Сокол ты мой ясный

🪶🪶🪶

      Его разбудил звонок в дверь. Затем дверная ручка дёргалась упрямо, а после Тэхён слушал, как кто-то настырно стучался. Шоркая по холодному полу он прошёл в прихожую, и не глядя открыл дверь, зная наверняка, кто может ломиться к нему в такую рань, хотя и время было не такое уж и раннее. Папа редко предупреждал о своих визитах, вот и сегодня он явился, как снег на голову. Вернувшись обратно, Тэхён рухнул на кровать, и, уперевшись лицом в подушку, слушал, как тот хозяйничал на кухне. Омега расставлял продукты по полкам, хотя Тэхён несколько раз просил не снабжать его едой, но это же папа... Он всегда что-то там переставлял, наводил свои порядки, потом Тэхён не мог найти элементарные вещи, как чай или кофе. Сыну приходилось звонить родителю, спрашивать-выпрашивать где что стоит, и это порождало между ними новый виток ссор.       Тэхён услышал шаги, следовавшие из кухни, и притворился, что он спит, но... Покой нам только снится!       — Мог бы для приличия и поговорить со мной, — омега ходил по маленькой однушке, что-то складывал, что-то собирал в стирку, словно его Тэхён всё тот же маленький мальчик, а не взрослый и самостоятельный человек, — Ты когда в последний раз проветривал комнату? — дублируя слова действиями, омега открыл окна настежь, впуская свежий воздух, — Ты вчера пил, да? — вопрос, конечно, бестактный, и Тэхён знал, что всё это папины праздные слова, только бы не молчать.       — Мне не пятнадцать, и я пью не только кефир... Я большой мальчик и проблемы у меня тоже большие, — прогудел в подушку Тэхён, прекрасно осознавая, что он грубит.       — Почему у тебя полы холодные? — не обращая внимания на колкость спросил омега, и снова молчание, хотя Тэхён и напрягся, — Ты всегда думаешь, что я не на твоей стороне, — (а разве когда-то было по-другому?), и снова Тэхён услышал этот надрывный вздох, и наступило тяжёлое молчание, — Я понимаю, что ты на меня злишься, но пожалуйста... — омега задержал дыхание, как и его сын, — Не отталкивай меня... Мне очень тяжело... — Тэхён почувствовал, как запекли глаза, как сквозь сомкнутые ресницы пробивалась слеза, но он так и оставался неподвижно лежать, — Я понимаю... — тихо говорил папа, — В жизни всякое бывает, но надо уметь договариваться, — на это замечание Тэхён быстро развернулся, стреляя в папу глазами, но, так ничего и не сказав, он накрылся одеялом, кусая ребро ладони...       Ему было больно и обидно, что всю жизнь он был никому не нужен. Он рос, как любил говорить его дед, как бурьян – где посадишь, там и примется. Родители ругались и кидали друг в друга обвинения, а потом стали делить между собой ложки-вилки, напрочь позабыв, что у них есть ребёнок, который всё это видит ежедневно, впитывая в себя весь негатив. Но родителям было настолько всё равно, и омежка затаил на них обиду. Нет, он конечно общался и с отцом и с папой, но каждые такие встречи заканчивались новыми обвинениями. Тэхён устал мирить родителей даже после их развода, и съехал подальше, и даже первое время не хотел говорить свой новый адрес. Потом как-то получилось, что Тэхён встретил папу в своём районе, и деваться уже было некуда, они и поговорили, только о чём?.. Омега укорял сына, что тот ему не рассказал о женитьбе отца, что у него теперь новая семья... Он продолжал обвинять всех и каждого, выгораживая себя. И набравшись смелости Тэхён тогда и высказал ему всё, что думал, всё, что и накипело и накопилось.       Да, было очень тяжело и больно, когда Тэхён вспоминал свои детские обиды, как его не замечали, и как следствие – сейчас он не мог найти себя по жизни! А всё из-за того, что родители не внесли в него тот самый важный фундамент, что зовётся любовью и заботой. Они не замечали, как их словесные перепалки перешли на крик, и омег попросили покинуть заведение. Папа посчитал себя оскорблённым, опять и снова позабыв, что и у его взрослого ребёнка тоже есть чувства. Омега ушёл, и было тихо год, или чуть больше, а потом ему стало скучно, или просто годы поджимали, а хотелось наладить отношения с сыном, или просто старость маячила из-за угла? Кто ж его знает..?

