолжает идти спиной вперёд сквозь толпу. — Нет, так что на этот раз тебе не нужно идти за мной. — Поверь мне, я не собираюсь делать это снова, — кричит Лекса вслед удаляющейся фигуре. Когда Кларк исчезает в туалете, Лекса тяжело вздыхает и прислоняется к барной стойке. Эти пассивно-агрессивные перепалки уже начинают утомлять. Несмотря на то, что Лекса раздражена и недовольна Кларк, что-то в этой девушке её интригует. Как только она заберёт свою сумку и вернёт блокнот Кларк, они смогут разойтись в разные стороны. От этой мысли она чувствует странную пустоту. Она смотрит на часы и вдруг видит, как Кларк возвращается. Сердце Лексы замирает, потому что, чёрт возьми, если раньше она считала Кларк красивой, то теперь та просто сияет. Кларк сняла промокшую от дождя клетчатую рубашку и теперь носит простой жилет. Её влажные волосы вьются, обрамляя лицо, словно чёртово произведение искусства. Взгляд Лексы медленно скользит по телу Кларк, возможно, задерживаясь слишком долго на покачивающихся бёдрах и слегка подпрыгивающей груди. К счастью для неё, блондинка, кажется, не замечает, что её рассматривают. На самом деле это к лучшему, потому что она не уверена, что сможет вынести ещё одну насмешку от Кларк сегодня вечером. Кларк забирается на один из барных стульев и опирается локтями на стойку. Лекса смотрит на неё краем глаза. Глаза Кларк немного покраснели, как будто она плакала. Она сглатывает комок, образовавшийся в горле, и решает на время забыть о своём гневе. — Тебе вообще нравится боулинг? — тихо спрашивает Лекса. — Я люблю боулинг, — говорит Кларк, бросив на неё быстрый взгляд. Лекса вздыхает и садится на стул рядом с Кларк. — Значит, ты не притворялась всю ночь? — Спорим, ты уже считала иначе, — тихо шутит Кларк. Лекса усмехается, и Кларк смотрит на неё с грустной улыбкой. Сердце Лексы сжимается, когда она понимает, что да, Кларк определённо плакала. Из-за неё или по какой-то другой причине, она не знает. Но она видит выражение лица Кларк. На нём написано сожаление. Лекса слышит, как в ушах у неё стучит сердце, потому что, несмотря на весь этот безумный вечер, несмотря на то, как всё пошло наперекосяк, у неё появилась безумная идея. Может быть, только может быть, они могли бы попытаться вести себя друг с другом вежливо. Кларк нарушает молчание. — Послушай, я понимаю, что сейчас не лучший момент. — Это ещё мягко сказано, — легкомысленно замечает Лекса. — Да. Да, я знаю... оглядываясь назад, я понимаю, что согласиться на требования Финна было не самой лучшей идеей за всю ночь, — Кларк замолкает, прикусывая нижнюю губу. — Ты могла бы просто сказать мне правду, — предлагает Лекса. — Нет, я знаю. И я собиралась, я просто... — Кларк замолкает и смотрит в потолок, словно ожидая, что с него упадёт объяснение. — Всё шло так хорошо. Я не знала, как... — Я бы поняла. Кларк резко поднимает голову. — Ты бы поняла? Лекса кивает. — Да, — просто отвечает она. — То есть я бы всё равно разозлилась, но если бы ты была честна, я бы отреагировала на это с гораздо большим пониманием. Ты ведь и сама это понимаешь? Кларк опускает взгляд. — Да... я знаю, — бормочет она. — Наверное, я не знала, как сказать тебе об этом, не разрушив всё. Ты... — Вуаля. Ваша сумочка, — объявляет бармен, ставя её на стойку перед ними. Лекса благодарно улыбается и протягивает руку. К её облегчению, документы клиента всё ещё там, вместе с блокнотом Кларк. Она протягивает его блондинке и усмехается про себя. Кларк бросает на неё озадаченный взгляд. — Чёрные носки? — весело спрашивает Лекса. Кларк на мгновение замирает с непонимающим видом, а затем фыркает. — Это не настоящая группа, а просто напоминание о стирке. Я запаниковала, — пожимает она плечами. Лекса искренне улыбается — впервые после инцидента в туалете. — Ты не представляешь, как я рада что это неправда. Кларк поднимает руки в жесте «ты меня раскусила» и улыбается в ответ. — Я могла бы сделать эту группу? — Идиотка, — тихо говорит Лекса, ухмыляясь и качая головой. — Идиотка, — соглашается Кларк, и её улыбка становится шире. Лекса долго смотрит ей в глаза и чувствует, как напряжение покидает её тело. Именно поэтому ей было так весело с Кларк. Они просто... понимали друг друга. Если быть честной с самой собой, она никогда и ни с кем так быстро не расслаблялась. В этом и была проблема с Кларк. Она открылась, и это её ранило. Это странная идея, и уж точно не рациональное мышление нормального человека, но она думает, что, возможно, они могли бы начать всё сначала. Она не религиозна, но твёрдо верит в судьбу. Возможно, Вселенная послала ей эту странную и чудесную девушку не просто так. — Послушай, Кларк, я... — Боже мой. Лекса? Ты, должно быть, издеваешься