Блёстки и кровь

      — Хорошо они нам наподдали! — Мэг сжимал банку газировки, невесело колупая её алюминиевый край ногтем большого пальца. Додо — фамильяр, отдалённо похожий на птицу киви, вытянул шею, понимающе опуская голову на колено Мэг с протяжным скрипучим звуком.       — Сволочи! В следующий раз я не сдамся так просто! — Со всей силы треснув по автомату со снеками раскрытой ладонью, в которой была купюра небольшого номинала, Мивэ закусила губу, тихо пыхтя от жгучего ощущения ссадин. По правде, больше пострадала её гордость, чем тело, и она была намерена отомстить.       — Сама же сказала — сволочи. Они пойдут на что угодно, чтобы выиграть в турнире. Так что подкараулить после занятий для них сущие мелочи, если на кону стоит поездка в закулисье. — Мэг ласково перебирал всклокоченные перья Додо под жёсткой и плотной лентой пропуска на его шее.       — Эти Шимонэ… Они побеждают каждый год, не давая молодняку продыху. В этом году я их уделаю. — Мивэ повернулась к Мэг, подхватывая свою метлу. — И не важно, какая будет цена.       Мэг выдохнул, поправляя красный остроконечный колпак с изображением глаза — старая руна его семьи, позволяющая укрыться от неприятностей. Но только не с Мивэ. Кажется, с ней ни одна руна не собиралась работать правильно.       — Осторожнее со словами: ты же знаешь, что у тебя они обретают совсем непредсказуемую силу. — Парнишка сдул розовую, совсем как шарики жвачки, прядь и покосился на Мивэ, скривившую вредную рожицу.       — А сам-то? Вся одежда драная! А ведь мог укрыть нас! — Мивэ насупилась, пиная пустую пластмассовую бутылку, брошенную у автоматов.       — Это всё потому, что ты…       — Да-да! — Почесав голову под помятой ведьмовской шляпкой, Мивэ с грацией медведя приземлилась рядом с Мэг, так же тяжко выдыхая, как и он. — Моя магия непредсказуемая. Наставница говорит, что всё дело в фамильяре, которого я так и не нашла.       — А по мне всё дело в том, что ты не можешь найти гармонию с собой. Вечно лезешь в драки по поводу и без. — Мэг поманил Додо к себе, достав из кармана пару ярко-оранжевых ягод. Ему нравилось наблюдать, как одна за другой с характерным шипением, словно пищевая сода, ягоды исчезали в длинном и остром клюве.       Когда Додо проглотил последнюю, он с довольным уханьем уселся между ног парня, словно устраиваясь на гнездовье. А Мэг в это время полез в один из карманов сумки Додо, перекинутой через его спину.       — Держи. Хотел отдать тебе, но Шимонэ помешали. — Мэг протянул на ладони небольшой треугольник с закруглёнными краями из светлого дерева. Он был похож на тот, которым пользовались на спиритических сеансах с доской уиджа.       По центру была выпуклая с обеих сторон ничем непримечательная линза. А ближе к вытянутому краю было проделано отверстие, как для цепочки, чтобы носить его на шее.       Мивэ не спешила брать треугольник, подозрительно поглядывая на Мэг: — Откуда это?       — Стянул у отца перед отправкой в пансион, — парнишка широко улыбнулся, протягивая руку ближе к Мивэ, — это поможет отыскать тебе фамильяра как можно скорее.       Мивэ осторожно взяла амулет и повертела в руках. Что-то ей явно не давало покоя.       — Посмотри через линзу: не пожалеешь! — Мэг внимательно изучал подругу, почёсывая бока задремавшего Додо.       Набрав в легкие побольше воздуха, Мивэ вскинула голову, рассматривая небо, деревья, прохожих с их фамильярами, птиц и всё, что попадало в линзу.       — А как я должна понять? — Мивэ с удивлением отметила, что всё словно сияет изнутри. Каждый человек, растение, животное, фамильяр. Однако, она не видела ничего, что указало бы ей верный путь.       — Бабуля говорила, что твой фамильяр будет сиять подобно тысяче огней, и ты увидишь его даже днем, — задумчиво протянул Мэг, вспоминая, что же ещё говорила его бабуля.       — А люди могут быть фамильярами?       — Бабуля говорила, что могут, но только после смерти и если привязаны к человеку.       — Вот оно как… — Мивэ смотрела, как Мэг закрыл глаза, подставляя лицо послеобеденному солнцу.       Его лучи были яркие, но сияние, исходившее от Мэг, затмевали всё. Настолько, что Мивэ прикладывала усилия, чтобы не отвести взгляд.       Прикусив губу, она опустила амулет. Кажется, для них двоих назревал дальний и извилистый путь в тайны прошлого и грядущего.