***

      Тэхён проснулся ближе к вечеру, и сразу почувствовал сухость во рту. Открыв глаза, он первым делом увидел, что поверх одеяла он был накрыт и пледом, а возле кровати стоял маленький обогреватель, и в сердце защемило от папиной заботы – полы ведь, и правда, были холодными. Конечно, отопительный сезон закончился, только от этого не легче – погода никак не могла устаканиться, прям как и его жизнь. В желудке было тяжело, в душе паршиво, а на сердце рана и рой ненужных мыслей. Из-за мужчин, из-за родителей, из-за себя, такого невезучего. Он даже отругал себя, что так и не поговорил с папой, а потом опять задумался – а чем бы мог закончиться их разговор, если не обидами и упрёками? А может быть лучше не думать ни о чём, и пусть всё идёт, как идёт? И последня мысль, мелькнувшая внезапно, заставила его задуматься:       — Нет худа без добра, и его радуга когда-то тоже воспылает на горизонте.       Погоревав в мыслях, Тэхён вспомнил вчерашний вечер и долгое время старался не разреветься... А может быть ему всё приснилось и нужно отпустить? Ну бывает же такое, когда мысли материазуются, и кажется, что так и было на самом деле? Вот пусть так и будет! Чимину он скажет потом, хотя тот и изойдёт на говно, и отметелит того пройдоху, возомнившего из себя Казанову.       Закрыв окно и укутавшись в одеяло, Тэхён пошёл на кухню. Хотелось чего-то горячего, но не чая, а более существенного. Открыв холодильник он тяжело вздохнул, снова почувствовав себя неловко – на полках лежали продукты, а ведь он не закупался ими, и мысль, что папа снова принёс ему еды, заставила его покраснеть. И вот опять он чувствует себя бессовестным сыном.       На столешнице стояла кастрюля и Тэхён открыл её, и внутри опять что-то сжалось – на него пахну́ло свежим супом... В хлебнице лежал хлеб и сладкие сухарики в сахарной пудре, его любимое лакомство, особенно когда макаешь эти сухари в горячий чай...       Закончив с едой, Тэхён прислушался. Ему ведь не показалось, нет? Он услышал тот же самый крик-свист, порождающий волну страха и ужаса. Распахнув окно шире и убирая и тюль, он стал присматриваться по сторонам, сам не зная, чего ожидать.       И вдруг...       Какая-то тень мелькнула, словно кто-то в воздух подбросил огромный предмет. Потом над его окном пролетела тень, и Тэхён отшатнулся, роняя одеяло отбегая вглубь комнаты. Снова раздался крик, и омега почувствовал спазм в желудке, не предвещающий ничего хорошего, и снова тень промелькнула, а потом на окно обрушилось что-то большое, и замерло. Не дыша Тэхён смотрел, как неве́домая птица сидела на подоконнике, и как она совсем не спешила складывать крылья, будто показывая человеку свою мощь.       Омега боялся пошевелиться и просто смотрел на пернатого. По его познаниям в орнитологи он мог бы сказать, что это хищная птица, судя по мощному клюву и огромным и мощным когтям. Птица была в два или в три раза больше вороны, только такое сравнение он смог подобрать. Его оперенье было ярким – от буровато-серого до тёмно-шоколадного, с белыми вкраплениями, а голова белая с чёрными пятнами. Глаза большие и чёрные, будто масляные, и смотрели они пронзительно и магнетически.       Тэхён захлопал ресницами и сглотнул слюну, боясь пошевелиться, но и это дало свой результат – птица вскинула крылья и снова закричала! От таких децибелов у омеги заложило уши, и он почувствовал себя несчастным кроликом! Какое-то странное ощущение его сковало, и он только сейчас понял, какой ужас переживает несчастная жертва, когда на неё набрасывается этот хищник!       Сколько прошло времени, Тэхён бы не смог сказать, но с новым криком птица бросилась с окна, словно она самоубийца, и уже в следующий момент она взмыла вверх, издавая тот же самый крик-свист. Он стоял ещё какое-то время, ну а потом в нём сработала самая обычная сигнализация, когда организму непременно нужно было освободиться от адреналина. Из головы вылетело всё, что было, как и из его тела, а потом он искал фотографии птицы на просторах интернета, и нашёл!

«Сокол кречет.

Самый крупный вид из семейства соколиных.

Размах крыльев до метра и тридцати сантиметров! Проживает в Азии, на Алтае, на Тянь-Шане. Питается в основном мясом.»

      Прочитав эту информацию Тэхён выдохнул, словно он пробежал эстафету, и зачем-то глянул на холодильник.       — А мяса-то у меня и нет... — буркнул он, уже примеряя на себя роль хозяина питомца, а потом сам себя по лбу стукнул – ну это же не котёнок, которого он может взять на воспитание?!       Это ж нихрена себе и не канарейка! Это хищник, ёпта!       Он снова выглянул в окно, надеясь там увидеть это чудо дикой природы, но увидел только детвору, гоняющих по полю мяч с собаками, да и птицы в кронах чирикали чего-то, а вот сокола нигде не было видно... Только обидно ему не было, как ни странно, и он даже самому себе позавидовал, строя милую гримаску, что смог увидеть такое...