надо мной? Лекса замирает. Она знает этот голос. Раньше это было последнее, что она слышала перед сном, и первое, что она слышала, проснувшись. Сейчас это последнее, что она хочет услышать. Она встаёт и принимает нейтральное выражение лица, прежде чем повернуться к своей бывшей жене. Костия выглядит почти так же, как в последний раз, когда она видела её больше года назад. Её тёмные волосы стали немного короче, а помада на губах — на несколько оттенков темнее, чем раньше. Обручального кольца, конечно, нет, но причина его отсутствия стоит рядом с Костией в кожаной куртке и с ухмылкой на лице. — Что ты здесь делаешь? — спрашивает Костия. — Я думала, мы договорились. Лекса старается сохранять спокойствие, но она застигнута врасплох и в лучшем случае растеряна. — Ч-что я здесь делаю? А ты что здесь делаешь? Неплохо, Вудс. Весомый ответ. — Привет, Лекса. — Отвали, Онтари. Она бросает презрительный взгляд на женщину слева от Костии, даже не пытаясь скрыть своё презрение. — Я работаю здесь с 17:00 до 22:00 по субботам, — сухо говорит Костия. — Мы договорились. — Да неужели? — Лекса изображает удивление. — Я думала, это по воскресеньям. Глаза Костии вспыхивают от гнева, когда она достаёт из сумочки ежедневник. — Думаю, мы обе знаем, что это не по воскресеньям. При виде этого ежедневника Лекса мысленно вздыхает. Костия записывает всё. Запись к парикмахеру, встречи, менструальный цикл — что угодно. — Ох, как же я скучаю по твоему занудному ежедневнику, — саркастически замечает Лекса. — Ты всё ещё помечаешь страницы буквой «д», когда начинается неделя депиляции? Щёки Козиты становятся пунцовыми, и она прикрывает рот рукой. Глаза Онтари расширяются, и она в тревоге оборачивается к своей девушке. — Упс, похоже, она не знала, — пожимает плечами Лекса. Это мелочно, но ей становится легче. Она оборачивается и видит, что Кларк с явным любопытством наблюдает за происходящим, и у неё появляется идея. Не раздумывая, она обнимает Кларк за плечи и притягивает к себе. — Это, кстати, Кларк, — с улыбкой представляет Лекса. — Моя девушка. Кларк, это Костия, моя бывшая жена, и Онтари, женщина, ради которой она меня бросила. Кларк хватает вежливости, чтобы улыбнуться, но Лекса чувствует, как пальцы блондинки впиваются ей в кожу в том месте, где её рука лежит на бедре Лексы. Это нелепая идея. Не такая нелепая, как то, что Кларк узурпировала её свидание, но всё же. — Да ладно тебе, Лекса, — предостерегает Онтари. — Давай вести себя как взрослые люди. В идеальном мире Лекса больше всего на свете хотела бы дать этой женщине пощёчину и выйти сухой из воды. В реальности она, скорее всего, получит судимость. Возможно, ей сломают руку. Но она всё ещё верна своим принципам, чего нельзя сказать о двух женщинах, стоящих перед ней. — Знаешь что, Онтари? Ты права, — весело говорит Лекса. — Мы все здесь взрослые люди. Мы все в одном баре со своими новыми партнёрами. Давай выпьем вместе. Она смотрит на Кларк и улыбается. Кларк выглядит так, будто кричит глазами, и едва заметно качает головой. — Мы все зрелые, уравновешенные взрослые, — продолжает Лекса, оглядываясь на Костию, которая хмурится. — Давай сделаем это. У тебя свободный стол? — Ага, — отвечает Костия. — Это наш столик? — Лекса хмурится, и её улыбка исчезает. — Больше нет, — следует краткий ответ её бывшей жены. — Хорошо, — кивает Лекса, заставляя себя снова улыбнуться. — Так даже лучше. Веди меня. Лекса довольно ухмыляется, пока они вдвоём идут к столу, явно чувствуя себя не в своей тарелке. Её ухмылка исчезает, когда она смотрит на Кларк и видит её торжествующую улыбку. Что ж... странная реакция. — Боже мой. Ты знала, что они будут здесь, — заявляет Кларк, тыча Лексе в руку. — Вот почему ты привела меня сюда раньше. Чтобы утереть им нос! Ну и хитрая ты, Лекса. — Нет, поэтому я и привела Луну сюда, ясно? — поправляет Лекса, сильно краснея. — Потом я одумалась, и мы ушли, но ты оставила здесь мою сумку и... — Ты оставила здесь свою сумку, — перебивает Кларк. — И мы вернулись сюда, а ты вышла из туалета вся такая... — Лекса издаёт сдавленный звук и отчаянно жестикулирует. Кларк склоняет голову набок и с любопытством улыбается. — И я просто подумала... в мире случаются вещи и похуже, а ты очень хорошо притворяешься тем, кем не являешься, — бормочет Лекса. — К тому же ты вроде как в долгу передо мной, Кларк. Кларк пристально смотрит на неё. Она прикусывает нижнюю губу, словно обдумывая эту идею, и оглядывается через плечо на Костию и Онтари, которые сидят за соседним столиком. Кларк делает глубокий вдох и надувает щёки. — Хорошо, — соглашается она. — Но чего именно ты пытаешься добиться? Лекса криво улыбается. — Кажется, это называется завершением.