🪶🪶🪶

      Возвращаясь с работы он шёл по парку, и заметил весёлые разборки лесных жителей. В небольшой посадке происходили настоящие соседские войны. Одна белка прятала запасы еды, но как она их прятала! Она раскапывала ямки и укладывала туда съестное в прошлогоднюю листву, а затем тщательно и смешно закапывала, накрывая листвой! И сто́ило ей только отбежать на некоторые расстояние, как откуда-то сверху появлялись две вороны и внаглую воровали то, что белка сохранила для себя!! Заметив кражу, пушистая с визгом возвращалась обратно, отгоняя ворон, и забирала то, что было и припрятано и украдено! И сто́ило ей перепрятать гостиницы, как эти две воровки появлялись, как коршуны, воруя чужое добро!       И вот такая баталия продолжалась бы ещё долго, если бы лесные жители не почувствовали угрозу из вне Тэхён не сразу понял, отчего и пернатые и белка метнулись в стороны, а потом и вовсе их след простыл, и стало как-то подозрительно тихо, и казалось, будто всё стихло в ожидании чего-то неизведанного.       Сначала вроде было тихо, а потом...       Снова свист-крик, хлопанье крыльев, тень над верхушками деревьев, и Тэхён вспомнил того самого «Торук Макто – Последняя Тень»...       Он выбежал из тени деревьев на свет, задирая голову, и высоко над кронами заметил дрейфующую птицу. Расставив крылья она парила, казалось бы, на одном месте, а потом, резко сложив крылья, сокол пошёл вниз с такой скоростью, что казалось он камнем падал вниз! Тэхён огляделся, и его охватил страх, что вот сейчас хищник настигнет его, и что тогда?! Он побежал в самую гущу насаждений, и заметил, как в дупле дерева мелькнула рыжая тень, и так искренне посочувствовал маленькому зверьку, что тот мог стать лёгкой добычей!       Тэхён замер, сам не зная чего ему ждать, и лишь едва он успел обернуться, как мимо него, буквально в паре метров пролетела тень, и его обдало потоком ветра! Птица снова улетела вверх, с криком кружа над ним, а потом резкое снижение и едва ли сокол коснулся крыльями земли, как снова пулей взмыл ввысь.       Такого страха Тэхён ещё не испытывал!!       Ну конечно, он же не опоссум какой-то, которого могли бы утащить и схавать за милую душу, он же больше опуссума, ну правда же?! Но ему доли секунды не хватило, чтобы упасть на землю и претвориться мёртвым! А потом он услышал, словно что-то упало на землю и покатилось по асфальту. Он стал осматриваться, откуда мог идти этот звук, и замер на месте, рассмотрев у са́мого газона что-то блестящее. Оглядевшись, он пошёл туда и увидел... Брошь... Это была платиновая брошь, и безумно дорогая, как он понял. Тэхён поднял её, прикидывая в руке – она-таки была увесистая. Она представляла собой изящную кошку, обёрнутую своим же хвостом. Глаза были украшены зелёными изумрудами, а по всему телу были инструктированы рубины и... алмазы... И если Тэхён был несве́дущ в таких вопросах, то он бы сказал, что это было настоящим творением искусства, и очень дорогим, к тому же! Баснословно дорогим!       Тэхён сглотнул слюну, не представляя, что ему с этим делать, и на всякий случай огляделся, не наблюдает ли кто за ним. Он был в парке не один, конечно же, но никому не было дела до какого-то человека, замершего на одном месте – все пытались найти ту самую птицу, высматривая небо.       Он шёл по парку и держал в кармане маленькую вещицу, пу́чками пальцев обозначая драгоценные камни. Дома он сидел за столом, положив перед собой брошь, и просто смотрел на неё, не в силах отвести взгляд. Он копался в интернете, не веря своим глазам, увидев предположительную цену таким шедеврам.       — Это сколько же денег?! — в неверии шептал он, и всё смотрел и смотрел...       Потом он долго не мог уснуть, и всё прокручивал произошедшее, применяя этот сюжет на себя. А потом ему снились странные сны, как он летал на огромном драконе лилового цвета, кричал что-то, визжал от восторга, и его взгляд всё время натыкался на кого-то, кого он не мог рассмотреть, но он знал, что этот кто-то для него очень дорог... Он смеялся, он взмывал ввысь, а за ним летел и тот кто-то другой, а потом они пикировали вместе, протягивая руки, и Тэхён всё хотел поцеловать это лицо, и он так отчаянно тянулся к этому человеку, он жаждал... Он протягивал ему руки, только бы почувствовать прикосновение пальцев, потом и рук, и губ, и всего тела... Он знал, что ещё немного, всего лишь на одну-две ладони, и он коснётся его и...       ...И он кубарем упал с кровати, путаясь в одеяле, едва ли понимая, где сон, а где явь.

🪶🪶🪶

      Ковыряясь палочками в рисе, Тэхён смотрел, как Чимин смачно уплетал обед за обе щеки, а сам уже и думать забыл о том инциденте после неудачного свидания. Желание мстить кому-то не хотелось вообще, да и как говорится, руки марать тоже не хотелось. Он не стал рассказывать другу подробности того вечера, он просто сказал, что расстались они быстро, ни о чём так и не договорившись, но Чимин, как лучшая сваха их конторы, пообещал, что найдёт ему мужика получше, на что Тэхён открестился, закатывая глаза, ну и как финалочка от свахи,       — Пидарас! Пи-да-ра-си-на!! Такую лялю упустил! — и вытирая свой неугомонный ротик салфеткой он пообещал, — Зуб даю, что вскоре кто-то скажет тебе, «Давай поженимся!», — и как послесловие, Чимин громко подрыгнул, озираясь по сторонам, мол это не он, — Ай-ай-ай! Как не стыдно!! — а сам идёт, подмигивает, ещё и жопой виляет!       Сидя на улице под раскидистым деревом омеги тихонько курили, если можно так сказать, что тихонько, дымили помаленьку, не взатяг, и тут Чимин глянул на Тэхёна, как он умел это делать, ковыряя взглядом.       — Ты что-то хочешь мне рассказать? — если у человека есть чуйка, то она всегда работает в режиме нон-стоп, и Тэхён вздохнул, будто он собирался рассказать другу тайну мироздания.       — А что бы ты сделал, если бы нашёл клад? — Чимин даже дым забыл выпустить, так и замирая с полными лёгкими.       — Клад или склад? Ты уточняй, что с собой надо брать – сундук или чУмадан побольше?! — он выпустил дым, с улыбкой рассматривая друга, да как бы да не обидеть, — Мы с тобой уже не в том возрасте, когда можно о таком мечтать, — вроде не обидел, но почему-то Тэхён странно притих, — А почему ты спрашиваешь? — ну да, а вдруг там что-то сто́ящее.       — Да так... — Тэхён пожал плечами, — Если бы ты нашёл какую-то драгоценную вещь, что бы ты с ней сделал? — он выжидал, что скажет друг, словно это было очень важно, — Ты бы отдал это хозяину?       — А «это» – это что? — Чимин сужал круг вопросов, — Это деньги, это драгоценности? Что? — он затушил сигарету, и оперевшись на лавочку поудобнее, развернулся к другу, замечая, как тот грызет губы, и это явно не к добру...       — Да так, просто... — ответил Тэхён, а сам же понимал, что он весь, как Эйфелева башня – сидит и маякует, что он что-то стихушничал, — Мне сон приснился, словно я нашёл одну очень дорогую вещь, — ой, брехло брехливое, прям сидит и сказки сочиняет, — Не бери в голову, — он глянул на милый профиль, чувствуя себя неловко, что вот так нагло врёт своему лучшему другу.       — Знаешь, — Чимин хлопнул друга по коленке, — Дуракам обычно везёт и они находят то деньги, то в лотерею выигрывают, а мы с тобой умные люди, — вроде и смысл весёлый, только сказано это было невесело, — Нам с тобой нужны подковы счастья, — говорил он и сам себе кивал головой, — Вот подкуём себя и пойдём пахать, как лошадки, — и точно, ну кто ещё сам себе не наколдует это счастье?! — «Дурак ду́мкой багатеет» – знаешь такое? — Чимин улыбнулся, и действительно, а чё бы и не помечтать, — Если бы я нашёл чего-нибудь эдакое, — и он покрутил рукой в воздухе, — Ох, я бы дал жару... Ох, как бы я дал жару! — он закрыл глаза, а Тэхён просто смотрел на него и думал, а он бы смог вот также «дать жару», или совесть бы взыграла?! — Я бы на полную катушку оторвался бы аж до среды! — Тэхён нахмурился, не совсем понимая ход мыслей.       — А чего только до среды? — спросил Ким, ожидая чего угодно, бо от Чимина действительно можно ждать чего угодно.       — Юнги всегда говорит, что сколько денег мне не дай, на три дня внатяг хватит,— он с улыбкой глянул на друга, поясняя прям на пальцах для самых находчивых, — Сегодня ж понедельник? — это он, типа, интересуется или уточняет? — Вот на три дня мне и хватит, как раз до среды! — и он громко рассмеялся, замечая милый ступор омеги, — Пойдём, а то уже перерыв закончился, — и они поплелись в здание, решать глобальные проблемы мира...

🪶🪶🪶